Марианна. Попаданка в нелюбимую жену

Глава 29. В омуте страстей

В библиотеке поместья мы провели чудесные пять дней: я, Арс и Бергамот, вызвавшийся нам помогать. За это время мы успели перелопатить все книги, так или иначе связанные с Пропащими, ритуалами по обмену душ и межмировыми порталами.

Ничего хоть отдаленно похожего на способ вернуться обратно в мой мир нам найти не удалось. Чаще всего в книгах писали, что обмен происходил сам собой и никто никак повлиять на это не мог. Этот процесс даже приравнивали к смертельной болезни души и тела, но в редких писаниях все же утверждали: процедура возможна посредством ритуала.

Очень часто добровольностью в этом деле не пахло.

Из ритуалов, наиболее близких к правде, отыскался процесс обмена телами. Но он нам тоже не подходил. Во-первых, потому, что эффект был крайне ограничен по времени. А во-вторых, для его проведения Татия должна была стоять рядом со мной.

Ну а что касалось межмировых порталов, то даже в магическом мире они считались чем-то из области фантастики. Чаще всего их описывали в сказках, причем все по-разному, кто во что горазд.

— И кто же это нос повесил? — Присев передо мной на одно колено, Арс ободряюще погладил мою ладонь.

Я в этот момент сидела на диване в библиотеке. Закрыв последнюю книгу, со вздохом отложила ее в сторону. Чем больше научных трудов мы просматривали без намека на результат, тем сильнее портилось мое настроение. Но вот такие моменты сильно скрашивали эти долгие, показавшиеся бесконечными дни.

Арсарван старался всячески меня подбодрить.

Часть дня утром он проводил на прииске. Затем возвращался в поместье, занимался делами винодельни и рассматривал разные прошения. Пару раз со своими проблемами приходили мэр города и старосты деревень.

Дальше мы вместе обедали. То в саду, если погода позволяла, то в малой столовой. Затем отправлялись в библиотеку, где меня вместе с травяным отваром уже поджидало хорошее настроение.

Оно выражалось в сладких пирогах, в пирожных из кондитерской и в шоколадных конфетах. Забота графа оказалась приятной.

Да и все, что было с ним связано. Прямые взгляды из-под густых ресниц. Улыбки — тайные, явные, сдержанные и лукавые. Все касания, что происходили случайно или намеренно, вот как сейчас.

Мое бедное сердце реагировало на все. Если бы Арс только знал, какое впечатление на меня производил! Он бы точно вел себя сдержаннее, но…

Мне не хотелось это останавливать. Я таяла в случайных объятиях, как мороженое на солнце. Я подспудно ждала, что он снова привезет для меня сладости, для чего ему приходилось делать остановку в городе, а значит, платить за два портальных перехода.

Я хотела его касаться. У него были большие теплые ладони, в которых мои руки просто тонули, но правда в том, что мне хотелось раствориться в его руках всей собой.

Я умудрилась влюбиться в чужом мире.

Мне следовало как можно скорее покинуть этот чужой мир, пока меня не раскрыли.

Раздираемая противоречиями, я ночами плакала в подушку, но так, чтобы меня не услышали.

Бергамот слышал. И неизменно притаскивался из гостиной в спальню, запрыгивал ко мне на кровать вместе со своей коробочкой и укладывался к животу, чтобы я могла обнять его.

Так мы втроем и спали. Я, попискивающая мышь и кот, который все понимал, но предпочитал на меня не давить. За его молчаливую поддержку я была ему благодарна.

Никто искать маркиза за эти дни так и не начал. Из надежного источника Арсарван узнал, что семьи у этого прохвоста никогда не было. В столице империи он обычно арендовал дом, но из последнего места его выселили за неуплату. Да и долгов на Имарке демон понабрался, предпочитая проводить время в игорных заведениях, так что новая жизнь в качестве мыши стала для него практически подарком.

По крайней мере, Бергамот не забывал его кормить. А еще смастерил ему круглую клетку, в которой демон мог самостоятельно передвигаться по дому. Несколько раз паршивец пытался сделать лапы, но артефакт, купленный Арсарваном, справлялся со своими обязанностями отлично.

Что для Бергамота, что для мышиного демона поместье стало той самой клеткой, из которой не выбраться. Во двор и в сад этим двоим без разрешения Арса было не попасть.

— Не расстраивайся, Мари. Мы обязательно найдем способ вернуть тебя домой, — мягко улыбнулся граф, большим пальцем нежно поглаживая тыльную сторону моей ладони. — Как насчет того, чтобы завтра после обеда наведаться в городскую библиотеку? Там книг раз в десять больше. Думаю, мы найдем там ответы на свои вопросы.

— В десять? — грустно усмехнулась я. — На эту библиотеку мы потратили почти неделю. У меня нет двух месяцев на то, чтобы перерыть все книги в городе. Мы ведь должны развестись на днях, не так ли?

Улыбка Арсарвана померкла. Опустив взгляд на мои руки, он негромко ответил:

— Завтра. Императрица должна развести нас завтра.

В моей груди как будто что-то оборвалось. Лично для меня этот развод практически ничего не менял. Кроме того, что в моей жизни в этом мире должно было появиться больше самостоятельности.

Мне предстояло познакомиться с делами винодельни. Было необходимо узнать, какие земли отходили Татии и как я должна была ими управлять. Что могла после развода, а чего лучше было не совершать, но…

Арсарван обещал помогать мне даже после развода. Обещал, что не оставит. Однако просыпаться одной в этом доме даже с учетом имеющихся у меня слуг не хотелось. Здесь свою жизнь без него я просто не представляла.

Но это не значит, что не думала о таком исходе. Наилучшим вариантом для меня было все продать и уехать куда-нибудь далеко, где графиню Татию ер Толибо никто не знал. Именно этот план я и собиралась озвучить супругу, но он меня опередил.

— Вчера я послал письмо императрице. Попросил дать нам еще неделю, чтобы я мог передать Татии дела и подыскать подходящего управляющего для ее части земель.

— А смысл? — парировала я, вдруг четко распознав в своем голосе обиду.

Но ведь обижаться на Арса мне было не за что. Мы лишь выполняли наши договоренности, и скорый развод в них тоже входил.

— Какая разница, завтра мы разведемся или через неделю? Или вы думаете, что за эту неделю мы отыщем способ вернуть меня домой?

— Ты на что-то обиделась? — моментально раскусил меня граф. — Я полагал, так будет лучше для тебя. Как только ар Риграф узнает о нашем разводе, он немедленно явится сюда и наверняка захочет тебя забрать. Дела поместья — это лишь повод отодвинуть развод на некоторый срок. Через неделю придумаем что-то еще.

— Если не удастся отправить меня обратно, — уточнила я.

— Если не удастся, — кивнул он, выражая согласие, и мягко улыбнулся. — А не хотите ли прогуляться по саду, леди ер Толибо?

— Я хочу! Я! — тут же запрыгнул на диван Бергамот, по-хозяйски забираясь ко мне на колени, отчего нам с графом пришлось разомкнуть руки.

Мои ладони сразу же утратили тепло. Они будто обнажились, заледенели. Если бы могла, я бы забрала Арсарвана вместе с собой в свой мир. Но это было бы слишком эгоистично. Потому что он принадлежал этому миру, а я тому.

Судьба снова смеялась надо мной, и на этот раз особенно зло.

Гулять по саду вместе с Арсом я все же не пошла. Настроение окончательно скатилось до плинтуса. Но к раннему утру следующего дня я снова была полна сил и энергии, потому что, кажется, нашла приемлемое решение.

Хотела получить ответы на свои вопросы и решила так: если мы найдем способ вернуть меня обратно, значит, так тому и быть, а если нет…

Граф теперь наверняка мог запросто выкупить у меня часть имущества Татии. А раз мог, значит, и я могла взять Горыну и еще нескольких слуг для компании и отправиться в путешествие, раз ему нужен развод.

Обсудить этот вопрос я собиралась за обедом, но надеялась застать мужчину до того, как он уедет по делам. Именно с этой мыслью, не тратя время на переодевание, я, как была в его рубашке, выбралась в коридор, чтобы вскоре войти в его покои.

С тех пор как «покормила» его завтраком, бывать мне здесь больше не приходилось.

В гостиной, как и тогда, было сумрачно, а в его спальне темно, хоть глаз выколи. Но я умела учиться на своих ошибках. Распахнув дверь спальни пошире, отодвинула в сторону портьеру в гостиной. Теперь рассветные лучи подсвечивали очертания мебели.

— Арсарван! Ты еще спишь или уже ушел? — шептала я, подкрадываясь к широкой кровати.

Заметив какое-то шевеление под подушкой, склонилась над ней, осторожно отодвигая в сторону.

— Арс! Ты почему еще спишь? Ты никуда не едешь сегодня? — спросила громким шепотом и…

В ту же секунду была схвачена за руку и утянута на кровать. Да я даже ойкнуть не успела, как меня накрыли одеялом и обняли. Так стиснули, что мне и дышать было нечем!

Но больше того, дышать я попросту боялась. Потому что крепко обнимали меня со спины.

— Арсарван, — позвала я едва слышно.

— М? — поинтересовались у меня тут же.

То есть он уже точно не спал!

Больше не опасаясь его разбудить, я заговорила вполголоса:

— Арсарван, мне там в копчик что-то упирается. Ты не мог бы разжать руки, чтобы я отодвинулась.

— Не мог бы, — ответил он вроде как без усмешки, но она четко слышалась в его голосе.

— Может, тогда сам отодвинешься? — предложила я альтернативу.

— Не хочу, — заявил он провокационно и…

Просто взял и подмял меня под себя. Нет, сначала он, конечно, меня перевернул на спину, но потом-то навис сверху, хорошенько придавив тяжестью своего тела. Видимо, чтобы не сбежала.

Его колено как бы невзначай вклинилось между моих бедер.

— Граф! Я пришла серьезно с вами поговорить!

— Я слушаю, — произнес он хрипло, кончиком носа проведя по моей щеке.

Учитывая, что мои ладони упирались в его плечи, помешать ему я не могла. Да и хотела ли?

Хотела. Разум все же оставался при мне. Вот в чем было отличие между действием зелья страсти и истинными чувствами. Как человек разумный, я могла не поддаться желаниям.

Но как же сложно было держать оборону!

Однако существовало то, что могло отрезвить нас обоих. Всего одна фраза должна была прекратить это желанное безрассудство.

Его губы почти коснулись моих. В них-то я глухо и выпалила:

— Что именно ты хотел проверить, когда поцеловал меня в моей спальне?

Каждая мышца Арсарвана закаменела в то же мгновение.

— То есть ты не спала? — спросил он хмуро, но ответа не дождался. Его голос мгновенно утратил краски: — Я хотел понять, что буду испытывать, целуя тебя. Смогу ли вообще поцеловать.

— И как? — поинтересовалась я тихо, без особого на то желания.

Была не уверена, что хочу знать ответ.

Тяжелый вздох сорвался с его губ.

— У тебя голос и тело Татии, Марианна. Умом я понимаю, что ты — это не она, но неприязнь к ней слишком сильна. Я хочу целовать тебя. Я хочу обнимать тебя, — перешел он на шепот.

— Но лучше делать это в темноте, да? — ответила я с нервным смешком. — Не мог бы ты?.. Я пришла к тебе по делу.

Постучав ладонью по его плечу, я дождалась, пока он откатится в сторону, и поднялась с кровати сама. Отдернув тяжелые шторы, сложила руки на груди и повернулась к нему лицом.

И тут же отвернулась обратно к окну. Потому что Арсарван был целиком и полностью обнажен! Хорошо сложенное загорелое тело не прикрыли даже фиговым листочком, так что все, что имелось среди темных коротких курчавых волос, за эти секунды я рассмотрела от и до.

Против своей воли!

— Граф! — воскликнула я возмущенно. — А ну, немедленно оденьтесь!

— Смущаю? — притворно удивился он. — Предпочитаю не стеснять себя одеждой во время сна. Так какое у тебя ко мне дело?

— Я хотела… Мы же не обсуждали мою проблему детально, правда? — с трудом собрала я в кучу разбредшиеся мысли. — Я придумала, как нам поступить. Если за эту неделю мы не найдем, как поменять нас с Татией местами, графиня ер Толибо должна сбежать с любовником. С маркизом де Ларвиль. Учитывая, что они тесно общались, это не вызовет недоумения у общественности.

— Допустим. Так мы закроем вопрос с пропажей маркиза. Но герцог будет искать сестру, — голос графа как будто стал ближе.

— Не будет, если я оставлю записку, подделав ее почерк. Напишу, чтобы герцог меня не искал, что я счастлива с новой любовью и прошу развести меня дистанционно. Что никакого раздела имущества мне не надо, что маркиз способен меня обеспечить и…

— Дисцатса?.. — озадачился Арсарван.

— На расстоянии, без моего участия, — объяснила я незнакомое ему слово. — Так мне не придется переживать за свое будущее. У меня есть кое-какие деньги, доставшиеся мне от Татии. Там неплохая сумма на первое время, плюс шкатулка с украшениями и пять процентов от доходов прииска. Ты обретешь свободу, а я продолжу искать путь домой. Или ту самую ведьму, которая закинула меня сюда. В вашем мире ведь немного ведьм? Или много?

Я рассуждала с энтузиазмом, старалась говорить радостно, с оптимизмом. Но сердце в груди сжималось от боли. Хотелось вдохнуть полной грудью, но не получалось. Потому что все мои мысли вились вокруг слов, сказанных Арсом.

С одной стороны, мне было приятно услышать, что ему хочется меня поцеловать. Что хочется обнять и даже, наверное, нечто большее. Мне тоже очень сильно хотелось. Но существовала и другая сторона этой медали. Я и правда находилась в чужом теле и ни за что в жизни не хотела бы, чтобы Татия нравилась Арсарвану.

Чтобы ему нравилась Маша, и он испытывал к ней желание. Потому что все парни, которые нравились мне, в итоге обращали внимание на Машку.

Я хотела, чтобы он влюбился в меня.

Однако в странной женской душе, которую уж точно не понять умом, существовала и третья сторона. На ней мне было, на удивление, крайне обидно услышать все то, что граф произнес. Я будто получила пощечину и не могла перебороть свои чувства разумом.

Он меня этим оттолкнул.

— Лично я знаю лишь трех ведьм. И они не те, к кому стоит обращаться за помощью, — его голос раздался буквально у меня за спиной. — Но их наверняка больше сотни. Станешь охотиться за каждой?

— Лишь за той, которая сможет вернуть меня домой, — парировала я и обернулась.

И оказалась к Арсу практически нос к носу. Только он был выше меня на голову, так что мой нос утыкался ему в обнаженные ключицы. Штанами он уже обзавелся, а вот рубашкой отчего-то пренебрег.

Мы встретились взглядами. Он смотрел на меня со странным выражением лица. Словно пытался что-то увидеть, рассмотреть или запомнить.

— А если за эти дни мы найдем как вернуть тебя домой?

— Тогда дождемся дня развода, разведемся и я уйду, — ответила с притворной легкостью, словно дело и правда уже было решено. — Мои пять процентов Татии можешь не отдавать. Но совсем без имущества не оставляй. Вдруг самостоятельность пойдет ей на пользу?

— Мы правда говорим сейчас о Татии? — спросил он, склоняясь ниже.

Я знала, что он собирался сделать. Хотел попытаться перебороть свое отвращение к жене. Хотел пересилить себя, но делал только хуже.

Чувствуя, как глаза начинает щипать от непролитых слез, я выставила вперед ладонь, упершись ею в его обнаженную грудь. Надеялась, что он не воспримет этот жест как приглашение к тесному знакомству.

— В любом случае просто подари мне эти дни. Уйду я в свой мир или искать новой жизни, подари мне эти дни, чтобы я их запомнила.

— Марианна, ты не так меня… — начал было он, явно злясь.

Но я перебила:

— Я все правильно поняла. Сделай, пожалуйста, как я прошу, если не сложно. У тебя есть меньше недели, чтобы провести мне курс молодого бойца. Ну, то есть молодой самостоятельной леди, — усмехнулась я, но сама чувствовала, как жалко выглядит моя улыбка. — И еще, если мы так ничего и не найдем в городской библиотеке, я хочу взять с собой часть слуг. Тех, кто согласится переехать, конечно.

— Марианна… — практически прошипел он сквозь зубы.

Большим и указательным пальцами сжав мой подбородок, он хотел заставить меня взглянуть ему в глаза, но я вывернулась из захвата и спешно направилась на выход из его спальни.

— Если у тебя нет на сегодня дел, я бы поехала в город сразу после завтрака, — произнесла я сдавленно.

— Конечно, — донеслось мне в спину злое. — Я спущусь к завтраку через двадцать минут.

Кивнув, будто он мог заметить этот жест, я молча вышла в гостиную. Собиралась выйти и в коридор, но, открыв дверь, закрыла ее. Вспомнила, что не спросила о самом важном.

В случае если мне все же придется уехать, счетами на имя Татии я пользоваться не смогу, да и документы мне требовались на другое имя. Будучи пиратом Арсарван наверняка знал нужных людей, кто смог бы изготовить подделки, а я хотела обсудить все на берегу, но…

Шагнув к дверям, ведущим в его спальню, я так и замерла. Граф все так же стоял у окна, как если бы прирос ногами к полу, но его руки не бездействовали. Он кулаком ударил в стену так, что я точно услышала треск.

Так ничего и не сказав, я просто тихо вышла.