Личная награда Альфы

Глава 10

Я уже бывала в Шотландии.

Свое самое первое путешествие сюда я провела в Горной и Низменной Шотландии больше месяца: работала вместе с одним американским автором над его книгой — готовила фотографии областей, откуда когда-то были вынуждены эмигрировать десятки тысяч потерявших кров и возможность получить пропитание шотландцев.

Здесь, в горах, это чувствовалось особенно пронзительно: горы и холмы хранили в своих туманах слезы тех несчастных, кто навсегда потерял свой дом, свою землю, могилы своих предков, ради выгоды богатого сословия: как только шотландские аристократы оторвались от своих корней, перестали считать клан семьей, о которой нужно заботиться, участь простых крестьян была предрешена. Впрочем, беднякам во все времена жилось плохо…

В Шотландию мы приехали без родителей: Артис сказал, что им необходимо дополнительное время для сборов — и это всё, что я знала: мама, видимо, сильно обиделась на моё поведение и потому полностью игнорировала мои звонки.

Хотя я и сама ещё не определилась, как себя вести с родителями дальше. Мама относилась к Артису также плохо, как и к Ольге. Подружке не повезло с национальностью, Артису — видимо, с расой.

Да, кстати о расе — судя по тому, как все вокруг говорили об оборотнях, Альфах и всём таком прочем, это действительно было всерьёз. Странное дело — это меня совсем не шокировало. Я хорошо запомнила свои первые командировки в отдаленные места, когда я скептически относилась ко всему, что не поддавалось научному объяснению, а потом просто стала слушаться проверенных «местных».

Сейчас я тоже просто слушала Артиса и его помощников, надеясь, что скоро он объяснит мне всё в подробностях — мой Викинг не торопился с этим, видимо, опасаясь за мою реакцию.

Ну, если учесть то, как себя вела моя мама — вполне объяснимое опасение.

В отличие от моих обычных командировок наше путешествие в Шотландию было устроено с максимальным комфортом, и под комфортом я подразумеваю не билеты первого класса — а частный джет, доставивший нас прямо в пункт назначения. При этом вокруг нас суетилось много народу, а «полицейские» в дорогой одежде явно выполняли функцию телохранителей. Странное дело: все до одного называли меня Луной, я даже пару раз поправила кого-то из телохранителей, назвав своё правильное имя. Однако мужчины то ли не расслышали, то ли специально, для конспирации, продолжали называть меня только Луной— в конце концов, я просто махнула рукой и стала отзываться на это имя.

Больше всего меня волновала близость Артиса — и моя ненормальная зависимость от его присутствия рядом. К счастью, это, кажется, было обоюдным чувством: с того момента, как я села к нему в машину, мы почти не расставались. Если кто-то из подручных отзывал его в сторону, он всегда продолжал внимательно следить за мной глазами; а когда разговор заканчивался, Артис тут же оказывался рядом. Казалось, что ему физически надо меня трогать, обнимать, вдыхать мой запах … И последнее могло бы показаться странным, если бы не эта их мифическая раса оборотней.

Я же искренне пыталась сохранять голову трезвой, то и дело напоминая себе о Джоше. Только Артис не был им, зато он был тем самым, от чьих объятий я пьянела сильнее, чем от вина.

Во время полета мы, когда остались в салоне одни, целовались как сумасшедшие, и кто знает, куда бы нас это могло завести, не вспомни я вовремя о приличиях: несмотря на огромное желание, которого я прежде никогда и ни к кому не испытывала, Артис все же был едва знакомым, чужим мужчиной, которого я только собиралась узнать.

А затем была поездка из аэропорта в сам замок.

К этому времени нас окружала уже двойная стена охранников: сначала возле нас шли охранники Артиса, а за ними уже следовали шотландцы, присланные альфой Рамзи.

Сам Артис не отпускал меня даже на сантиметр от себя — и мне это, почему-то, очень нравилось. Так нравилось, что я почти проморгала сам замок…

Правда, стоило мне войти внутрь старинной крепости, удивительным образом переоборудованной под современное жильё, я почувствовала, что будто попала в другую, более древнюю и более свободную страну — страну, в которой звучали волынки под аккомпанемент кубков с бренди.

Мужчина, одетый в килт, поприветствовал нас у входа. Полный чувства собственного превосходства, он едва обратил на меня внимание, зато поклонился Артису как дорогому гостю.

— Вас ждут, милорд, — медленно протянул он, попросив (или приказав) нам следовать за ним. Мужчина говорил с сильным шотландским акцентом — как и все остальные служащие Рамзи, сопровождавшие нас из аэропорта.

По дороге сюда, Артис рассказал мне, что Альфа Рамзи очень не любит пускать чужаков на свои земли, и что погостить у него в горах — честь, которой удостаиваются немногие.

— Особенно сейчас, когда его пара ждёт малыша, — добавил мой Викинг, с каким-то странным чувством глядя мне прямо в глаза. — Как правило, мы тщательно охраняем наши дома от любой, пусть даже совсем мифической опасности.

Может быть, на меня так подействовали ошеломляющие интерьеры замка; может быть, всему виной была моя собственная фантазия — но, так или иначе, я ожидала увидеть в качестве первой леди замка огненную шотландку, под стать Алеку Рамзи: яркую, эмоциональную, громкую…

И потому я остолбенела, когда в гостиной вместе с Рамзи нас ожидала утончённая английская леди. Расправив несуществующие складки на подоле своего светлого платья для беременных, она протянула мне руку и представилась.

— Лика Рамзи. Добро пожаловать в Горную Шотландию, Алексис.

Лика… Лика… странное имя для англичанки. Настолько странное, что я даже переспросила:

— Анжелика?

Благородная леди улыбнулась уголками губ.

— Просто Лика.

Альфа Рамзи, встав рядом с женой, довольно улыбнулся.

— Я рад, что ты сделала правильный выбор, Алексис, — обратился он ко мне, как к старой знакомой. — Не мне судить о твоей матери, но твой отец виновен в ужасном преступлении.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Рамзи кивнул мне за спину — скорее всего, на то место, где стоял Артис.

— Если бы не заступничество твоей пары, твой отец был бы жестоко наказан.

— Не порть мне отношения с тестем раньше времени, — фыркнул Артис, обняв меня за талию. — Мне ещё придется убеждать её родителей отдать мне их дочь.

Рамзи рассмеялся и замахал руками, как будто это не он только что говорил о жестоком наказании для моего отца.

Пока я пыталась понять, как правильно отреагировать на этот разговор, Альфа Рамзи поинтересовался у Артиса, хочет ли тот остановиться в самом замке или в одном из флигелей.

— Пока гостевых комнат будет достаточно, — вздохнул мой Викинг. На что Рамзи приподнял бровь:

— Неужели удержишься?

— По крайней мере, постараюсь.

— Твоё право, — согласился Рамзи и, кивнув дворецкому, попросил отвести нас в отведенные комнаты.

Ещё поднимаясь по лестнице, я гадала, какой будет моя комната: маленькой и темной, как у Джейн

Эйр, или богато обставленной, как у мисс Дарси, сестры того самого мистера Дарси.

«Это же не Англия, а Шотландия», напомнила я себе и стала перебирать в уме фильмы, происходящие в шотландских замках. Но ни одна из моих фантазий не приготовила меня к тому, что комнат, где я буду жить, окажется несколько — и что жить там я буду не одна.

Заметив дорогую сумку рядом с моим чемоданом, я вопросительно посмотрела на Артиса.

— Маленькая, ну ты же уже знаешь, что отдельно друг от друга мы не выспимся и даже нормально не отдохнем, — спокойно заметил мой Викинг.

Переведя взгляд на огромную кровать, в которой могла бы нормально выспаться вся футбольная сборная Англии, я осторожно спросила:

— Ты имеешь в виду, всё будет так же, как в Лондоне, да? — не теряя последнюю надежду, спросила я. — Только спать?

— Мы зайдем так далеко, как ты мне это позволишь, — уклончиво ответил Артис.

Наверное, это должно было меня успокоить, но вот беда — мне приходилось достаточно часто работать по контрактам для фешн и шоу индустрии, и потому я отлично понимала всю обтекаемость произнесённой фразы. Так что попытка Артиса меня успокоить имела обратный эффект.

Словно почуяв мой страх, Артис подошёл ближе и, подняв рукой моё лицо за подбородок, мягко произнес:

— Мы приехали сюда затем, чтобы ты познакомилась со своим происхождением: с нашей расой; с нашими законами, о которых всё это время умалчивал твой отец; со стаей, которая могла быть частью твоей жизни, но так и не стала.

— Никогда не поздно что-то начать? — прищурившись, легкомысленно спросила я. В ответ Артис не улыбнулся, не ответил шуткой на мою шутку — внезапно я увидела, как желтеют его глаза, постепенно превращаясь из серых человеческих в звериные, сверкающие расплавленным золотом, зрачки.

— Что …это… — внезапно я увидела, что рот моего Викинга превратился в жестокий оскал хищника, и рука, которая удерживала моё лицо за подбородок, тоже трансформировалась: вместо пальцев, на ней появились острые звериные когти.

Я моргнула — и наваждение пропало.

— Что это такое было? — обеспокоенно спросила я.

— Частичная трансформация, — улыбнулся Артис. — Эта форма — тоже часть меня, как и полностью звериное обличье.

— Полное? Вы, как в фильмах, перевоплощаетесь в волков?

По губам Артиса скользнула едва заметная улыбка.

— Я покажу тебе своего волка чуть позже.

У меня не укладывалось это в голове. Волки, оборотни… значит, дурацкие книжки и фильмы не врут? Они действительно существуют… двуликие???

Артис, склонив по-звериному голову на бок, внимательно посмотрел на меня.

— Всё хорошо, маленькая?

— Кажется… — я покосилась на его руку, пытаясь рассмотреть, вернулись ли те, прежние человеческие руки — или меня все ещё держат эти когти.

— А почему я так не могу? — вырвалось у меня против воли.

Артис, явно довольный тем, что я не испугалась, а наоборот, задаю вопросы, мягко улыбнулся.

— В тебе слишком мало от волков, Алексис.

Я кивнула, признавая: что да, это вполне логично: даже мулаты часто наследуют только гены одного родителя, потом, правда, через какое-то количество поколений вдруг может проявиться старое наследство одного из предков.

Размышления о будущем поколении перенесли меня к другой мысли — к детям.

Покосившись на Артиса, я просила:

— А если у меня будут дети. Они смогут… так, как ты?

Артис провёл пальцем по моей щеке.

— Я надеюсь, что наши дети смогут не просто оборачиваться, но и наследовать стаю.

— То есть, они будут… оборотни?

— Разумеется, они будут оборотни, — кивнул Артис. — И очень вероятно, что хотя бы один сын наследует мою Альфа силу. Не думай, что это невозможно: пара Рамзи тоже почти человек, но она уже успела принести своему мужу наследника — Альфу, а сейчас, как ты недавно видела, беременна вторым.

Дети… Я уставилась на Артиса, внезапно осознав, зачем родители просили меня сделать операцию.

Потрясенная этой мыслью, я схватилась за своего Викинга. Вглядываясь в его лицо, я представляла себе, что та мысль, которая пришла мне в голову — правда. Что нет никакой наследственной болезни, о которой говорила мама, а есть просто небольшая часть генов оборотней.

Боже! Я ведь столько лет думала, что я бракованная — и запрещала себе даже мечтать о детях.

Да что там, я ведь и Джоша простила только из-за его детей, потому что была уверена, что даже если бы я не сбежала тогда от него в Санкт-Петербург, этот вопрос однажды встал бы между нами…

Я вспомнила, как я таскалась по передовым маленьких и больших воин, как проверяла дома после наводнений, исследовала трущобы в надежде — гадкой, отвратительно надежде — спасти какого-нибудь сироту.

Я лишь потому не свихнулась на этой почве, что ни разу после своего разрыва с Джошем больше не сближалась с мужчинами — и поэтому никогда всерьёз не задумывалась о беременности и своих собственных детях.

Но, сейчас… я протянула руки к Артису и обняла ладонями его лицо, представляя себе маленького мальчика — полную копию Артиса: с таким же гордым профилем и спокойным (сейчас, правда, наоборот, очень беспокойным) взглядом; а так же девочку — блондинку, немного похожую на меня.

— Маленькая… — прошептал Артис, подхватывая меня на руки. — У тебя что-то болит? Позвать врача?

Наплевав на все правила приличия, я уткнулась носом своему Викингу в грудь, и принялась рыдать — не нет боли; от облегчения и затаённой надежды.

— Алексис, — позвал Артис, явно растерявшись от моих бурных эмоций. — Что случилось?

— Можешь отвести меня к маме?

— Алексис, они же приедут только завтра, — напомнил мне Артис. — Я говорил тебе об этом, когда мы ожидали взлёта в Хитроу.

— Ах, да. Точно…

Шмыгнув носом, я подняла взгляд, полный слез, на Артиса.

— Что-то случилось? — терпеливо спросил мой Викинг.

Я отрицательно замотала головой, решив сперва обо всём поговорить с родителями.

— Вызвать врача? — снова повторил свой вопрос Артис.

— Нет, всё хорошо… Даже, пожалуй, ещё лучше, чем я ожидала.

Артис провёл пальцем по моему носу, игриво нажав на самый кончик.

— Тогда почему ты плачешь?

Я пожала плечами.

— Кажется, от счастья.

Артис, покачав головой, по-доброму улыбнулся. А я, набравшись смелости, сама подтянулась повыше, чтобы храбро поцеловать его в губы.

Это задало настроение на целый день.

Несмотря на то, что моё путешествие в Шотландию было со всех сторон компромиссом, я получила несказанное удовольствие от своего первого дня в Горной части страны Скоттов.

После того, как мы распаковали наши сумки и разложили вещи в гардеробной (было странно видеть свои футболки соседствующими с футболками Артиса, а его туалетные принадлежности — в ванной, рядом с моим флакончиками); так вот, разложив вещи, Артис предложил перекусить на пикнике — и позвал меня в горы.

Целый день мы исследовали окрестности замка, любуясь местной природой. А вечером нас позвали на праздничный ужин в честь нашего приезда.

Именно так, «нашего».

Все в замке были уверены, что мы с Артисом, оказывается, не просто состоим в отношениях, но уже фактически женаты. Один из секретарей Альфы Рамзи даже назвал меня миссис Озолиньш — так я узнала, какая у Артиса фамилия.

Молодые горничные, отгладившие по моей просьбе моё черное приталенное платье и занёсшие поглаженное платье в наши комнаты, захихикали как маленькие девочки, когда заметили в проеме спальни Артиса, возящегося с запонками.

Мне тоже было весело.

Весело — и странно, потому что я делила комнату фактически с чужим человеком: мне приходилось принимать душ, зная, что он находится совсем рядом, за тонкой дверью; а потом ещё самой наблюдать за тем, как Викинг выходит из душа, обмотавшись лишь одним полотенцем на талии.

А когда я, спрятавшись в спальне, быстро переодела халат на вечернее платье, Артис вновь устроил мне сюрприз в виде ювелирного набора, стоимость которого я даже не могла себе представить.

Колье, серьги, браслет и кольцо были выполнены из белого золота и платины, усеянной россыпью чистейших как капля утренней росы, бриллиантов. Правда, кольцо немного выбивалось из общего ювелирного набора, но всё равно… Когда я увидела эту роскошную красоту на черном бархате длинного футляра, я подняла ошарашенный взгляд на Артиса и замотала головой.

— Ты хочешь, чтобы я надела на себя сокровищницу?

— Это прием, Алексис, — улыбнулся мой Викинг. — Пусть и маленький, пусть в виде простого ужина — но Алек устраивает его в нашу честь. Мы должны выглядеть достойно.

— Ты знаешь, сколько это стоит? — спросила я, широко раскрыв глаза. — Целое состояние! Ты представляешь себе, что я буду чувствовать, таская это состояние на своей тушке?

— Алексис, — тяжело вздохнул Артис, и только тогда до меня дошло, насколько глупым был мой вопрос.

— Хорошо, — я вздохнула, покорно поворачиваясь спиной и приподнимая волосы — так, чтобы Артис мог без труда повестить на меня это изысканное, но баснословно дорогое ожерелье. — Я надеюсь, что за один вечер, я ничего не испорчу.

— Не беспокойся, маленькая, — заулыбался Артис, надевая кольцо на палец моей правой руки. — Теперь это твои украшения.

Справившись с кольцом, Артис поцеловал мою раскрытую ладошку.

— Мы любим баловать своих женщин.

Честно говоря, если бы Артис надел мне кольцо на левую руку, я бы напряглась… Но он выбрал правую, и потому этот перстень не мог быть помолвочным, даже несмотря на огромный бриллиант в центре.