Пока мы были вдвоем

10

С тех пор я его несколько дней не видела. Аж до тех пор, как подходя как-то к нашему магазину случайно не натолкнулась на него и ещё троих. Он стоял с Толиком. Смеялся какой-то шутке Ритки, девчонки с соседней улицы. А вторая, её подружка, положив ладони на его плечо, прижималась к нему всем телом. При виде меня этот городской однако же осёкся и резко посерьёзнел, проводив меня взглядом. Я же, к собственному огорчению покраснела, опустила глаза и просто поспешила скрыться от этой четвёрки в стенах магазина. Внутри уже было два покупателя, так что я встала в конце очереди. Но из-за открытой двери и того, что Влад со своей компанией стояли на улице буквально в метре от этой двери, мне всё равно был слышен их разговор. Хотя специально прислушиваться к нему я и не планировала. Но мало того даже видеть я могла их прекрасно.

Я заметила, что обе девушки были старше меня лет на пять. Сделав себе пометку о его предпочтениях. И видно было, что и Влад им нравится. Ритка хоть и уступила его подруге, но сложно было упустить из виду как у неё глаза горели, когда она на этого парня смотрела. Да и по-своему она конечно тоже привлекала его внимание. Старалась острить побольше. Толик разумеется не хотел быть четвертым лишним, но было и так понятно, что симпатии обеих, увы, были совсем не на его стороне. Так что он, глядя на такой явный интерес всё той же Авдеевой к своему другу, девушка просто не отнимала рук от тела Влада, пока я проходила мимо них, со смешком брякнул:

— Владух, ты особенно-то губу не раскатывай. Думаешь Оленька именно к тебе вот так тянется? Потому что ты приехал к нам весь такой неповторимый? Да сейчас! Это Олька к твоей трёшке в городе своими ручками тянется.

Авдеева тут же ударила его своим кулачком в руку повыше локтя, так что Толька ухнул и со смешком потёр ушибленное ей место.

— Толик, голову Владюше не забивай! Это я с тобой в десятом классе заигрывала из-за твоего мотоцикла. А твой друг мне действительно нравится! — тут же поспешила оправдаться Ольга.

— Ага! — опять хмыкнул Толя. — Я же говорю. Богатый опыт в умении обманывать особенно доверчивых и ничего не подозревающих мужчин. Так что ты уши-то слишком не развешивай.

Я не услышала, что ответил ему на это «Владюша», потому что до меня дошла очередь и продавщица, знакомая мне с детства тётка, спросила, чего мне нужно.

Резко тряхнула головой. Вспомнила, что мать просила купить хлеба и пряников к чаю. Терпеливо подождала пока тётя Света их взвесит и отсыплет мне в кулек. Убрала это всё в тряпичную сумку и пошла к выходу.

К тому времени картина не слишком поменялась. Разве что Ольга теперь держалась ладонями не за плечо, а за сгиб локтя Влада. Я фыркнула и едва заметно улыбнулась из-за этого. Ну правда смешно, что она его натирает так всё время. Даже учитывая вечное стремление Ольги найти какого-то хоть сколько-нибудь обеспеченного парня и перебраться наконец в город, мне всё равно было непонятно такое её поведение. Каким образом эта её навязчивость по отношению к едва знакомому мужчине её к этой мечте приблизит?

Пожала плечами, глядя на это всё. Явно, что я ещё многого не понимаю в этой жизни. Хотела было отвернуться, чтобы не думал, что специально за ним наблюдаю. Выслеживаю. Но не успела. Влад заметил, что я на них поглядывала, а хуже ещё и опять вспыхнула до корней волос, когда он взгляд мой поймал. Резко отвернулась от них и ускорила шаг. Сразу так горячо стало из-за того, что он взором своим меня провожает.

Хоть и стоял в нескольких метрах от меня, а всё равно я услышала, как от девчонок своих отшутился. Непонятно зачем отделался от Ольки, которая и не прочь была бы его объятий, и быстрым шагом догнал меня.

Опять мне неловко из-за того, что он рядом. Краснею как дурочка. Правду мама говорит, что я ребёнок совсем. Девушки, с которыми он рядом стоял совсем по-другому себя с ним ведут. А я даже ничего поделать с собой не могу. Вечно настороженная какая-то. Колючая, как дикобраз. И боюсь близко к себе подпускать. Вот зачем в таком случае он за мной опять тащится? Тем более сейчас. Когда кажется занят уже.

Влад здоровается со мной и тут же шутит будто не заметил, что его приветствие я проигнорировала.

— Куда торопишься-то, солнцем поцелованная?

Насмешничает надо мной из-за россыпи веснушек на моём лице. Опускаю взгляд себе под ноги при виде его улыбки. Глаза у него блестят, словно радость в них плещется. А мне спрятаться от этого куда-то хочется. Будто такую же радость, но только мою. И всё веселье прежнее. У меня украли. Вот и не придумываю ничего лучше, как поддеть его. Напомнить о его новой подруге.

Остановилась, так что и он возле меня притормозил. А я подняла голову и с показным вниманием осмотрела его сверху до низу. Хмыкнула и в наигранном удивлении приподняла брови.

— Ой. По-моему, чего-то уже не хватает на тебе. Вот что-то важное на тебе только что висло. Не могу понять что, — я задумчиво приложила пальчик губам. А потом насмешливо выдала. — Точно! Поняла! Девушку свою потерял! Иди вон. Она осталась на дороге и ждёт тебя!

Кивком головы указала в сторону Авдеевой, которая и правда поглядывала на нас нахмурив брови.

Влад кажется даже растерялся от такого моего выпада. Да и я сама немного забылась. Хотела посмеяться над ним, но кто его знает, как он отреагирует на подобное ребячество. Попятилась от него, готовая в любой момент удрать или ударить. Но Влад, глядя на мою настороженную моську только неожиданно расхохотался. Махнул рукой.

— Да там же ничего серьёзного. Просто рядом стояли!

Ну да. Там ничего серьёзного. Здесь ничего серьёзного. Рогоцкий про меня, наверное, так же сказал бы. А у меня от этого несерьёзного ребёнок скоро будет. Так что поджала губы и бросила:

— Ясно. Ну, иди дальше постой.

Обогнула его и молча пошла дальше. Парень приподнял брови, растерявшись опять из-за моей грубости и холодности по отношению к нему. Постоял несколько секунд, обдумывая произошедшее и вновь нагнал меня.

— А если не хочу там стоять? — забавляется, глядя на то как я фыркаю опять. Вот навязался!

Закатила глаза и опрометчиво бросила:

— Да делай ты что хочешь! Как будто меня должны волновать твои хотелки!

Кажется, снова лучше бы промолчала. Потому что если поначалу его брови ещё и взметнулись вверх, то уже в следующую секунду у меня перехватило дыхание, и я застыла от неожиданности, когда он резко обхватил одной рукой мои плечи и быстро поцеловал в щёку.

Я даже вскрикнуть испуганно не успела. Как дышать-то и то от страха забыла. Только глаза округлились от шока.

Он сразу отстранился от меня.

А я снова вспыхнула от такого его поступка. Прямо заколотило всю. Мало того, что он до такой невообразимой степени наглый, так ещё и сделал он это прямо посреди улицы, на виду у своих друзей. А эти две девчонки, которые сами на него вешались, точно теперь по посёлку про меня какую-то ерунду говорить будут. У меня опять от обиды подступил к горлу ком, и глаза заволокла пелена.

Влад выругался рядом со мной, сообразив, что я совсем не оценила его хохму. Сделал ведь, что хотел. Как я сама сказала. Только я же и не оценила совсем.

— Рада, — виновато выговорил моё имя, теперь не смея даже приблизиться ко мне. Но я не стала слушать его оправданий. Буркнула только:

— Дурак! — прежде чем сорваться и сбежать от него.

Догонять он меня не стал. Так и остался стоять на дороге, ероша рукой волосы на затылке. Чертыхнулся. Пнул какой-то камень у обочины и поплелся обратно к своим друзьям, чтобы Толик подначивал его из-за того, что он увязался за такой малолеткой.

…

Думала отстанет наконец, но вечером опять кто-то в окно постучал, а я как всегда в книгу уткнулась. Мама работает в нашей поселковой библиотеке, так что помимо своих, этого добра у нас всегда хватает.

Подняла голову на окно, а на подоконнике со стороны улицы лежит букет полевых цветов. Вздернула бровь, потому что того, кто принёс их, было не видно. Подошла ближе, и из тени к окну Влад вышел. Улыбается какой-то несмелой улыбкой, и словно виноватым взглядом прощения просит. Ни он ни я не решаемся сделать что-то большее. Так и стоим разделенные этой хрупкой преградой в виде моего окна. И так горько и странно, что мы одними глазами свой диалог ведем. Всё это длится минуту или две. Пока к горлу опять не подступил ком. И пелена весь обзор мне не закрыла. И так тяжело стало. Больно.

Закрываю глаза, чтобы прервать это наваждение. Поднимаю голову и сдвигаю шторы, вместо того чтобы открыть створки окошка и, хотя бы поговорить с парнем. Прислушиваюсь к звукам на улице, пока не понимаю, что он ушёл. Знаю, что ни к чему хорошему это не приведёт. Убеждаю себя в этом. А все равно ложусь на кровать, обнимаю подушку и снова плакать хочется. И от горечи этой не могу избавиться.