Последнее дыхание Империи

Глава 11

Игнис встретил их победным ревом труб. Золотые зонты отсалютовали гербам его высочества, ярко вспыхнули круговые огни, обозначающие место для посадки.

Наследный принц потерялся, но к вечеру к вечеру нашелся сам. Хотя на его поиски отправили воздушную эскадру. Видать, они благоразумно облетели Калифас, эти «спасатели». И не увидели там поднятый флаг Наследного Принца Дома.

— Где ты был, Лейтон?! — кинулся к нему отец.

— В гостях у дяди.

— Ты хочешь сказать, что был…

— Да. В Калифасе.

— Да как ты мог?! Поступить столь неразумно?! И как советник Кенси позволил тебе туда полететь?! Я лишу его должности и титула, этого бездельника! Отправлю на конюшни, убирать навоз! Зачем этот Кенси к тебе приставлен?! Чтобы ты не наделал глупостей!

— Не надо его ругать. Рэй мне не позволял садиться в Калифасе. Орал, как ненормальный: поворачивай назад! Мне даже пришлось его оттолкнуть. Не веришь — у Рэя шишка на голове.

— И ты не повернул?! Пренебрег смертельной опасностью?!

— Прости, отец. Но я очень хотел посмотреть Калифас.

Император вдруг рассмеялся, вспомнив, как сам поступил безрассудно, и не вернулся в Игнис по воздуху после битвы в Каменном мешке. А вместо этого повел своих солдат через перевал Хатор, рискуя сорваться в пропасть или погибнуть в кровавой стычке с горцами.

Таким сыном можно гордиться!

— И что же ты там увидел, в столице вечных? — с любопытством спросил Рафаэл Тадрарт после того, как успокоился.

— Принцессу Тамилу. Больше ничего не помню. Влюбился вдребезги! От сердца остались одни осколки! Спаси меня, отец! Жени!

Император кинул взгляд на розу, которую Лейтон пока просто засунул в карман. Хотя стебель кололся сквозь белоснежную парчу. Сам цветок выглядывал из кармана, и при желании его можно было рассмотреть.

— Это знак ее внимания? — спросил его величество.

— Я спросил, согласна ли она выйти за меня. И получил в ответ красную розу.

— Вот прямо так и спросил?!

— Не по этикету, да? Мне уже указали на мою ошибку. А если по правилам, то когда она состоится, наша с Тамилой свадьба?

— Раз ты уже начал переговоры… — нахмурился отец.

— Переговорами это трудно назвать. Я ворвался в Калифас, сел на площади перед королевским дворцом и пообедал с дядей. Если бы не ее величество грата Лияна, мне вряд ли предложили вино и жаркое. Скорее виселицу и топор: на выбор. Но я жив, сыт, влюблен.

— Какой насыщенный день, — насмешливо сказал император. — Хорошо, мы направим в Калифас послов.

— Съезди туда сам. Так будет надежнее.

— Я? Я император!

— Но мы же хотим мира. Или нет?

— Я подумаю, чем прижать Чанмира. Он упрямец. А пока…

— Пока я буду тосковать.

Лейтон вскоре понял, что тосковать хорошо в одиночестве. А его по-прежнему окружала толпа. Эти придворные были так назойливы! И задавали принцу кучу вопросов о его визите в Калифас! Главный:

— Когда же свадьба, ваше высочество?

А до нее еще так далеко! Лейтон боялся, что отец и дядя не договорятся. И Тамилу придется просто-напросто украсть.

А еще он боялся, что леди Кая станет навязчивой. И поначалу хотел отдать приказ, чтобы фаворитку не пускали к принцу в спальню.

Потом одумался. Ему по-прежнему нужен надежный щит. И никто кроме Каи не справится с этой ролью лучше. Ролью официальной любовницы наследного принца.

— Я буду спать на полу, а ты на кровати, — он бросил одну из подушек на мягкий ковер.

— Что-то случилось, пока вы были в Калифасе? — Кая бросила туда и одеяло.

— Да. Я помолвлен.

— Об этом я уже слышала. Но не женат.

— Я встретил девушку, которую хочу взять с собой к звездам.

— Куда?! — искренне удивилась леди.

— В дальний путь. Я хочу, что она мне доверяла, девушка эта. И не собираюсь ей изменять.

— Тогда почему вы меня впустили?

— Помоги мне. Прикрой. Бабушка ведь не уймется. И отец.

— Вы хотите, чтобы я врала вдовствующей императрице?! Моей хозяйке?!

— Ты ее так боишься?

— Да. Меня отравят. Или зарежут. Если я не справлюсь.

— А как она догадается, спим мы с тобой или не спим?

— А ребенок? Откуда он возьмется, если вы будете спать на кровати, а я на полу? Можем, кстати, поменяться.

— Давай мы потом что-нибудь придумаем, — зевнул Лей. — Я устал.

Он уснул первым, ковер, к счастью, оказался пушистым и мягким. Кая какое-то время повозилась на кровати, но уснула тоже.

А на следующий день и наследный принц, и его советник появились на утренней аудиенции с приколотыми к камзолам свежесрезанными розами. У Лея красная, у Рэйли чайная. Новую моду быстро подхватили.

Принцесса Рафаэла не удержалась, ведь это она была родоначальницей. И снова осчастливила брата своим визитом.

Она говорила с Лейтоном, но смотрела при этом на его советника. Рэй определенно мог праздновать победу.

«Возьму на себя фрейлин сестры», — решил Лей и подмигнул другу: не теряйся.

Ему удалось увести пеструю стайку девушек к фонтану, а их госпожа задержалась у шатра с напитками и закусками. Лею показалось, что принцесса и сама этого хотела.

— А где моя роза? — спросила она у лэрда Кенси. — Вы ее выбросили?

— Нет. Она в шкатулке.

— Вы завалили цветок своими пряжками для ботинок и шейными цепями?!

— Нет. Она там одна, эта роза. Вы пришли, чтобы подарить мне другую?

— Нет. Розы быстро вянут. Я хочу подарить вам брошь. Вот.

Рэй бережно взял миниатюрную хрустальную шкатулку. И сказал:

— Спасибо.

— Открыть не хотите?

— Я не сомневаюсь в вашем вкусе.

— И все же…

Он открыл. В красном бархате лежала бутоньерка в форме чайной розы. Необычайно простая. Распустившийся цветок с золотой ножкой — винтом. Без листьев и бриллиантовых капелек росы. Просто роза из полудрагоценного топаза.

— Красиво, — улыбнулся Рэй и хотел, было, прикрепить бутоньерку на свой камзол, но принцесса его остановила:

— Это на случай, когда у вас под рукой не будет живых цветов. А я хочу, чтобы вы думали обо мне всегда.

— Я и так буду думать.

— Ваше высочество! Вы где?! — спохватились фрейлины.

— Пора, — заторопилась принцесса. — Мы с вами еще увидимся… лэрд Кенси.

— Просто Рэй.

Рафаэла Тадрарт кивнула и хотела уйти, но он взял ее за руку, удерживая:

— Скажи это!

— Вы нарушаете придворный этикет!

— Ты тоже. Сделала подарок холостому мужчине.

— Пусти… Рэй.

Он с улыбкой разжал руку. Предвкушая свидание, которое теперь непременно выпросит.

Кто ж знал, что судьба и принца, и его советника так резко изменится? И они окажутся в местах, где и в самом деле розы не цветут. В эпицентре роковых событий. И Рэй будет колоть себе пальцы золотым винтом этой бутоньерки, чтобы не заснуть.

Потому что сон в ледяной пустыне означает смерть.

У двух цветков, живого и мертвого такая разная судьба…

Император Рафаэл Тадрарт уже проинформировал свою мать, что скоро летит в Калифас, сватать принцессу Тамилу. Как вдруг воздушная торговая гондола из главного морского порта запросила посадку.

— Что еще случилось? — пожал плечами император. — Вечно они паникуют по пустякам.

Потому что пилот просигналил о чрезвычайной ситуации. Раф принял, как он предполагал торговцев в малом зале для аудиенций. Ожидая сообщение о шторме, об убытках, и просьбу о помощи. То бишь, о деньгах. Но вдруг услышал:

— В Игнис направляется сьор Кахир аль Хали! Нас послали предупредить ваше императорское величество. Король Вестгарда идет сюда с караваном северян!

— Кто идет?! Каких северян?!

— Фригама просит помощи. Король Вестгарда везет ей золото.

Раф в волнении встал. Он уже успел забыть и о давнем сопернике в борьбе за трон, и о Доме Готвиров. Все они теперь так далеко.

Кахир пересек южное море! Кахир на материке! Мало того, в порту! То есть, наверняка уже выдвинулся к Игнису! Сьоры аль Хали всегда были стремительны.

— Он один, с армией? — отрывисто спросил Раф.

— Войска со сьором Кахиром аль Хали нет.

Раф выдохнул. Уже легче. Что ж, надо принять родственничка, как подобает. Раф был женат на единокровной сестре Кахира. Она умерла, но остались три принцессы, его племянницы. Лишь старшая помнит дядюшку Кахира. Тогда еще имперский портал не был разрушен.

Но что ему надо от императора, сьору Кахиру аль Хали?

… Прием почетным, хоть и нежданным гостям устроили пышный. Толпа разодетых придворных приветствовала сьора, как положено по этикету, семья императора стояла у его трона в полном составе. На одном из дворцовых шпилей развевался флаг Вестгарда, на другом — Фригамы. Сияли золотые зонты, на белый мрамор сыпали лепестки роз. На улицах раздавали сладости и фрукты. Вечером обещали фейерверк.

— Вот это по-имперски, — усмехнулся Кахир. — Все еще швыряешься деньгами?

— А твои в сундуках? Говорят, ты везешь Фригаме золото, — не остался в долгу Раф.

— Нам надо поговорить. И об этом тоже.

— Поговорим. Горю желанием узнать последние новости. Как там Чихуан поживает. И что на севере.

Кахир с интересом посмотрел на наследного принца, стоящего по правую руку от отца. До чего ж похож! Спросил:

— Парень тоже будет присутствовать?

Лей чуть не рассмеялся. Простецкий мужик. И не скажешь, что король. А какой могучий! Вот это настоящий аль Хали!

— А у тебя есть от него секреты, от моего сына? — насторожился император. — Я вижу, ты привез с собой дочь.

Нерея скромно стояла позади отца. Она еще не привыкла к своему новому титулу и такому пышному платью.

— Девушка просватана, — коротко сказал Кахир.

— И… за кого? Принц Шарль? — догадался император.

Сьор аль Хали кивнул. А у Лейтона от сердца отлегло. А чего вы хотите? С другого материка прибывает король! А с ним единственная дочь! Незамужняя! Поневоле напряжешься!

Они втроем уединились в кабинете. Три сьора. Дверь заперли, за ней поставили трех могучих сиров из личной гвардии Рафаэла Тадрарта. Обсуждалась внешняя политика, последние новости с юга и севера.

— Говори, чего тебе надо? — без обиняков спросил Раф у незваного гостя.

— Твой воздушный флот. Дом Готвиров гибнет. Ситуация катастрофическая.

— Не дам, — отрезал Раф. — Анрис хотел меня низложить, ты что, забыл? Почему я теперь должен его спасать?

— Он умирает.

— Я тоже болею.

— На Фригаму идет орда кочевников.

— Хоть пять! Мое какое дело? Где Игнис и где Фригама? Даже если степняки ее захватят, ни через горы, ни тем более через огромную пустыню с ее дневными и ночными перепадами температур им не перейти, этим диким племенам.

— А как же его мать? — кивнул король Вестгарда на замершего после этих слов Лейтона. — Ты бросил ее на севере. Говорят, грата Калафия пришла в себя. Она тебя помнит. И сына.

— Ну, допустим. Но ты пойми: у меня Калифас на хвосте. Чанмир только и ждет удобного момента, чтобы напасть. Ну не могу я отдать тебе свой воздушный флот. Мы же останемся беззащитными. И пилотов у меня лишних нет. Все при деле. Никто не согласится лететь в такую даль.

— Я полечу, — громко сказал Лейтон.

— Ты?! — оба сьора резко повернулись к нему.

— Я хочу увидеть свою мать.

— Правильно, — кивнул Кахир. — У меня тоже есть мать. И она тоже во Фригаме. Я ее горячо люблю, маму свою. И горю желанием с ней увидеться.

— Чего?! Ты любишь свою мать?! Да когда ты узнал, что она у тебя есть?! — хохотнул Рафаэл Тадрарт.

— Неважно, когда узнал. А парень молодец.

— У меня новейший летательный аппарат, — Лейтон порозовел от удовольствия. Его похвалили! — Самый быстрый на всей планете.

— Дашь нам эскорт? — Кахир с прищуром посмотрел на императора. — Пять воздушных гондол.

— Две.

— Три.

— Хорошо, три.

— Вот и сторговались! Учись! — подмигнул сьор аль Хали Лейтону.

А он прикинул: кого взять с собой? Конечно же Рэя! Но как на это посмотрит сам лэрд Кенси? Когда любимая девушка наконец-то обратила на него внимание. И даже сделала знаковый подарок.

— Конечно, я с тобой, — Рэй тяжело вздохнул. — Ты хоть понимаешь, что мы идем на войну?

— Летим, — поправил Лейтон.

— Разница невелика. Но мне нужен подвиг, — серьезно сказал лэрд Кенси. — Только так я уговорю твоего отца дать мне разрешение на брак с принцессой Рафаэлой.

— Но ты совершишь его во имя Фригамы, это подвиг, а не Игниса, — напомнил Лей.

— Как знать? Мы едем к твоей матери. А император теперь вдовец. Я дам тебе совет: хочешь жениться на грате Тамиле — стань законнорожденным. И тогда ни один аль Хали не посмотрит на тебя свысока.