Между прокурором и бандитом

Глава 19. Запретный плод

Эмир

Блядь! Трижды блядь! Бью кулаком в стену палаты, сжимая в больной руке мобильный.

Мог бы, сломал бы нахуй. Но моя рука не работает. Так что всё, что могу – это швырнуть чертово устройство на кровать.

Ратмир… мой чертов двоюродный брат вышел из тени. Ублюдок!

Возвращаюсь в постель. Ложусь и прикрываю глаза. Маргарита…

– Доброе утро! – в палату заходит главный врач, заискивающе улыбаясь. Лениво поворачиваю к нему голову.

– Чего надо? – я ожидал увидеть не его. Но он тоже сойдет. После того, что сказала вчера Марго, не могу отделаться от мысли, что этот червяк ее обидел.

– Вас всё устраивает? Удобно? Маргарита не доставляет проблем? Она талантлива, но характер сложный.

Резко сажусь в постели, игнорируя боль. Вот оно!

– В каком смысле сложный? – пристально смотрю на толстяка, фиксирую его нервозность. Потеет, прячет взгляд.

– С ней непросто договориться, и она совершенно не признает авторитетов. Но я поговорил с ней, – довольно выпячивает грудь, не понимая, что сейчас сам роет себе яму.

– В каком ключе? – встаю, подхожу к нему. Главврач ежится и будто бы становится меньше.

– Ну, я объяснил ей, что она должна уделять вам… особое внимание, – он округляет глаза в ужасе, когда я нависаю над ним. Даже раненый, я выше, больше и злее.

– Ты нагрубил ей? – спрашиваю тихо, сквозь зубы. – Отвечай, дерьма кусок. Или я сейчас твои очки затолкаю в…

– Нет, что вы! – переходит на фальцет. – Я просто был убедителен. Она всё поняла.

– Ты уволен, – отрезаю, затем разворачиваюсь и иду к своей койке. – Чтобы духу твоего тут не было к обеду. Главная тут теперь Марго.

– При всём моём уважении… – блеет очкастый. – Эмир Рустамович, давайте обсудим…

– Нахуй пошёл отсюда, – устало ложусь на постель. – Все дела передашь Маргарите. Иначе я наберу учредителю, и ты больше никогда и никуда не устроишься.

– Но…

– Я всё сказал. Сгинь, – растягиваюсь в постели, пытаясь найти положение, в котором у меня не так сильно болит плечо.

Когда дверь за ублюдком закрывается, в палате воцаряется тишина, которую тут же заполняет адреналиновая дрожь. От бессильной злости на Ратмира, от этой клинической беспомощности.

Нужно выпустить пар. До её обхода ещё полчаса…

Этого хватит.

Вспоминаю её мягкие груди. Упругие и податливые. Как твердели соски, упираясь в мои ладони, будто требуя, чтобы их пососали и покусали. Язык Маргариты, который ловко скользнул в мой рот. Она божественно целуется.

Стягиваю спортивные штаны, беру член в руку. Яйца поджаты, я уже готов слить от одной мысли о моём докторе.

– Маргарита, – закрываю глаза и вспоминаю её аромат. Терпкий, дерзкий, смешанный с запахом пота и секса. Интересно, прокурор трахнул её вчера? Смог, наконец, отрастить яйца и показать ей, на что способен?

В голову лезут мысли, как она лежит под ним с распахнутыми ногами и кричит. Извивается. Содрогается. А я подхожу сбоку. Вожу головкой члена по её дерзким губам.

Она раскрывает рот, и я проскальзываю внутрь.

– Блядь… – выдыхаю, начиная двигать рукой. Не могу сдержаться. Образ Маргариты – манящий, сексуальный, сводящий с ума. Её хрупкое тело под мощным торсом прокурора. Сладкий рот, принимающий мой член.

Оргазм накрывает с головой, перед глазами белая вспышка. По телу осколками разлетается дикий кайф. Блядь… я никогда в жизни не испытывал такого удовольствия от одной мысли о женщине.

Ни одна шлюха никогда не ублажала меня так, чтобы я разлетался на куски. Чтобы меня разрывало от желания просто увидеть её…

Привожу себя в порядок. И только укладываюсь, как на пороге возникает моя королева. Ох ты ж… сегодня она выглядит иначе. Что-то в самой сути Маргариты изменилось.

Длинные ножки в туфлях на высоченных каблуках, всё тот же холодный, острый взгляд. Но что-то появилось внутри неё. Словно приоткрылась дверь в крепость по имени Марго Климова.

Молодец, прокурор, справился.

Маргарита окидывает меня горячим взглядом, от которого волоски на теле встают дыбом.

– Что это за выходки? Одевайтесь! Иначе я позову санитаров.

Хочу коснуться её! Пиздец как хочу!

– Мы не в дурдоме, доктор, – встаю, но тут меня настигает волна адской боли в плече. Морщусь. Пошатываюсь, опираясь на кровать.

Марго дёргается ко мне, но останавливается. Это и хорошо. Мне не нужна жалость.

– Ложитесь в постель, Эмир. Я позову дежурную медсестру, она вас осмотрит.

Ну уж нет, детка! Ты никуда не уйдешь, особенно когда я увидел тебя такой… другой…

– Маргарита. Не уходи.

Она замирает в дверном проёме. Разворачивается. Затем заходит в палату, прикрывая за собой дверь.

– Ты меня боишься? – усмехаюсь сквозь боль.

– А должна? – она выгибает бровь, затем подходит ко мне и помогает сесть. – Болит?

– Очень, – расплываюсь в нахальной улыбке. Смотрю на её красивое лицо. На смущение, которое пробивается сквозь ледяную корку. Ну же, милая!

– Со мной можно быть уязвимой, – говорю, глядя в глаза своего доктора. – Можно не бояться.

Провожу ладонью по её мягким волосам. Красивая. Сильная. Сломанная. Моя.

– Эмир… – вижу, как расширяются её зрачки, как Марго на миг опускает взгляд на мои губы. Победа. Превозмогая боль, тяну её на себя и впиваюсь в сочные губы.

– Ммм, – она сжимает зубы, не впускает меня в свой рот.

– Со мной можно, – тяжело дышу, отстраняюсь и обвиваю здоровой рукой тонкую талию, – быть слабой. Быть собой. Сбрось эту броню, доктор. Ты же знаешь, что я не обижу тебя…

– Я не знаю, – выдыхает мне в губы. – Я не верю тебе.

Второй рукой опускаюсь к её бедру и веду вверх. Задираю юбку, нащупываю кружево чулок. Сердце пускается в галоп. До чего же сексуальная женщина!

– Лжешь, – рычу, плотнее притягивая Марго к себе, давая ей почувствовать моё крепкое желание. – Я только что дрочил на тебя. А ты сегодня в чулочках… это знак, ты так не думаешь? Сейчас я задеру твою юбку, сдвину трусы и трахну… и ты не захочешь сопротивляться.

– С чего бы? – с вызовом смотрит мне в глаза, но я прекрасно вижу расширенные зрачки и тёмное желание, которое плещется в глубине её взгляда.

– С того! – рычу, полностью ослеплённый желанием. Рывком приподнимаю Маргариту и роняю на кровать. Она взвизгивает. Но я наваливаюсь сверху и глушу её крик поцелуем.

Больше ты от меня не убежишь…

Но тут…

БАЦ!

От боли я словно слепну. Между ног все горит адским пламенем.

– Бляяядь! – рычу, заваливаясь рядом с Марго. Она вскакивает с постели и поправляет юбку.

– Я не шутила про семь нелетальных способов. Запомни, Эмир. Ты трахнешь меня лишь тогда, когда я соглашусь. Я не одна из твоих шалав, которую можно вот так свалить в койку и задрать ей юбку. Быть во мне – это высочайшая награда. Андрей вчера потрудился. Я жду, когда ты покажешь, на что способен.

Она разворачивается и уходит. Я заваливаюсь на постель, и из груди вырывается хриплый непроизвольный хохот.

– Вот это женщина! Ты не отступаешь. Не сдаёшься. Отлично! Игра становится только интереснее. Вызов принят, Маргарита. Готовься.