Личная награда Альфы

Глава 24

Оставшись одна, я нервно прошлась по комнате, зачем-то проверила замок на двери — знала ведь, что Артис не опустится до того, чтобы без спроса войти в мою спальню, затем минут сорок отмокала в ванной, пытаясь смыть липкий налет разочарования в сегодняшнем дне.

Точнее, в решении, которое вынес Артис.

Подсушив волосы и надев пижаму, я сначала попыталась почитать книжку, затем посмотреть какое-нибудь видео на Ютубе, но, так и не найдя ничего хорошего, решила проверить телефон.

Ни мама, ни отец так и не появлялись в мессенжере, которым мы все пользовались. Зато я увидела, что моя подружка — Ольга, которая научила меня русскому языку — онлайн. Послав ей короткое сообщение, я думала, что она напишет мне что-нибудь в ответ, но вместо ожидаемого текста на русском, я получила вызов видео-звонка.

Время было уже достаточно позднее, и я ожидала увидеть Ольгу в домашней одежде или пижаме, но подружка оказалась сидящей где-то возле раскидистого цветущего растения, в красном вечернем платье. Тщательно причесанные волосы, колье на шее, и шум «за кадром» даже не намекали — кричали о том, что моя подруженция сейчас на каком-то приеме.

— Ага, — уныло кивнула Ольга, продемонстрировав мне бокал с шампанским. — Коле надо было переговорить с партнерами, поэтому я тут тухну, медленно накачиваясь шампанским.

— Скучный вечер? — понимающе спросила я. Ольга кивнула.

— Ужасно скучный. Коля где-то работает, мои приятельницы сбежали в Грецию, а те дамочки, которые тут отсвечивают… — Она фыркнула. — А у тебя как дела? Как Латвия, нравится?

Скорчив недовольную гримасу, я честно выдала:

— Страна чудесная, но вот …

— Твой Викинг? — поинтересовалась Ольга. Я кивнула.

— Знаешь, я не ожидала, что мы такие разные.

— Так это не в Викинге дело, — со знанием дела ответила подруга. — У нас с мужчинами вообще разная психология. Дело не в том, что ты из Британии, а он из Латвии. Дело в том, что они — с Марса, а мы с Венеры.

Я рассмеялась, чувствуя, что меня немного отпускает. Пусть я не могла рассказать Ольге всех подробностей, касательно оборотней и их нравов, но, тем не менее, слова подружки были верными — и успокаивали меня.

Мы принялись болтать не о чем: Ольга рассказывала о своих домашних хлопотах, о том, как они всей семьёй планируют отдохнуть на юге России (Николай недавно купил там землю под строительство своего завода), я делилась своими новыми впечатлением от нетуристической Латвии.

В один из моментов, пока я рассказывала об экскурсии, где мы недавно были, Ольга вдруг замерла и громко хрюкнула.

Я, поправляя в этот момент ещё чуть влажные после ванной волосы (я специально их не досушивала феном до конца, избегая тем самым пересушки волос, ведущей к излишней ломкости), в общем, забыв про волосы, я тоже замерла — испуганно глядя на подружку.

— Что случилось?

— Это ты мне скажи, — рассмеялась подруга. — Всё-таки обучились, да? А говорила, что хочешь подождать.

Я непонимающе уставилась на подружку.

— Оля, о чем ты?

Она выставила вперед руку и зачем-то поиграла пальцами.

— И? — Я всё ещё не понимала, к чему она демонстрирует мне свои пальцы. А затем до меня дошло, что она увидела кольцо, которое я носила по просьбе Артиса.

— Но у меня кольцо на правой руке, это не помолвочное ещё…

Ольга снова заиграла пальцами.

И я поняла, что она… её помолвочное и свадебное кольцо тоже были на правой руке!

— Как…?

— Алексис, ты что, с Луны свалилась, а? В России мы носим кольца на правой руке. В Латвии, кажется, тоже. Я почти уверена, — с небольшой заминкой сказала Ольга. — Ты же была на моей свадьбе, как же ты могла не знать?

Я замотала головой, попросив подружку меня простить — попрощавшись, я полезла в интернет, чтобы проверить Ольгино предположение. И на большинстве сайтов было написано именно то, что сказала подружка: кажется, я всё это время носила кольцо на правой руке, именно так, как носят невесты после помолвки!

Меня затрясло.

Да, я не обращала внимания на руки, потому что не думала, что меня это когда-нибудь коснется, но… почему все остальные молчали?

Вроде бы, безобидная мелочь… Однако, получается, Артис меня обманул? И все вокруг думали, что мы уже обручились. А может, это просто недопонимание?

Я охотно бы в это поверила, если бы не комментарий Рамзи о моей руке, который он сделал, увидев кольцо. Разве вожак и счастливо женатый мужчина стал бы замечать простое украшение на руке чужой женщины? Нет, только если там имелся какой-то смысл…

Я нахмурилась, понимая, что всё это мне очень не нравится.

Всего лишь небольшой обман, ерунда, пустяк (я надеялась на это). Но что, если кроме этого пустяка имеется что-то ещё? В голову пришли строчки из Гамлета: если это даже и безумие, то в нем определённо имеется система.

Я вскочила с кровати и прошлась по комнате: если меня обманули намеренно, то обманули не только в подобном пустяке. Обязательно должно быть что-то ещё.

Я переживала из-за долгого молчания родителей.

Да, мы не были особенно близки: ни они, ни я никогда не отчитывались друг перед другом о своём местонахождении или образе жизни, но…

… с тех пор, как я узнала о существовании оборотней, ситуация сильно поменялась. Они должны были это понимать, должны были прислать мне какую-то весточку.

Или не должны?

Не зная, за что зацепиться, я решила проверить в поисковике информацию о своих родителях. Отец с матерью всё-таки были известными в узких кругах учеными — они не могли исчезнуть так же просто, как я: у них была работа, друзья, коллеги. Я понятия не имела, как мои родители делили свою деятельность на законную и противозаконную (те самые опыты, которые они выполняли по приказу их Альфы), но факт оставался фактом: мои родители были признанными научным сообществом специалистами.

Поиск не выдал ничего странного, кроме одного: оба моих родителя покинули лабораторию, в которой проработали много лет, по своему желанию. На веб сайте организации, где была опубликована эта информация, говорилось, что весь коллектив будет вечно благодарен моим родителям за их вклад в науку; что они многое сделали как для родной лаборатории в частности, так и для науки Британии в целом— ну, и все остальные бла- бла-бла.

Текст, как я понимаю, был написан одной из секретарей, Амандой Вудроу: железной леди всей администрации.

Но вот что удивительно, даже я прекрасно знала, насколько мисс Аманда помешана на грамматике: не глядя на ранги, она заставляла полностью переписывать поданные ей документы, даже в случае, если там обнаруживалась одна пропущенная запятая или точка. В лаборатории ходили вечные споры о том, делала ли мисс Аманда когда-либо ошибки в своём письме или она уже родилась со знанием грамматики. Но…

Здесь, в этом «пресс-релизе» была одна странность: мисс Аманда то и дело употребляла «все сотрудники» вместо «оба сотрудника». Эта была ошибка. В других языках такого жёсткого правила, кажется, не существует — но оно есть в английском.

«Либо мисс Аманда сошла с ума, либо одновременно с моими родителями был уволен кто-то ещё, чье имя убрали из текста».

Мне понадобилось где-то минут сорок, чтобы докопаться до истины: в тот же самый период владельцы лаборатории уволили… Джоша.

Да, того самого — моего бывшего.

Я вообще-то наивно думала, что он давно работает в другом месте, но… оказывается, он до недавнего времени руководил каким-то административным отделом, финансово и юридически связанным с лабораторией, возглавляемой моими родителями.

Пока я листала его соц сети, я обратила внимание на ещё одну странность: друзья присылали Джошу всякие подбадривающие фразы и соболезнования — создавалось впечатление, что это не было по поводу увольнения. Ну, просто не могло быть!

Мне пришлось потратить ещё какое-то время, прежде чем я добралась до причины этих сообщений — и то, что я прочитала, заставило меня экстренно побежать в туалет — меня затошнило от ужаса.

У Джоша была отгрызана рука.

Выходило так, что на следующий день, когда он приехал в лабораторию вернуть компьютер, какой-то огромный зверь откусил ему полруки — до самого локтя.

Поскольку дело происходило вечером, свидетелей этого происшествия не оказалось. Я искала информацию везде, где только возможно, но нашла лишь крохотную статью в местной газете: местный репортёр был так встревожен атакой дикого животного, что не предал никакого внимания другой (очередной) странности: камеры, которые были направлены на парковку, по какой-то причине именно в это время не работали.

Вроде как, компания, которая обслуживала систему безопасности, именно в этот самый вечер проводила профилактические работы.

У репортёра, судя по всему, даже не закралось ни одной мысли, что подобное совпадение может быть неслучайно. Единственное, что его волновало — то, что волк или большая одичавшая собака не попали на видео.

О, да, и впрямь какая жалость.

Отбросив телефон в сторону, я подошла к окну и уставилась в темноту. Получается, что … Да, нет, Артис не мог.

…или мог?

Я закрыла глаза, пытаясь систематизировать беспорядочные данные, которые крутились в моей голове.

Мама пугала, что оборотни все как один — страшные звери. У неё также имелось особое предубеждение насчёт вожаков; в любом случае, Артис так и не дождался лестной оценки от моей матери.

Но здесь я готова была возразить своей родительнице: за всё это время, что я жила с Викингом, Артис ещё ни разу не проявил себя жестоко. Если не считать сегодняшней истории с Даце… Но и тут я могла возразить самой себе — с его точки зрения, он не проявлял жестокость к женщине, он спасал жизнь ребенка. Щенка, как у них тут говорят.

И вообще, несчастье, которое произошло с Джошем, произошло рядом с лабораторией — а там, насколько я теперь знаю, проводятся не только медицинские эксперименты для людей, но и для оборотней… Возможно, что один из подопечных моих родителей, после их увольнения, сбежал — и вышло то, что вышло.

«Но Альфа Рамзи запретил все негуманные эксперименты», — вспомнила я. — «А удерживать живое существо против его воли в месте, где проводят эксперименты — именно что негуманно».

Не получалось.

А ещё это совпадение дат — Джоша уволили в один день с моими родителями. Почему так? Даже если он был плохим специалистом и держался только как протеже моего отца — всё равно, должно было пройти какое-то время, прежде чем новое руководство сделало бы оценку его профпригодности.

Внезапно, я поймала себя на мысли, что мысленно перебираю даты, чтобы понять: находился ли Артис вместе со мной в то время, когда какой-то зверь нанёс Джошу увечья, или нет.

Меня пробрал холодный пот.

Да не может быть. Артис — воспитанный европейский человек, который не стал бы делать ничего подобного. Он же…

… А мозг тут же услужливо подсунул одно из старых воспоминаний: когда я, спрятавшись возле окна, наблюдала за счастливой семейной жизнью Джоша.

Мог Артис тоже мне врать — так же, как Джош — или это всего лишь выверты моей поврежденной психики?

Я закусила губу, понимая, что просто не смогу спросить об этом Викинга напрямую. Потому что боюсь услышать не то, на что рассчитываю; потому что боюсь, что мне солгут; потому что боюсь его обидеть своими подозрениями.

Посмотрев на часы, я покосилась на телефон.

У меня была возможность выяснить всё без вмешательства своего Викинга.

И я собиралась это сделать.

Включив приложение мессенжера, я позвонила подружке.

Ольга ответила где-то через минуту, и, судя звуку, она уже находилась в машине. На сей раз мы разговаривали не по видео, по аудио — видимо, в машине она была не одна.

— Алексис? — протянула Ольга немного удивлённо. — Ты разобралась с руками?

Подружка явно хотела пошутить, но у меня не было сил, чтобы поддержать даже эту невинную шутку.

— Оля, можно мне попросить вас… можно мне попросить Николая, чтобы он нашёл для меня кое-какую информацию.

— Что? — подруга, поняв всю серьёзность моего тона, моментально насторожилась. — Алексис, что происходит? Ты никогда раньше не принимала от нас помощь, даже когда жила впроголодь в этом своём Лондоне. Ты чего-то боишься?

— Наоборот, я не хочу бояться, — возразила я. — Поможете?

— Конечно, о чем речь… Коля будет только рад. — Она нажала кнопку на своём телефоне, и звук изменился. Теперь дорожные шумы стали значительно громче.

— Добрый вечер, Алексис, — поздоровался через громкую связь Николай, муж моей подруги. — Как я могу помочь?

— Доброй вечер, — выдохнула я, чувствуя, что оказалась на своеобразной границе между доверием к Артису, собственной честностью, искренностью в отношениях и…

Что было с другой стороны доверия: страх, испуг… досадное совпадение, которое заставило меня подозревать своего мужчину?

Я вдруг внезапно поняла, что не хочу знать правду. Да мне плевать на неё! Мне нужен только Артис.

Его объятия, в которых тепло и уютно; его забота — настоящая, не кажущаяся, его внимательность и любовь. Мне неважно, что он сделал или сделает — я верила в то, что мой Викинг хороший человек. Любящий меня Викинг.

И вообще, как я могла сравнить своего Артиса с бывшим? Да, Джош оказался обманщиком — у него была вторая семья, пока он жил со мной… точнее, скорее всего, я была его второй семьёй, которую он даже не хотел. Уверена, он вынуждено жил со мной из-за приказа отца. Только… я ушла от него до того, как узнала правду. Ушла, потому что чувствовала себя пустой, одинокой, вымотанной и никому не нужной.

С Викингом ничего подобного не было.

Глупо, конечно, признаваться себе в чувствах к нему именно сейчас, в этот момент, но…

… Да, я, кажется, полюбила его.

— Алексис, — позвала обеспокоенная подружка. — Ты тут?

— Знаешь, я, наверное, передумала, — с заминкой ответила я. — Наверное, это будет неправильно.

— Ну, прекрати, — воскликнула Ольга. — Мы рады будем тебе помочь! Для Коли это пустяки, поверь мне.

— Нет, я просто думаю, что это будет нечестно по отношению…

— …к твоему Викингу, — правильно поняла моё затруднение подружка. — Ты хотела узнать о нем больше?

— О нем, о своём бывшем, о родителях, которые куда-то пропали…. Прости, Оль, прости, Николай. Зря я вас побеспокоила. Я, кажется… Это будут громкие слова, но я, кажется, люблю этого мужчину — и должна ему доверять.

— Ты доверяла Джошу, — напомнила мне о моей ошибке Ольга. — И что из этого вышло?

— С Артисом всё по-другому. — Вздохнув, я добавила. — Простите за то, что потревожила вас из-за пустяка.

— Алексис, могу я спросить? — задал осторожный вопрос Николай. — Наверняка существует какая-то веская причина, побудившая тебя сделать этот звонок.

— Моего бывшего уволили с работы и одновременно с этим покалечили, — напряженно ответила я.

— Ю-хуу! — довольно воскликнула Ольга. — Так этому козлу и надо.

— Оль, он лишился руки.

С другой стороны разговора повисло долгое молчание.

— И ты подозревала своего Викинга? — спросила Ольга.

— Время неподходящее, способ… я просто запуталась. — Прижав пальцы к губам, я снова произнесла. — Но я не хочу выяснять об Артисе за его спиной. Я спрошу у него сама.

— Что ж… это твоё решение, — понимающе протянула Ольга. — Но знай, что мы всегда тебе поможем и всегда тебя поддержим.

— Алексис, ты не просто подруга моей жены, она считает тебя сестрой, — добавил Николай. — Просто помни об этом.

Я кивнула — хотя они не могли этого увидеть — и попрощалась со своими друзьями.

Это был тяжелый выбор. Решение, которое я приняла, могло быть неправильным: теперь, когда я начала знакомиться с «не туристической» стороной мира оборотней, было понятно, что оборотни далеко не нежные создания.

Не люди.

Их общество, судя по всему, было куда жестче и патриархальней моего привычного мира, но…

… это был мир Артиса.

Отложив телефон в сторону, я побежала к двери, чтобы, наплевав на всё, пойти в нашу общую спальню — к своему Викингу. Но… опять это пресловутое «но».

Я внезапно поняла, что сейчас, в спальне, разговора у нас не получится — а мне нужно было выяснить, что произошло с Джошем. Нужно было разрешить все недоразумения до поцелуев и нежностей. Иначе ничего хорошего из этого не получится.

И я, отпустив ручку двери, вернулась обратно — в свою одинокую кровать.