Лекарственный сад для дракона

Глава 26 Над землей

— Долго еще тебя ждать? — когда Люда, кутаясь в непромокаемый плащ, выбежала из дома, Каэль, вымокший под дождем до нитки, нетерпеливо ходил кругами по двору.

— Ты уверен, что тебе хватит сил лететь? — Люда с тревогой взглянула на его осунувшееся лицо с темными кругами под глазами. Все-таки болезнь, хоть и длилась всего одну ночь, не прошла для него бесследно. Сама она наверняка выглядела не лучше.

— Нет времени! — оборвал он ее, и она увидела, как его кожа начинает покрываться чешуей. — Наша лечебница, скорее всего, пострадала от бури, и мы должны быть там. Полезай мне на спину и полетим, пока там еще чего-нибудь не произошло.

Сказав это, он стремительно преобразился, увеличившись в размерах. Не прошло и мгновения, как на Люду, изогнув шею, смотрел золотым глазом огромный крылатый ящер.

— На спину? — растерялась Люда. — Может, ты вперед, а я на лошади?

Дракон открыл страшную зубастую пасть и издал устрашающий рык, от которого душа у Люды ушла в пятки.

— Ладно! Ладно, поняла я, — пробормотала она и осторожно, бочком, приблизилась к бронированному животу ящера, легонько касаясь гладкой черной чешуи рукой и прикидывая, как ей взобраться наверх.

Но тут огромное крыло изогнулось, опускаясь к самой земле у ее ног. Сквозь чешуйчатую кожу проступали тяжи тугих мышц и прочные поперечные очертания костей, образующие нечто вроде лестницы вверх. Шумно выдохнув, Люда торопливо обтерла увлажнившиеся ладони о подол юбки и принялась карабкаться.

Дракон сидел неподвижно, припав к земле в неудобной для него позе, лишь исполинская грудная клетка мерно вздымалась. Закончив подъем, Люда устроилась на широченной спине, ухватившись за острые иглы гребней.

— Ну… почти как на лошади, — дрожащим голосом сказала она себе.

Дракон вопросительно рыкнул, вытягивая шею и пытаясь заглянуть себе за спину.

— Держусь! — крикнула ему Люда. — Вот только имей в виду: я никогда не летала, да и на лошади езжу плоховато. Так что могу сорваться, и тогда… И-и-и-и…

Забыв, что она хотела сказать, Люда завизжала, в ужасе распахнув глаза. Потому что дракон, не дослушав, взмахнул крыльями и прямо с места взмыл в воздух.

Ветер вперемешку с дождевыми каплями ударил в лицо, плащ распахнулся и захлопал за спиной, как крылья, а земля крутанулась юлой и ухнула вниз, теряясь в туманной дождливой хмари.

Желудок подскочил к самому горлу, а сердце, наоборот, колотилось где-то в животе. Люда вцепилась в острые роговые выступы на спине дракона, пригнувшись к самой чешуе, и до боли в мышцах обхватила ногами теплые шершавые бока. Но дракон после первого рывка выровнялся и теперь парил, раскинув крылья, как гигантский ястреб. И Люда, переведя дух от первого потрясения, осторожно осмотрелась. Но смотреть, к сожалению, было не на что. Туман, окружавший их, был настолько плотным и густым, что было вообще непонятно куда они летят. Хорошо хоть дождь прекратился, однако туманная сырость мелкими капельками оседала на волосах, холодила кожу, пробиралась под одежду. И только тепло огромного тела, к которому она прижималась, не давало ей замерзнуть.

Люда попыталась немного расслабить сведенные судорогой мышцы и получить хоть какое-то удовольствие от полета — ведь в прошлой жизни она и подумать не могла, что ей когда-нибудь доведется лететь на спине самого настоящего дракона. Но ничего не вышло. Страх неизвестности, усиливающийся от плотной туманной завесы вокруг, не давал ей сосредоточиться на ощущении полета, и она ждала только, когда это все закончится. На фоне этих переживаний даже горечь провала отступила на второй план. И в этот момент она могла думать лишь об исполинском существе, несущем ее на своей спине, будто песчинку и мерно взмахивающем крыльями. Интересно, как ощущает себя Каэль, когда превращается в дракона? Остается ли он внутри человеком или его душа тоже меняется вместе с телом?

Не успела она об этом подумать, как дракон снова взмахнул своими исполинскими крыльями и… Люда зажмурилась, ослепленная. А когда она осторожно приоткрыла глаза, она ахнула от восторга. Зрелище, открывшееся ее глазам, потрясало воображение. Они летели над бескрайним морем розовой сахарной ваты, с ослепительно синего неба сияло огромное золотое солнце, а на горизонте сказочными воротами вставала арка радуги. Не сразу она поняла, что дракон поднялся выше завесы дождевых облаков, и просто впитывала в себя, окружающую ее красоту, как впитывает цветок солнечный свет.

Через несколько минут дракон пошел на снижение и словно нырнул в море розовой пены. Серый непроницаемый туман вновь окружил их, глуша звук и цвет, но Люда знала — ощущение путешествия в сказочный мир теперь останется с ней навсегда.

Прежде чем приземлиться, Каэль описал широкий круг над окрестностями Легких Крыльев. Люда, вцепившись в шипы на его спине, смотрела вниз — и сердце её обливалось кровью. Там, где ещё вчера зеленели её сады, теперь лежала бурая, мёртвая полоса, будто гигантский палец провёл по земле от лечебницы в направлении Драконьего Пепла…

От толчка при приземлении ее руки разжались, и она с криком покатилась по крутому боку, но, не долетев до земли, упала на что-то мягкое и упругое. Кругом была чешуя, и с трудом совладав с головокружением, Люда обнаружила, что лежит на заботливо подставленной «ладони» большого драконьего крыла.

— Спасибо, — выдавила она осипшим голосом и на дрожащих ногах выбралась на землю.

Каэль сразу же обернулся назад в человека, оставив в воздухе лишь туманные очертания силуэта дракона. Вдвоем они стояли посреди двора лечебницы и оглядывались, но все было, как и вчера днем, когда Люда уходила отсюда. Сама лечебница от стихии не пострадала.

Со разных сторон к ним уже бежали: управляющий Борг, лаборант сгоревшего лекарственного склада и привратник Ос.

— Здесь бури не было, — заключил Каэль, ковырнув землю носком сапога. А Люда с замиранием сердца смотрела на приближающихся служащих. Какие вести они несут? Есть ли хорошие новости, или все стало только хуже? Сердце сжалось в груди.

— Господин! — бросился к Каэлю Борг.

— Госпожа! — подбежал лаборант.

— Этта! Воть! — растерянно остановился между ними Ос, тряся пачкой писем.

— Не здесь! — оборвал всех троих Каэль. Его голос прозвучал властно и уверенно, и Люда с удивлением обнаружила, что впервые вместо возмущения его приказным тоном чувствует лишь облегчение.

— В кабинет живо! — скомандовал он, и от его спокойного и сосредоточенного тона, тревога отпустила. Люда с благодарностью взглянула на его решительный профиль, и вдруг внутри стало горячо-горячо от осознания: она не одна против свалившихся на лечебницу бед. Впервые в жизни, она ощутила, как же это хорошо, когда есть с кем разделить ответственность. Есть кому доверять и на кого положиться. В прошлой жизни с ней такого не случалось. Она привыкла справляться сама.