Пока мы были вдвоем

25

Я зашла к Нине, которая работает на фирме мужа бухгалтером. Перекинулась с ней парой фраз, а на выходе меня ждал неприятный сюрприз. Дурацкое совпадение, которого мне вновь не удалось избежать.

— Ты что меня преследуешь?! — опять же я не пыталась быть вежливой, но мужчина лишь покачал головой.

— Студию здесь через дорогу снимаю. Но это не важно. Всё равно с тобой поговорить хотел.

У меня сложилось такое впечатление будто специально поджидал.

Разумеется, я не слишком-то хотела с ним снова видеться, но Рогоцкий был так настойчив, что я испугалась того, что Нина может тоже выскочить на улицу и пусть случайно, но нас увидеть.

— Я надолго не задержу! — требовательно высказал мне Алексей уже раз в третий на все мои отговорки и уверенно вцепился в мой локоть.

Руку из его захвата я конечно высвободила, но тем не менее проследовала за Рогоцким.

В городе было душно и жарко, а меня рядом с Алексеем будто сковало холодом. Естественно я не думала, что он набросится на меня прямо там в кофейне, куда он меня позвал, и одно то, что вокруг меня будут люди, придавало мне хоть какой-то смелости. Я опять собиралась попросить его оставить меня в покое. Убедить, что ни мне ни дочке он не нужен, но, когда я зашла с ним в помещение, в котором мы сидели и в прошлый раз, всё пошло как-то не так.

Мужчина устроился за крайним столиком поодаль от всех.

Я подошла и села напротив. Заговорить первой я не решилась. Просто смотрела на него, нахмурив брови, и Рогоцкий начал сам, первыми же своими словами разрушив мое ошибочное представление, что его хоть сколько-нибудь волновала Женя.

— Студия конечно громко сказано. Жуткая дыра. Вообще надоело смотреть как люди жируют, пока я ношусь с этими картинками фоточками разными. Ради всяких идиотов. То им подавай гиперреализм. То наоборот я должен их удивлять новизной. Большинство же вообще ни черта не понимает в искусстве. А я уже устал, понимаешь? Кто вообще сказал, что художник должен быть голодный? Что я не достоин ездить на «Майбахе»? Жрать что-то кроме лапши или должен пить дешевое вино и водку?!

Он говорит довольно грубо. Усиленно жестикулирует. А я абсолютно не понимаю к чему он ведёт. Неужели он надеется, что его речь вызовет у меня хоть какое-то сочувствие?

Открываю было рот, чтобы его осадить, как он произносит такое отчего у меня челюсть падает ещё ниже.

— Вот даже ты в этой жизни устроилась. Ездишь на приличной тачке. Мужик твой какой-то бизнес имеет. А что в тебе есть-то? Чем ты заслужила?! Ничем! Поэтому надо делиться!

Мне показалось, что я ослышалась.

— Не поняла, — выдала на выдохе. Что он несёт?!

— Ты ведь не хочешь, чтобы твой муж узнал, что твоя дочка не от него? Сама ведь сказала, что он не в курсе.

Я моргнула и неосознанно сжала ремешок сумки.

— Ты серьёзно сейчас?!

Я до этого момента даже не думала, что этот человек ещё ниже в моих глазах упасть может и нащупать новое дно. Ан нет. Смотри-ка. Снизу постучались.

Очень хотелось бы, чтобы он заткнулся. Очень. Но Рогоцкий зло сверкнув на меня глазами процедил сквозь зубы:

— Что ты жмёшься? Для тебя это копейки! А для меня хоть какой-то шанс. Вместо Мальдив, или куда ты там собралась съездишь к матери в деревню. Деньги мне отдашь. И твой мужик даже не узнает ничего!

Господи, какие Мальдивы? Какой «Майбах»? Этот дурак явно переоценил наши нынешние возможности. Да, конечно на одном хлебе и воде мы не сидели, но у Влада долгое время серьёзно болел отец и ему требовалась дорогостоящая операция, а потом и реабилитация. А с тех пор как он решил расширяться наши расходы снова существенно сократились. Он и отдохнуть-то нас с Женькой решил отправить в качестве компенсации. Скорее этот отдых был бы в пределах нашей страны или ближайшего зарубежья. А то и вовсе я пока предпочла бы его отложить и потом уже втроем куда-нибудь поехать.

В любом случае Влад работает чтобы нас обеспечить. Дает мне возможность отучиться на заочном и с ребёнком сидеть. И тут появляется какой-то… художник. С горы. И нате-здрасьте я должна обманывать мужа ради его дурацкого молчания и отдавать ему наши сбережения!

Я смотрела на него с нескрываемым недоумением. Мне казалось такое вообще только в сериалах бывает. Но Рогоцкий в очередной раз подтвердил, что у меня пока ещё не начались слуховые галлюцинации.

— По-твоему я шучу? Я кажется ясно сказал. Мне нужны деньги!

Я хмыкнула:

— А больше тебе ничего не нужно?! Хочешь денег — заработай!

Теперь я отчётливо поняла какой дурной была, понадеявшись в первую нашу встречу или даже в эту ещё, что он решил хотя бы извиниться. Или попытаться загладить свою вину. Как же! Такого разве что могила исправит.

К тому же он быстро дал мне понять, что выбора он мне не дает. Заставив пожалеть, что я сама раньше это так и не решилась сделать.

— Не дашь эти копейки, я твоему мужу расскажу чью дочь он своей считает!

Я совсем опешила от такой наглости.

— Да ты…! — осеклась на полуслове потому что к нам тут же повернулось несколько голов посетителей кофейни. Склонилась ниже над столом и прошипела:

— Да ты же изнасиловал меня, урод! Ты ещё имеешь наглость что-то требовать?!! Он ведь ТВОЮ дочь растит!!!

Рогоцкий сузил глаза и напомнил:

— А как ты докажешь, что это было насилие? Зато своё отцовство я очень даже просто могу доказать. Думаешь, что твоего мужика будет больше волновать? Как этот ребёнок получился? Или то, что ты его столько времени за нос водила?!

В бессильной злобе я смяла салфетку, которая оказалась у меня под рукой.

Да не решится он на что-то подобное! Ему ведь деньги нужны, а не Женька и признание отцовства. И плевать ему на дочку! И угрызений совести он никаких не испытывает за то, что сделал. Скорее ещё ищет возможность поживиться за мой счёт. Сволочь!

Сообразив, что ему самому в действительности не выгодно моему мужу эту правду открывать я встала из-за стола.

— Нет! — уверенно выговорила. Не собираюсь я ни для кого становиться дойной коровой. — Денег ты от меня не получишь. И ничего не получишь! Уясни. Больше не подходи ни ко мне, ни к моей семье!

Сказав это, я быстрым шагом вышла из кофейни на улицу. Не хотела давать ему возможность остановить меня или опять попытаться запугать. Только через квартал наконец глотнула воздуха полной грудью. Глаза защипало от слёз. И от того что этот Рогоцкий вообще попался мне в жизни.