Личная награда Альфы

Глава 9

Меня разбудил запах Парижа. Ароматный, бодрящий, но вместе с тем зовущий к наслаждению… Так мог пахнуть только дуэт круассанов и кофе!

Ещё не особенно понимая, что происходит, я высунула нос из-под одеяла — запах кофе значительно усилился.

— Доброе утро, — произнёс мужской голос, заставив меня моментально вспомнить весь вчерашний день — и ту часть ночи, когда я неожиданно обзавелась гостем.

Сейчас мой вчерашний гость по-хозяйски расположившись в кресле, медленно потягивал кофе из стаканчика с логотипом известной сети — не той кофейни, которая располагалась в двух перекрёстках от моего дома; а хорошего, дорогого заведения, с вкусным ароматным кофе.

Я села, завернувшись в одеяло — и выразительно посмотрела на Викинга. Несмотря на светлую щетину, помятую рубашку и немного взлохмаченные волосы, сегодня утром Артис смотрелся не менее внушительно, чем вчера. И дело было даже не в его росте или внушительных мускулах — дело было в нем самом.

У Ольги, моей русской подруги имелся влиятельный муж, а у этого влиятельного мужа были не менее влиятельные друзья. И за много лет нашей дружбы с Ольгой и Николаем я уяснила следующее: по настоящему влиятельные люди выделяются из толпы не расшитой золотом одеждой, не лебезящими возле них помощниками — а мощной, никаким образом не поддающейся определению, особой энергетикой. Такая энергетика была и у Артиса: сила вожака, власть хозяина, притягательность Альфа-самца.

«Так вот откуда они взяли слово Альфа», мысленно улыбнулась я, в тот же момент случайно встретившись взглядом с Артисом.

Меня моментально обдало жаркой волной смущения, неловкости… и даже желания.

— Я подумал, что ты захочешь позавтракать дома, — улыбнулся мой Викинг. Затем, явно забавляясь моим смущением, он добавил: — Алексис, ты первая девушка, которая смущается, будучи одетой с ног до головы.

— Это же пижама, — несогласно покачала я головой. — И вообще, я не привыкла с кем-то завтракать, находясь в постели.

Наверное, стоило промолчать об этом, но я и так постоянно молчала во время разговоров с родителями, у меня просто не было сил делать то же самое ещё и с Артисом.

Викинг, оставив стаканчик с кофе в сторону (я только сейчас обратила внимание на его длинные, выразительные пальцы), в одно мгновение оказался рядом со мной.

— Я знаю, — тихо произнёс он мне куда-то мне в макушку… потому что я вместе с одеялом вдруг оказалась в его руках. — И поверь, маленькая, я это оценил.

После этого Артис вернулся в кресло … со мной на руках.

— Я ещё не знаю, что ты любишь на завтрак, поэтому заказал всего понемногу. — Объяснил мой Викинг, кивнув в сторону стола, где имелся завтрак на любой вкус: круассаны, утренние булочки с сосиской и яйцом; тосты с подогретым сыром, фруктовые кексы, блины и даже каша.

— Кофе черный, — протянул мне пластиковый стаканчик с тем же логотипом, что был и у него, Артис. — Но если хочешь, сливки и молоко лежат где-то за кексами. Достать?

— Нет, не надо, — замотала я головой. — У меня сейчас период черного кофе.

Артис рассмеялся. Я же, решив, что ему будет удобней завтракать без меня, сидящей на его коленях — поставив стаканчик на столик, попыталась подняться на ноги.

— Что ты делаешь?

— Пытаюсь пересесть, — я кивнула на соседнее кресло. — Тебе же неудобно.

Мужская рука моментально оплела мою талию.

— Мне просто замечательно, — протянул Артис, уткнувшись носом куда-то мне в шею. — А то неудобство, которое имеется… пересаживанием с моих коленок ты мне с ним явно не поможешь.

Он чуть откинулся назад, и я вынужденно съехала по его коленям к его бедрам, так что … его неудобство стало очевидно и мне тоже.

Я напряженно замерла, чувствуя себя не в своей тарелке.

— Не бойся меня, маленькая, — прошептал Артис, покусывая мочку моего уха. — Я не причиню тебе никакой боли. Я весь твой.

Немного поменяв положение (встать с его колен мне не позволяла рука мужчины), я покосилась на Викинга и покачала головой.

— Тебе не кажется, что это нечестно по отношению к твоей невесте?

— К тебе? — недоумённо нахмурился Викинг. — У меня нет никого, кроме тебя.

«Ааа, замечательно! То есть мы делаем вид, что Светы даже никогда не было?»

Поймав мой взгляд, Артис тяжело вздохнул.

— Алексис, я надеялся, что мы закрыли разговор об этом ещё вчера.

— Я просто не понимаю, как можно выбросить человека на помойку за один день.

— Я никого не выбрасывал. Света получила внушительные выплаты, которых ей хватит до конца жизни.

— Не совсем равноценная замена, если учесть, что она собиралась прожить с тобой всю жизнь.

— Она собиралась доить меня всю жизнь в обмен на своё тело и рождение детей, — фыркнул Артис. — Это изначально было не брачное предложение, а обычная сделка.

Подцепив зубами ворот моей пижамы, он осторожно подул мне на ключицу.

— Мне не нужен суррогат, когда я нашёл своё сокровище, — спокойно добавил Артис. — Что в этом плохого?

Его поцелуи в шею делали меня какой-то глупенькой, ничего не соображающей квашнёй. Мне уже не хотелось задавать вопросы, не хотелось выяснять ни об оборотнях, ни об его невесте — а наоборот, хотелось хулиганить … к примеру, немного поелозить по его «неудобству».

И лишь собственное расхристанное отражение, которое я случайно увидела в зеркале, заставило меня немного прийти в себя.

Я поняла, что если останусь сидеть на коленях Викинга, то имени своего доброго точно не сохраню, а потому…

— Мне надо в туалет, — произнесла я, так и не подобрав пристойного выражения для обозначения данной комнаты. В ресторанах и офисах говорят «освежиться», «привести себя в порядок». Но я и так сидела в пижаме со спутавшимися волосами после сна. Какой, нафиг, «освежиться»?

Впрочем, моя придумка про туалет оказалась удачной — и когда я вернулась обратно в комнату, завтрак уже перетёк в другое, более спокойное русло.

Артис снова предложил мне погостить в Шотландии у того рыжего Альфы — чтобы ввести меня в курс дела относительно расы, к которой и я немного принадлежала.

— Почему этого нельзя сделать здесь, и сейчас? — нахмурилась я. Артис покачал головой.

— Тебе будет полезно познакомиться не только со мной, но и с кем-то со стороны… С девушками-оборотницами, с Ликой — женой Рамзи.

— Она тоже… оборотница?

Артис пожал плечами.

— Насколько я знаю, она почти человек. Оборотница, но нашей крови в ней чувствуется ещё меньше, чем в тебе.

Я задумалась.

Как бы фантастично это не звучало, но… идея была неплохой. К тому же, у меня имелось целая неделя до моей очередной командировки.

— Ну? — нетерпеливо спросил Артис. — Согласна?

Решив рискнуть, я кивнула.

— Согласна, — ответила я, делая глоток кофе… и тут же натыкаясь взглядом на мой чемодан, который вместе с дорожной сумкой стоял возле входной двери. Как же я его раньше не заметила?

— Что это? — спросила я у Артиса. — Точнее, как это сюда попало?

— Мои парни только что доставили, — широко улыбнулся Викинг. Видимо, пока я отлучалась «освежиться».

— Я надеялся, что ты не откажешься от путешествия в Шотландию, но в любом случае, тебе всё равно были бы нужны твои вещи.

Я кивнула. Наверное, мне надо было радоваться, но это было… Предупредительно? Заботливо?

— Чемодан же был у родителей в машине? — не поняла я.

Артис кивнул.

— Твои родители все ещё гостят у Альфы Рамзи.

Прикусив губу, я задумчиво посмотрела на Артиса.

— Можешь сказать, почему они настроены настолько против тебя?

— Не против меня лично, — покачал головой Артис. — Скорее, против нашей расы. Прости, я вчера был настолько оглушён нашей встречей, что не очень понял их проблему… Твоя мать, скорее всего, как многие люди, не имеющие ни капли нашей крови, не может нас понять. И поэтому боится.

— А отец?

— А разве он был против нас? — удивился Артис. — Мне показалось, что он лишь шёл на поводу у твоей матери.

— Потому что она не может вас понять? — на всякий случай уточнила я. Артис же, протянув руку через стол, осторожно поправил выбившуюся прядь моих волос — не из-за того, что эта прядь мешалась, скорее, ему просто хотелось докоснуться до меня.

— Потому что она — истинная пара, которую он чует, — спокойно ответил мой Викинг.

Его рука соскользнула вниз и, описав окружность по моей скуле, замерла на моём подбородке, не давая мне ни отпустить голову, ни отвести взгляда.

— Твой отец сделает всё, что угодно, лишь бы твоя мать чувствовала себя счастливой, — произнес он, глядя мне прямо в глаза. — Так же, как я сделаю всё, что угодно для тебя.

Будто случайно задев большим пальцем мои губы (и растревожив этим мои чувства), он опустил руку, отпуская вместе с тем и моё лицо.

Я промолчала — не знала, что на это ответить.

Артис же выжидающе смотрел на меня.

— Прости, пожалуйста, — вздохнула я, решив честно сознаться в том, о чем думала. — Но пока мне не докажут это делом…

— Маленькая, — широко и открыто улыбнулся мне Артис. Так, будто я на самом деле была маленькой девочкой. — Я могу прямо сейчас обернуться большим серым волком и продемонстрировать тебе все особенности нашей расы, но в этом случае ты должна будешь согласиться выйти за меня замуж.

Я вздрогнула, испуганно вскинув голову.

— Иначе я боюсь, что не сдержусь, — развел руки в стороны мой Викинг. — Я так долго ждал тебя, что уже потерял всякую надежду. Я боюсь, что не удержу здесь, наедине с тобой, своего волка.

— Ты можешь меня загрызть?

Я не то, что испугалась… но поёжилась. Слишком уж мрачно прозвучали слова Артиса.

— Я могу очень крепко тебя поцеловать, закрепив на тебе свой запах, — Артис горестно вздохнул. — Но без твоего согласия на брак это будет означать войну между мной и Альфой твоего отца.

Сверкнув глазами, он добавил:

— Именно поэтому я так жду этой поездки в замок Рамзи.

Мы договорились, что после завтрака разделимся: пока я буду собирать вещи у себя дома, Артис ненадолго заскочит в отель, чтобы переодеться и забрать свою сумку.

С учетом того, что мой чемодан его подручные сумели каким-то образом добыть из машины моего отца, складывалось впечатление, что не только в одних вещах дело.

Скорее всего, он просто давал мне возможность немного прийти в себя, отдохнуть в одиночестве. Да и вообще, мы оба только-только проснулись. И хотя завтрак можно было ещё пережить с вороньим гнездом на голове, я всё же была категорически не согласна путешествовать в таком виде в Шотландию. Да и Артису наверняка тоже хотелось в душ… получалось, что моя крохотная ванная и такая же крохотная студия были слишком неудобными для двух едва знакомых друг с другом людей (ладно, пусть будет один человек и плюс одно существо неизвестной расы).

Своей деликатностью Артис заработал сразу несколько важных очков. А ведь был ещё и завтрак, который сюда принесли по его просьбе. Мой Викинг явно постарался сделать это максимально приятным для меня — вот, даже кашу заказал — на случай, если я вдруг окажусь большой любительницей овсянки.

Я вспомнила кашу, которую каждое утро готовила Джошу — и тот длинный, долгий рецепт на котором он неизменно настаивал. Боже, как же я ненавидела свои утра в то время…

Закрыв на секунду глаза, я мысленно приказала себе не думать о прошлом, а вместо этого сконцентрироваться на будущем.

Тем более что мне предстояло всего за пару часов собраться в новую поездку — именно через столько времени Артис обещал заехать за мной, чтобы забрать с собой в аэропорт.

Понимая, что дел предстоит много, а времени катастрофически мало, нечего было и думать о том, что постирать какие-то вещи из Риги; я просто выложила из чемодана уже ношенную одежду и заметила её свежей, из шкафа.

Чтобы блеск интереса в глазах моего Викинга не исчез, я не просто помыла голову, я ещё сделала маску — и на волосы, и на лицо, а потом ещё на всякий случай прошлась жесткой мочалкой по всему телу (а ну как правда, меня окружают оборотни, у них ведь должен быть собачий нюх).

Немудрено, что во всей этой спешке, я едва не пропустила мамин звонок.

Точнее, я пропустила несколько (первые десять), а на одиннадцатый подняла трубку.

— Алексис, — по-деловому, вместо приветствия, произнесла мама. — Как я понимаю, твой оборотень ненадолго отлучился?

— А ты откуда знаешь? — обеспокоенно спросила я.

Мама витиевато выругалась по русски.

— Алексис, сейчас не время для твоих глупых вопросов.

— Да что происходит?

Снова выругавшись, мама процедила сквозь зубы:

— Эти гады примчались сегодня ни свет, ни заря, чтобы отобрать у Стивена твой чемодан. Уезжать они собрались — с тобой в охапку!

Не видя в этом никакого криминала, я осторожно поинтересовалась:

— А вы разве с папой не гостите у Рамзи?

— Отец остался там, я была дома.

— Была?

— Я с семи утра караулю в переулке! — раздражённо воскликнула мама.

Я поняла, что ничего не понимаю. Какой переулок? Какой караул? Почему отец остался у Рамзи, а мама что-то караулит с семи утра?

— Я всё ждала, пока твой Альфа уедет, — нервно процедила родительница. — Его руки связаны законом, но эти гады, когда дело доходит до их самок, всегда найдут способ, чтобы обойти свой же закон. Дочь, слушай меня внимательно, ты должна будешь выполнить всё точно, как я скажу.

— Мама, — я переживала за нее. — Где ты находишься?

— Рядом с твоим домом, — нервно рыкнула мама. — Проснись, Алексис, у нас нет времени на лишние объяснения.

Не совсем понимая, что она имеет в виду, я на всякий случай уточнила.

— Ты хочешь поговорить со мной без Артиса, да? Мам, Артис — не монстр. Я понимаю, что ты, может, не испытываешь к папиной расе никакого доверия…

— Алексис! — рявкнула мама, перебивая меня. — Твой Артис только прикидывается белым и пушистым, потому что иначе он не сможет забрать тебя с собой.

— Мама, пожалуйста… — попросила я, удивляясь той ненависти, которая прозвучала в голосе моей мамы. Обычно она так реагировала только на всё русское.

— Немедленно спускайся вниз— и жди меня возле подъезда. Я буду на синем «Рено» буквально через пару минут. И не медли — спускайся немедленно.

Тревога, которая звенела в голосе матери, заставила меня выполнить её просьбу. Закончив разговаривать, я кинула телефон на тумбочку быстро надела первые же попавшиеся балетки и, схватив ключи, выскочила на лестницу.

За дверью меня ждал сюрприз в виде пары мускулистых парней — по повадкам, явно полицейских, но лишь по повадкам. В остальном, эти парни могли быть кем угодно, но только не сотрудниками полиции. Нет, здесь иногда дежурили полицейские под прикрытием, но шмотки этих парней, каждого в отдельности, равнялись примерно полугодовой зарплате детектива полиции…

Несмотря на то, что я отметила про себя эту странность, у меня сработал многолетний рефлекс: я как обычно просто сбежала побыстрее вниз, старательно делая вид, что «ничего не вижу, ничего не слышу, и уж точно никому ничего не скажу».

Я выскочила из подъезда — и тут же заметила синий «Рено», о котором говорила моя мама. Стекло со стороны пассажирского сидения немного опустилась — и точно: я увидела свою родительницу.

— Немедленно садить в машину, — рявкнула мама, сильно напрягаясь.

— Простите… гм… Луна, — один из «полицейских», спустившись вслед за мной, попытался осторожно перегородить мне пусть к машине. — Простите, но вам не желательно садиться в чужие машины.

— Вы кто? — ошарашено спросила я.

— Луна, если вы желаете, мы сейчас же свяжемся с Альфой.

— Алексис, иди сюда немедленно! — Закричала тем временем мама, открывая пассажирскую дверь. — Они не посмеют до тебя докоснуться. Иди немедленно сюда! Если они дотронутся до тебя без веской причины — их разорвёт собственный Альфа.

— Вы делаете большую ошибку, Луна, — пытаясь оттеснить меня своим телом от машины, проговаривал «полицейский». — Пожалуйста, вернитесь в здание.

Я была полностью сбита с толку.

Признаться честно, случись это по-другому, я бы, наверное, всё же не села к матери в машину, без детальных пояснений того, что происходит.

Но когда с одной стороны тебе что-то говорит родная мать, с другой — наседает незнакомый бугай, требуя подчиниться его «советам» — выбора подобная ситуация особенно не предполагает. Конечно, я выбрала мамину сторону, решительно протиснувшись внутрь машины.

Мне это удалось.

Странное дело, но мужчины, которые спустились вслед за мной вниз, на самом деле избегали касаться меня — так, будто от этого зависела их жизнь.

— Пристегнись, — протянула мама, незамедлительно отъезжая от моего дома. — Эти сволочи, конечно, бросятся сейчас за нами в погоню, но если мы успеем доехать до лаборатории, то ещё ничего не потеряно.

Покосившись на меня, мама напряженно произнесла:

— Алексис, покажи шею.

— Мам… — я улыбнулась, пытаясь всё свести к шутке. — Мам, Артис вроде оборотень, а не вампир.

— Покажи шею! — рявкнула мама и, ведя руль одной рукой, второй резко дернула меня к себе.

Проинспектировав мою шею, мама вроде бы успокоилась.

— Значит, все же не успел… Надо же, обычно они не медлят. Но тем лучше для нас, — подмигнув, мама заметила: — Если ты хотя бы неделю продержишься в одиночестве в лаборатории, то мы сможем быстро восстановить твой кулон. После этого, тебе надо будет куда-нибудь уехать: чем дальше, тем лучше.

— Кулон… — я по привычке подняла руку к груди, где обычно на цепочке висел кулончик, который родители подарили мне на восемнадцатилетие, и который я недавно потеряла.

— Если бы ты его не обронила, то ничего бы и не было, — обвиняющее заявила мама. — Ты бы продолжила пахнуть простым человеком — простым занятым человеком — и твой Альфа прошёл бы мимо.

Покосившись на меня, мама протянула

— Это звери, Алексис. Настоящие звери.

Судорожно всхлипнув, она протянула:

— Тебе кажется, что я сошла с ума…

— Есть такое немного, — заставив себя улыбнуться, чтобы свести всё к шутке, кивнула я.

— …что я возвожу напраслину на замечательного, доброго парня.

— Артис не сделал ничего предосудительного.

— Это потому, что ты ему пока не принадлежишь.

Мы попали в плотное движение на дороге, и мама полностью сконцентрировалась на вождении.

— Возьми мой планшет, — произнесла она, когда мы, наконец, проскочили сложную развязку на дороге. — Там доказательства того, что эти твари делают с женщинами.

Я взяла планшет и попыталась его включить, однако система защиты требовала не только пароль, но ещё и отпечаток пальца, и распознавание лица — все это могла сделать только мама.

— Подожди, остановимся где-нибудь на обочине, — предложила мама, вжимая педаль газа в пол.

Лондон мы, можно сказать, проскочили — явно со штрафами за превышение скорости. Впрочем, осознавая, в каком взвинченном состоянии сейчас находится моя мама, я не решилась открыть по этому поводу свой рот.

Только когда мы отъехали от города на приличное расстояние, мама, предусмотрительно проверив зеркало заднего вида, остановила машину. Мотор при этом заглушать она не стала.

Взяв планшет, мама быстро зашла в систему и принялась копаться в папках, чтобы показать мне что — то важное.

— Не то, не те файлы… где же всё? — Мама листала электронные документы, с каждой секундой становясь всё мрачнее и мрачнее.

— Нет, ну хотя бы видео отчеты, — отыскав какую-то папку, мама издала победный клич. — Нашла, Алексис, нашла! — И, несколько раз клацнув пальцами по экрану, она сунула мне под нос планшет с начинающим воспроизводиться видео.

А там…

… Там молодая женщина, вытирая платочком слезы, жаловалась, что не сразу смогла принять своего мужа — оборотня. Что ей тяжело было переносить его отлучки в полнолуния, его перевоплощения…

— Нет! — закричала мама, — вырывая у меня планшет. — Это не то видео! Алексис, там было совершенно другое — верь мне.

— Мам, всё хорошо, — ответила я, подняв в успокаивающем жесте ладони вверх. — Посмотри, может ты не в ту папку зашла.

— Тут всё пропало, — замотала головой мама, с бешенной скоростью просматривая документы. — Все данные поддельные. Понимаешь?

Она подняла голову, чтобы встретиться со мной взглядом.

— Они подделали данные, Алексис! Твой Альфа заменил все файлы.

— Мам, — вздохнула я, понимая, что с одной стороны, не хочу ругаться с матерью из-за пустяка, с другой — таким ли уж пустяком была её паранойя в отношении Артиса?

Нет, я не верила ей.

Она так же психовала, когда узнала, что я разговариваю по-русски; что моя соседка по комнате русская девочка. Если бы я тогда послушала свою мать, у меня не было бы сейчас близкой подруги — почти сестры.

Однако же я послушалась её совета в отношении Джоша — и куда меня это привело? В такую яму, из которой я до сих пор не могу выбраться.

Увы, я не верила своей матери. Но вместо того, чтобы сказать об этом прямо, я осторожно заметила, что в её планшете стоит не только пароль, но и дополнительная защита идентификации, которая полностью исключает возможность взлома.

— Я и не говорю, что они взломали мой планшет, — нервно передёрнула плечами мама, — я говорю, что они подделали данные в самой системе, понимаешь? Они заметают следы… — отшвырнув планшет на заднее сидение, мама нервно произнесла:

— Нам надо торопиться. Я уверена, что если мы окажемся в лаборатории первыми, то…

— Нет, мам. — Я открыла на всякий случай свою дверь, чтобы мама не помчалась в Оксфорд против моей воли. — Давай остановимся прямо здесь.

— Не будь дурой, Алексис, — рявкнула мама. — У тебя есть единственный шанс избавиться от этого зверя — с моей помощью. Многие женщины целовали бы землю, по которой я хожу, если бы это дало им возможность получить хоть один крохотный шанс избавиться от оборотня.

Я вежливо кивнула в ответ на слова своей матери— но это было просто чувство вежливости, ничего больше.

— Мама, а ты не думаешь, что ты тоже можешь ошибаться? — осторожно спросила я.

— Альфы — это звери. Настоящие звери, дочь. — Покачала головой мама. — Ты просто их ещё не знаешь.

—А ты не знаешь Артиса, — пожала я плечами. — Что, если он отличается от других Альф?

— Они все одинаковые! — Воскликнула мама. — Дикие, необузданные звери, готовые загрызть каждого, кто посмеет сопротивляться их власти.

Мама всё говорила и говорила…

Она явно пыталась меня убедить захлопнуть дверь — чтобы мы продолжили путь в Оксфорд, но я вдруг поняла, что с меня хватит.

Так бывает: иногда ты идёшь по жизни сам, иногда — жизнь подхватывает тебя и просто несёт на своих волнах.

Кстати, ведь именно плывя по течению, я начала встречаться с Джошем: неуверенная вчерашняя школьница, я настолько боялась неизвестной взрослой жизни, что охотно послушалась настойчивого мнения мамы.

И даже сегодня, когда мама позвонила по телефону, она не спросила меня о том, что происходит между мной и Артисом. Она уже сразу хотела отвезти меня в лабораторию.

«А ведь мама осознавала, что Артис ночевал в моей квартире», — подумала я, испытывая от этой мысли смешанные чувства. — «Но вместо того, чтобы спросить моё мнение о нем, она сразу начала убеждать меня в том, что Артис — страшный зверь»

— Алексис! Алексис, ты меня слышишь?

— Мама, а ты слышишь меня? — буркнула я тихо. — Слышишь нас с папой — хоть изредка?

— Ты не понимаешь! — Схватившись за голову, простонала мама. — Мы с отцом делаем всё только ради твоего блага.

Я снова вспомнила Джоша — и грустно усмехнулась в ответ на мамины слова: действительно, родители делали всё… в том числе, свели с женатым, едва терпящим меня, парнем.

Артис же был совсем другим! Я подумала о прошлой ночи, которую мы провели с Артисом в одной кровати; вспомнила и о завтраке, который он организовал, предусмотрительно добавив в меню все популярные варианты блюд. Это была забота.

— Мама, — я тяжело вздохнула, понимая, что сейчас будет взрыв. — Я не хочу ехать с тобой в Оксфорд, я хочу вернуться обратно в Лондон.

— Ты сдурела??? — заорала мама и потянулась через меня, чтобы закрыть мою дверь. — Алексис, не веди себя как идиотка.

А я, вместо того, чтобы продолжить воевать с мамой, просто открыла пошире дверь и выскочила наружу.

Мама закричала мне что-то в след. Что-то про «пожалеешь» и «вернись сейчас же назад». Я же, полностью игнорируя мамины крики, двинулась по обочине дороги в сторону Лондона, с ужасом понимая, что у меня с собой ничего нет: ни налички, ни кредитных карточек… ни даже телефона, чтобы вызвать такси. Ничего!

Тяжело вздохнув, я покосилась на любимые туфельки: балетки точно не выживут.

А когда через минуту подняла голову, то увидела серебристый «Астон Мартин», показавшийся из-за поворота. Эта машина с огромной скоростью мчалась прямо на нас.

Не успела я даже рта раскрыть, а автомобиль уже резко затормозил возле обочины неподалеку от меня. И почти сразу я увидела Артиса, бросившегося в мою сторону.

Честно говоря, в тот момент мне стало немного не по себе: люди так быстро двигаться не умеют. Я всерьёз задумалась о вчерашнем разговоре в особняке отцовского начальника: про признание отца, про оборотней… Мой Викинг определенно был кем-то, но не просто человеком.

Этот «не просто человек» резко остановился в метре от меня.

Буравя меня пронзительным взглядом, он хриплым голосом (в котором сейчас явно слышался иностранный акцент), поинтересовался, что я делаю на дороге.

— Иду домой, — чувствуя неловкость за то, что я убежала из квартиры, куда он должен был за мной вернуться, я смущенно улыбнулась, — …кажется.

— Кажется? — приподнял бровь Артис.

— Я не уверена, что эта дорога ведёт к моему дому, — честно призналась я.

— И ты собралась идти всю дорогу пешком? — вежливо поинтересовался мужчина.

— Я забыла взять с собой деньги, — пожала я плечами, чувствуя, что мне не нравится та неловкость, которая застыла неподвижным воздухом между нами. Это расстояние, эта безупречная отстраненность …

Я хотела всё вернуть назад, к тому, как мы начали этот день. Неважно, к какой расе принадлежал Артис; неважно, если он на самом деле состоял в клубе «оборотней», про которых я пока ещё ничего толком не знала. Важно было другое: мне рвал душу его потухший взгляд.

— Прости, пожалуйста, — вздохнула я, с трудом подбирая слова. — Мамин звонок застал меня врасплох. Я по дурости села в машину, не совсем понимая, какие у неё планы.

Я не успела договорить, а меня тут же крепко прижали к жесткому мужскому телу.

— Я так долго тебя ждал… — прошептал Артис, опустив подбородок на мою макушку. — Уже потерял всякую надежду, что найду тебя. И вдруг ты убегаешь…

Он немного отстранился и перехватил меня таким образом, что теперь его нос уткнулся мне в область между плечом и шеей.

— Щекотно, — запричитала я, ощущая прикосновение его губ к этой чувствительно зоне. — Артис!

— Подожди, мне надо успокоить вол… успокоиться, — поправил самого себя Викинг. — Потерпи, пожалуйста.

«Ты уже знаешь, что он не человек», — напомнила я себе, замерев на месте, как он и просил. Артис же сделав глубокий вздох, постепенно разжимал свою хватку.

Всё испортила мама.

— Отпусти её, — крикнула она, подходя к нам ближе. — Отпусти мою дочь, выродок!

Артис зарычал — как зверь, а не человек — и осторожно выпустил меня из своих объятий.

— Алексис, иди сюда, — приказала мама.

— Маленькая, иди в машину, — в свою очередь ласково попросил Артис. — Мне надо перекинуться парой слов с твоей матерью, а затем мы поедем собирать твой чемодан.

— Она не обязана тебе подчиняться, — рявкнула мама. — Алексис, я кому сказала — быстро подошла ко мне.

В школе, где я росла, наши личности формировали на основе традиционных ценностей, можно сказать даже, патриархального уклада… И хотя всем педагогам было хорошо известно, что мои родители не горели желанием забирать меня домой в том числе и на каникулы, мне все равно много лет внушали чувство уважения к ним: еще бы, ведь мои родители были занятыми важными исследованиями учёными. Несмотря на все мои юношеские выкрутасы, я верила педагогам (по какой причине я не стала бы им верить?); но сейчас, глядя на маму, которая почти рычала на меня (не хуже Викинга — оборотня), мне пришлось сделать прямой выбор.

Это было сложнее, чем просто покинуть машину, делая вид, что я не слышу маминых ругательств. Я должна была выбрать…

Подойдя к «Астон Мартину», я все-таки не смогла сделать этот выбор до конца.

— Артис, — позвала я, оставаясь возле машины. — Это моя мама.

— Я знаю, маленькая, — кивнул Викинг. — Поэтому я и прошу тебя сесть в машину.

— Артис, мама… пожалуйста!

— Он не имеет никакого права помыкать тобой, — ядовито рассмеялась мама. — Альфа Рамзи обещал Стивену, что мы все будем в безопасности.

— Молчать, — в приказном тоне процедил Артис. Больше всего меня поразила внезапная трансформация его голоса: вместо теплого нежного тона, к моей матери обращался надменный вождь. — За свою жизнь я встречал много разных людских самок: и тех, которые боялся нас до смерти; и тех, кто ублажал наших мужчин за деньги. Но ни одна человеческая самка до этого не пыталась использовать наши законы, попутно же их нарушая.

— Я — человек, — рассмеялась мама. — И я могу не подчиняться вашим законам.

— А твой муж, женщина? — рявкнул Артис. — Ты понимаешь, что одного моего слова хватит для его обвинений. Ты думаешь, Альфа Рамзи станет заступаться за виновного, особенно когда этот виновный поймал его на слове?

— Стивен ничего не знал о моих планах… — Побледнела мама. — Он был не в курсе.

— Это он забронировал «Рено», — отчеканил Артис. — Я без труда докажу, что вы действовали сообща. Ты знаешь наши законы. И первое правило: нельзя вставать на пути истинной пары.

— Если оба в этой паре согласны на отношения, — затрясла головой мама. — А Алексис не согласна.

— Мне кажется, — усмехнулся мой Викинг. — Что ты её и не спрашивала.

— Он прав, мам, — подала я голос, застыв возле открытой двери автомобиля. — Ты не спрашивала.

— Алексис, — простонала мама.

— Я думаю… — Я действительно напряжённо думала, как погасить возникший конфликт.

— А что, если вы с папой тоже поедите в Шотландию? — Спросила я, покосившись на Артиса. — Моих родителей там примут?

— Я уверен, Александр не будет возражать.

— Александр?

— Рамзи, — кивнул Артис. — Алек Рамзи.

— Ты не можешь, дочь! — замотала головой мама. — Ты сделаешь большую ошибку, отправившись в Шотландию.

— Ошибку? — я склонила голову на бок, пытаясь понять мамину логику. — Я пытаюсь узнать, кто я такая на самом деле. Какая в этом может быть ошибка?