Личная награда Альфы

Глава 29

Странно было бы появиться в больнице в окружении мужчин в камуфляже, поэтому, как только мы остановились на одной из заправок, наши сопровождающие все как один быстренько переоделись в «гражданское». Правда, военная выправка и чуть топорщащийся карман, где пряталось оружие, намекали, что нас сопровождают не простые парни, но всё же смотрелось не так впечатляюще, как раньше.

Когда мы подъехали к моему родному городу, Матвей попросил Олю и своего немногословного напарника подождать в кафе неподалеку от госпиталя — там, прямо за углом здания, находилась замечательная кофейня.

А мы с Матвеем и водителем, бросив машину на стоянке одного из супермаркетов, пешком направились в сторону больницы.

— Вы обещали рассказать о моей матери, — пользуясь моментом, поинтересовалась я у Матвея. — Как вы с ней познакомились?

— Отец продал мою старшую сестру сильному Альфе; продал за обещание сохранить нашу стаю после его смерти за мной.

— А разве вы не были наследником?

— Я родился просто сильным оборотнем, — горько усмехнулся Матвей. — Так что с точки зрения отца, это была беспроигрышная комбинация: с одной стороны, если бы моя старшая сестра понесла от того Альфы, то нашу стаю наследовал бы внук моего отца, наша кровь… А если бы не понесла — то оставалось бы соглашение.

— И вашу сестру насильно выдали замуж?

— Замуж? — пролаял Матвей. — Нет, говорю же: её продали. Это только внешне напоминало брак, а за закрытыми дверьми дома её муж превращался в изверга.

Мужчина взглянул на меня.

— Если ты ездила по горячим точкам, ты, знаешь, как мужчины вымещают свою злость на слабых женщинах.

— Я могу себе это представить, — тихо согласилась я. — Наверное… Ей было очень тяжело?

Матвей, отведя взгляд в сторону, коротко кивнул.

— Проблема ещё заключалась в том, что моя сестра никак не могла забеременеть. Я знал, что он издевается над ней из-за этого, что наказывает её… физически наказывает; видел, что моя сестра медленно умирает, и ничего не мог поделать. Я посмел обратиться в Совет — но я был подростком и не был Вожаком, да и у «мужа» сестры имелось слово нашего отца. Моё обращение старики просто проигнорировали.

— Но если ваша сестра страдала, то почему она сама не заявила куда-нибудь?

— В мире оборотней страдания не считаются, — горько усмехнулся Матвей. — Синяки и переломы остаются только у слабых полукровок, у оборотней же почти мгновенная регенерация. К счастью, моя сестра попала к твоей матери — она уже тогда считалась хорошим профессионалом. Муж сестры полагал, что Людмила сделает стимуляцию, после которой наступит долгожданная беременность, но твоя мать…

— Она сделала так, что вашей сестре перевязали трубы? — быстро спросила я.

— Да, — удивленно кивнул Матвей. — А ты откуда знаешь?

— Догадалась.

Мужчина кивнул.

— Они обыграли всё так, что это как бы оказался единственный вариант спасения жизни моей сестры… после этого она получила свободу от своего мучителя.

Я поёжилась: сомнительная свобода.

— Он так и остался Альфой? — быстро спросила я. — Как его зовут?

— Он давно сгнил в земле, — фыркнул Матвей. — Все ещё хочешь узнать его имя?

— Неетт, — я замотала головой, а Матвей рассмеялся.

— Я так и думал.

— А ваша сестра?

Матвей, повернувшись ко мне, задумчиво улыбнулся.

— Она счастлива.

— Без детей?

— Она осталась жива, девочка! И, кроме того, она не бездетная — она усыновила человеческих сирот и счастлива быть им матерью.

Взглянув на меня, Матвей спросил:

— Почему у тебя разногласия с матерью?

Я пожала плечами, решив, что не стану рассказывать ему о том, как мать порывалась сделать со мной то же самое, что она сделала с его сестрой. Возможно, для сестры Матвея это была единственная возможность избавиться от навязанного супружества, но меня мои родители просто обманывали! Мама, вместо того, чтобы просто рассказать об оборотнях и их патриархальном обществе, врала мне, поставив моё здоровье и мою жизнь под удар.

Прикрыв на секунду глаза, я глубоко вздохнула и отделалась общими, ничего не значащими фразами о разнице поколений и прочей ерунде. Мне хотелось оставить маму героиней — спасительницей в глазах этого мужчины и его сестры.

Я прикинула, сколько лет могло быть моей матери, когда ей пришлось иметь дело со всеми этими ужасами — она была совсем ещё девчонкой — и теперь мне становилось более понятно, почему мама настолько ненавидит оборотней-мужчин. Ей пришлось калечить женщин, чтобы дать им свободу…

Когда мы поднялись на этаж, где располагалась палата Джоша, я всё ещё находилась под воздействием рассказа Матвея о его сестре.

Только поэтому я оказалась не готова.

Не продумала я этот момент, не подготовилась вовремя, не успела закрыть щитами свою душу. Потому что едва только Джош меня узнал, в меня сразу же полетели ядовитые, злые слова.

— Посмотрите, кто к нам пришел, — ядовито рассмеялся Джош, вытянув перед собой руку, перевязанную бинтами. Рука явно пострадала, но она была… и вроде бы даже функционировала — иначе как бы он ей двигал.

— Что, тварь, пришла позлорадствовать. И мужика своего привела, да?

Я покосилась на Матвея.

— Вы не оставите нас наедине?

— Ты уверена? — нахмурился оборотень. — Этот парень не кажется дружелюбным.

— С его ранами, он вряд ли сможет причинить мне какой-то физический вред.

— Что ты там бормочешь? — ядовито протянул Джош. — На каком это языке?

— Я буду за дверью, — прошептал мне на ухо Матвей. Кивнув, я подождала, пока он выйдет, и только затем обратилась к притихшему Джошу.

— Я сожалею, что ты пострадал, — кивнула я на его бинты.

— И всё? — злобно рассмеялся мой бывший парень. — Никаких сожалений о том, что ты развалила мою семью? Что из-за тебя я потерял свою работу?

— Свою семью ты развалил сам, — пожала я плечами. — Никто не заставлял тебя жить со мной, если у тебя была любимая женщина.

Джош громогласно рассмеялся, а затем протянул:

— Никто не заставлял? Ты на самом деле дура, да? — Он широко улыбнулся. Но это была не улыбка, а злобная гримаса. — Если бы я этого не сделал, меня бы тут же уволили.

— Хороший профессионал всегда найдет новую работу, — пожала я плечами.

— Где? — снова рассмеялся Джош. — На заправке? Твой папаша наверняка перекрыл бы мне кислород.

— Не думаю, что это так, — покачала я головой. — Но даже если ты и прав, у тебя всё же была возможность рискнуть работой, сохранив семью. Ты сам сделал свой выбор.

— Это не было свободным выбором, — взвизгнул мой бывший парень. — Я просто хотел создать условия для своей любимой.

— И как, — приподняла я бровь. — Оно того стоило?

— Стерва, — прошипел Джош, схватив со столика книгу и зашвырнув её в мою сторону. — Ядовитая тварь, которая только прикидывалась робкой девочкой. О, если бы я тогда это знал — ты бы света белого у меня не увидела. Я бы заставил тебя чистить свои ботинки и вытирать мне задницу после туалета… Ха-ха-ха, жаль, что тогда я об этом не додумался. Вот было бы веселье.

— Наверное, ты обрадуешься сейчас, но я и не видела его тогда — это белого света, — просто ответила я.

— Очень рад, — довольно закивал мой бывший. — А теперь, пожалуйста, Алексис, сделай мне ещё одно одолжение — подохни. Можешь прямо сейчас, у моих ног — помнишь, ты так хорошо изображала мою комнатную собачку?

Джош насмешливо фыркнул.

— А может, ты хочешь сдохнуть в одной из своих дурацких поездок, а? Так, чтобы твоё тело нашли спустя лишь месяцы: дурно пахнущие, разложившиеся останки.

— Прекрати, пожалуйста, — сжала я зубы.

— А что, не имею права? — приподнял бровь мой бывший. — Это ты пришла ко мне в больницу… Зачем ты заявилась сюда, тварь?

— Я прочитала в газете, что какое-то животное отгрызло тебе руку, — кивнула я на его забинтованную конечность. — Я подумала что… вдруг тебе нужна помощь.

— От тебя? — мотнул головой Джош. — Ты думаешь, я принял бы от тебя помощь?

Он хрипло рассмеялся.

— Мне не отгрызло руку какое-то животное, — заявил парень.

— Это я уже вижу, — согласилась я.

— Мне перекусил руку один из бандитов твоего хахаля, — кивнул в сторону двери Джош, видимо, имея в виду Матвея. — Меня покалечили из-за тебя!

— Какие прогнозы дают врачи?

— Мне придется восстанавливаться больше полугода, — рявкнул Джош. — Это всё из-за тебя! Это сделали дружки твоего прихвостня.

— Ты в этом так в этом уверен? — я задержала дыхание, чтобы успокоиться. — Может быть, ты перешёл дорогу кому-нибудь ещё?

— Ты всё-таки дура, — рассмеялся Джош, откидываясь на подушки.

— Ты прав, — кивнула я, открывая дверь. — Дура и есть… Знаешь, я ведь уже несколько лет в курсе того, что ты жил на два дома: со мной и там, где у тебя имелся ребенок. Я видела вас всех вчетвером.

— Что?

— Я видела, что вы настоящая семья, где все любят друг друга. Я не знаю, смогла бы я так: любить человека, который ради несчастных бумажек изменял бы мне… Но я представляла, какими убедительными могут быть мои родители. И я никому не говорила. Никому не рассказывала.

— Алексис…

— Ты снова прав, когда сказал, что вся твоя жизнь разрушена из-за меня. Ты где-то прав. Только я к этому не причастна. И даже те, кто рассказал всю правду твоей жене, кто уволил тебя с работы — они просто подтолкнули тебя к краю, а в пропасть упал ты сам.

— Ты не понимаешь!

— Я понимаю, что деньги сами по себе не приносят счастья. Мои родители никогда не были бедными… но была ли я счастлива с их возможностями?

— Да что ты говоришь? — фыркнул Джош. — А ты пробовала жить без денег своих родителей?

— Не поверишь — пробовала, — кивнула я. — Голодала, экономила на отоплении… но была счастлива, потому что была свободна.

— Выздоравливай, — кивнув на его руку, произнесла я от чистого сердца. — Мне очень жаль, что такое случилось с твоей рукой.

Только это и было тем единственным поступком оборотней, которого я не могла ни понять, ни принять…

Выйдя в коридор, я закрыла за собой дверь и прижалась к ней спиной.

Что бы Джош себе не думал, я приехала в это место не для того, чтобы злорадствовать над его горем. Я приехала, чтобы…

Хм, я просто повелась на эмоции подружки — Ольга ведь придумала такой шикарный план, как можно было отказаться? Вон, она даже Матвея нашла — и возможность хоть что-то выяснить о прошлом моей матери.

Было глупо не пуститься в эту авантюру, которую полностью распланировала подружка — чтобы навсегда закрыть эту главу своей жизни.

— Всё в порядке? — спросил Матвей, нахмурившись. — Ты какая-то бледная.

— Я вспомнила, что я все-таки чистила его ботинки…

— Что? — не понял оборотень.

Я тряхнула волосами и попросила оборотня.

— Давайте возвращаться. Вы сможете подкинуть нас с Ольгой куда-нибудь поближе к моему дому? Я провожу её в гостиницу уже со своими телохранителями.

Я покосилась на мужчину.

— Вы ведь знали, что ничего страшного я здесь не увижу.

Матвей пожал плечами.

— Твоя мать надеялась, что это отвратит тебя от оборотней.

— Я про вас спрашиваю.

— Девочка, я просто отдавал долги, — улыбнулся оборотень. — Это неизмеримо с тем, что сделала твоя мать — она тогда рисковала и своей жизнью тоже, я же просто свозил её дочку за город.

— Что ж… Спасибо, — я улыбнулась. — А теперь пора вернуть её дочку назад.

Я не успела сделать и пару шагов в сторону лифта, как меня вдруг прижали к стене, оттеснив от Матвея.

Несколько мощных мужчин взяли меня в кольцо. Двое других — тащили несопротивляющегося Матвея на выход.

— Что происходит? — испуганно закричала я. — Кто вы?