Личная награда Альфы

Глава 11

В честь нашего прибытия, ужин был подан в величественном старинном зале, который, по словам Лики, открывали только по значимым датам — и только для настоящих друзей.

Позднему (по моим понятиям) ужину предшествовало небольшая беседа в гостиной. Я полагала, что хозяева ждут к ужину ещё гостей, но как выяснилось, мы с Артисом были единственными приглашёнными на этот вечер.

Устраиваясь на стуле рядом со своим Викингом, я оглядела великолепную сервировку длинного средневекового стола и мысленно поблагодарила родителей за школу, которую они выбрали для моего обучения: даже приемы, которые проводила Ольга в своём Санкт-Петербургском особняке, блекли перед церемониальностью этого вечера.

«Вот что значит, когда «старые деньги» действительно старые — примерно семнадцатого или даже пятнадцатого столетия», — подумала я, обратив внимание на герб, который использовал Александр Рамзи. — «Древний род, овеянный славой и легендами».

Полная рота слуг, одетых в черные фраки, внимательно следила за тем, чтобы ни гости, ни хозяева не чувствовали ни в чем недостатка. Вино, закуски, перемена блюд и даже десерт были изумительны, а легкие разговоры «ни о чем» оказались прекрасным дополнением к поданным блюдам. Разумеется, я почувствовала, когда меня начали аккуратно интервьюировать. Вопросы, которые задавал мне Рамзи, могли показаться проявлением простого любопытства, если бы я сама много раз не использовала этот прием: даже у самого неразговорчивого человека можно узнать много полезной информации, если знать, как спрашивать.

Рамзи точно знал.

Альфа интересовался моим детством, родителями, моей карьерой… Всё это было невинно, но почему-то очень не нравилось Артису, который почти что скрипел зубами — особенно, когда Рамзи спросил о причинах, побудивших меня на какое-то время уехать в Россию.

Правда, когда я лишь заикнулась о Джоше, Артис громко ударил ладонью по столу — так, что эхо от этого удара разлетелось по всему залу. Официанты вздрогнули. Рамзи сокрушенно покачал головой.

— На этом всё, — процедил Артис с явным акцентом в голосе — он то ли волновался… или, если судить по внешнему виду, злился.

— Ты понимаешь, что её отец держит меня за … — покосившись на свою супругу, рыжий Альфа тяжело вздохнул. — Тебе нужен план «Б» на случай, если они упрутся рогом.

— Обойдемся без согласных букв, — как-то совсем невесело рассмеялся Артис. — Никаких запасных вариантов.

Рамзи покачал головой и тут же сделал короткий знак своему внушительному дворецкому, приказав всем слугам покинуть зал.

— Мы позовём вас чуть позже, как только расправимся с десертами, — добавила Лика, нежно улыбнувшись официантам. Мужчины, поклонившись своей хозяйке, покинули столовую — и мы остались совсем одни.

Четыре человека в вековом каменном зале шотландского замка.

— В обычных обстоятельствах я бы не стал затевать этот разговор, — поднявшись из-за стола, протянул Альфа Рамзи. Подойдя к своей жене, он облокотился на спинку её стула и медленно произнес:

— Ты уже знаешь, Алексис, как важны для нас, оборотней, наши истинные суженые. Одна на всю жизнь. Одна — сама жизнь. Единственная, которая может удержать нашего волка.

С любовью взглянув на свою жену, альфа Рамзи продолжил.

— Когда-то благодаря Артису я сумел обыскать своё сокровище. Без Лики, я был бы уже мертвым чудовищем, потерявшим не только человеческий облик, но и стаю… Я уверен, что Артис ещё не говорил тебе об этом, но вся стая от мала до велика зависят от своего вожака, от Альфы.

— Александр, — предупреждающе рыкнул мой Викинг, на что Рамзи дурашливо покачал головой.

— Ты знаешь, что я в своём праве. Официально она всё ещё моя.

Проигнорировав последовавшее за этим утробное рычание моего Викинга, Рамзи добавил:

— Эта девочка должна понимать, что поставлено на кон.

— Мы сами разберемся.

— С учетом того, кто её родители? — усмехнулся Рамзи. — Артис, будь уверен: уже завтра начнётся неравный бой за твою избранницу, а я, несмотря на то, что задолжал тебе долгих семь счастливых лет, не смогу ничего с этим сделать. Мои руки будут связаны. Правда, если девушка сегодня подтвердит своё желание остаться с тобой…

Александр Рамзи выразительно посмотрел в мою сторону.

— Дорогой, ты не находишь, что нечестно так сильно давить на Алексис, — вздохнула прекрасная хозяйка замка.

— Я желаю всем только добра.

— Тае и Этьену мы все тоже желали только добра, — покачала головой Лика. — Да ещё и Лере «помогли», не прояснив всю ситуацию до конца.

— Мы. Разберемся. Сами. — Процедил Артис.

— Я лишь хотел донести до девочки, что её избранник — не просто Альфа, управляющий двумя очень разными частями стаи. У её избранника нет ни соседей, ни кровных родственников — никого, кто мог бы взять его стаю в случае гибели вожака.

— Александр! — рявкнул Артис, поднимаясь со стула. — Она сама примет решение.

— Но она должна понимать, что от её решения будет зависеть жизнь огромного количества оборотней. Мы все знаем, что случилось в немецких землях… что сейчас происходит на землях любого из нас, потому что ни один из нас не в состоянии позаботиться обо всех, кому требуется помощь. Мы не можем потерять ещё и тебя!

— Спасибо за ужин, — рявкнул Артис и, подхватив меня на руки, направился к дверям, ногой открыв для нас проход.

Ужин не просто смазал всё впечатление от прошедшего дня, но ещё и заставил меня сильно задуматься.

Полночи проворочавшись с боку на бок, я, вконец вымотавшись, открыла глаза и села — с удивлением заметив, что Артис сейчас не спит на другой половине гигантской кровати, а сидит в кресле у стены напротив и неотрывно смотрит на меня.

— Я хочу, чтобы ты знала, — хрипло произнес Викинг. — Дело не в стае…

Поморщившись, он поправил сам себя.

— То есть и стае тоже — я всё-таки собирался жениться по уговору ради оборотней своей стаи. Но тебя я хочу для себя.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Сейчас, в непроглядной ночной тьме, его глаза казались неестественно яркими и желтыми как расплавленное золото.

— То есть у меня нет выбора? — спросила я, кутаясь в одеяло.

— Разумеется, у тебя есть выбор. Я даю тебе время осознать его, — усмехнулся Артис. Я было вспыхнула и хотела ответить что-то соответствующее моменту (и феминистской идее равенства полов), но Артис в этот момент вкрадчиво спросил:

— Как ты думаешь, почему ты не можешь заснуть?

— Потому что слишком много ошарашивающих новостей за один день?

— Попробуй ещё раз, — снисходительно посоветовал Артис.

— Потому что слишком устала за день.

— Ещё одна попытка.

— Потому что родители ещё пока не приехали?

Артис тяжело вздохнул — явно, сокрушаясь от моей недальновидности:

— Я могу поспорить, что как только я вернусь в кровать — ты заснёшь в течение десяти минут.

Он улыбнулся.

— В тебе совсем немного крови оборотней, но её достаточно, чтобы ты чувствовала притяжение истинных пар.

— Это на самом деле так важно? — спросила я, перекидывая волосы через плечо.

— Тебе тоже будет не хватать меня, — довольно улыбаясь, протянул Артис. — Не так, как мне тебя — я просто сойду с ума без тебя… но и ты без меня не будешь счастлива.

Он произнес это настолько серьёзно, что я вздрогнула: меня испугали обе части его фразы; и не знаю, какая больше.

— Что Рамзи имел в виду, когда сказал, что от тебя зависят огромное количество оборотней? — судорожно спросила я, надеясь таким образом переменить тему.

Артис усмехнулся, но тему всё же поддержал.

— Я не знаю, как ты представляешь себе стаю оборотней…

— … ну, в полнолуния вы превращаетесь в чудовищ и бегаете по лесу голышом, изображая зверей.

Артис улыбнулся.

— Мы превращаемся тогда, когда хотим… или когда зверь по какой-либо причине становится сильней человека. Зверей мы не изображаем — чаще всего мы становимся зверьми, когда бегаем голышом по лесу.

— А мне не надо?

— Что? — нахмурился Артис.

— Бегать по лесу голышом? — спросила я на полном серьёзе. — Нет, я лес, конечно, люблю… но бегать голышом — увольте. Так и простыть можно.

— Ты просто ещё не пробовала, — отчетливо хмыкнул Артис. — Мы также празднуем праздник Луны каждое полнолуние. И это не просто повод для сбора стаи. В полнолуние оборотни напитываются силой Луны, а Альфа… альфа и его помощники в этом случае выступают что-то наподобие ретрансляторов. Не будет Альфы, не будет его помощников бет — и баланс в оборотнях между зверем и человеком нарушится за считанные недели. Приближенные смогут выстоять пару месяцев без полнолуний, а дальше зверь будет всё чаще брать вверх над человеком.

— То есть все эти жуткие истории про оборотней — людоедов — не шутки желтой прессы?

— И такое иногда бывает, — кивнул Артис. — С возрастом, зверь внутри оборотня матереет, и если у оборотня не оказывается достаточных якорей для человека, зверь побеждает человеческую половину, и оборотень превращается в одичавшего.

— Ужас какой, — поежилась я.

— Одичалые чрезвычайно опасны, — кивнул Артис. — Но людоедство всё же исключения, а не правило. Так же, как и у людей.

— Какое счастье, что во мне нет почти ничего от оборотней.

— Самки не подвержены одичанию, — сверкнул белоснежным оскалом мой Викинг. — Но притяжение истинной пары они ощущают наравне с избранниками.

Заметив, что я поёжилась, Артис добавил:

— К примеру, ты реагируешь чуть спокойней, чем чистокровная волчица, но всё равно реагируешь на меня так, как и положено оборотнице, нашедшей свою пару.

Я подумала, что он опять имеет в виду сегодняшнюю ночь и то, что я не смогла уснуть без него, одна в кровати. Но в этот раз у меня уже был готов ответ на возмутительное предположение моего Викинга.

— Вчера я, между прочим, тоже долго не могла заснуть. Хотя ты и спал рядом.

Артис, вместо того, чтобы смутиться (или возмутиться), спокойно кивнул, с улыбкой заметив:

— Разумеется, я спал. Тебе же хотелось разглядеть свою пару.

— Как ты… — я вскинула голову, понимая, что значит его признание. — Ты же спал!

— Я находился на седьмом небе от счастья, — улыбнулся Артис. — Мне было приятно, что я тебя так заинтересовал.

Я не видела, я чувствовала, что он как хищник (почему «как»), был готов резко податься вперед… но я пока не была готова к тому, о чём он подумал.

И в то же время я не хотела, чтобы это испортило наши зарождавшиеся отношения.

Я закусила губу, приготовившись спросить про отношения между оборотнями и людьми: было странно, что в моей семье, где оборотнем являлся отец, всегда командовала мама… Но тема родителей была последним, о чем бы я хотела рассуждать, находясь в спальне с мужчиной, который мне очень нравился… которого я хотела.

К счастью, Альфа Рамзи сказал сегодня за ужином достаточно, чтобы быстро вспомнить какую-то из его фраз — и спросить Артиса об этом.

Тем более что всё это на самом деле было очень увлекательно.

— Получается, — бодро и жизнерадостно произнесла я, подражая радиоведущим утренних передач. — Что оборотни действительно не могут обходиться без полнолуний.

— Получается, что так, — кивнул Артис.

— А что вы делаете между полнолуниями? — невинно моргнув, поинтересовалась я. — Я имею в виду, вы — Альфы? У вас есть какие-то другие обязанности?

Артис, откинувшись на спинку кресла, тихо рассмеялся.

— У меня не только красивая, но ещё и умная девочка, — он покачал головой, довольный тем, как я вывернула тему. — Нет, Альфы — не декоративные царьки для своей стаи.

— Тогда… Абсолютные монархи?

— Тоже нет… Точнее, так может показаться на первый взгляд тем, кто никогда не жил в стае, но это ошибочное мнение.

— Я не понимаю. Как тогда вы становитесь вожаками-Альфами? У вас существуют какие-то поединки? Или власть, как у монархов, переходит от отца к сыну?

— К достойному родственнику, обладающему Альфа- силой. Это может быть сын, троюродный племянник или десятиюродный кузен.

— То есть поединков двух вожаков не бывает?

Артис помрачнел.

— Хотел бы я сказать, что только в самых редких случаях, но это было бы неправдой.

— То есть, поединки всё-таки случаются?

— И поединки, — кивнул Артис. — И войны. Стая, Алексис, это почти неограниченная власть и огромные денежные состояния. Вырожденцам всегда хватает этих двух пунктов.

— Вырожденцам?

— Альфам и их приспешникам, которым наплевать на оборотней и своих, и чужих стай.

— Что ты хочешь этим сказать? — мне было так интересно, что я поддалась вперед, зачарованно слушая Артиса.

— Нас мало, Алексис. Очень мало. Даже я не справляюсь, что уж говорить про Рамзи, у которого часть стаи находится на другом конце мира.

Обняв колени руками, я спросила:

— Можешь рассказать, почему это плохо? Вот королева Елизавета считается королевой и Канады, и Австралии.

— Мы не царьки для церемоний, — резким тоном повторил одну из своих фраз Артис. — Мы судьи там, где человеческие законы не работают. Кроме того, Альфа-сила позволяет нам останавливать одичание у детей полукровок, замедлять одичание у взрослых. Но нас очень мало. Беты, наши помощники, не всегда вовремя замечают одичание, и тогда мы становимся палачами.

— Всё так ужасно? — Тихо спросила я.

Артис пожал плечами.

— Представь, что у тебя есть одна единственная ложка, которой ты можешь накормить голодных людей. Ты легко справляешься с задачей, пока их двадцать, тридцать человек. Но представь, что их десятки, сотни тысяч… В один прекрасный момент как бы ты ни старался, твои подопечные начнут умирать от голода.

Я хорошо понимала, что имеет в виду Артис. Приезжая в бедные разрушенный войной страны, мне хотелось накормить каждого ребёнка, помочь обрести кров и защиту каждой изнасилованной женщине. Но мне не удавалось помочь всем.

Погрузившись в свои воспоминания, я всхлипнула и поспешно отвела взгляд в сторону, чтобы Артис не увидел моих слез.

Но он почуял.

— Маленькая моя, — произнес Викинг, оказавшись вдруг совсем рядом.

Распластавшись на кровати, я нервно сжимала одеяло в руках…

— Не расстраивайся, — шепча мне в губы, попросил Артис. — Не расстраивайся, малышка. Ночи созданы не для этого.

Я не знала… я не предполагала, что мужчина может быть настолько нежным. Меня целовали, гладили, изучали моё тело и подспудно предлагали своё для изучения… Нет, секса между нам в ту ночь не случилось, но мы нежничали в постели почти до самого рассвета, и засыпала я с одной мыслью в голове: как мне повезло встретить этого замечательно мужчину, какая я счастливица.

А потом случилось это.