Между прокурором и бандитом

Глава 23. Предел откровенности

Эмир

Я наблюдаю, как рушатся стены вокруг Маргариты. И это доставляет мне огромное удовольствие. Видеть в её глазах растерянность, даже панику. Страх. Возбуждение.

Сначала я отправил к ней прокурора, который сделал всё, что нужно. Подготовил. Расшатал её уверенность. Сделал почву под её каблуками неустойчивой и зыбкой.

Обычно Марго Климова спокойно наступала на мужские яйца и шла дальше. Но теперь правила изменились.

С утра я повёл себя как обычно. Набросился на неё, показал нетерпение и снова вернул ей иллюзию контроля. Она ушла, уверенная в том, что её крепость восстановлена.

Следующий удар ждал её в виде Шарина, который после пары моих звонков стал податлив, как глина. Любит свою беременную жену, это его единственный бизнес. Так что вопрос о том, кто станет новым главврачом, решился без проблем.

Маргарита в наших руках. Она сейчас обезоружена. И зла. Не только на меня, потому что решила, что «малышки» – это шлюхи из клуба. Но и на себя. Потому что не может сопротивляться. Не может сказать мне «нет».

Она уже на крючке. Наша с Евсоновым. Пара точных штрихов, и эта ледяная королева будет стонать на наших членах.

И эти штрихи я намерен нанести на полотно наших больных отношений уже сегодня…

– Почему мы едем за город? – спрашивает Маргарита сдержанно, когда мы съезжаем с МКАД на Ярославское шоссе.

– Это сюрприз, милая, – усмехаюсь, стараясь лишний раз не дёргать рукой. Ей и так предстоит здорово поработать сегодня. Не то, чтобы я это планировал, скорее импровизация.

Маргарите явно не хватает в жизни спонтанности.

– Скоро приедем, босс, – басит мой водитель Леха. Один из немногих, кто мне верен по-настоящему. Я спас его шкуру, когда он раненый подыхал в канаве после перестрелки с одним из конкурентов моего брата.

– Я ничего не понимаю, – бормочет Маргарита, явно чувствуя себя не в своей тарелке. Ничего, детка. Сейчас ты полностью моя.

Мы сворачиваем на просёлочную дорогу. Направляемся в деревню, в которой уже полгода размещается единственное место, где я могу расслабиться.

– Это… – Марго выходит из машины, и её каблуки вязнут в земле. – Ты бы предупредил о внедорожной эстетике, я бы оделась соответственно.

– И сбежала бы, – ухмыляюсь, затем обвиваю её талию и прижимаю к себе. На миг тыкаюсь носом в её ароматные волосы и просто стою. Наслаждаюсь. – Нет, тут тебе сменку дадут.

К нам выходит Иваныч, мой бессменный ипполог. На нём спортивные брюки, грязный свитер, перчатки и в руках лопата.

– Как там мои малышки? – спрашиваю его.

– Прекрасно, Эмир Рустамович, – Иваныч снимает кепку, – вы так внезапно написали сегодня. Но я успел все подготовить. Королева Марго, как всегда, лягается. С характером лошадка. А Ветерок ждёт вас.

Марго замирает. Она разворачивается ко мне, её глаза широко распахнуты. Барьеры пали. Сейчас в моих руках маленькая девочка, которая наверняка обожает лошадок.

– Лошадки? – она поджимает губы, – так твои малышки это…

– Да, мои племенные лошади. Я, как вернулся в Россию, сразу купил эту конюшню и привёл её в божеский вид. Это Иваныч, наш ипполог, он заботится о лошадях. Иваныч, Маргарита, моя женщина.

Жду реакции. Но Марго слишком увлечена рассматриванием конюшни. Или она согласна со мной? Второе предпочтительнее.

– Знаешь, Эмир, не будь я врачом, ударила бы тебя в раненое плечо! – рычит она, затем выскальзывает из моих объятий, – покажите мне их сейчас же! Я хочу увидеть лошадей!

Марго нетерпеливо спешит в сторону большой конюшни. Её туфли вязнут в земле, но на пути моей Маргариты лучше не вставать даже рыхлой земле.

– Красивая, – тихо произносит Иваныч. – Таких не отпускают.

– Уж не беспокойся, – ухмыляюсь, – она уже моя. Приготовь ей нормальную одежду. Только не треники, я тебя умоляю. И ножи спрячь. Она хирург с характером, может и покалечить.

– Понял! – Иваныч уходит.

Я спешу за Маргаритой. Для женщины на каблуках она слишком быстро добралась до конюшни. Захожу, а она там уже кормит морковкой свою тёзку.

– Какая ты сладкая, – воркует Марго, и я её натурально не узнаю. Она улыбается нежной улыбкой, полной детского восторга, – ничего, что я вёдерко с морковью и яблоками взяла?

Вид её такой… беззащитной и настоящей, кольнул меня где-то под рёбрами. Хочется, чтобы это никогда не кончалось.

Чтобы она всегда смотрела так, без этой чёртовой брони. Но эта мысль тут же сменяется другой, ледяной и ревнивой: сейчас, в эту секунду Маргарита настоящая.

А значит – уязвимая. Такая, какой не была даже с Евсоновым.

И это моё. Только моё.

Пусть даже потом придётся делить с прокурором её тело. Но эту секунду её искренности он у меня не отнимет. Никогда.

– Ты можешь брать всё, что хочешь. Королева Марго, – подхожу, лошадь смотрит на меня с сомнением, – очень характерная, непростая. Я выкупил её у одного спортсмена за бесценок.

– Что с ней не так? – Маргарита гладит тёзку по носу, и та довольно фырчит. Я вообще редко видел Королеву Марго спокойной. Но рядом с моей женщиной она затихла и лишь смотрит своими умными глазами, да жуёт морковку.

– Травма. Неудачно перепрыгнула через препятствие. Но лошадь отличная. Иваныч ею занимается, она уже может возить наездника. Ты умеешь кататься?

– Один раз каталась. Нас в детдоме возили на экскурсию, – усмехается она, – какой-то меценат раскошелился. А потом пара старших девчонок бесследно пропали.

Молчим. Да, я знаю, что судьба у детдомовцев незавидная.

– И всё же ты выбралась, – накрываю её ладонь своей прямо на лбу лошади. Та фыркает и обнажает свои зубы, – справилась.

– Но это и сломало меня, Эмир… Оставило пустоту, где у других хранятся тёплые воспоминания о детстве. Не было радости, ужинов с родителями и поездок к бабушке на дачу. Меня никто и никогда не любил. И я не знаю, что это за чувство.

Притягиваю её к себе. Жёстко фиксирую пальцами подбородок и заставляю смотреть на себя. Мой взгляд прилипает к её сочным губам.

Срываю с них остатки контроля, жадно впиваясь в её тихий вскрик…