Между прокурором и бандитом

Глава 28. Хирургия мести

Андрей

Твоя баба у меня. И скоро она пойдет в расход. Пока ты не приедешь и не перепишешь на меня весь бизнес Руслана. У тебя сутки. Время пошло.

Эти слова клеймом выжжены в моем мозгу. И фотография, где моя любимая женщина лежит на кровати, пристегнутая наручниками. Но ее взгляд… жгучий, полный ненависти. Как бы самому Ратмиру не пришлось уносить оттуда ноги.

Я даже не помню, когда мы с Эмиром как по команде сорвались с места и рванули к машине. Марго – наш общий триггер. Наш смысл. И мы никому не позволим ее обидеть.

Моя сильная девочка, держись. Совсем скоро я тебя спасу. Кончики пальцев подрагивают, я сжимаю руль так, что обивка жалобно скрипит…

– Ты бы в больницу лучше ехал, – рычу, глядя на то, как Алиев неуклюже пытается забраться на пассажирское сиденье моей машины. – Чем ты, раненый, мне поможешь?

Он усаживается, пристегивает ремень. Вижу, как ему тяжело. Но Алиев не из нытиков, за это я его уважаю.

– Я знаю Ратмира, – цедит Эмир, – знаю его привычки и слабости. Он украл мою женщину и ответит за это. И если мне придется пиздить его арматурой и подыхать от боли, я готов.

Он морщится, смуглое лицо белеет. Блядь! Ему реально нужно в больницу. Но я ставлю себя на его место. Я бы тоже поехал. И тоже бы наплевал на себя…

– Громко сказано, – хмыкаю. – Ты любишь Марго?

Не знаю, зачем вообще спрашиваю? Это ведь видно. Когда я приехал, сначала не понял, где оказался. Лошади? Где Алиев с его криминалом и где эти великолепные гордые животные? А потом я понял. У Эмира есть уголок, где он настоящий. И он решился открыть его Маргарите. Это сильный ход и по-настоящему мужской.

Выруливаю на шоссе и втапливаю педаль в пол. Машина разгоняется, деревья мелькают в окне. Эмир откидывается на сиденье и закрывает глаза.

– Значит, мы вдвоем в одной лодке, – хмурюсь, – во всех смыслах.

Многозначительно смотрю на Алиева. Копаюсь в себе, пытаясь найти внутри хоть каплю ревности или ненависти, но ничего нет.

– Похоже на то, – хмыкает он. – Но сейчас наша строптивая девочка в плену у моего сумасшедшего брата. И я даже думать не хочу, что он планирует с ней сделать.

– Она не даст себя в обиду.

– Ты плохо знаешь этого ублюдка, – цедит Эмир.

– А ты плохо знаешь ее, – усмехаюсь.

Возможно, за бравадой я пытаюсь скрыть свое волнение. Ведь, несмотря на то, что я уверен в силе Маргариты, все равно до безумия за нее боюсь. Внезапно звонит мой мобильный. Мама…

– Блядь… – рычу, одной рукой хватаю мобильный, второй выворачиваю руль. Мы въезжаем в город. – Да! Что случилось?

– Андрюша! – ее голос звучит испуганно. – Тут люди какие-то! Говорят, обыск! Я их не пустила, они в дверь ломятся! Не нравится мне это все!

– Они документы показывали? – цежу.

– Да! Но я все равно боюсь! Во что ты вляпался?! Это все из-за этой женщины?! Говорила я тебе…

– Мама, тихо! – обрываю ее плач. – Не открывай им. Дверь выдержит. Просто иди и смотри телевизор. Я пришлю своих, они разберутся.

Кладу трубку. Кручу ее в руках, затем снова разблокирую и начинаю копаться в контактах. Я не уверен, что это наши. В этой системе ксивы продаются оптом.

– Пиздец, да? Очевидно, мой братец поднял свои знакомства в органах. – Эмир достает сигарету из джинсов, неуклюже закуривает. – У него там все купленные. Ты-то думал, что это я, да?

Он издает хриплый смешок, затем прокашливается.

– Все слышал?

– Голос у твоей матушки громкий, – хмыкает он.

Из головы все мысли улетучиваются. Есть только цель и средства. Никаких эмоций. Я набираю Гаршина. Друг отвечает сразу.

– Что за хуйня? – гаркаю в трубку, сжимая ее так, что пластик хрустит. – Ты в курсе, что ко мне приехали?! Мать мою чуть до обморока не довели!

– Приказ твоего начальства, Андрюха, – тихо говорит он. – Но часть наших в курсе. Те, кто за тебя. Если нужно…

– Нужно, – жестко отрезаю. – Сделай все, как положено. Я в долгу не останусь.

– Понял.

– Разъебали мы осиное гнездо. Да, прокурор? – усмехается Алиев. – Не думал я, что у тебя такие стальные яйца. Уважаю.

– Ты меньше о моих яйцах думай, – усмехаюсь. – Диктуй адрес.

Мы едем за город. Быстро минуем МКАД и въезжаем в обычный дачный поселок, где в конце возвышается дом. Ставим машину за высокими кустами. Я проверяю свой ПМ.

Мы бесшумными тенями проскальзываем через заднюю дверь. В воздухе висит запах пыли, дешевого курева и гнили. На первом этаже никого.

Мы поднимаемся наверх.

– Тварь, – выдыхает Эмир, когда мы замираем у порога спальни.

Ратмир стоит спиной к нам посреди комнаты. Он в ярости. Швыряет стул в стену, глядя на пустые наручники, болтающиеся на стальной дужке кровати.

Марго нигде не видно.

– Где она, ублюдок?! – рявкает Эмир, залетая в комнату.

Ратмир резко оборачивается, его лицо искажает кривая усмешка.

– Явились. Оба сразу. Отлично!

Он не ждет. Сам кидается на брата, выхватывая нож. Эмир, забыв о раненом плече, бросается на перехват.

В этот момент из бокового коридора на меня вылетают двое «псов» Ратмира.

Я не собираюсь ждать, пока меня прирежут.

Первый налетает сбоку, размахивая кастетом. Резко ухожу с линии атаки, перехватываю его кисть и, используя инерцию, вбиваю его лицом в острый угол стены.

Кости хрустят.

Второй вскидывает ствол, но я быстрее. Всаживаю ему две пули в грудь, не давая нажать на курок. Он оседает на пол грудой бесполезного мяса.

Ратмир тем временем впечатывает Эмира спиной в дубовый комод. Раздается глухой удар. Он наваливается всем весом, занося лезвие для удара в шею брата.

– Сдохни, братишка! – рычит он. Эмир слабеет, его пальцы судорожно скребут по предплечью Ратмира.

Бросаюсь к ним, но…

Из густой тени за портьерами вылетает Марго. Она, как фурия, бросается на Ратмира. Хватает его руку и кусает. Он от боли и удивления роняет нож…

И она его перехватывает.

Одним точным, выверенным движением Марго вгоняет лезвие Ратмиру прямо в горло.

Бандит захлебывается, его глаза вылезают из орбит. Он выпускает Эмира и валится на бок.

Эмир оседает на пол, сползая по стенке.

– Маргарита… – выдыхает он. Его веки подрагивают, лицо стремительно сереет. Рубашка пропиталась кровью.

– Эмир! – Марго падает перед ним на колени, зажимая его раны. – Андрей, быстро! У него критическая кровопотеря!

Я бросаюсь к ним, переступая через трупы.

Эмир проваливается в глубокое беспамятство прямо на моих руках. Пульс под пальцами все тише…