Последнее дыхание Империи

Глава 10

Рэй выдержал. Хотя его сьор закладывал такие виражи, что с непривычки наизнанку вывернуло бы любого. Но борьба с врожденной хромотой закалила младшего сына лэрда. Вот его братья, те блевали бы и отчаянно ругались.

А Рэй лишь сплюнул липкий сгусток на серебристое крыло, когда принц сжалился и откинул прозрачную сферу, закрывающую кабину пилота, сказав:

— Подыши. И мы продолжим.

— Ну, ты и… В расчете в общем. За синее платье. Постой…- спохватился советник. — А мы не увлеклись?

Лей и впрямь дал газу. Забыв, что Игнис в отличие от Нарабора не изолированный анклав. А граничит с другим. Который хоть и принес золотому городу вассальную присягу, но всячески хочет посадить там правителем одного из аль Хали.

Пустыня внизу поменяла цвет. Бурые барханы сменились пепельно-розовыми. Чем дальше, тем цвет становился гуще. Пока пески не упирались в красные скалы. Знаменитые калифасские каменоломни.

— Что это? — жадно спросил Лей.

Красиво! Такой пустыню принц еще не видел.

— Мы на границе Калифаса, — напряженно сказал лэрд Кенси. — Пора бы повернуть назад.

— Но мне интересно!

Кабина опять закрылась. Продышались и будет.

Крылья Лейтона и в самом деле были намного быстрее других. Друг не успел предупредить наследного принца об опасности, как вдали показался высоченный золотой шпиль. Лей уже понял: это и есть то, к чему он стремится. Главный Храм. И остановиться уже не смог.

Еще мгновение — и они увидел крепостную стену из красного песчаника. А за ней багровые зонты, похожие на сгустки крови.

Рэй завопил, двигатель взревел, и внизу расцвела огромная красная роза — великий город, знаменитый Калифас.

— Назад! — орал Рэй. — Ты что не видишь?! Во-он то огромное зеркало! Это прицел!

Всевидящее око Калифаса и в самом деле моргнуло, словно смахнув слезу, и стало прозрачным. Потом поменяло свое положение, сместившись вправо и вверх. Помутнело, подернулось дымкой. И вдруг сверкнуло так, что глазам стало больно.

Тут и Лей оценив опасность, ушел в крутой вираж.

— Держись, — сказал принц своему советнику.

— Всегда знал, что ты засранец! — услышал он в ответ. — Еще там, на корабле! Ну почему я не швырнул тебя за борт?!

Рэя самого так швырнуло, что он ударился головой о панель управления. Лей нетерпеливо отпихнул советника левой рукой, закладывая правой еще один вираж. Их снова мотнуло.

Прицел обиженно моргнул. И занервничал. Нахальная мишень стремительно меняла местоположение. Мелькала, не давая красному зрачку зафиксировать координаты цели.

— Чего ты добиваешься?! — вцепился Рэй в пилота. — Уходи, слышишь?!

— А я хочу сесть!

— Куда сесть?!

Лей вместо ответа ушел в пике. Они стремительно неслись к земле. Но у самой стены пилот вырулил, взмыв над красными зубцами, уже в тылу у Калифасского Ока. Которое начало бешено вращаться.

— Играешь с ним в прятки? — догадался Рэй.

Он уже отдышался.

— Ага.

— Зачем тебе в Калифас?

— Меня там ждет невеста. Ты забыл, что я должен жениться на принцессе Тамиле?

— Ты ей, таким вот образом, хочешь представиться?!

— Женщины любят героев.

Лей вообще сейчас не думал о Тамиле. Ему хотелось знать: насколько легко подобраться к калифасскому ковчегу? Что это вообще за город? Есть дыры в его обороне? Щиты еще функционируют? Похоже, да. И боевые торпеды в наличии, раз наводят прицел. И как уверенно наводят!

Но мишень пока неуязвима. Новейшая конструкция, гордость сира Лейтона Хота. Не просто воздушная гондола. Летальный аппарат, который они с мэтром Леви испытывали и совершенствовали годами!

— Вон она, посадочная площадка! — советник ткнул пальцем в стекло.

— Они знают герб Наследника Императорского Дома?

— Уж с чем у аль Хали нет проблем, так это с геральдикой. Жуткие снобы.

— Садимся?

— Прямо в оскаленную пасть льва? Нас убьют.

— А эта штука на что? — Лей нажал зеленую кнопку на панели и из ниши выехал световой меч. Само собой не активированный.

— Подготовился?

— Случайно с собой оказался.

— И ты надеешься им отбиться от головорезов аль Хали?!

— Не думал, что ты трус.

— Я жалею лишь о том, что принцесса Эла не взяла мою розу. Хоть какая-то осталась бы память. Но готов за вас умереть, мой принц. Не повезло, что мой господин дурак, но я уже смирился.

— Нам, похоже, сигналят. Дают посадку.

— Мать твою! Ты глянь сколько их! Вся личная гвардия сьора Чанмира! Мы покойники, Лей!

Их окружили двойным кольцом, точнее, стартовую площадку. Такое же кольцо почти смыкалось у стены, окружающей королевский дворец. Все наемники аль Хали, казалось, сбегались сейчас сюда.

Лейтон и сам уже понял, что переоценил свои возможности. Надо было вернуться, как советовал Рэй. Но взлететь наследный принц уже не мог. Теоретически, рискнуть, конечно, можно. Но в глазах короля Калифаса и его единственной дочери принц Лейтон с этого момента будет выглядеть бледно.

Уж лучше умереть героем. И он первый шагнул из кабины пилота на отшлифованную до блеска каменную плиту стартовой площадки. Рей, с досадой потрогав шишку на голове, спрыгнул следом.

Они огляделись. Да-ааа… Народу… Вот это прием!

Раздался пронзительный звук. Это взревели калифасские трубы.

Двери королевской резиденции распахнулись, и оттуда вышел представительный мужчина в красном.

— Дядя твой, — сдавленно сказал советник.

— Мог бы и не говорить. Я его нутром узнал, — напрягся Лейтон.

Именно младший дядя занес кинжал над беззащитным младенцем в тот роковой момент, когда мать Лейтона сошла с ума. Враги навеки.

Сьор Чанмир посмотрел на стартовую площадку, где стояли гости, и сделал знак рукой. Мой, спускайтесь. Я жду.

Никто на них пока что не бросался, хотя рука Лейтона инстинктивно сжимала эфес, прикрепленный к поясу. Световой меч принц все-таки прихватил.

От стартовой площадки к дворцовым ступеням Лейтон и его советник шли сквозь строй наемников, которые замерли, обнажив свои мечи. Не понятно было, то ли это почетный караул, то ли открытая угроза. Мол, дернетесь — прирежем.

Король пригляделся и шагнул вперед. Они встретились на середине лестницы, сьор Чанмир и его незваные гости.

— Раф? — удивленно спросил постаревший пустынный лев. Но все еще очень опасный. — Нет… Не может быть! Конечно, ты не Раф! Ты…

— Его высочество Наследный Принц Императорского Дома сьор Лейтон Тадрарт, — сказал из-за спины своего господина Рэй.

И, отступив на шаг влево, низко поклонился правителю Калифаса.

— Здравствуй, дядя! — бодро сказал Лейтон.

И понял: он меня сейчас зарежет! Потому что король оскалился и сунул руку за пазуху. К счастью, там не оказалось кинжала. Гостей, они же враги, не ждали. Сьор Чанмир не знал, кто именно пожаловал, иначе прихватил бы все холодное оружие, которое оказалось бы под рукой.

— Дядя… — протянул сьор Чанмир, словно пробуя слово на вкус. — Какой я тебе…

— Разве моя мама не ваша родная сестра? — невинно посмотрел на него Лейтон. — А мне говорили…

— Щенок! Откуда ты свалился в мой Калифас?!

— Мы с его высочество осматривали местные достопримечательности, — счел своим долгом вмешать лэрд Кенси. Потому что разговор завернул в опасное русло. И тут нужна была придворная сноровка. — А поскольку летательный аппарат его высочества еще не прошел испытания, то мы покрыли несколько большее расстояние, чем рассчитывали.

— А от прицела моей торпедной установки вы тоже рассчитывали уйти? Маневрировали вы искусно. Не похоже, что аппарат до конца не испытан.

Вот тут Лейтон понял, кто стоит перед ним. Матерый хищник. Сьора Чанмира не обведешь вокруг пальца. Чистокровный! Один из немногих оставшихся. Ростом на голову выше и Лейтона, и Рэйли Кенси, глаза, как черные провалы, в которых хищно мерцает огненный зрачок. Точь-в-точь такой же, как прицел на окуляре торпедной установки.

Вечный! Великий Дом аль Хали!

— Прошу меня простить, — смиренно сказал Лейтон. — Я не хотел нарушить ваш покой. Но вы не спешите к нам в гости. Ни вы, ни… — он благоразумно не назвал королеву Лияну тетей. — Ее величество. А я так хотел увидеть родину моей матери. Я ведь наполовину аль Хали.

— Значит, ты первый пришел? — просверлил его огненным зрачком король. — Отец знает?

— Нет, — признался Лейтон. — Я на свой страх и риск.

— Храбрый щенок, — усмехнулся сьор Чанмир. И посмотрел на второго парня: — Ну а ты кто?

Тут уж Рэй не растерялся. Раскланялся на загляденье.

— Я советник его высочества лэрд Рэйли Кенси. Поскольку принц здесь, в наших краях недавно, то мне поручено посвятить Наследника Дома во все тонкости имперского этикета и рассказать о родне.

— Я тебя разве знаю?

— Возможно, что вы знали мою бабушку, леди Кенси.

— Она участвовала в убийстве моего отца, — хмуро сказал король.

— Просто присутствовала. Но откуда ей было знать, что наместник Гор зарежет сьора Намира, а не императора? Тут выбирал наместник Гор.

— Неглуп, — одобрительно кивнул сьор Чанмир. — Что ж… В тюрьму вас бросить я всегда успею. Взять в заложники. А пока я не решил, что с вами делать… Поднять флаг Императорского Дома! — скомандовал он. — Здесь Наследный принц!

Рэй выдохнул: уф! Пока пронесло! Можно отдышаться!

— Прежде чем позвать вас в дом… Оружие есть? — спросил король, незаметно ощупав взглядом обоих.

— Откуда? — Рэй развел руками.

А хорошо, что он собирался сегодня понежиться в шелковом шатре, а не вызвать кого-нибудь на дуэль. С прогулки засранец и выдернул на эту авантюру. Полетать, мать его!

Лейтон благоразумно промолчал о том, что у него на поясе световой меч. Совсем уж безоружным соваться в логово не хотелось. О таких штуках в Калифасе не слыхали, прокатило!

— Проходите, — кивнул на распахнутые двери король, с усмешкой посмотрев на огрызок меча за поясом у принца. Каков щенок, такое и оружие.

Охрана посторонилась.

— Я как раз планировал пообедать, — поведал сьор Чанмир, возглавив процессию. — Что ж… Представлю вас королеве Лияне.

«Может, и на грату Тамилу удастся взглянуть? — прикинул Лейтон. — Как-никак, невеста».

Хотя сейчас он сильно сомневался в том, что это возможно. Породниться со сьором Чанмиром аль Хали. В дом их пригласили, и на обед тоже, но это ничего не значит.

Красный король хотел, чтобы наследником и Калифаса, и Игниса стал старший Принц Дома вечных, четырнадцатилетний сьор Самир. И сейчас изучает соперника.

Лейтона не так-то просто убить. У Игниса большая армия. И боевые торпеды тоже в наличии. Понятно, что Тадрарты отмстят за своего принца. А вот взять его в заложники…

— Так вот он какой, Калифас! — с чувством сказал Лей, пока они с дядей шли по открытой галерее надо так полагать, в столовую.

Чистота и строгость линий вкупе с редким оттенком красного песчаника делали цветок пустыни почти безупречным. Разве что зелени было маловато.

— Что, нравится? — с гордостью спросил сьор Чанмир.

— Впечатляет.

— А что в Нараборе? Мой брат король здоров?

Брат?! Лейтон с недоумением посмотрел на своего советника. Как так? Сьор Чанмир его дядя и то же время… двоюродный дедушка?!

— Тебе не рассказали эту часть истории нашей семьи? — с издевкой спросил красный король. — Как моя мать родила бастарда до брака? Поэтому я так тщательно прячу дочь. Честь нашего Дома основательно запятнана.

— Король Нарабора здоров, — снова спас ситуацию лэрд Кенси. — Это я ездил к дальним за нашим принцем.

— За вашим? А что, у Дэстена принцев хватает?

— Полно, — рассмеялся Лейтон. — У короля помимо меня еще пять внуков.

— Ох уж эти полукровки, — прошипел сьор Чанмир, — плодовитые…

«Лучше молчи», — взглядом сказал своему сьору советник.

Видимо, были особо скользкие темы. Которых в разговоре с чистокровными лучше не касаться.

— Сообщите ее величеству, что у нас гости, — сказал король лэрду из своей свиты. И, поколебавшись, добавил: — Пусть придут все. И принцы и принцесса.

«Я ее увижу! — возликовал Лейтон. — Хоть одной тайной меньше!»

В обеденном зале стоял полумрак. День в калифасской пустыне всегда был знойным, в любое время года. И на всех дворцовых окнах висели жалюзи. Но когда вошел король, их пластины дружно повернулись, заняв вертикальное положение, и в широкие щели хлынул солнечный свет.

Одновременно загудела охлаждающая воздух установка. Возможно, что калифасские артефакты сильно устарели, но работали они по-прежнему исправно.

— Садитесь, — махнул рукой король.

Но Лейтон со своим советником едва успели сесть, как снова пришлось встать. В дверях появилась королева с детьми. Впереди шли принцы, их первыми и представили:

— Наследник Великого Дома вечных сьор Самир аль Хали, — четырнадцатилетний кареглазый подросток с достоинством поклонился кузену.

Миловидный, и ростом не так высок, как отец. Но держится важно.

— Младший принц дома сьор Ясмир аль Хали.

А этот задиристый, как петушок. Похоже, вся отвага аль Хали доставалась младшим принцам Дома. А старшим коварство и мудрость. Но сьору Чанмиру удалось в итоге стать хорошим королем, он повесил меч на гвоздь в своем рабочем кабинете и всерьез занялся интригами.

— Ее величество королева Лияна, — с гордостью сказал ее супруг.

Лейтон замер, открыв рот. И спохватился, лишь, когда советник незаметно толкнул в бок: что застыл? Кланяйся! Это ж королева!

Никто бы не сказал, что перед высокими гостями стоит мать троих детей. Грата Лияна оставалась статной, молодой и безоговорочно прекрасной. Так, что у всех мужчин, кто ее видел, голова мигом делалась пустой и звонкой, как колокол. В котором гремели удары языка-сердца, заглушающие все остальные звуки.

Лейтон сглотнул: аж уши заложило! Не женщина — Богиня! Прикинул: а ручку-то можно поцеловать? И вдруг услышал:

— Ее высочество принцесса Тамила.

Он жадно взглянул. И тут же разочарованно выдохнул. Ее высочество в отличие от матери была в вуали. Алая кисея с плотным переплетением нитей закрывала всю нижнюю часть лица принцессы, видны были только глаза.

Синие, как у матери: полукровка. Красивые глаза, что тут скажешь? Но вдруг у девушки нос крючком? Узкие губы? Или… безобразный шрам? Чего ее прячут-то?

Волосы полностью убраны под толстую золотую сетку, в ушах огромные серьги, похожие на каскады. Как вода струятся бриллианты, настолько они прозрачны и чисты. Да, Калифас богат! И королева, и ее дочь увешаны драгоценностями! Их блеск слепит глаза!

— Наш гость сегодня это принц Лейтон Хот, — насмешливо сказал король.

— Лейтон Тадрарт, — негромко поправил Рэй.

— Я сказал то, что сказал! — надменно вскинул подбородок сьор Чанмир. — Он незаконнорожденный!

— Но он сын императора, — так же тихо возразил лэрд Кенси.

— Ты смеешь со мной спорить?! Да кто ты такой?!

— Раз на моей гондоле гербы Великого Дома и флаг его наследного принца, значит, я принц, — резонно заметил Лейтон. — Рэй не ошибся, когда меня представил.

— Не будем спорить, — певуче сказала королева. — Ты забываешь, дорогой, что и я по своему рождению тоже не принцесса.

— Но ты-то дочь короля, — пробурчал сьор Чанмир.

— А я сын императора, — также под нос сказал Лейтон.

Королева звонко рассмеялась.

— Аль Хали, — одобрительно кивнула она. — Добро пожаловать в семью, принц Лейтон.

Сьор Чанмир был до сих пор влюблен в свою жену. Он порвал бы на клочки любого, кто посмел бы ему возразить. Но Лияна кормила этого громадного зверя с руки. Враждебности был положен конец. Они дружно уселись за стол.

«А есть она тоже будет в вуали?» — подумал Лейтон, бросив взгляд на принцессу Тамилу. Потом понял: это же Калифас! Женщина здесь вообще может не есть, когда сидит за одним столом с мужчинами.

Отец Тамилы это ее сьор и господин. И пока принцессу не выдали замуж, она его собственность.

— Поднимем кубки за нашего гостя! — в золотой чаше короля плескалось рубиновое вино. В Калифасе красный цвет был доминирующим: его боготворили.

— Раз уж меня приняли в семью, могу я увидеть лицо своей кузины? — решился Лейтон.

— Боишься, что тебе подсунут порченый товар? — ехидно спросил ее отец.

Лея покоробило, что девушку назвали товаром. Она ведь принцесса! Тамила же сидела, опустив глаза. И ждала приказа отца. Выручила вновь королева:

— Принц Лейтон прав, дорогой. Мы семья. Вопрос с браком его и Тамилы еще не решен. Но они родственники. И Лейтона можно считать нашим старшим принцем. Он отвечает за свою сестру. Поскольку братья Тамилы еще малы.

— Я тоже могу за нее ответить! — выпрямился четырнадцатилетний Самир. И гордо посмотрел на своего кузена. — Я хороший мечник! А у тебя есть меч, принц Лейтон? Ты хорошо дерешься?

— Я не хвастаюсь своими подвигами. Хотя мой летательный аппарат обошел защиту Калифаса. И я сел перед вашим дворцом. Я сам его сконструировал, этот аппарат. Ну, мэтр Леви мне немного помог, — спохватился Лейтон.

— Он умер? — отрывисто спросил король.

— Да. Увы!

— Хорошо. Тамила, сними вуаль… Ну? — сьор Чанмир с торжеством посмотрел на племянника. — Видел ты раньше таких красавиц?

Лейтон и сам уже понял: с этого момента он будет видеть только ее. В любой толпе, в любом месте, дворец ли это, цветущий сад, или пустынные барханы, уходящие за горизонт. Взгляд Лея всегда будет искать ту, которую выбрало сердце.

Даже если она превратится всего лишь в точку на горизонте. Лей все равно будет знать: это она, Тамила! Его судьба, его госпожа, его звезда, потому что курс резко поменялся. Немыслимо отсюда улететь без Тамилы.

Время замерло. Казалось, вино застыло в кубке, а слуги с подносами в дверях. Лейтон смотрел на принцессу, не в силах сказать, ни слова.

Тамила и похожа на свою красавицу-мать, и не похожа. Кровь аль Хали смешалась с кровью неженок-южан. Легла густым румянцем на высокие скулы. А рот словно запекся и потемнел. У граты Лияны губы похожи на лепестки роз. Принцесса Тамила, словно гранат надкусила. Испачкав свои губы его рубиновым соком.

Она жадно и с вызовом взглянула на Лейтона. Ее отец спросил вслух, а она взглядом: ну? Видал ты раньше таких, как я?

— Вы красавица, ваше высочество, — выдавил, наконец, Лейтон.

Все! Пропал! И зачем он только попросил принцессу снять вуаль? То есть ее отца? Чтобы навеки потерять покой?!

— То-то, — довольно сказал король. — Такую красавицу надо заслужить.

«Он это нарочно, — понял Лейтон. — И что я буду должен сделать? Какую плату за Тамилу с меня потребуют? Какие подвиги? Зная аль Хали, это будут кровавые подвиги. Да мое положение еще хуже, чем у Рэя! Его-то принцессу не держат под замком! Он может попросить о помощи меня! А мне кого просить?!»

— Так вы в принципе не возражаете против нашего брака? — спросил Лейтон у дяди. — Вопрос в цене?

Он впервые в жизни заговорил, как аль Хали. И стал торговаться.

— О делах не говорят за столом, — коварно улыбнулся красный король. — Отдадим должное нашим поварам, вину и яствам. А потом мы с тобой, племянничек, поговорим наедине.

Лейтон вдруг спохватился: он же еще не слышал голоса принцессы! А вдруг надежда есть? И очарование развеется, как только Тамила заговорит?

— А почему у вас нет розы, как у вашего советника, принц? — растаяла и эта надежда. Прекраснее женского голоса Лейтон еще не слышал. — Я подумала, что это ваша мода. Игниса. Прикалывать бриллиантовой брошью живой цветок к одежде.

— Она вам нравится, эта роза? — хрипло спросил он.

— Нет, я люблю красные.

— И, кстати, я не готов ее отдать, — Рэй положил руку на увядающий цветок. — Она мне очень дорога.

— А куда ты денешься? — насмешливо спросил сьор Чанмир. — Слуги не обсуждают приказы своих господ. Тем более приказы сьоров.

— Мне не нужна эта роза, отец, — а Тамила-то не совсем уж овечка. — Она не красная. Я думаю, что это подарок от девушки, поэтому господин…

— Лэрд Кенси, — напомнил Рэй.

— Господин Кенси будет хранить ее долго. До свадьбы, если ему ответят взаимностью, или до самой смерти, если откажут. Как память.

— После свадьбы тоже буду хранить, — улыбнулся Рэй.– Это первый знак внимания.

— Вот она, молодость, — вздохнула Лияна. — Милые пустяки, за которые не жалко отдать жизнь.

— За твою любовь я поставил на кон свою голову, — напомнил король.

— Тогда давайте выпьем за любовь! — осмелился Лейтон предложить тост.

Она еще и умна, эта несравненная красавица! Ну, точно — погиб!

… Сьор Чанмир хищно смотрел на свою жертву. Попался! Девчонка понравилась этому самозваному принцу! Так понравилась, что он маму родную забыл!

Зато Чанмир ее помнил! Эту беспутную, опозорившую Дом вечных.

— Что я должен сделать, чтобы вы согласились отдать мне в жены Тамилу?

— Не спеши. Ты еще молод, она молода. Ты первый жених, который переступил порог моего дома.

— Но не первый встречный, — напомнил Лейтон. — Я принц.

— Приииинц… — протянул дядя. — Я прекрасно знаю Ололу. Вдовствующую императрицу Ололу, — с издевкой поправился он. — Пока у тебя только титул и одни обещания. Реальной власти нет. Над Домом Тадрартов висит проклятье. А если род прервется на тебе? И твоя жена тоже будет рожать только девочек?

— Так надо это проверить! — с готовностью сказал Лейтон.

— Я не хочу рисковать. Дела так не делаются. Ты пришел незваным, сам сделал предложение.

— Хорошо, Я сегодня же поговорю с отцом.

— Поговори.

— А с вашей дочерью я могу поговорить?

Чанмир заколебался. Бастард угодил в расставленный ему капкан, но чтобы не сбежал, отрезав ногу, надо бы еще петлю на шею накинуть.

— В саду, — отрывисто сказал он. — В присутствии придворных дам Тамилы. Из галереи на вас буду смотреть я.

«А из люка под клумбой хранитель ваших покоев?» — зло подумал Лейтон. Но деваться некуда. Ему хотелось знать: а он произвел на принцессу впечатление? А вдруг, как и у Рэя, любовь без взаимности?

Он аж похолодел. Хотя в кабинете короля было жарко. Как все чистокровные, Чанмир легко переносил даже адскую жару. И в личных покоях любил погреться.

… Он стоял, почти не дыша. У розовых кустов. Сцена один в один, как утром, когда сестра издевалась над Рэем. Только это Калифас. Розы не чайные, а красные. И жертва не Рэй, а сам Лейтон.

— Ваше высочество, — Тамила сделала реверанс.

Ее движения были изящными и полными достоинства. Принцесса вечных! Кровь!

— Я попросил у сьора Чанмира вашей руки. — Он прикинул: что можно говорить, а что нельзя?

— Это потому, что вам надо сохранить ваш Великий Дом?

— Нет. Меня это мало волнует, — он поднял голову и в отчаянии посмотрел вверх, на галерею. Где застыл сьор Чанмир. — Я не могу вам сказать самого главного. О своих планах.

— Вы хотите завоевать весь мир?

— Больше. Гораздо больше.

Он хотел покорить космос. Подарить ей целую галактику, с мириадами звезд, этой необыкновенной девушке. Чтобы не просидела всю свою жизнь, пусть в золотой, но клетке. Но поймет ли она?

— А мне показалось, вы добрый.

Король сделал знак рукой. Заканчивайте, мол.

— Скажите, вы согласны? — заторопился Лейтон.

В ответ принцесса Тамила потянулась к розовому кусту. Лей не успел перехватить ее руку. Розы ведь такие колючие! Но Тамила пренебрегла шипами. И своими фрейлинами, которые дружно охнули. Сорвала полураспустившуюся красную розу, поранив указательный палец, и протянула цветок Лейтону:

— Она ваша.

На шипе осталась капелька крови. Лейтон бережно ее слизнул и сказал:

— С этого дня в нашем Игнисе новая мода. Потому что я тоже приколю живой цветок к своему камзолу. И всегда буду носить красную розу. В твою честь.

Фрейлины дружно встрепенулись. Этикет дважды нарушен! Принцесса подарила мужчине цветок, а мужчина этот обратился к ее высочеству на ты!

Тамилу обступили аж двойным кольцом!

— Пора улетать, — сказал появившийся за спиной у принца Рэй.

Незапланированный визит и так уже затянулся. В Игнисе их, небось, обыскались!

Когда они взлетели, Лейтон невесело сказал:

— А ты боялся, что нас возьмут в заложники.

— А разве не взяли? — друг кивнул на красную розу, лежащую на пульте управления. Бриллиантовой броши у Лейтона с собой не оказалось. Чтобы приколоть к одежде цветок. — Ты влюбился, да?

— Не одобряешь?

— Она красавица. Но она дочь Чанмира аль Хали. Это самое худшее, что с тобой могло случиться. Прости.