Марианна. Попаданка в нелюбимую жену

Глава 20. Знакомство с миром

Поднявшись вслед за мной, Арс удостоил испуганную, но вместе с тем обозленную леди еще одним тяжелым взглядом. Пройдя к двери, учтиво придержал для меня створку и пропустил вперед.

Чтобы я первой увидела то, о чем мы разговаривали этой ночью. Огромный кот размером с тигра сидел на руинах письменного стола, тогда как почти познавшая, что такое седина, трясущаяся женщина стояла напротив него, вжавшись в стену, в ужасе отгородившись от животинки собственным стулом.

— Бергамот, немедленно верни все как было, — приказала я грозно, уперев руки в бока.

— Между проу-чим, меня пытались выставить за дверь, — пожаловался котяра, демонстративно зевнув.

Секретарь леди ер Тайкер испугалась до потери сознания. За тем, как она съезжает по стене вместе со стулом, мы наблюдали в какой-то степени даже меланхолично.

— Быстро верни все обратно, — снова потребовала я.

Изобразив из себя великомученика, Бергамот слез с того, что осталось от стола. Но еще через миг руины задвигались, воспарили и собрались в крепкий предмет мебели. Даже все перья в стакан сами встали, а стул вернулся на свое прежнее место.

— На успокоительную настойку, — выпалила я, оставив на столе горсть серебряных монет.

Мне понадобилась вся моя сноровка, чтобы выйти из «Лавки услуг» с высокоподнятой головой, но едва мы оказались на улице, меня охватила дрожь. Трясло сразу от всего: и от злости, и от несправедливости, и что самое главное — от страха.

У меня не было столько наглости и уверенности в себе, сколько я продемонстрировала. Театральная постановка «Маша в тылу врага» проигрывалась на каждой импровизированной сцене всего раз. И Арс явно заметил мое состояние. На его лице отпечаталось непонимание.

Первым в карету запрыгнул Бергамот. Уменьшившись в размерах, он улегся на скамью напротив. Следом свое место заняла я. Граф, как ни странно, сел рядом со мной.

— У вас есть хоть одно весомое объяснение произошедшему? — спросил он сдержанно, но в каждом слове отчетливо слышалась злость.

— Вас хотели ободрать как липку, чего здесь непонятного? — удивилась я. — Вы же слышали то, что я сказала. Вы правда были готовы платить за воздух? За эфемерное обещание кого-нибудь, может быть, для вас подобрать?

— Как вы верно заметили, имя герцога Рейнара ар Риграфа на этих землях действует безотказно…

— Но не ваше, — выпалила я, о чем тут же пожалела.

В карете воцарилось молчание. Даже мне со стороны было очевидно, что графа ер Толибо не воспринимали с должным вниманием. Его уже не рассматривали как опасного пирата, укротителя морей. Для этого он казался им ослабевшим, потерявшим былую жестокость. Если эта жестокость вообще когда-то была.

Однако существовала и вторая сторона. В качестве аристократа его тоже еще пока всерьез не воспринимали. По тому, что я успела увидеть, он не держал всю округу в ежовых рукавицах, не вызывал страха или уважения настолько, чтобы его и правда боялись.

Они опасались, присматривались, прощупывали, как много могут себе позволить, а Арс отчего-то это позволял. Вероятно, хотел показаться хорошим. Хотел стереть с себя клеймо пирата. Но действовал в корне неверно.

Такой репутацией вовсю нужно было пользоваться. Причем из него ведь так и лезло его истинное нутро. Тот холодный и дерзкий Арсарван заставил застыть кровь даже в моих жилах.

— Извиняться не буду, — выпалила я, тяжело вздохнув.

И тут же пожалела о том, что вообще открыла рот. Потому что все это время Арс явно пытался укротить желание меня прибить. Когда он повернулся ко мне лицом, прожигая взглядом черных глаз, в них без труда читалась жажда убийства.

Тот факт, что он при этом держал себя в руках, делал ему глубочайший реверанс.

— На будущее, Татия. Я очень не рекомендую меня злить, — припечатал он, буквально выплевывая каждое слово. — Мое терпение не безгранично. Соглашение, которое мы заключили, выгодно нам обоим, но не стоит забывать свое место. Если я выдам Пропащую, императрица наверняка пойдет мне навстречу и аннулирует наш брак. Что при этом станет с тобой, меня волновать уже не будет.

— Но я ведь права, — ничуть не отступила я, не убоявшись исключительно из врожденного упрямства.

— А что толку от того, что ты права? Ты думаешь, я настолько глуп, что не распознал жадный взгляд этой девицы? Или настолько слеп, что не видел указанную в договоре сумму? Это заведение — единственное в городе, где можно нанять проверенных слуг. Учитывая наше родство с герцогом, они не посмели бы нас подвести и обязательно прислали бы людей. А теперь? Где мы теперь возьмем прислугу в столь короткий срок? Тридцать шесть золотых ничто, если на кону стоят сотни тысяч.

Озвученная сумма впечатлила. В стремлении влиться в этот мир, оседлать новую жизнь с наскоку и показать себя во всей красе своему новому компаньону я выставила себя полной дурой. Но, с другой стороны, этим оборзевшим дамам следовало преподать урок, чтобы они в следующий раз лучше видели, кто перед ними.

Арсарван должен был стать силой и мощью этого графства. Разве не к этому он стремился, когда хотел иной жизни?

В глазах защипало от злости. После такого говорить о том, что я нашла для нас слуг, было по меньшей мере нелепо. Потому что выглядело все так, как будто я просто отсыпала незнакомой девице два золотых, отправив ее восвояси. Ни трудового договора, ни магической клятвы — нас не связывало ничего, кроме простой беседы и обещаний с обеих сторон.

Обещаний, которые любая из нас могла нарушить, руководствуясь собственными принципами или беспринципностью.

Все, что мне оставалось, это идти ва-банк.

— Если через три часа у городских ворот нас с вами не будут ждать больше дюжины слуг, я клянусь, что не раскрою своего рта за пределами поместья. Но если слуги все же будут нас ждать, вы станете обсуждать со мной любые свои решения до тех пор, пока нам придется действовать в команде. Я же обещаю обсуждать с вами и свои решения тоже.

— И где же ты собираешься взять столько подходящих людей через три часа? Пойдешь искать по улицам или стучаться в богатые дома? — спросил Арсарван, по-прежнему злясь.

Но эта злость уже становилась тише, что позволило мне с облегчением выдохнуть. Буря уже прошла, оставив после себя грозу.

— Мы договорились или нет? — потребовала я ответа, настойчиво протянув ему ладонь.

Меня снова прожгли этим жарким взглядом, от которого запросто можно было воспламениться, но… Осторожное рукопожатие состоялось, а после граф приказал кучеру трогаться.

Прижавший уши Бергамот отчаянно делал вид, что его здесь нет, но воспитательной беседы избежать не удалось.

В отличие от меня, ему снова пригрозили магической гильдией, а значит, смертью.

Следующим пунктом нашего маленького путешествия стал рынок. Запах жареных специй и корицы кружил голову. Пестрые краски шатров притягивали взгляды, а откуда-то с рыночной площади слышался детский смех.

Там шло уличное театральное представление для самых юных покупателей. Они рядками сидели на лавках и весело хохотали.

— Нам правда нужны еще продукты? — спросила я тихо, стараясь лишний раз не отсвечивать. — Я видела вашу кладовую. У вас там запасов на приличную армию.

— Запасы на то и запасы, — философски заметил Арс, — что служат на благо спокойствия. И потом, дети обычно едят как две приличные армии. Нам сюда.

Вежливо пропустив меня вперед, Арсарван чему-то негромко усмехнулся. Причина его веселья стала понятна мне почти сразу. В нос ударил аромат крови, запах свежего мяса и полежавшей на жаре рыбы. Эта часть рынка однозначно не вызывала у меня того же восхищения, как та, где торговали заморскими товарами.

— Нет-нет, этот кусоу-к не берите! Его-у уже уксусом протирали! — комментировал Бергамот наши метания у лотка с мясом. — И эта рыба-у тоже сдохла не сегодня! Да вы посмотрите в ее глаза-у!

— Нормальные у моей рыбы глаза! — возмутился ошалевший от нелицеприятной оценки торговец.

— Если ты не угомонишь своего кота, нас побьют, — произнес Арс одними губами, как бы невзначай для ласки скользнув ими по моей щеке.

Меня прострелил такой разряд молний, что я надолго утратила желание участвовать в выборе продуктов. С действием этого чертового зелья страсти срочно требовалось что-то делать, а иначе я просто не отвечала за себя.

Не хотелось в одну из ночей обнаружить себя в его постели.

Бергамот, сидящий в вороте моего плаща, едва не шмякнулся с моего плеча на прилавок.

— Это-у вы называете телятиной?! Да я-у на таком корме в жизни бы не вырос!

— Если сейчас же не замолчишь, кормить тебя сегодня не будут, — сообщила я негромко, но эта фраза подействовала на кота отрезвляюще.

Он молчал все то время, пока мы бродили по рынку за Арсом. Делая заказ, граф оплачивал его и говорил носильщикам, где они могли отыскать наш экипаж. Без комментариев котофея дело пошло куда быстрее. За вторую половину часа мы сделали столько, сколько не успели за первую.

В целом, если не обращать внимания на запахи, на рынке мне понравилось. Здесь царила своя особая атмосфера, где не следовало надолго зависать с открытым ртом, если не хотелось остаться без кошелька. Одного мелкого воришку, промышляющего кражами, Арсарван поймал прямо за руку.

За руку, нырнувшую в карман моего плаща.

Надолго остановившись у лотка со сладостями, я отвела здесь душу. Купила целый короб того, за что цеплялся взгляд. Это и зефир, и мармелад, и леденцы. Конфеты всех мастей, пастила и помадка. Меня в таких местах точно не следовало оставлять без надзора.

Оплатив доставку короба к карете, я повернулась, чтобы найти взглядом графа, но тут же неловко натолкнулась на другого покупателя.

— Извините, — покаялась я, подняв взгляд.

Незнакомец молча кивнул и поспешил убраться с моего пути, но я еще несколько секунд смотрела ему вслед. Под его капюшон я успела заглянуть лишь на миг, но мне показалось, что мы с этим мужчиной уже виделись раньше.

Виделись на балу у герцогской четы. Если глаза мне не врали, это был маркиз де Ларвиль с его острой козлиной бородкой.

— Все в порядке? — рядом со мной появился граф.

— Конечно, — мягко улыбнулась я ему. — Идем ужинать?

Арсарван ответил такой же улыбкой.

Когда мы вернулись к экипажу, он уже был набит свертками и коробками, привязанными снаружи. Эта конструкция по-настоящему впечатляла. Мне было жалко лошадей, но идти пешком я тем не менее не собиралась. С непривычки ноги гудели так, словно я прошла по меньшей мере десять тысяч шагов, так что желания к этому часу я имела только два: вкусно поесть и вернуться в поместье.

Неприметная на первый взгляд таверна располагалась через две улицы от рынка. Название «У двух бочек» едва читалось на деревянной вывеске, что висела под косой крышей. Я рассматривала здание с любопытством.

Взгляд Арсарвана в этот момент казался мне поистине загадочным. Он однозначно перестал злиться на меня, а я усвоила весомый урок: не следовало обманываться насчет мягкости графа. Была уверена, что при желании он запросто мог меня придушить.

Внутри таверны пахло травами, сладкими пирогами и костром. Простая, но уютная обстановка встретила нас тихими голосами: на резных скамьях за широкими столами сидели в основном простые работяги. В их больших деревянных кружках плескалось нечто пенное. Этот напиток розовощекий хозяин с круглым лицом как раз разливал по кружкам за высокой стойкой.

Наше появление не вызвало всеобщего любопытства, но стоило мне откинуть капюшон и снять плащ, как в помещении воцарилась тишина.

— Доброго дня, господа, — произнесла я громко, почувствовав себя неловко.

Спустив Бергамота с плеча на свободный стул, я села с ним рядом и воззрилась на Арсарвана. Нам с котом срочно требовалась помощь зала. Да на нас так пялились, что я впервые в жизни была готова отступить и просто уйти.

К моему глубочайшему облегчению, шорох и приглушенные разговоры возобновились спустя несколько секунд. За это время хозяин заведения метнулся к нам, по пути едва не сбив подавальщицу с рыжими кудряшками. Девица имела темно-серое платье и длинный белый фартук.

— Милорд! Миледи! Чем могу угодить? — Розовощекий хозяин едва не кланялся Арсу в пояс.

На меня же смотрели с плохо скрываемым интересом. Создавалось стойкое ощущение, что Татия в принципе не выходила из поместья. Меня принимали кем угодно, спутницей графа, но точно не его женой.

— Три куска вашего фирменного пирога с мясом и еще один с яблоками, — приказал Арс.

Себе он заказал что-то вроде сидра или кваса. Пенный напиток принесли сразу. Передо мной же рыжая подавальщица поставила металлический чайничек с небольшой вмятиной и пустую, явно где-то наскоро отрытую белую чашку в комплекте с блюдцем.

— Папа травы сам собирает, — пояснила она с улыбкой, но не для меня.

Во все свои белоснежные зубы она улыбалась графу.

— Благодарю, — мягко ответила я, заставив девицу обратить на меня внимание.

Вдруг стало любопытно: как часто Арс захаживал в эту таверну? И как часто хозяйская дочь строила ему глазки?

— Кажется, вы что-то упоминали о неком соглашении. Если мне не изменяет память, между вами и вашей супругой существовал договор на запрет интрижек, — произнесла я тихо, стоило девице отойти к другому столу.

Арс в ответ усмехнулся и слегка приподнял правую бровь:

— Мы с вами снова на вы? Вы обращаетесь так ко мне каждый раз, когда чем-то недовольны. Неужто ревнуете, Ваше Сиятельство?

— Упаси боже меня ревновать вас! — открестилась я от любых посягательств на него. — Просто… Не хочется выглядеть дурой.

— Тогда тебе стоит лучше подбирать слова. Какого именно бога ты сейчас имела в виду? Кого-то из Триединых? Или кого-то из Древних? Мелочи — это то, на чем тебя так легко раскусить. Постарайся завтра на ужине почаще молчать.

Я вспыхнула негодованием. Нет, Арс по-своему, конечно, был прав, но его слова кололи в самое сердце. Он будто нарочно ковырял рану, которая все никак не могла затянуться.

Когда нам принесли куски пирогов, я отнеслась к ним предвзято, принимая во внимание откровенный флирт смущающейся подавальщицы. Но стоило опустить одну тарелку на стул для Бергамота, а самой откусить от мясного куска, как вся таверна разом отошла на второй план. Для меня пропали все звуки и голоса, все ароматы и мысли. Потрясающее сочетание копченого мяса, помидоров, лука и теста прокатилось по языку, устраивая настоящий гастрономический взрыв.

Когда я открыла глаза, Арсарван смотрел на меня, едва заметно посмеиваясь. В его взгляде скрывалась улыбка, так и не занявшая его губы.

На моей тарелке не осталось ни крошки. Как, впрочем, и у них. Кот разнесчастно заглядывал мне в глаза, прикосновением лапы намекая на то, что было бы неплохо поделиться и десертом.

Но я его благополучно игнорировала. Не теряя больше времени, приступила к сладкому кусочку. На тонком песочном тесте слоями лежали запеченные яблоки, а сверху будто облаком застыл слегка припеченный крем.

Воспользовавшись вилкой, я попробовала пирог да так и замерла. Сладость теста, кислинка яблок и воздушность крема сошлись, чтобы доставить экстаз любому, кто захотел бы вкусить этот десерт.

— Еще кусочек? — спросил Арс провокационно.

Причем провокацию я видела во всем: в тоне его голоса, в его взгляде, даже в позе. Этот змей-искуситель точно знал, как доставить девушке наслаждение. Ее следовало вкусно накормить!

— Вам все понравилось? — оказался рядом с нашим столиком хозяин, едва Арс сделал ему знак.

— Спасибо, у вас самые вкусные пироги, — выдохнула я, блаженно щурясь, согревая ладони о стенки чашки. — Можно нам с собой еще два ваших мясных пирога? И два, нет, три потрясающих с яблоками.

Хозяин таверны зарделся, а Арс снова усмехнулся:

— Детям этого будет маловато.

— А кто сказал о детях? — улыбнулась я сыто. — Один сладкий поставим на стол завтра за ужином, а остальные мне. Думаешь, детям тоже нужно взять? Тогда — двенадцать мясных и тринадцать яблочных.

— Тринадцать мясных! — заполошно добавил Бергамот, опершись лапами о столешницу.

Говорящий кот стал новой мишенью любопытствующих. Если бы у него были крылья — явный признак демонов, он бы точно произвел фурор и этот вечер нам пришлось бы встретить в здании городской стражи.

Хозяин таверны надсадно закашлялся:

— Простите, миледи, но у нас нет столько готовых пирогов.

Я тяжко вздохнула. Жизнь, как всегда, проверяла меня на прочность.

— Тогда упакуйте нам один сладкий и три мясных, пожалуйста. Остальные доставьте завтра с утра в поместье графа ер Толибо.

Хозяин таверны засуетился. Вскоре мы покидали заведение с внушительной плетеной корзинкой. Под полотенцем прятались пироги. Корзинку я обещала вернуть завтра при новой встрече.

Открыв для меня дверцу экипажа, Арсарван пропустил мою жадную натуру вперед.

— Стоит поторопиться. Нам нужно успеть в артефакторскую лавку до закрытия, — сообщил он, усевшись напротив.

Рядом со мной тесно соседствовали корзинка и вечно голодный кот.

— И правда, времени осталось совсем мало. Нам еще поместье в порядок приводить, а уборка — дело небыстрое, — поддакнула я, опершись спиной на мягкую спинку скамьи.

— Нам? — переспросил граф с удивлением.

— Нам, дорогой мой супруг, нам, — подтвердила я с тонкой усмешкой. — В моем мире часто используют одну очень правильную фразу. Если хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам.