Лекарственный сад для дракона

Глава 24 Яд или лекарство

— Мне пора, — едва слышно обронил Каэль. — Поговорим через… После поговорим.

— Стой! Куда же ты в таком состоянии? — Люда бросилась к нему и успела вовремя. Каэль покачнулся и начал заваливаться набок, но Люда подскочила к нему и, обхватив рукой его за талию, подставила плечо, удерживая от падения. От его тяжести задрожали колени и болезненно взвыли все мышцы, но Люда, стиснула зубы и ухватила его покрепче. Он только что спас ее от ужасной смерти, и она просто не могла допустить, чтобы он упал в грязную ядовитую жижу под ногами. Надо довести его до замка и уложить в постель.

— Я в порядке, — прохрипел он, пытаясь опереться на ноги. — Отойди. Я обернусь и полечу. Мне надо домой.

— Не надо оборачиваться, — пропыхтела Люда, перехватывая его поудобнее. — И лететь никуда не надо. Здесь тоже твой дом.

Каэль повернул голову и удивленно взглянул на нее. Люда искоса посмотрела на него и смущенно пожала плечами. А что такого она сказала? Ведь формально Пепел Дракона принадлежит ему.

Со стороны замка подбежал Горм и закинул себе на плечо вторую руку Каэля. Сразу стало легче.

— Господин, идти сможете? — участливо спросила Мира, заглядывая Каэлю в лицо снизу вверх.

— Если ты, девица, не будешь путаться под ногами, то как-нибудь дойду, — проворчал Каэль. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке из-за того, что вынужден принимать помощь.

Втроем они довели Каэля до замка.

— В мою комнату! — распорядилась Люда. В замке было не очень много жилых комнат, но ее комната была самая удобная для лечения. Здесь был отдельный камин с подвесом для котелка, столик с посудой и кресло. А еще здесь Люда хранила принесенные из лечебницы трактаты о приготовлении лекарств.

Притихшего Каэля уложили на кровать Люды, и она, укрыв его одеялом, тут же начала действовать.

— Горм, принеси побольше питьевой воды. Мира, возьми острый нож, плотные варежки и иди к семенной грядке. Срежь самый зрелый бутон Пламени Феникса и неси его скорее сюда, — быстро раздала она указания.

— Но, Люда! — вскричала Мира. — Это же семенные цветы! Ты сама сказала, что их нельзя трогать.

Люда посмотрела на свою верную помощницу тяжелым взглядом.

— Мира, это особые обстоятельства. Лорд Каэль ценой своего здоровья спас нам целую грядку. Думаю, мы можем пожертвовать одним цветком на его лечение. Иди! — кивнула она.

Мира быстро поклонилась и заторопилась вслед за Гормом. А Люда тем временем растопила пожарче камин, а затем открыла трактат о травах на странице с Ignicaudex Regeneratus. Где-то здесь должны быть рецепты лекарств из этого цветка.

— Та-ак… Отвар из лепестков Ignicaudex Regeneratus, заживляющая мазь из листьев и стеблей… — бормотала она себе под нос, забыв, что Каэль лежит тут же в этой комнате. Сейчас все ее мысли были направлены на то, чтобы помочь раненому. Поэтому она вздрогнула от неожиданности и выронила из рук книгу, когда вдруг услышала его слабый голос.

— Пожертвуешь своим драгоценным цветком ради моего лечения? — сипло спросил он.

Люда вскинулась, прижав руку к груди, чтобы унять заколотившееся не к месту сердце. Каэль лежал в той позе, в которую его уложили, и израненное лицо было белее мела. Лишь глаза по-прежнему сияли чистым золотом.

— Ничего, — твердо ответила она, наклоняясь и поднимая книгу. — У меня скоро будет целый сад Пламени Феникса. Одним цветком не обеднею. Тебе он сейчас нужнее.

Каэль криво улыбнулся, и Люда увидела, что на его губах выступила густая вишневая кровь. Он был не просто ранен, он был отравлен этим дождем!

— Нет у тебя больше сада, — выдавил он и закашлялся. На подушке растеклась кровавая клякса. — Этот магический шторм пришел со стороны лечебницы. Он уничтожил все, что ты создала. Это конец, Элиана.

Люда покачнулась и схватилась рукой за столик. Кошмарное осознание прошло морозом вдоль позвоночника. Каэль прав! Если шторм прошел от Легких Крыльев до Драконьего Пепла, то на месте ее любовно взращённого сада теперь выжженная пустыня.

— Хочешь совет? — выдавил Каэль и снова закашлялся, он был так слаб, что не мог даже утереть рот, и кровь потекла струйкой по подбородку и закапала на одеяло.

Люда, пытаясь справиться с дрожащими губами, подняла на него взгляд и молча кивнула. Голос ей не повиновался.

— Добей меня, — тихо произнес Каэль. — Пока я слаб. Это твой шанс. Добей и возьми свою свободу. Ты ее заслужила.

— Мой шанс? — потрясенно выдавила Люда. — Ты в своем уме?

Каэль снова улыбнулся окровавленными губами. Но глаза его смотрели ясно.

— Ты бредишь! — произнесла Люда, торопливо подходя и кладя руку ему на лоб. — Голова болит? Сейчас Мира принесет цветок, я приготовлю лекарство, ты примешь его, и тебе станет легче. Потерпи немного.

Каэль качнул головой и тяжело сглотнул. Люда села на край кровати и осторожно поправила под его головой подушку. Пробежалась чуткими пальцами по шее и плечам, пытаясь ощутить в его теле самые опасные для жизни повреждения, как, бывало, чувствовала она руками нарушения в структуре почвы, мешающие семенам взойти. Странное это было открытие — она чувствовала, насколько разной может быть боль у почвы и у живого существа.

— Это не бред, Элиана, — прошептал он, прикрывая глаза. — Ты моя жена и единственная законная наследница. Если я сейчас умру: сам или с твоей помощью — ты унаследуешь все. И Драконий Пепел. И Легкие Крылья. И Обсидиановый замок. И много чего еще. Все мое состояние. Уверен, ты придумаешь, как им распорядиться. И никто больше не будет тебе указывать. Разве не этого ты хотела? Только… позаботься о нем… Зерек… он не должен ни в чем нуждаться.

Длинная тирада тяжело далась ему, и последние слова он произнес уже едва слышно.

— Каэль! — испуганно вскричала Люда, обхватывая ладонями его лицо. — Не смей умирать! Открой глаза! Каэль! Ты не умрешь, слышишь меня?

Но он больше не отвечал, лишь с хрипом втягивал в себя воздух.

Тут дверь открылась, и быстрым шагом вошел Горм, неся два ведра кипяченой воды. А за ним вбежала Мира с цветком.

— Скорее! Скорее! — закричала Люда, сдергивая с Каэля одеяло. — Горм, помоги мне! Мы должны убрать яд с его тела! Мира, ставь на огонь воду, как закипит, кидай туда лепестки. Быстро!

Вдвоем с Гормом они освободили Каэля от остатков одежды, сменили испачканные простыни и перевернули его на живот. Шея и спина дракона были в ужасном состоянии. Кожа на его спине была похожа на карту ада — багровые разводы, черные выжженные островки, лопающиеся пузыри с зеленым зловонным содержимым.

Люда схватила лоскут и, обмакивая его в чистую воду, принялась промывать раны. Горм помчался еще за водой. А Мира мешала в котелке кипящий отвар.

— Люда, осторожнее. Эта дрянь, наверное, ядовитая, — ахнула она, когда увидела, что Люда очищает раны голыми руками.

— Ты еще здесь? — не отрываясь от своего занятия, откликнулась Люда. — Лепестки бросила в кипяток? Беги скорее в Легкие Крылья. Пусть дадут тебе нутряной жир для мази.

Мира кивнула и вихрем вылетела прочь. Люда больше всего ценила своих помощников за то, что в экстренных ситуациях они никогда не спорили и не задавали лишних вопросов.

Люда смыла со спины раненого дракона последний островок яда и тщательно вымыла руки. Теперь оставалось самое сложное: отмерить дозировку отвара так точно, чтобы яд Пламени Феникса стал для Каэля лекарством. Ведь какие бы ни были у них до этого разногласия, но смерти Каэлю… Люда на мгновение замерла и прислушалась к себе. И в своему удивлению поняла — нет, не желала. Ни раньше, когда он унижал и оскорблял ее, ни тем более сейчас.

Дрожащими руками она плеснула в чашу воды и принялась отмерять в нее капли отвара. Вес дракона она могла лишь предполагать, и это делало ее расчеты еще более приблизительными. Но медлить было нельзя — Каэль с каждой минутой дышал все реже и реже.

Уже поднося чашу с отваром к его губам, она осознала: если доза все же окажется смертельной, никто не поверит в то, что это была непреднамеренная ошибка…