Личная награда Альфы

Глава 20

К счастью, ни один из моих страхов не стал реальностью.

Латвия очаровала меня ещё в первый мой приезд. Я провела в Риге всего несколько дней, но успела полюбить этот город и людей, живущих в нем. Однако с Артисом всё вокруг заиграло совершенно другими красками, да так, что первые дни после приезда мне показались одной сплошной сказкой: средневековая Европа, нетронутые человеком леса, фольклорные напевы под вкусные, сытные блюда.

Когда мы приземлились в Латвии, Артис, не выпуская мою ладонь из своей руки, предложил немного отдохнуть и прогуляться по его столице — так сказать, размять ноги после долгого перелёта.

Да! Мы же не остались в Риге. Артис сказал, что хочет сразу отвести меня в родительское поместье, которое находилось на некотором удалении от городской суеты.

Во время нашей короткой прогулки по столице, мы прошлись по старому городу, перекусили в одном из кафе, а потом … Потом, странное дело: Артису было достаточно лишь махнуть головой, как к нам прямо внутрь пешеходной зоны, подъехал автомобиль представительского класса.

— Едем домой, — оповестил меня мой Викинг.

После еды меня немного разморило, и я слегка задремала, положив голову на плечо своему оборотню. Сквозь дремоту, я слышала, как он о чем-то переговаривался с водителем на латышском языке, слышала тихие клацанья кнопками клавиатуры (видимо, Артис что-то печатал на лэптопе), но мне было так хорошо… что я окончательно провалилась в сон, уткнувшись носом ему куда-то в бок.

Артис разбудил меня поцелуем.

Я почувствовала его вкусный запах, обволакивающий меня как самые дорогие духи, стала плавиться от мягких прикосновений его жестких пальцев, и громко вздыхать, не в силах удержать голос внутри себя. Я принялась отвечать ему также яростно и быстро — и замерла, почувствовав, что его тело с силой прижало меня к сидению.

Открыв глаза, я увидела, что мы по-прежнему находимся в машине. Одни.

— Лабрит, спящая красавица, — улыбнулся Артис, по-прежнему вжимая моё тело в кожаное кресло автомобиля.

— Лабрит? — не поняла я.

— С добрым утром, — перевёл мой Викинг, меняя своё положение так, что теперь я оказалась сидящей на его коленях. И всё бы ничего, но одна из его рук начала осторожно подниматься по моей ноге вверх, выше подола.

— Тогда уж «добрый вечер», — ответила я и взвизгнула, почувствовав его руку на чувствительном месте чуть выше бедра. — Артис, что ты делаешь?

— Трогаю тебя, — улыбнулся мой Викинг. — Наконец-то ты в моих владениях.

— Мне надо начинать бояться? — улыбнулась я в ответ.

Артис резко наклонившись ко мне, с силой поцеловал меня в губы.

— Никогда. Слышишь? Никогда не бойся меня.

Я предполагала, что мы приехали в милый сельский городок, но здесь вообще не оказалось никакого жилья, кроме дома Артиса, … точнее, терема, окруженного со всех сторон удивительным, нетронутым человеческим присутствием, лесом.

Терем для меня стал неожиданностью. Я почему-то представляла дом Артиса как нечто скандинавское: смесь воздуха, камня и стекла, поэтому деревянный терем с изящными украшениями на окнах стал для меня большим сюрпризом.

— Как в сказке, — пробормотала я, вылезая из машины. — Это и есть твой дом?

— Нравится? — улыбнулся Артис. Я кивнула.

— Прямо сказочный дворец посередине лесной чащи, — зачарованно произнесла я.

Мой Викинг довольно рассмеялся.

— А лес тоже твой?

— И лес мой, — кивнул Артис. — Вся территория поделена на две части. Дальняя от нас зона отрыта для всеобщего пользования.

— Под «всеобщим пользованием» ты имеешь в виду только оборотней? — не поняла я.

— Нет, там могут гостить все жители и гости Латвии: люди и оборотни — неважно кто. Территория, отданная под заповедник, огромна, поэтому нам не нужды опасаться, что какой-то любопытный турист проникнет на закрытую территорию.

Объясняя мне, как его войны мониторят границы поместья, Викинг взял меня под руку и повёл к входу, возле которого нас ожидало несколько человек. То есть, конечно же, оборотней.

Компания строгих мужчин в деловых костюмах разбавлялась присутствием пожилой седовласой женщины в приталенном деловом платье — такой наряд мог бы подойти как помощнице по дому, так и вице-президенту компании. Я сначала даже не поняла, почему именно женщина привлекла моё внимание, а потом до меня дошло: она единственная, кто не улыбалась. Даже глазами. Даже взглядом. В то время как от остальных мужчин веяло какой-то радостью и надеждой, взгляд женщины, напротив, скрывал откровенную злобу.

Она очень хорошо прятала свои эмоции, но и я не просто так несколько лет изучала лица людей через объектив камеры.

— Познакомься, Алексис, — Артис подвёл меня к ожидавшей нас толпе мужчин. — Это Ульрих и Эдгарс — мои беты. Они помогают мне управлять стаей.

Мужчина лет пятидесяти — пятидесяти пяти тут же церемониально мне поклонился, в вот более молодой (я бы дала ему лет тридцать) Ульрих несколько секунд помедлил, чем вызвал звериное недовольство Артиса. Рыкнув, мой Викинг взглядом заставил Ульриха опустить голову.

И задал тем самым пример для всех остальных.

Пока Артис знакомил меня с остальными мужчинами, женщина, стоявшая с краю, упорно делала вид, что у неё насморк — она водила носом, будто сожалея, что не захватила с собой на улицу платка.

Викинг представил её одной из последних. Оказалось, что она занимала должность экономки в его доме — а это означало, что встречаться нам с ней предстояло очень часто.

— Добро пожаловать в дом Альфы Артиса, — произнесла Аустра, единственная, кто так и не назвал меня Луной. Не то, чтобы это меня как-то беспокоило… А впрочем, вру: зная, что означает статус Луны в среде оборотней, я прекрасно поняла, что Аустра была единственной, кто не принял меня как официальную пару Артиса.

Или я сделала слишком поспешный вывод?

— Пойдем внутрь, — позвал Артис, и я на какое-то время забыла об этой странности, так как обстановка внутри дома полностью поглотила моё внимание. Как раз здесь царствовал скандинавский дизайн, поющий оду простоте и удобству, чистым, но не ярким цветам — и постоянно напоминающий человеку о его связи с природой.

Вся эта нарочитая простота подчеркивалась деревянными стенами дома, отдельными, явно этического вида, предметами — и это делало немного холодноватый скандинавский дизайн уютным семейным гнездом.

— Что скажешь? — спросил Артис, когда я, обойдя гостиную и кабинет, заглянула в открытую столовую.

Викинг, подойдя ближе, провёл носом по моей шее, вызвав у меня приятные мурашки.

Повернувшись к нему, я широко улыбнулась.

— У тебя сказочный дом.

— Ты это уже говорила, — рассмеялся Викинг.

— Потому что это правда, — рассмеялась я вместе с ним.

И это стало началом нашей большой сказки.

Артис охотно знакомил меня со своей страной, показывал уголки, неприметные для туристов, но важные и любимые для самых латвийцев — как оборотней, так и обыкновенных людей.

Каждый день мы выбирались в небольшое путешествие, иногда оставаясь ночевать в гостиницах, иногда — возвращаясь на ночёвку в дом Артиса.

Изумительная природа, интересная архитектура, вкусная еда… — всё это напоминало мне рай, в который меня затащил змей искуситель. Я опасалась, что у себя дома Артис поменяется, превратится в незнакомца, но даже спустя неделю моего пребывания в Латвии, между нами ничего не поменялось, кроме одного — теперь наши совместные ночевки превратились в пытку.

Уютная просторная спальня, огромная удобная кровать, любимый человек, крепко обнимающий меня всю ночь… впрочем, не всю. Ласками доводя меня до исступления, он каждый раз спрашивал, согласна ли я остаться здесь на всю жизнь, разделить с ним заботу о стае, создать свою собственную семью. И каждый раз, когда я мычала что-то неопределенное в ответ, мне отказывали в настоящей полной близости.

Впрочем, это если с чем сравнивать. Я не могла не усмехнуться, вспоминая свои пустые долгие ночи с Джошем, когда весь процесс физической близости сводился к простой «механике». Артис же играл на моём теле… и мы каждый раз получали полное, яркое удовольствие другими способами.

И всё же, я чувствовала себя неловко. Не понимала, как я могла внезапно превратиться в озабоченную дамочку, практически выпрашивающую у Артиса близость. Я ведь семь лет жила без мужчины и никогда не страдала от этого!

— Мне кажется, ты меня заколдовал, — пробормотала я, вытирая салфеткой живот. Выбросив салфетку в урну, я поправила ночнушку и улеглась обратно в кровать. — И ты меня портишь.

Артис рассмеялся и подтянул меня к себе.

— Я тебя люблю, — просто ответил он.

Я покосилась на своего Викинга. Его глаза волчьего желтого цвета светились в темноте, но не пугали меня… Немного отросшая за целый день светлая щетина уже проступала на подбородке.

Интересно, она колется или нет… за поцелуями, я вроде ничего такого не почувствовала, но вдруг…

Я протянула руку, чтобы проверить своё предположение, Артис же легко перехватил мою ладонь, с его кольцом на руке, и поцеловал мою раскрытую ладошку.

— Мне повезло, что ты у меня такая страстная, — промурлыкал он, словно большой кот. У оборотня-волка прекрасно получалось изображать кота. — Такая отзывчивая…

Если честно, то я за собой ничего такого раньше не замечала; как мне показалось, это присутствие Артиса в моей жизни сделало меня такой. Но вслух я этого говорить, конечно же, не стала.

Спросила о другом.

— Если я такая страстная, то почему мы до сих пор не… — я замялась, Артис широко улыбнулся.

— Сразу, как только ты согласишься стать моей парой до конца жизни, — повторил он то, о чем уже говорил много раз.

— Но у тебя же это уже было с другими девушками, — гнула я свою линию. Артис громко рассмеялся на это моё заявление. Да, после всего, что он вытворял с моим телом, глупо было подозревать его в неопытности. — Почему со мной всё по-другому?

— Потому что с тобой я не сдержусь, — ответил Викинг, проведя рукой, на которой сейчас отрасли волчьи когти, по моему лицу. — Потому что не смогу удержать своего волка.

— Твой волк такой страшный? — улыбнулась я.

— Может быть, для людей, — уклончиво ответил мой Викинг. — Но он — зверь, Алексис. Он — хищник. А хищники повинуются одному главному инстинкту: взять то, что им нужно.

— Он причинит мне боль? — не поняла я. — Именно поэтому ты до сих пор не оборачивался в моём присутствии полностью?

Я знала, что Артис иногда уходит размяться в лес, перекинувшись в зверя, но он ни разу не показывался мне в этом виде.

— Он не может причинить тебе боль, — покачал головой Викинг. — Но он может не оставить тебе выбора.

Выбора, да… Всё опять упиралась в то, чего все от меня ждали. Чего от меня ждал Артис — в моё согласие разделить с ним жизнь.

Именно это меня и пугало! Я видела столько поломанных жизней, столько гнева, боли, безразличия и озлобленности между бывшими близкими людьми. Я сама испытала на себе это безразличие — и до умопомрачения боялась, что однажды это может случиться с нами. При этом развод у оборотней был невозможен, а значит, боль превратится в агонию до конца жизни.

Только это останавливало меня сказать «да».