Марианна. Попаданка в нелюбимую жену

Глава 8. Исправление ошибок

Мой последний вопрос кошака однозначно удивил, но противиться просьбе он не смог. Так я узнала, что попала в Приалию — империю, что занимала обширные территории не только на этом континенте. Императора прозвали Завоевателем за то, что он за короткий срок подмял под себя все малые государства, но в народе, по обыкновению, обзывали Расхитителем.

Впрочем, обзывали недолго. Нашлись недовольные его правлением и среди знати. Те быстренько соорудили возмездие и упокоили товарища в семейный склеп. Теперь всем нажитым добром заправляла императрица.

О том, что мы находились в графстве Кертилтай, входящем в состав земель герцога ар Риграфа, я уже знала. Как и о том, что город нам принадлежал всего один. Он располагался недалеко от этого поместья и был окружен несколькими деревнями.

То есть фактически семейство выживало за счет налогов и производства разной продукции. Само графство было известно определенным виноградным напитком, которое как раз и имело название «Алая роза» за соответствующий цвет и бархатистый вкус. Его мы регулярно поставляли не только в столицу, но и к императорскому двору. Поставляли на кораблях, имея в городе хоть и небольшой, но при этом приличный порт.

Еще из достопримечательностей на наших скромных землях существовал прииск, который был много лет как заброшен. Но Арсарван исправно вкладывал в него средства, выгребая из недр что-то по мелочи. Это кот уже сегодня узнал, подслушав разговор между слугами. Они как раз шептались в коридоре за дверью.

Получив примерное понимание того, где нахожусь, я пока не стала больше ничего спрашивать об этом мире. Сначала выведала информацию о том, насколько сильна наша связь с Бергамотом.

Если верить его словам, осознанно навредить мне он не мог, и это радовало безмерно. С кормежкой тоже все было относительно просто. В течение дня он питался отголосками моих самых ярких эмоций, но иногда нет-нет да и говорил свое веское да вкусняшкам.

А еще был привязан ко мне до моей смерти. Причем ему было крайне выгодно, чтобы я пожила подольше, потому что это воплощение являлось для него последним.

Расправив мощные крылья, кот лениво потянулся на кровати. Я же, слушая его, пересела в кресло.

— Это моя девяу-тая жизнь, — признался он будто между делом, словно это ничего не значило. — Когда ты меня нашла-у, я как раз в очередной раз переродился. Мой предыдущий хозяу-ин помер.

— Прими мои искренние соболез…

— Да лау-дно тебе, — отмахнулся кот и смешливо сморщил нос. — Он тем еще прохиндеем был. Колбау-ски не давал, воровау-ть заставлял.

Растрогавшись, я едва не пустила слезу. Но именно что едва. Ощутив правильные жалостливые веяния, наглый котяра сориентировался мгновенно:

— Можеу-т, по колбаске?

В себя я пришла мигом. Чувствовалось в нем что-то цыганское. Оглянуться не успеешь, как без последних трусов останешься, чтобы кое-кто получил вкусняшку.

— А конкретно здесь ты как оказался?

— Да легко-у! Мы всегда-у перерождаемся поблизости от своего нового хозяина, но приходим только-у к тем, кто нас потянет.

— В смысле прокормит? — уточнила я для порядка.

— В смысле потяу-нет магически. Привяу-зку паразита не каждый пережить может. Для этого определенные эманау-ции необходимо иметь. У тебя-у вот какой магический дар?

Я взглянула на Бергамота недоуменно. К мысли о том, что теперь могу колдовать, я была не готова. Да я об этом даже не задумывалась, хотя определенно стоило бы. Все же граф нашел свою жену в пентаграмме, где она не фенечки из бисера плела.

— Не знаю, — призналась я негромко и замялась. — Понимаешь, тут такое дело. Я же не местная совсем.

— Пф-ф! Удивила-у! Все мы тут приезжие, — ответил он с важным видом.

— Да нет же, я прям совсем не местная.

Подумав мгновение, я решила пойти на откровенность. Не знала, можно ли ему доверять, но причин врать так и не нашла. Мне нужен был кто-то, с кем я откровенно могла обсуждать происходящее.

— Я из другого мира и понятия не имею, как оказалась здесь.

Услышав мои пояснения, кот потрясенно замер. Медленно повернув голову, он уставился на меня как на восьмое чудо света. То ли с ужасом, то ли с негодованием.

— Ну и повезло-у же, — припечатал он недовольно. — Таких, как ты, у нас Пропащими называу-ют.

— Почему? Потому что чужая душа пропадает? — предположила я.

О том, что случилось с настоящей Татией я до сих пор не знала, и меня это немного тревожило.

— Потоу-му что надолго они у нас не задерживаются, — огорошил кот.

Надежда во мне воспарила, расправив потрепанные крылья.

— Домой возвращаются? — спросила я с энтузиазмом.

— Ну почти-у, — замялся хвостатый. — Умирают в первые же дни. Сначала-у бегают как курицы оголтелые, глазам своим не веряу-т, а потом кряк.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Бергамот же равнодушно лизнул лапу. Кажется, со своим грустным будущим он уже смирился.

Но не я. Никогда мне не нравилось сравнение женщины и курицы. Его же однозначно женоненавистник придумал, дабы почесать свое разобиженное эго!

— А как именно «кряк»? — уточнила я заинтересованно.

— Да-у кто как. Кто-у с вампиром в стычку вцепится. Кто-у к русалке целоваться полезет. Один, знаю, с орками в карты играл, мухлевау-ть пытался. Они его быстренько ободрау-ли. В смысле кожу с него-у сняли. Могу рассказать подробности. — посмотрел он на меня с затаенным ехидством.

— Обойдусь. — открестилась я.

— Еще-у один Пропащий, как мне рассказывали, с гоблином связался. Прежде-у чем подписать, договор не прочитал и в пожиу-зненное рабство к нему отправился.

Я с облегчением шумно выдохнула. То есть дело было не в особенности этого мира, не в каком-нибудь проклятье, а в элементарной безголовости. Это означало, что я имела все шансы на выживание, а при хорошем раскладе и на быстрое возвращение домой.

— Кстати, а ты не знаешь, как мне вернуться домой? — спросила я, вооружившись новым букетом надежды.

Глядя на меня, кот даже ухом не повел. Я тяжко вздохнула. В принципе, я была готова к тому, что на блюдечке с голубой каемочкой мне никто ничего не принесет.

— Слушай, а тут драконы есть? — полюбопытствовала я из интереса.

Кот снова насмешливо фыркнул:

— Ты чего-у, книжек перечитала, хозяу-йка? Какие еще дракоу-ны? Это же персонажи из детских сказок. У нас в основном люди да маги, а остальные представители рау-зных рас — экземпляры штучные.

— Ну знаешь ли, я о говорящих котах раньше тоже думала, что это персонажи детских сказок, — проворчала я и нахмурилась.

А ведь полученной информации мне было крайне мало. Для начала я хотела увидеть книги о магических переходах через миры, чтобы понимать, что потребуется для возвращения. Лапки жабы там, сопли кота и роза Парацельса в придачу.

— В общем, в это дело я снова зашла со стороны багажника, — проговорила я негромко и кое о чем вспомнила: — Слушай, а ты когтями как пользуешься? Хорошо?

Бергамот заметно насторожился.

— Мышеу-й ловить не пойду! Они кусаются! — пожаловался он.

— Да ну нет же, — возразила я. — Я тут личный дневник хозяйки этого тела нашла, а он на замок закрыт. Как думаешь, сможешь открыть?

Котофей широко улыбнулся. Демонстративно вытянув лапу, он выпустил внушительные закругленные когти.

— Не появился еще-у тот замок, который я не смог бы открыу-ть! — хвастливо заявил он. — Давай свой дневник и иди-у за колбаской.

За взяткой этому белобрысому типу я, естественно, не пошла, чтобы избежать столкновения с моим новоиспеченным мужем. Пришлось коту выполнять мою просьбу за спасибо, но, как оказалось, хвалился он своими умениями зря.

Вытащенный мною из-под подушки дневник его когтям не поддавался. Сколько бы Бергамот ни пыхтел, стремясь разорвать тетрадку в клочья, страницы и обложка по-прежнему оставались целыми. Более того, когда он вцепился в замок клыками, его будто ударило током и откинуло от дневника на добрый метр.

По-прежнему целая книжка упала на пол.

— Да я ее-у! Это просто артефакт какой-то непрау-вильный! Да я такие замки-у вскрывал — моему прежнему хозяину вся гильдия наемников завидовала! — возмущался котяра.

— Верю на слово, — меланхолично язвила я. — Да ладно тебе, не расстраивайся. Эта штука должна как-то открываться, а значит, существует особый ключ. Нам просто нужно его найти.

Нафырчав на неподдающуюся тетрадку, Бергамот согласно кивнул. Правда, идея попутно убираться ему не очень понравилась. И он это всеми силами демонстрировал, устраивая бардак там, где я уже прошлась и навела порядок.

Когда я разок оглянулась на него, он лапой медленно двигал к краю флакон духов, что стоял на зеркальном столике.

— Кто-то решил остаться сегодня голодным? — спросила я как бы между прочим.

Кошачья вакханалия сразу прекратилась. На диво покладистый кот быстро прошелся по всей комнате, изображая из себя живой пипидастр. Но надолго его опять же не хватило. Увидев шкатулку и украшения в ней, он сделал стойку. Восхищенный взгляд мгновенно приковался к камешкам всех цветов и размеров.

— Это же сколько колбасы можно купиу-ть! — протянул он и шумно выдохнул.

Но подцепить что-нибудь когтем не усел. В дверь спальни кто-то крайне вежливо постучал.

— Госпожа, я ваш завтрак принесла, — послышался голос служанки.

— Наконец-то еда-у! — прошептал воодушевленный Бергамот. — Если-у тебе не принесли колбасы, немедленно прикажи-у!

Мой осуждающий взгляд наглый котяра с чувством проигнорировал.

— Подвинь комод обратно к стене, а сам быстро спрячься в гардеробной, — приказала я блохастому.

Мое поручение котик выполнил, но в гардеробную прошагал с независимым видом, словно его страшно оскорбили. Но мне было не до сантиментов. Я хоть и являлась хозяйкой этого дома, о своих птичьих правах пока тоже знала не все.

Вдруг мне строго-настрого запретили заводить котиков? Еще одного конфликта с супругом моя тонкая бездушевная однозначно не пережила бы.

— Госпожа… — Тихий стук в дверь повторился.

Дождавшись, пока комод отъедет в сторону и вернется на свое место, а Бергамот скроется, я открыла.

— Еще раз доброе утро, Имка, — поздоровалась я с воодушевлением.

Служанка сразу впечатлилась и насторожилась. Вот что значит человек на опыте.

— Ты-то мне и нужна! Я как раз хотела с тобой поговорить, — втянула я ее в спальню вместе с подносом.

Отобрав свой завтрак, поставила на прикроватную тумбу, а девушку усадила в единственное кресло. Она немедленно поднялась на ноги, словно неваляшка, но я настойчиво толкнула ее обратно.

В ее глазах читался откровенный ужас. Кажется, она уже прощалась с собственной жизнью. Ну или с должностью — смотря что страшнее конкретно для нее.

— В общем, так, я много думала над своим поведением и решила, что была не права, — протараторила я, ринувшись к комоду. — Ты прости меня, дуру, если я тебе грубила или со свету сжить пыталась. Просто мужа своего люблю, аж сил нет.

Замерев у комода, я поочередно вытаскивала ящики. Где-то здесь лежали мешочки с монетами. Натолкнувшись на них, я обрадовалась и полезла доставать один серебряный. Не знала, сколько это по деньгам, но надеялась, что сумма немаленькая.

Ну не золотым же от служанки откупаться? Мне нажитые Татией капиталы следовало сохранить на нечто более важное.

В комнате воцарилась странная тишина. Обернувшись, я узрела ошеломленную служанку. Таких больших глаз я у нее за время нашего знакомства еще не видела.

— Да ладно тебе, чего ты разволновалась? — Вернувшись к креслу, я ободряюще похлопала ее по плечу. — Вот, держи монету и купи себе платье.

— Вы меня в краже обвинить хотите, да?

— Что? Да иди ты в баню, нужна ты мне сто лет! — возмутилась я, поднимая ее из кресла. — Все, иди, выходной у тебя сегодня. Если кто спросит, скажешь: хозяйка отпустила. Но чтобы завтра как штык у меня тут утром была. Будем вместе искать, чем мой дневник открывается. Я тут память слегка потеряла, надо бы хоть что-нибудь восстановить.

— Вы правда ничего не помните, госпожа? — недоверие так и сквозило в ее голосе.

— Абсолютно. За исключением некоторых деталей. Ну все, иди давай, не растрачивай выходной понапрасну. А я пока сама поищу, чем бы этот дневник открыть.

Бросив на меня еще один недоверчивый взгляд, Имка сделала крохотный шаг к двери, но вдруг остановилась и направилась в другую сторону. Замерев у кровати, где лежала шкатулка, она взглядом дала понять, что ей требуется мое разрешение.

Я с интересом кивнула.

Когда она достала из шкатулки крохотный круглый медальон на тонкой цепочке, я хотела спросить, для чего мне эта вещица, но стоило девушке нажать на мелкую металлическую кнопку, как части медальона разъехались в стороны, образуя круг куда большего диаметра.

— Это оно? — спросила я неверяще.

— Да. Это медальон, в котором вы храните портреты родителей. — Осторожно подобравшись ко мне, Имка вложила вещицу в мою раскрытую ладонь.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я ее.

Была и правда невероятно признательна. В этом дневнике могли находиться ответы на вопросы, которые тяготили меня. Например, почему Арсарван так яро хочет развестись с Татией? То, что она его допекла, мне уже было понятно, но что предшествовало этому? Или вот что за ритуал она провела, засунув меня в свое тело? Может, там и обратный путь расписан?

Именно в этот трогательный момент нашего с Имкой примирения в гардеробной что-то с грохотом свалилось. Вибрация по полу прошла такая, что мы обе подпрыгнули.

На миг закрыв глаза, я испытала всю гамму чувств от дикого ужаса до: «Да чтоб тебя, котяра облезлый!»

— Мыши, — решительно заявила я, поймав на себе удивленно-испуганный взгляд служанки. — Надо бы сказать мужу, что нам срочно нужен кот. Желательно белый. Желательно большой. В общем, ты иди, а я тут дальше сама.

Имка неопределенно кивнула. В ее глазах бегущей строчкой читалось: «Она прячет в шкафу любовника!»

Выставив служанку за дверь, я ринулась к гардеробной. Резким движением открывая обе створки, просто надеялась, что для этого грохота имелась существенная причина.

Но причина лежала на полу верхом на сломанной полке, в куче упавших под это дело платьев, и искренне делала вид, что ее тут нет.

— Хозяу-йка, я просто повыше хотел залеу-зть, чтобы осмотреться получше, — заявила эта наглая разнесчастная морда. — Так что-у? Принесла служанка колбаски?

Двери, ведущие в гардеробную, я так же молча закрыла. Как буду объяснять сломанную полку мужу и служанке, я пока не знала, но волевое решение приняла.

Одного крылато-хвостатого точно следовало кормить поменьше.