Неуловимая невеста лорда и канцлера (СИ)

Эпилог

2 года спустя.

Солнечный свет падал на полированный стол в моем кабинете, выхватывая изящные спирали защитного плетения, застывшие внутри прозрачной шкатулки.

Я, откинувшись в кресле, с лёгкой улыбкой наблюдала, как магические узлы переливаются, реагируя на мой мысленный импульс. Мой дар стабилизатора оказался бесценным для магического отдела тайной службы.

Прошло два года. Два самых стремительных, самых насыщенных и самых счастливых года в моей жизни.

И вот я сижу в своем кабинете и разбираю очередной капризный артефакт. Сложное плетение, запутанное, как мысли злого гения, но такое красивое в своей хитроумности. Я уже почти нашла слабую ниточку, за которую можно потянуть, чтобы весь этот клубок распустился…

Как тут дверь с грохотом распахнулась, и на пороге возник Руго. В плаще, с взъерошенными ветром волосами и таким видом, будто он только что сразился с драконом. Хотя, кто его знает, с ним всё возможно.

— Опять, — рычит он, и в его голосе я слышу смесь досады, беспокойства и той самой, привычной теперь, драконьей одержимости. — Опять не следишь за временем. Мы же договорились. Только до обеда. И точка.

Он широкими шагами пересекает комнату, и вот его руки уже обнимают меня сзади, а ладони осторожно ложатся на мой округлившийся живот. От его прикосновения внутри шевельнулось что-то теплое и живое. Наш малыш. Наши малыши, если верить знающему взгляду придворного лекаря.

— Нужно было просто запереть тебя в спальне, — хрипло шепчет он мне в ухо, и его губы касаются чувствительной кожи на шее. — Как я и хотел. С самого начала.

Я смеюсь, откидываясь на его твердую грудь.

— Тогда бы я со скуки умерла там одна, пока вы оба тут вершите великие дела. А так… — я делаю широкий жест рукой вокруг своего просторного, светлого кабинета, который находится ровно между кабинетом канцлера и приемной начальника Тайной службы Его Величества. — Вы сами выделили мне место. Рядом. Чтобы видеть постоянно, как ты и сказал.

— Видеть одно, — ворчит мой дракон. — А позволять забывать о себе и своем здоровье — другое. Всё, работа закончена. Пора домой.

Он уже тянет меня за руку, аккуратно, но неумолимо, когда в дверях возникает вторая знакомая тень.

Аврон. Безупречный, холодный и с таким ледяным взглядом, что мог бы заморозить лаву.

— Ты еще здесь, — констатирует он, и его бирюзовые глаза скользят с моего лица на Руго, а потом на наши соединенные руки.

— Опять заработалась, — тут же сдает меня Руго. — Надо что-то с этим делать.

Аврон медленно заходит в комнату, его взгляд становится задумчивым, оценивающим.

— Нужно тебя наказать, — произносит он тихо, и в этих словах столько властной уверенности, что по спине пробегают знакомые мурашки предвкушения.

Я чувствую, как щеки начинают предательски розоветь от воспоминаний о том, чем эти их наказания обычно заканчиваются… ну, очень приятным для всех участников.

Я поднимаю на него глаза, пытаясь сохранить серьёзность, но уголки губ предательски разъезжаются в улыбке..

— Прошлое наказание мне… очень понравилось, — признаюсь я тихо, и краска заливает лицо с новой силой.

Взгляд Аврона темнеет.

— Тогда получишь его же, — он делает паузу, и его голос становится низким, обещающим. — В двойном объёме.

Их руки берут меня под локти. Они властно, но бережно выводят меня из кабинета, мимо улыбающихся секретарей, вниз по лестнице, к ожидающей карете.

Внутри, в полутьме, я снова привычно уже оказываюсь между ними. Их руки немедленно находят мой живот. Они гладят его с трепетной непередаваемой нежностью, и изнутри идёт ответная волна тепла, лёгкое шевеление.

Наши малыши откликаются на их прикосновения. Так было всегда. С самого начала.

А я откидываюсь на спинку сиденья, глядя на их профили, озарённые мелькающими за окном огнями фонарей.

Эти два года… Они промчались как один бесконечный, счастливый день.

Отношение ко мне мужей не изменилось за это время нисколько. Они по-прежнему те же страстные, жадные, иногда чересчур властные любовники, что нашли меня на том балу. И те же нежные, заботливые, безумно опекающие мужья, что уничтожат любого, кто осмелится причинить мне вред.

А ещё они мои начальники.

Сразу после того, как я с отличием защитила диплом в академии, они без лишних слов забрали меня к себе на службу. Сначала, правда долго спорили, не могли поделить, в чьем ведомстве я буду числиться.

Потом договорились, что в обоих на полставки. Мой дар оказался настолько востребованным во взломе и проверке защищённых артефактов, что даже их ревность к тому времени уступила практичности. Ну, почти уступила.

Сейчас, конечно, придётся сделать перерыв в работе. Долгий.

Драконы хотели вообще запереть меня в наших покоях с момента, как лекарь подтвердил беременность. Были жаркие споры, даже немного… эмоциональных дискуссий.

Но я смогла привести весомые аргументы: скука вредна, любимая работа в умеренных дозах успокаивает, а они и так рядом, всегда начеку.

И мои грозные драконы уступили. Неохотно, ворчливо, с кучей условий. Но уступили.

Карета плавно катит по мостовой, увозя нас домой. В наш общий дом. Туда, где будет жаркий камин, ужин, их споры о политике, которые я уже научилась ловко обрывать поцелуем, и… да, вероятно, то самое двойное наказание, которое на самом деле будет просто ещё одним способом сказать как они любят меня, а я их.

Я кладу свои руки поверх их широких ладоней, лежащих на моём животе. Они сжимают мои пальцы в ответ. Счастливо закрываю глаза и улыбаюсь.

Да, безумно счастлива. Невероятно, оглушительно счастлива.

И всё благодаря той самой ошибке, которая привела меня на бал к принцу и в объятия двух моих драконов. Лучшей ошибки в моей жизни просто и не могло случиться.

КОНЕЦ