Неуловимая невеста лорда и канцлера (СИ)

22. Новый план

Проснулась от удушья. Сердце колотилось в висках, тело было покрыто холодным липким потом. Последние обрывки кошмара, холодные пальцы Храминга, немой крик в парализованной груди, мертвая тишина после его слов еще цеплялись за сознание.

Я резко села на кровати и закашлялась, схватившись за горло.

А потом увидела свечу. Она так и стояла на прикроватном столике, аккуратная, цвета слоновой кости, и горела ровным, почти неестественным пламенем. Не потрескивая, не коптя, посылая мне целительные сны, как сказало это чудовище.

Целительных… Я чуть не задохнулась от приступа ярости.

Сорвавшись с кровати, я схватила свечу и, не раздумывая, задула ее, зажав пальцами раскаленный воск, не чувствуя боли. Дымок потянулся в воздухе, пахнущий медом и полынью. Обманчиво безобидный запах.

Я швырнула огарок в дальний угол комнаты, чувствуя, как трясутся руки.

Хватит. С меня хватит.

Браслет на запястье холодно прижался к коже, напоминая о своем присутствии и о том, что отныне я — собственность. Да еще и под наблюдением.

Нет. Больше я не буду это терпеть!

Я торопливо, почти срывая пуговицы, надела простое платье для академии, собрала волосы в тугой узел. Из зеркала на меня смотрело осунувшееся лицо с лихорадочным блеском в глазах.

Я решилась.

Бежать. Сегодня же. Здесь, в этом доме, в этом городе я не останусь больше ни дня. Я просто дошла до своего предела.

Родители продали, Храминг загнал в угол, драконы… драконы оставили на мне свои непонятные метки и исчезли. Осталась только я. И мне нужно действовать.

План был прост до безрассудства: добраться до академии, найти Раннеллу, и… что?

Сначала снять браслет. Без этого любой побег был обречен. Он, как сказал Храминг, был маяком. И моей цепью.

В академии я нашла Ранни у нашей обычной скамьи в зале плетений.

— Что случилось? На тебе лица нет, Эль… — начала она, но я резко мотнула головой и подняла рукав, под которым прятала браслет Храминга.

— Ранни, только ничего не спрашивай. Хорошо? Мне нужно его снять. Любой ценой. А после я исчезну из города. Так надо…

Подруга внимательно взглянула на меня.

— Хорошо, — кивнула она. — Но пообещай, больше никаких дополнительных украшений.

Я невесело улыбнулась.

А мозг Ранни ум уже работал, взгляд ушел в себя. Но решение неожиданно подошло само.

— Эй, красотки, чего такие хмурые? Складки на лбу аж завязываются, — раздался веселый голос. К нам подошел Ларс, наш одногруппник, вечный шутник с взъерошенными рыжими волосами.

Раннелла отмахнулась, не глядя на него.

— Не видишь — проблема. Иди своей дорогой, Ларс.

— Эль, Ранни, ну что за лица? — не отступал тот, опускаясь на скамью напротив. — Уже который день ходите, будто на похоронах. Чего стряслось-то? Может я помочь хочу.

Тут подошли остальные парни с нашей группы, заинтересовавшись.

— Да, вы тут ходите мутный который день. Давайте, выкладывайте, что стряслось. Эль? У тебя проблемы? — требовательно спросил Томас, наш негласный лидер.

Я бы промолчала, как всегда. Но Раннелла сегодня была не в духе для светских условностей. Она резко подняла голову, и ее взгляд, острый как бритва, скользнул по лицам парней.

— Проблемы, — отрезала она. — Серьезные. Эльгу выдают замуж. За старого садиста-мага, который поставил на нее вот это.

Она схватила мою руку и резким движением закатала рукав, обнажив широкий серебряный браслет.

В воздухе повисло молчание. Веселье слетело с лиц парней. Они смотрели на массивный, явно магический артефакт, на мое бледное, осунувшееся лицо.

— Дела-а… — тихо выругался Томас. — Это же… наручники почти. Магические.

— С отслеживанием, — добавила Раннелла. — И, возможно, не только. Этот гад хочет загнать в свой склеп и высосать всю магию. Представляете, и родители не против. Подписали договор.

И она выложила всю мою историю коротко и четко, умолчав разумеется о драконах и их метках. Я не стала ничего добавлять. И так было стыдно, что родные продали меня будто вещь.

Ларс удивленно свистнул. Томас нахмурился. Остальные напряженно застыли вокруг нас.

— Вот это поворот. И что, Эль, ты собираешься делать?

— Бежать, — выдохнула я. — Как только сниму этот проклятый браслет.

— Правильно, — неожиданно поддержал Шейл. — Зачем такой муж? Старый, да еще и садист, раз такое вешает.

— И куда? — спросил Томас, что-то обдумывая.

— Пока не знаю. Лишь бы подальше. Деньги на первое время у меня есть. А там найду какой-нибудь место и спрячусь.

— У моей тетки в Гленхе большой дом, — внезапно сказал один из тихих парней, Винсент. — Ей компаньонка нужна. Помощница по хозяйству и для чтения вслух. Глаза слабые. Она добрая, живет одна. Я могу написать. Это в трех днях пути от столицы.

Предложение было для меня как глоток воздуха. Конкретное, настоящее. Я смотрела на Винсента, не веря своим ушам. Он кивнул, смущенно улыбаясь.

— Да, но сначала это, — напомнил Ларс, ткнув пальцем в браслет.

Все взгляды снова устремились на него. Парни наклонились, разглядывая руны, ворча.

— Плетения… мощные. Четкие. Не самоделка. Были бы не вплетенные чары…

— И древние. Смотри на завитки.

— Взломать в лоб… чревато. Может, и руку оторвет, если защита сработает на разрушение. Смотри как тут хитро все наворочено. Одно цепляется за другое…

— Мы же не артефакторы, — с досадой констатировал Шейл. — Это не наша специализация.

И тут Томас медленно перевел взгляд с браслета на Ларса, потом обратно. Его лицо озарилось мыслью.

— А ведь у тебя брат на последнем курсе артефакторов. Верно, Ларс?

Ларс на мгновение опешил, потом расплылся в понимающей ухмылке.

— Точно! Генн! Он там со своими шестеренками и кристаллами только и делает, что всякую ерунду разбирает. Пошли к нему!

Раннелла уже вскочила, ее решимость заряжала всех энергией. И меня в том числе. Теперь мой безумный план побега уже казался вполне осуществимым и реальным.

— Что стоим? Веди!

Наша небольшая, но теперь уже решительно настроенная группа двинулась через коридоры академии в крыло артефакториков, вызывая удивленные взгляды остальных студентов.

Мы ввалились в их мастерскую. И Ласр активно замахал руками одному из присутствующих парней.

— Ларс? Что за…? — подошел он к нам.

— Помощь нужна, брат, — без предисловий заявил Ларс. — Срочно.

И он вытолкнул меня вперед.

Раннелла снова, коротко и ясно, изложила суть проблемы, показав браслет.

Теперь уже вся мастерская затихла, а потом оживилась. К нам подтянулись другие старшекурсники-артефакторы, заинтригованные необычным экземпляром.

Они обступили меня, щелкая языками, щупая браслет магическими щупами и рассматривая его в свои окуляры, споря на непонятном мне профессиональном жаргоне.

Идеи сыпались одна за другой, от безумных до откровенно пугающих.

Артефакторы, увлеченные сложной задачей, словно забыли о своих занятиях.

— Слит в монолит… защелка на магическом уровне…

— Руны… древние, не академического ряда. Возможно, доимперские…

— Отслеживающий компонент здесь, в центральном узле, видите пульсацию?

— Нет, это защита от несанкционированного снятия. Взломаешь и сработает обратная связь, владельцу сигнал.

Но ни одна из их идей не прозвучала обнадеживающе. Генн, самый опытный, нахмурился и подытожил.

— Снять можно. Но для этого нужно либо иметь ключ-артефакт, либо… деактивировать носителя на время. То есть, тебя.

— Можно ненадолго сердце остановить, — задумчиво предложила Раннелла.

Я отшатнулась, побледнев. Остальные парни засмеялись, но смех был нервным.

— Ранни, ты гений, конечно, но нет, — сказал Ларс, качая головой. — Есть же другие варианты. Эльга, а если ты… ну, выйдешь замуж? Фиктивно. Тогда обряд с Храмингом юридически не сможет состояться, пока первый брак не расторгнут. А расторжение — процесс длинный. Что-нибудь можно придумать за это время.

Раннелла окинула его задумчивым, а затем все более заинтересованным взглядом. Обычно смелый Ларс смутился и заерзал.

— Я не это имел в виду! Я вообще-то про знакомого одного… — он запнулся под тяжелым взглядом брата и умолк.

И тут самый молчаливый из старшекурсников, высокий и худощавый парень, до этого лишь наблюдавший, подошел ближе. Его пальцы, удивительно тонкие и ловкие, осторожно повертели браслет на моем запястье.

— Мой дед, — сказал он. — Коллекционер. И артефактор старой школы. Он любит разгадывать загадки, особенно если они древние и заковыристые с точки зрения современной магии. Правда живет он за городом. Если кто и сможет разобраться в этом, не сломав тебе руку или остановив сердце, так это он.

Робкая надежда дрогнула во мне. Раннелла сразу же ухватилась за эту соломинку. Оказывается, она даже знала его имя.

— Ториан, ты гений. Когда мы сможем к нему поехать?

Ториан что-то прикинул в уме.

— Дед не любит незваных гостей. Нужно предупредить. И… подготовить что-нибудь в качестве подарка. Он любит редкости и диковинки. Давайте через три дня. После выходных. Я съезжу, подготовлю почву.

Три дня. Это было вечность. Но выбирать мне не приходилось.

В эти выходные Храминг хотел везти меня выбирать свадебное платье. Но это был хоть какой-то шанс. Единственный луч света в кромешной тьме.

— Спасибо, — выдохнула я хрипло. — Спасибо всем.

Раннелла сияла, уже строя планы, что мы возьмем с собой в качестве подарка. Я же смотрела на холодный металл на своей руке.

Три дня. Мне нужно было продержаться три дня. Не сломаться. Не поддаться страху. Теперь у меня была цель. Маленькая, хрупкая, но цель. Дотерпеть до визита к деду Ториана.