Марианна. Попаданка в нелюбимую жену

Глава 32. Секреты памяти

— Может, сделаем вид, что мы его не знаем? — предложил Арсарван, глядя на кота без особого энтузиазма.

А посмотреть было на что. Закинув себе кубик с мышью за спину, Бергамот активно дрыгался прямо посреди рыбных рядов, пытаясь зубами утянуть огромных размеров рыбину. Причем он тащил ее за хвост, в то время как со стороны головы из последних сил в свой товар вцепился продавец.

Последний ругался так забористо, что я невольно поискала глазами книжечку, чтобы записать сей опус детально. Даже от бабушек у подъезда я слышала меньше заковыристых выражений, хотя те имели опыт семи, а то и восьми десятилетий.

По нашему ряду метрах в пятидесяти, лавируя между покупателями, на крики уже спешили стражники.

Увидев нас, Бергамот явно обрадовался и перестал изображать из себя слабосилка. Одним рывком он отобрал у торговца рыбину и с высокоподнятым розовым носом побежал к нам. Вся его белая морда к этому времени уже вымазалась, а сногсшибательный аромат прочно поселился в его шерсти.

— В карете едешь снаружи, — объявила я, зажимая нос.

От возмущения, сверкнувшего в глазах наглеца, рыбина выпала из его пасти. Но он тут же умудрился поймать ее в воздухе и отбежать подальше, потому что с огромным топором наперевес к нам уже несся обозленный торговец.

— Что, никто не повелся на твои уловки? — раздраженно усмехнулся Арс, внимательно наблюдая за приближением пострадавшего.

Его пальцы потянулись к несуществующему эфесу шпаги да так и прошли вскользь.

— Котика не трогать! — воскликнула я громко, перепугавшись. — У него это последняя рыба в жизни!

Не ожидая услышать нечто подобное, уязвленный мститель застопорился на месте. Обескураженно переведя взгляд с меня на наглого котофея, он у меня же и спросил:

— Почему последняя?

— Почему это-у последняя?! — возмутился кот, прежде выплюнув рыбу прямо на брусчатку.

Присев на корточки перед ним, я ласково погладила пушистое зло и тихо зашипела:

— Да потому что с сегодняшнего дня ты сидишь на диете. А ну-ка, подыграй мне. — И, уже поднявшись, для торговца: — Умирает. Не сегодня так завтра час его придет. Совсем старый кот, из ума уже выжил, да жалко его до слез. Я же его еще с пеленок помню.

— Кота? — удивился продавец, но топорище опустил.

— Моя жена имеет в виду свои пеленки. Этот кот — все, что осталось у нее от родителей, — добавил Арсарван сурово. — Разрешите нам оплатить эту рыбу и нанесенный вам ущерб.

— Что здесь происходит?! — очень вовремя появились стражи правопорядка в запыленных черных плащах.

Мы с Арсом воззрились на торговца. Только от него сейчас зависело, как дальше развернется эта ситуация. Провести остаток дня в пункте городской стражи совсем не хотелось.

— Так ничего не происходит, — ответил торговец, шустренько спрятав топор себе за спину. — Рыбу у меня покупают.

— А орали чего? — не поверил второй, бросив на нас с графом изучающий взгляд.

— Так упала же! Прямо на землю, представляете? Такой экземпляр! Я ее из речки едва вытащил!..

Дальнейшие объяснения стража выслушивать не стала. Смерив нас еще одним взглядом, полным подозрений, старший стражник удалился, а за ним последовал и младший. Арсарван же пошел расплачиваться, пока я распекала нерадивого демона. Как будто нам своих проблем было мало.

— На диете, — опасливо согласился Бергамот, поймав на себе мой злой взгляд.

Но рыбу в зубы взял и шустренько упер. Когда мы вернулись к карете, котофей ее уже доедал, а рядом с ним стоял наш возничий, который, судя по всему, впускать кота внутрь экипажа отказывался.

— Снаружи поедешь, — напомнила я и обратилась к Арсу: — Спасибо, что заплатил.

— Твой кот — мой кот, — с тяжким вздохом пошутил он и сам открыл для меня дверцу. — Куда теперь? Можем еще успеть на постановку в театр.

— Может, просто погуляем где-нибудь? Здесь есть набережная или парк?

— Есть вариант интереснее, — ответил граф и помог мне забраться в экипаж. — Думаю, тебе понравится.

Заинтриговав меня по самую макушку, Арс велел возничему ехать до северной окраины столицы. Путь от рынка занял совсем немного времени. Ожидание скрасили вопли несчастного кота, который просился внутрь и ворчал, что его укачивает. Затем он громко жалел демонического мыша, которому снаружи ехать было некомфортно, но нас не пробрало.

Карета остановилась перед каменной аркой, ведущей в лес.

— Этот парк сейчас заброшен. За его реконструкцию возьмутся примерно через месяц, но пока здесь собираются музыканты, — рассказывал Арсарван, помогая мне выбраться.

— И играют? — поинтересовалась я, воодушевившись.

— И играют. Пойдем?

В этот момент я была готова пойти за ним куда угодно.

Стоило нам войти в парк, как чарующая мелодия захватила собой все вокруг. Мы будто переступили невидимую черту, и отчасти это так и было. Вокруг парка работала защитная магия, чем и пользовались музыканты всех мастей.

Их и правда оказалось много. Собравшись в целую группу, они играли одну мелодию за другой, вместо сцены используя не занятый травой пятачок.

А вокруг танцевали люди. Впрочем, не только люди, но и полукровки, и даже нелюди. В стороне не остался никто. Здесь просто не имелось скамеек, чтобы сесть и послушать чудесную игру. Все танцевали. Даже дети подражали взрослым, хотя и двигались менее ритмично.

Осознав, что Арс привел меня танцевать, я перевела на него растерянный взгляд. Пытаться заговорить с ним смысла не было. Он все равно ничего не услышал бы, но улыбался очень выразительно и коварно. До тех пор, пока его не уцепили в хоровод, а меня не затащили вместе с ним.

И это было не остановить. Из кучи танцующих выбраться не получалось. Я хохотала так громко, что наверняка оглушила соседей по танцу. Даже Бергамота из виду потеряла, фактически растворившись в этой толпе.

Одна яркая заразительная мелодия сменяла другую, но в какой-то момент в парке стало темнее, а репертуар музыкантов изменился. Очередная мелодия оказалась волнующей, мягкой, тихой и плавучей.

Когда меня обняли со спины, я безошибочно узнала наглеца. И эти объятия не были осторожными. Слишком крепкими, заявляющими свое право, но ничуть не осторожными.

Я будто на мгновение оказалась в своем мире, на прибрежной площади, где часто выступали городские группы. Только там со мной не могло быть Арсарвана, а здесь… Здесь мы были вдвоем.

Повернувшись к Арсу лицом, я сама обняла его за шею и притянула. Но едва губы коснулись губ, он отстранился и провел большим пальцем по моей щеке, стирая выскользнувшую слезу.

Я не хотела плакать, вообще не собиралась этого делать, но по щеке прокатилась и вторая слеза. Я улыбалась. Слезы просто скользили вниз одна за другой.

— Ну чего ты? — спросил Арс мягко, крепко прижимая к себе.

На этот раз без какой-либо романтической подоплеки. Просто обнял, крепко сжал, пряча меня в своих руках.

— Да не знаю… Просто… Расклеилась чего-то, — шмыгнула я носом, продолжая мочить слезами его рубашку.

— Было бы из-за чего, — хмыкнул он насмешливо. — Найдем мы как вернуть тебя домой, обещаю. А ты вместо того, чтобы слезы лить, лучше напрягись. Вспомни, что произошло перед тем, как ты очутилась здесь. Старуха спросила, Маша ли ты, а дальше?

— Дальше? — Отстранившись, я попыталась вспомнить, что было дальше.

Мой безнравственный поцелуй в подвале поместья, несомненно, затмевал собой все. Представляла, как выглядела тогда со стороны, но нет. Сейчас это было совершенно неважно. Перед глазами снова стояла та самая старуха с выцветшими глазами.

— Уборщица… Она показалась мне слепой, — вспомнила я промелькнувшую в тот момент мысль.

— Такое возможно, если ведьма временно заняла место реального человека. Вряд ли она умеет свободно ходить через миры. Ведьмы могущественны, но не всесильны. Что произошло потом?

— Потом? Точно была темнота. Я будто сознание потеряла. Я еще подумала, что во сне, помнишь? Думала, что ты и подвал — это просто продолжение сна, — заговорила я быстрее, кажется вспомнив. — Но было еще кое-что. Между старухой и тобой. Всего на миг, на короткий миг я увидела странную картинку. Черноволосая девочка лет десяти сидела под яблонями и отрывала лепестки от ромашки, а эти яблони… У них корни как будто из камней росли и стояли в воде. Могучие, ветвистые, но в воде и на камнях. Они не из земли росли, и мне это показалось странным, и…

Арсарван поменялся в лице. Он словно посерел, а вся мягкость сошла, оставив лишь заостренные черты.

— Ты что-то знаешь? — спросила я требовательно.

— Когда ты рассказывала о старухе, я не вдавался в подробности, потому что сильные ведьмы могут выглядеть так, как хотят. Для этого им нужна только магия, — отозвался Арс глухо. — Но эта девочка. И яблони. Я знаю ведьму, которая поспособствовала проведению ритуала.

— Знаешь? То есть знаешь, где нам ее найти? — не поверила я.

— К сожалению, — приподняв брови, граф усмехнулся.

В этот момент он не выглядел довольным.

— Чтобы добраться до нее, нам понадобится крепкий корабль.

— Нам? Мы отправимся в плаванье? Вместе?

Все, что я услышала сейчас, просто не укладывалось у меня в голове. Наши планы изменились в одно мгновение и ни о какой библиотеке теперь речь не шла.

— Я же обещал показать тебе море. Увидишь еще и океан. — С нежностью погладив меня по щеке, Арс на этом не остановился.

Его пальцы скользнули на шею и легли на затылок, вплетаясь в волосы.

Притянув меня к себе, граф впился в мои губы глубоким поцелуем. Его язык нахально проник в мой рот, чтобы завладеть новыми территориями.

Вопрос «Что это было?» так и остался для меня без ответа.

Арсарван

С огромным трудом заставив себя оторваться от губ Мари, Арсарван снова крепко обнял ее, не позволяя отойти ни на шаг. Если бы она только знала, сколько отчаяния и страсти он скрывал в этом кратком поцелуе, в этом мгновении, которого ему всегда будет мало.

Всегда. Будет. Мало.

Он обещал когда-нибудь рассказать Маше о поверье, которое существовало среди тех, кто верил в Древних Богов. Граф Арсарван ер Толибо верить в них просто не мог, ему положение в обществе не позволяло, но Арс Айверс…

Это поверье напрямую относилось к влюбленным. В нем говорилось о том, что созвучные души всегда найдут друг друга, сколько бы испытаний им ни пришлось пройти.

Удивительно, но Маша казалась ему именно такой душой. Его душой, его второй половинкой, частью его целого. Она была слишком похожа на него. Не только судьбой, но и взглядами на жизнь, умением жить, а не существовать.

Поместье, балы, званые обеды и сплетни — все это было не по ним. Они были сделаны из другого теста и не представляли свою жизнь без авантюр.

Им была немыслима жизнь без свободы.

Глядя в этот момент на Марианну, лаская ее волосы и лицо, Арсарван точно знал, что уже никогда не отпустит ее. Свернет горы, раздвинет моря, заставит оба солнца погаснуть, но не отпустит.

Она была его. От кончиков пальцев на ногах и до самой макушки, в каком бы облике ни предстала перед ним. Ее внешность больше не имела значения. Она — его. Впереди оставалась самая малость — доказать это именно ей.

Арибелла

— …Там леди, и она требует господина, — отчитался управляющий перед спешно спускающейся по ступенькам Арибеллой.

— Вы сказали ей, что герцог занят?

— Не вдавался в подробности, но она требует именно его. Говорит, что дело срочное и оно касается его сестры.

Герцогиня замедлила шаг. Кивнув управляющему, вниз в холл их летней резиденции она спускалась как подобает истинной леди: с грацией кошки и взглядом ястреба.

Незнакомка, поджидающая герцога, явно нервничала. Не находя себе места, она ходила из стороны в сторону, но, заметив Арибеллу, замерла.

В ее руках мялся белый конверт.

— Кто вы и что хотите от моего мужа? — спросила Ари требовательно тоном, не терпящим возражений.

— Графиня Вольских, Ваша Светлость, — опомнившись, присела дама в низком реверансе. — Дело не терпит отлагательств. К сожалению, я потратила больше недели, чтобы добраться сюда. Герцога не оказалось в замке и…

— Ближе к делу, — оборвала герцогиня ее пылкую речь.

Спустившись, забрала из ее рук конверт, который девушка точно не собиралась отдавать Ари.

— Нет, это герцогу… — попыталась она возразить, но быстро смолкла под тяжелым взглядом Арибеллы.

— Я передам этот конверт мужу в целости и сохранности, как только он освободится. Спасибо за визит.

Стоявшая у дверей служанка однозначно дала понять графине, что на этом ее время вышло. Открыв двери, она подождала, пока девушка уберется.

На пороге дама позволила себе обернуться, но Ари все так же притворялась недвижимой статуей. Однако едва двери закрылись, вскрыла письмо, переданное брату от Татии.

«Я пишу тебе это письмо, мой дорогой брат, а сама страшно боюсь ошибиться. Если я поняла все неверно, я просто заберу это письмо у Латиши, но если верно… Она передаст его тебе, как только со дня нашей последней встречи в парке пройдет неделя. Неделя, за которую я так и не появлюсь на ежедневной прогулке.

Мне тяжело, действительно тяжело это писать. Ты прекрасно знаешь, какие отношения у нас с Арсарваном. Я страстно люблю его и столь же страстно ревную. Вчера я снова следила за ним, хоть ты и велел больше этого не делать. Но если бы я не проследила…

Поначалу я подумала, что он приехал к любовнице. Не спрашивай меня как, этот поступок недостоин леди, но я подслушала их разговор. Его собеседницей оказалась ведьма. Он просил ее провести ритуал, чтобы подменить мою душу чужой. Вот почему он убеждал меня, что в разводе нет необходимости!

Он так и сказал ведьме, что не допустит развода. Станет оттягивать его, сколько сможет, чтобы ведьма провела ритуал, а он затем присвоил все мои деньги. Все сбережения, оставленные мне родителями.

Я знала, что он на мели. Два дня назад он снова просил у меня деньги. Я сняла со счета в банке крупную сумму. Если он еще не забрал их, они лежат в комоде в моей спальне. Но деньги ничто по сравнению с тем, что он задумал. Призвав в мое тело Пропащую, он собирается управлять ею через шантаж.

Не допусти этого, я молю тебя. Не допусти!

Но если ты не успеешь…

Я прошу тебя, уничтожь Арсарвана. В память обо всем светлом, что было в моей жизни. Потому что он эту жизнь растоптал».

Местами чернила плыли, будто от пролитых на листок слез, но каждое слово читалось четко и так же четко приводило в ужас.

Смяв листок в пальцах, Арибелла вскинула голову.

— Карету мне. Немедленно! — приказала она служанке и кинулась в кабинет мужа за артефактом для перехода.

В экипаж она садилась, как была, в домашнем платье.

Конец первой части