Жатва душ 7. Ночь хищников

Глава 18 У него броня хорошая

Честно говоря, мне хотелось, чтобы передача уровней происходила иначе. Чтобы можно было запасти их и передавать в нужный момент, например, когда моя «активность» сильно просела во время боя. Но и так результат был очень и очень неплох: наконец я ощутил, что выздоровел весь! Хотелось взлететь, энергия так и бурлила! Жаль, ненадолго, и скоро «активность» снова начнет падать.

Обсуждать планы в присутствии если не врагов, то уж точно недружественных элементов, было непредусмотрительно, и я сказал:

— Спасибо, Дарон. Мое обещание в силе.

Парень приподнял уголок рта и отвернулся. «Засунь благодарность себе в задницу», — было написано на его лице.

Я кивнул на выход, Лиза понимающе опустила веки.

Когда створка двери закрылась, она как-то осела, будто шарик, из которого выпустили воздух, и сказала, не дожидаясь моего вопроса:

— Это невыносимо — беззащитным людям делать больно! Я понимаю — необходимость, выживание близких… Но это чуждо моей природе, понимаешь? Я не должна была выжить, я совершенно не умею воевать — но выжила. Насмешка судьбы!

— Потому что ты нужна нам.

Только саботажа нам не хватало. Потому, хоть время и поджимало, я дал ей выговориться.

— Да понятно это все. Но когда я делаю кому-то больно, мне тоже больно! Я пыталась уговорить себя, отключиться, но все равно! Эти глаза… его глаза будут мне сниться. Твоя жизнь мне дороже, потому выбор не стоит, но…

Я взял ее за руки, погладил пальцами ладони.

— Мне очень жаль, я понимаю, душа болит не меньше тела. Потерпи, пожалуйста. Без твоего таланта нам всем крышка.

Она прижалась ко мне, тяжело вздохнула. Я и сам был… пацифистом, но до определенного момента, так что отлично ее понимал.

— Все я сделаю, — проговорила она, отстраняясь. — Даже не сомневайся. Это наша общая война.

— Спасибо. Теперь давай перейдем к делу. Нас ждет еще шесть волн, с учетом тех, кто снова придет за Кемой. Меня, скорее всего, ранят. Да если и не ранят, «активность» будет падать, и то, что ты сделала сейчас, нужно будет повторить во время боя, причем неоднократно. Потому нужно поговорить с пленниками, выявить самого лояльного, согласного отдать уровни, и взять его с собой, держать где-нибудь в броневике и сделать перераспределение во время схватки, чтобы я мог нормально воевать.

— То есть использовать как батарейку? — уточнила Лиза.

— Да, именно так. Причем не вычерпать батарейку до дна. Им повезло с нами, так бы уже умерли. Ты справишься?

— С чем? — Лиза посмотрела жалобно.

— Нужно склонить пленных к сотрудничеству, как это сделал я. Мне прямо сейчас надо в поле, собрать выживших зомбаков и посмотреть, как использовать Костегрыза, подчинять его или заманивать. Кроме тебя, некому. Лиза! — Я поднял ее голову за подбородок. — Эти люди пришли нас убивать. Тебя — вряд ли, потому что второй контролер дает им какие-то бонусы.

— Можешь на меня рассчитывать, — сказала она жестко. — Удачи… всем нам.

Я развернулся и зашагал, а затем и побежал на улицу, в непроглядную темень. На душе было муторно, потому что это я должен допрашивать пленников, а не Лиза. Черт, надо привыкать к команде и учиться делегировать полномочия, иначе задачи погребут меня под собой. Разработать что-то типа конституции, распределить обязанности, чтобы было с кого спрашивать.

Боевое крыло уже уехало, их метки на карте сосредоточились в одном месте. Чтобы сэкономить десяток минут, я взял мотоцикл и покатил его по песку к дороге.

— ДЕНИС! — закричали в моей голове так, что я чуть не оглох и не сразу сообразил, что это Коля. — ДЕНИС, ОНИ ИДУТ! ОНИУЖЕБЛИЗКО ПОСЛАННИКИ ЛЮБИМЫЕДЕТИ. ИХ ЛЮБИМЫЕ, ОПАСНЫЕ, СМЕРТОНОСНЫЕЧЕРНЫЕ!

— Коля, тише! Я сейчас оглохну! Все сейчас оглохнут!

— Что за на фиг? — прорезалась Вика.

И до меня дошло, что Коля кричит в общий голосовой чат…

— ОПАСНЫЕЧЕРНЫЕ! ПРИДУТ ЗА ТОБОЙ. СТРАШНОЕ ОРУЖИЕ!

Он говорил слова сплошняком. Пока мальчик набирал воздуха, я обратился к Павлу:

— Павел, объясни детям, что нельзя так делать! Он такой громкий, что мы воевать не сможем!

— Вышвырнуть из клана на время, епта! — подал голос Макс. — У меня башка разболелась, я урон получил. Давай возьмем этого Колю, и пусть орет на врагов, как бездушный крикун.

— Уже объясняю, но… — отозвалась Настя. — Но не знаю.

— ОПАСНЫЕАААААААААААА!

— Если не получится, исключайте на время, что делать-то, — обреченно произнес Павел. — Но им же будет плохо! У нас есть десять минут?

Я посмотрел на часы. До второй волны желающих оторвать мне голову оставалось двадцать три минуты.

— Есть, работайте.

Заревел мотор, и я понесся по дороге к точке сбора, думая о том, что у нас огромное преимущество. Но ворочалось дурное предчувствие — дети просто так предсказаний не делают. Или это они про охотников? Те тоже близко. Посмотрим, вряд ли у чистильщиков есть штука, мощнее уничтоженного нами экзоскелета космодесантника. Жаль, так и не осмотрел его, и не понял, подлежит ли он восстановлению полностью или хотя бы частично.

Засадой руководил Тетыща, который вышел навстречу мотоциклу. Слезать с железного коня я не стал, просто заглушил мотор, окинул взглядом место грядущего боя.

Тетыща указал на два броневика, стоящих среди деревьев на примятой траве справа и слева от дороги.

— Они введут врага в заблуждение, он будет думать, что урон наносят машины, а не «Стражи». Когда они сообразят, что к чему, и начнут отступать, броневики поедут до самой границы купола, это пятьдесят метров. Пространство для маневра, как видишь, есть. Пехота расположилась под куполом на границе соприкосновения, могут десяток метров преследовать врага. В тылу Кема, у него броня хорошая. Я буду ждать на левом фланге, чтобы при необходимости зайти в тыл и пресечь отступление. Со мной Сергеич и Макс. С другого фланга Вика и Рамиз. Дак, Вечный, Гарсиа, де ла Крус, Агилар, Бенитез — вдоль линии соприкосновения, она длиной двадцать метров.

— Джип здесь? — спросил я.

— В нем нет необходимости. Необходимость в приборах ночного видения, их четыре на всех, отдал сильным. Пока купол будет светиться, получая урон, воевать можно, а в темноте как?

Я сказал в общий голосовой чат:

— Лиза, Дитрих — взять готовых к сотрудничеству пленных, надеть наручники, привезти на линию соприкосновения для «Перераспределения». Кема — под купол в охрану.

Тетыще я объяснил:

— Таблеток у нас нет, магазин опустошен. Если кого-то ранят, Лиза перераспределит ему уровень, и его вылечит левелап. Кема пойдет в охрану, потому что мы не знаем, какие способности у врага. Лучше перестраховаться, чем потерять контролера.

— Согласен, — кивнул Тетыща. — Что у нас с бездушными?

— Непонятно. Три в зоне досягаемости, но этого мало. Костегрыз… где он, видели?

Тетыща махнул в сторону тоннеля.

— Туда ушел.

— Это прекрасно, туда ведет дорога, я полетел за ним, постараюсь успеть. Если не смогу его привести, мы потеряем козырь. На связи.

У меня оставалось девятнадцать минут. Одно радовало: Коля больше не кричал в общий чат, база у нас уникальна, возможно, она единственная на Земле. Без защитного купола у нас не было бы надежды.

Я летел по дороге, выжимая из мотоцикла максимум, свет фар разрезал темноту. Включив «Сокрытие души» и «Фазовый взгляд», искал бездушных. Нашел пока четверых (итого семь), направил их к дороге — на обратном пути зацеплю и поведу за собой. Жаль, мало их осталось, придется экономить. Если Костегрыз не подчинится, придется кого-то посылать на джипе, чтобы привел его, пока мы воюем. Но и, если титан сильно истощен, тоже плохо — может полечь в мясорубке.

Еще два бездушных, слева и справа. Девять! Идите сюда, цыплятки. Отвлекшись, я едва успел притормозить перед провалом в дороге, который сотворил, скорее всего, титан. Ладно, поиском бездушных займусь на обратном пути, если время останется. Костегрыз — приоритетная цель.

Так, пятнадцать минут. Где же ты, Костегрызушка! Как темнота мешает, а радиус «Фазового взгляда» ограничен. Не хотелось бы возвращаться ни с чем, а потом посылать кого-то, кто слабо защищен…

Перед тем, как завести мотор, я услышал рев. Он был такой силы, что казалось, чувствуется смрадное дыхание бездушного.

Я двинулся медленнее, не выключая фар, убрав «Сокрытие души». Будем ловить на живца. Свет фар, как и свет моей души, должны привлечь титана, который ранен и жаждет восстановления. Вдалеке затрещали ломаемые деревья. Умница, титанушка, давай ко мне, цып-цып! Я развернул мотоцикл на всякий случай — вдруг придется улепетывать, и затаился, вслушиваясь в ночь, стрекочущую кузнечиками. Треск все нарастал, но в зону действия «Фазового взгляда» титан пока не попал.

Ага, вон он, пробирается со стороны моря — гигантская красно-оранжево-зеленая сигнатура. Я глянул на часы, потом на таймер: девять минут до второй волны. Чертовски мало. Еще и Костегрыз движется слишком медленно, зараза! Сколько он будет пробираться сквозь джунгли? Надо знать, восстановился он или нет, и при необходимости законтролить его.

Восемь минут до появления интервентов.

Есть! Видно системку! «Активности» 72 %.

Я завел мотор и повел титана к куполу. Это и хорошо — враги с ним повозятся, и плохо — подчинить его я не могу, и он будет прихлопывать рядовых, игнорируя чистильщика.

— Титана веду, — сказал я в общий голосовой чат. — Подчинить не могу, так что не высовываться.

Семь минут. Рычит титан, бегущий за мной по дороге, оставляет следы, как после бомбежки, земля вздрагивает, и я задницей чую каждый его шаг.

В голове прозвучал голос Лизы:

— Уровни согласился отдать один израильтянин и араб. Везу араба, двоих брать не рискнула.

— Ты умница! — ободрил я ее.

Шесть минут. Я сбавил скорость, объезжая выбоину, где чуть колеса не сломал, и газанул к базе.

На место прибыл за четыре минуты до начала второй волны, сформировал офицерский канал, куда включил всех на линии соприкосновения, в том числе Лизу и Дитриха:

— Все на позициях? Приготовиться. Три минуты до начала отражения атаки. Кто на пулеметах — без команды не стрелять, экономить боеприпасы. Напоминаю, общаться только по делу. Если кто-то конкретный нужен — в личку.

Я вышел из-под купола, чтобы, не дай бог, враги не телепортировались под него. На поясе висел «Нагибатор», в руке был «Граммофон». Доспех чистильщика восстановился полностью.

Донесся рокот мотора, лучи света выстелили в спину. Я обернулся и сказал в офицерский чат:

— Дитрих, выключить фары, машину спрятать. Кема — охранять Лизу, ее жизнь бесценна.

— Надеюсь, ребенок не заорет, — проворчал Макс.

— Не заорет. Напоминаю: только по делу. Две минуты до второй волны.

Воцарилась тишина, в которой слышалось только хриплое дыхание титана и треск деревьев.

— Минута. Приготовились…

Незваные, но ожидаемые гости оказались пунктуальными: секунда в секунду пространство завибрировало, треснуло, и оттуда вывалились десять человек.

Ровно десять, как и обещала метка отступника. Видимо, больше портал не пропускал, хотя с той стороны, наверняка, пытались пробиться куда больше.

«Фазовый взгляд» развернул спектр уровней — 58-й, 42-й, 38-й, и россыпь от 27-го+ — китайцы. Черная форма с иероглифами на нагрудниках, а передняя четверка выставила щиты еще в полете, не коснувшись земли. Выстроились ромбом мгновенно. Возможно, тоже вояки, потому что я видел подразделение, которое знает, куда приземляется.

Их чистильщик 58-го уровня по имени Лю Цзяньго стоял в центре ромба: широкоплечий, стриженный под ноль, с парными дао в руках. Он окинул взглядом поле, темноту, мерцание купола — и бросил два слова по-китайски, без секунды замешательства, как будто знал, что его ждут:

— Убить всех!

— Огонь, — скомандовал Тетыща.

«Стражи» ударили в ту же секунду. Вражеский танк Чжан Вэй — громадный бугай 42-го уровня — принял первый залп на себя, и его отнесло на пару метров, ноги вспахали землю, но устоял. Остальные рассыпались мгновенно, перекатами, как муштрованные тараканы из-под тапка.

Костегрыз вырвался из темноты и стал для китайцев «приятным» сюрпризом.

Титан вломился в правый фланг — лапа обрушилась на худого парнишку, который даже руку не успел поднять. Мокрый хруст, земля вздрогнула. Боец рядом ткнул Костегрыза копьем в бок — титан повернулся к нему, и парень отскочил, но слишком медленно: удар ногой, и все кончено.

Еще один попал под перекрестный огонь «Стражей», не добежав до деревьев. Минус три за первые полминуты — неплохое начало.

Но Лю Цзяньго оказался не дурак. Лающий приказ — и уцелевшие семеро перестроились за щитами, прикрыв раненых, начали пятиться. Я засек у них кого-то вроде снайпера, судя по оружию, и понял: ждать нельзя, снимет кого-нибудь из наших с дистанции.

Я рванул к вражескому чистильщику из-под купола. Лю Цзяньго был выше по уровням, но я надеялся на эффект внезапности под «Ветром», и все равно едва увернулся от первой атаки. Его парные дао описали полукруг, левый чиркнул по нагруднику с визгом, высекая искры. Этот человек двигался так, что сразу было ясно, что боевая техника вбита в мышцы задолго до Жатвы, в отличие от меня, Макса или Сергеича. Потому он и стал лидером у своих.

И тогда я в упор долбанул из «Граммофона». Лю Цзяньго пошатнулся, на полсекунды потерял координацию, но атаку не прервал. Правый дао скользнул мне в зазор между пластинами доспеха, под мышку. Я прошипел сквозь зубы, отшагнул и перехватил «Нагибатор» двумя руками, после чего врезал сверху.

Лю Цзяньго принял мой удар на скрещенные клинки. Его колени подогнулись, земля под ним треснула, но он выдержал и крутанул дао, пытаясь вывернуть оружие — силен, зараза! Я толкнул его от себя и ударил снова, и в этот раз попал по предплечью, что-то хрустнуло. Китаец перекатился назад и крикнул своим:

— Все сюда!

Но его людям было не до меня. Вокруг кипел бой. Титан был занят пожираением убитых китайцев. Макс в берсерк-режиме Каспера, работая чернильными клинками, теснил двоих разом. Сунь Мэйлинь, вражеская копейщица 38-го уровня прорвалась к линии соприкосновения, но Дак двинулся навстречу и встретил ее в лоб, а Вика добила двумя выстрелами, когда та откатилась. Стрелок с арбалетом засадил Агилару болт в бедро. Все поняли, что враг слабее, и де ла Крус и Бенитез подскочили втроем, ну, вдвоем, учитывая, что Агилар хромал, и стрелок захрипел, получив клинком поперек горла. Вражеский танк-щитовик все еще стоял, истекая кровью, пока насытившийся Костегрыз не добрался и до него — снес щит вместе с рукой, после чего перекусил надвое тело и заглотил.

По всей видимости, их чистильщик понял, что проиграл. Выпрямившись, он зарычал, крутанул дао и пошел на меня, бешено выкрикивая проклятия. Последняя его атака могла бы войти в учебники — красивая, отчаянная, с двойным ударом мне в горло и грудь.

У него, похоже, тоже было ускорение — в бою с ним «Ветер» мне преимущества не давал, а Костегрыз казался медленным и плавным.

Я отбил левый клинок, а правый чиркнул по плечу — доспех выдержал, но рука онемела. Сделав шаг назад, я выстрелил в упор из «Грамма».

Лю Цзяньго выдохнул, колени подогнулись, и дао выпали из рук.

Хардкорный режим: волна 2 из 6 завершена!

Чистильщик Лю Цзяньго упокоен. Финальная награда увеличена.

Выжить: 2/6.

Следующая волна: 02:59:58… 02:59:57…

Четверо китайцев оставались в живых. Мечник, боец с цепью и двое раненых, один из которых полз, оставляя за собой черную полосу.

Я ожидал чего угодно. Самоубийственной атаки — они же видели, что нас больше. Безнадежного бегства — до границы купола полста метров. Сдачи в плен, что было бы разумно. Но не этого.

Четверо замерли. Одновременно, синхронно — как по команде, которую никто не произносил вслух. Мечник медленно опустил клинок. Посмотрел на тело чистильщика. Потом поднял лицо к темному небу и произнес фразу по-китайски — тихо, ровно, без дрожи — как молитву.

— Во имя неба.

И перерезал себе горло собственным клинком, одним движением, от уха до уха.

Рядом — секунда в секунду — раненый вогнал нож себе под ребра и потянул вбок. Боец с цепью намотал ее на горло и рванул, захрипел и повалился. Четвертый, тот, без руки, — подполз к мечу ближайшего мертвеца и упал на него грудью.

Мы все переместились под купол.

Массовое самоубийство заняло три секунды. Четыре тела легли рядом с остальными, и повисла тишина.

Вику вырвало, и в полной тишине это прозвучало особенно громко.

— Какого… хрена… — выдавил Рамиз за моей спиной.

Я стоял, опустив «Нагибатор», и молча смотрел. Шестерых мы убили в бою, но эти четверо зарезали себя сами. Молча и одновременно. Ни крика, ни гримасы боли. Будто просто нажали кнопку «выключить».

— Все целы? — спросил я в офицерский канал. Собственный голос показался чужим.

— Агилар — бедро, Дак — ребра, — отчитался Тетыща. Помолчал. — Что это было?

— Не знаю. Лиза, нужна «батарейка» для раненых. Давай сюда.

Я под «Ветром» подбежал к телу китайского чистильщика, но лутать не стал. Наверное, не барское это больше дело, да и… Не видел я в этих ребятах врагов. Просто не видел. Жаль, что так вышло. Надеюсь, жизнь рапторианца того стоила.

— Костя, врубай пугачи и займитесь разбором трофеев, — распорядился я. — Через три часа придет третья волна.