Лекарственный сад для дракона

Глава 25 Почему?

После отвара Пламени Феникса Каэлю стало лучше или… хуже. Как посмотреть. Слабеть он перестал, дыхание восстановилось и кровь изо рта больше не сочилась. Зато неудержимо начала расти температура тела. Мира привела из Легких Крыльев лекаря, но он только покачал головой: ничего лучше отвара из лепестков Пламени Феникса и мази с вытяжкой из листьев и стеблей он посоветовать не мог.

Люда и ее маленькое семейство всю ночь не отходили от постели больного. Меняли простыни, обтирали влажными полотенцами, вливали в рот отвар и смазывали раны.

Наутро Люда отослала Миру и Горма отдыхать, а сама сидела в кресле с книгой, чтобы не уснуть. Но буквы расплывались перед глазами, и смысл прочитанного ускользал.

— Что читаешь?

От хриплого голоса, прозвучавшего так неожиданно, Люда вздрогнула, а затем в надежде вскинула глаза. Каэль лежал на подушках и пытливо изучал ее лицо.

— Тебе лучше? Пить будешь? — Люда торопливо отложила книгу и поднялась с кресла, но тут же ухватилась за спинку — от усталости голову повело.

— Лучше, — тихо ответил Каэль, продолжая смотреть на нее со странным выражением лица. — А ты… не спала?

— Разве уснешь? — вздохнула Люда, наливая воду в стакан и усаживаясь у его изголовья. — Всю ночь у тебя был жар. Мы боялись, что ты не доживешь до утра. Лекарь сказал, что мы больше мы ничего не можем сделать — все зависит только от тебя.

Она подложила под его подушку свернутое одеяло, чтобы приподнять изголовье, и поднесла к его губам стакан с водой.

Каэль жадно припал к стакану и выпил его до дна, а затем поднял руку и вытер рот тыльной стороной.

— Боялись… — сказал он задумчиво. — Мертвецов боитесь? Зря. Все умирают. И люди, и драконы. Ничего в этом нет.

— Да при чем здесь это? — всплеснула руками Люда.

— Где у вас уборная? — поинтересовался Каэль, отбрасывая одеяло и садясь в постели.

Люда поспешно отвела глаза. Видеть его обнаженным, когда он в сознании, совсем не то же самое, чем когда он нуждался в помощи.

— Тебе не стоит так рано вставать. Давай я принесу тебе сосуд для… хм… нужды, — пробормотала она.

— Ну уж нет, — цинично усмехнулся он. — Довольно и того, что ты всю ночь меня щупала. Все рассмотрела?

— Что? — Люда аж дар речи потеряла от такой неблагодарности. Что он вообще о себе возомнил? — Ты ничего не перепутал? Я всю ночь тебе жар сбивала! В таких случаях обычно говорят «спасибо»!

— Спасибо, — равнодушно обронил он, вставая с кровати и оглядываясь. Несмотря на некоторую скованность движений, в нем угадывалась прежняя сила. Мускулы перекатывались под исчерченной ранами кожей. — А где моя одежда?

Люда тоже вскочила на ноги, ощущая, как в груди закипает злость.

— Сейчас принесу тебе новую одежду. Старая пришла в негодность, — процедила она, сжимая и разжимая кулаки. — А уборная у нас на улице. Там как раз сейчас приятный освежающий дождик. Заодно и помоешься!

Сказав это, она пулей вылетела из комнаты и захлопнула за собой дверь. Руки тряслись, как у пьянчужки, а сердце колотилось в груди быстро и поверхностно. Она сама даже понять не могла, отчего ей так обидно. Ведь это же Каэль! Чего от него ждать? Разве стоило надеяться на уважение или хотя бы благодарность? Глупо… Она с самого начала знала, с кем имеет дело, и все же…

Люда тихо прокралась в комнату Горма и, стараясь не разбудить его, беззвучно открыла комод. Одежда старика не будет Каэлю впору, но другой мужской одежды у них не было. «Доберется до дома и так, все равно в драконьем облике полетит!» — сердито подумала она, выбирая из одежды Горма самую заношенную рубаху и самые потертые штаны.

Выпрямившись, она бросила взгляд в окно и остановилась. Каэль стоял обнаженный под дождем спиной к ней, запрокинув голову и подставив лицо каплям воды. Вода струйками стекала по его темным волосам, по рельефным плечам и округлым ягодицам. О чем-то он сейчас думает? О ней? Глупой человеческой женщине, что не дала ему умереть даже после того, что он ей сделал… Или строит новые планы по завоеванию мира? Этого мужчину ей никогда не понять.

Люда вздохнула и, крадучись покинув комнату, заторопилась к выходу.

— Каэль! — позвала она, остановившись на крыльце. Но он стоял, будто изваяние. Не услышал?

— Каэль, я пошутила! Не стой под дождем так долго, — снова окликнула его Люда. — Жар только спал и…

— Почему? — его едва слышный голос прошелестел, сливаясь с дождем.

— Что почему? — растерялась Люда, непроизвольно делая шаг к нему. Под дождь.

— Почему не позволила мне умереть? — повысил он голос, все также глядя в небо, не обращая внимания на бьющие по лицу капли.

— Каэль, это… — Люда замялась, не зная, как объяснить. Может быть у них в этом мире так легко решаются все проблемы, но она привыкла к другому.

Он повернулся к ней всем телом и вдруг расхохотался легко и беззаботно. Люда только укоризненно покачала головой и спустилась к крыльца. Холодные струи дождя хлестали по лицу, пропитывали одежду, но это был обычный дождь. А от того, ядовитого, Каэль закрывал ее своим телом. И она этого не забудет.

— Оденься, — произнесла она тихо, протягивая ему комок с одеждой Горма. — И пойдем в дом, я сварила бульон. Думала, ты после болезни будешь слаб.

— И бульон сойдет, раз ничего получше нет, — хмыкнул он и прошел мимо нее. Несколько минут Люда постояла под дождем, глядя на закрывшуюся за его спиной дверь и теряясь в догадках по поводу того, что творится в его голове. Но уж лучше так, чем то ледяное презрение, которым он окатил ее, узнав об убытках в лечебнице.

Когда она вошла дом, со стороны кухни послышались звяканье посуды, и она поспешила туда. Каэль, одетый в короткие для него штаны и тонкую рубаху, деловито рылся на полках с припасами.

— Почему у вас опять поесть нечего? — сварливо проворчал он, отбрасывая мешочки с кореньями себе под ноги. — Опять одна трава! Я что, недостаточно тебе средств выделил? Нельзя было закупить продуктов?

— Все средства ушли на лечебницу, — виновато произнесла Люда, подходя к плите и разливая по мискам жидкий суп. — Я и подумать не могла, что неудачи будут сыпаться на меня, как из рога изобилия. Иски эти, пожар, теперь еще эта буря…

— Неудачи? — Каэль оставил в покое полки и, развалившись за обеденным столом, задумчиво побарабанил пальцами по столешнице. Люда поставила перед ним миску до краев наполненную супом, в котором плавал одинокий кусочек куриного крылышка, и ломоть хлеба, и сама села напротив.

— Сдается мне, что ты была права, — проговорил он, принимаясь за еду и искоса поглядывая на нее. В этот момент на его лице не было насмешки, лишь глубокая задумчивость. — Эти «неудачи» слишком хорошо совпали по времени. Не верю я в то, что кто-то может быть настолько «неудачлив», если ему не «помогают».

Люда так и застыла с ложкой в руке, не донеся ее до рта. Но Каэль продолжал невозмутимо есть, не обращая внимание на ее замешательство. В чем именно этот надменный дракон признал ее правоту? Однако он не торопился пояснять, и Люда со вздохом откусила маленький кусочек хлеба.

— Я напишу клиентам и предложу им скидку на лечение в этом сезоне, — проговорила она, словно они лишь ненадолго прервали тот разговор, что состоялся вчера. — Но средств, чтобы заказать новые лекарства не осталось. Да и не успеют их доставить. До начала сезона осталось всего шесть дней.

Она отложила ложку и, поставив локти на стол, обхватила голову ладонями.

— Ты прав, я неспособна управлять таким большим хозяйством, — едва слышно прошептала она, сглотнув комок, вставший в горле. — Может быть, и смогла бы. Но не здесь. Не в этом мире.

На глаза навернулись слезы, и она закрыла лицо руками.

— Это был саботаж, — произнес Каэль, со скрипом отодвигая опустевшую миску. — Похоже, кто-то очень сильно недоволен сменой владельца. Но он еще поплатится за это, не будь я Каэль Дигорн!

— Саботаж? — Люда с надеждой подняла заплаканное лицо из ладоней.

— Не реви, — холодно обронил он, вставая из-за стола. — Ешь скорее и вместе полетим в Легкие Крылья. Смотреть, что от них осталось.

Полетим? Люда моргнула в недоумении. Он говорил так уверенно, будто забыл, что она не дракон и летать не умеет. Или… не забыл? В его взгляде мелькнуло нечто, что заставило ее сердце кувыркнуться в груди.

Каэль вышел из кухни, и она услышала его удаляющиеся шаги. По крайней мере он не сказал, что отстраняет ее и назначает нового управляющего. Воодушевленная, она быстро заработала ложкой, почти не чувствуя вкуса пищи.