Последнее дыхание Империи

Глава 13

Провожали и в самом деле с пафосом. С имперским шиком и размахом. Рафаэл Тадрарт произнес торжественную речь, заверив послов Фригамы в вечной дружбе. И в своей горячей поддержке.

«Ценой в три гондолы, — буркнул под нос сьор Кахир, — и те еле выпросил. Лицемер!»

Но хоть в тюрьму не бросили, не зарезали, не отравили. Все меняются, вот и Раф стал помягче. Хотя на помощь союзникам скуп. Да и какие Готвиры ему теперь союзники? Им самим бы кто помог.

Сначала на стартовую площадку поднялись сьоры Кахир и Лейтон. Они летели первыми. Им и достались фанфары.

— Империя, мать ее, — поморщился дядя Лейтона и демонстративно зажал ладонями уши. — Давай, парень, не тяни. Взлетай уже. Никогда не любил Игнис. В задницу и его, и Рафа! Родственничек … !

Лейтон с улыбкой задал курс. Дядя горазд материться!

Фригама! Вперед! Двигатель взревел. И Лей само собой не услышал, как леди Кая, стоящая рядом с вдовствующей императрицей сказала ей чуть слышно:

— Ваше величество, я, кажется беременна.

— Отличные новости! Мой внук строптив, прямолинеен и дерзок, но не я его воспитывала. А вот правнук родится в Игнисе. Этот ребенок по праву мой, — сказала на это Олола с довольной улыбкой.

Подумав: «Можешь не возвращаться, принц Лейтон. Я уверена: Кая родит мальчика».

Следующими на стартовую площадку поднялись леди Нерея, лэрд Кенси и их сопровождающие. Гондола была торговая, военные Раф все-таки зажал. Зато грузоподъемная. В нее поместилось все приданое леди Нереи.

Хоть она и сказала, что понятия не имеет, что это такое, по приказу сьора Кахира приготовили все самое необходимое еще в Вестгарде. Одежду будущей королеве, драгоценности для нее, чтобы не тушевалась на официальных приемах, кое-какую утварь, знаменитые чихуанские специи, лучшее южное вино, ткани. Ну и золото. Много золота. Сундуки увез на север сам король.

Они заметно оторвались, хоть дядя и просил Лейтона сбавить. Причем, неоднократно.

— Дай полюбоваться на красоту, — взмолился, наконец, сьор Кахир. — Она одна такая, эта пустыня. Единственная в мире. Это не Калифас, и совсем не Чихуан. И не твой любимый Нарабор, согласись.

— Почему это любимый?

— Потому что родина.

— Моя родина как раз на севере, куда мы летим.

Лейтон с любопытством посмотрел вниз. И даже покружил над непривычным ландшафтом. Вообще-то Лей ожидал увидеть совсем другое. О суровости северной пустыни услышал он немало, готовясь к военному походу.

И где?

Где знаменитые сыпучие пески, способные задушить путника палящим жаром днем и беспощадно превратить с сосульку ночью? Где свирепые суховеи? Внизу невысокие скалистые горы и даже речки с кристально чистой водой, стекающей с зубцеобразных вершин на огромное пространство, поросшее саксаулом и тамариском.

— Это еще не север, — сказал дядя. — Не совсем. Вот скоро начнутся поющие пески. Горы зыбкого волнистого песка, сбивающиеся в монументальные барханы. Там постоянно дует ветер, который их и делает. Барханов выше я еще не видел. На них не под силу забраться слабому. С каждым шагом ноги утопают в песке по колено. Ты идешь — а они поют, пески эти. Песню смерти. И движутся у тебя на глазах. От тебя, на тебя, вокруг тебя… Никогда не суйся сюда парень. И не вздумай здесь приземляться — погибнешь.

— Я понял, — Лейтон, нехотя, набрал высоту.

Зрелище завораживало. Но лететь пришлось долго. Так что огромными барханами Лейтон и его дядя полюбовались всласть. Лишь к вечеру вдали показался первый золотой шпиль. На главном Храме Фригамы.

А когда Лейтон глянул вниз, то невольно ахнул:

— Да их тут тьма!

Вот теперь он понял, что такое орда! На Фригаму надвигалась черная туча! Край которой клубился уже у самых белоснежных стен!

— Я вовремя, — напряженно сказал сьор Кахир. — Да откуда они взялись?! Когда я был у степняков, они враждовали друг с другом. Боролись за внимание и золото империи, рвали куски посытнее. Ими было легко управлять. А теперь они объединились! И ты глянь! Они же нас совсем не боятся!

Степняки и впрямь вели себя враждебно. Не разбегались, как раньше, когда тень от воздушной гондолы накрывала стойбище. Сейчас же одни начали метать в нее копья, другие натянули луки.

Когда одна из стрел царапнула крыло, Лейтон автоматически взмыл вверх.

— Надо бы предупредить остальных, — сказал он.

— У Игниса опытные пилоты. Сообразят, что не надо подставляться. Но как?! — потрясенно спросил Кахир. — Это же были дикари! Которые до смерти боялись черного колдовства! А сьоров считали всесильными магами! А теперь они этих сьоров обстреливают! Хорошо, что из луков!

— Боюсь, они подготовились, — Лейтон вновь снизился. — Вон та штука похожа на стенобитное орудие…

— И в самом деле, — Кахир все больше удивлялся. — Бери на главный Храм, — спохватился он. — Нас, должно быть, уже заметили и ждут.

Он и не думал, что такой горячей будет встреча. Когда на шею бросилась рыдающая королева Виктория.

— Ну, будет… Ваше величество, не ревите… Я уже здесь… — он гладил несчастную грату по голове и сам чуть не плакал.

Король лежал на носилках и с трудом пытался приподняться.

— О, Боги, Анрис!

Как же он сдал за пятнадцать лет! А некогда был могучий воин, не уступающий Кахиру! Они вместе дрались в Каменном мешке и одержали тогда пусть условную, но победу.

— Ты один? — слабым голосом спросил король Фригамы. — Раф не дал больше гондол?

— Дал, за нами летят еще три. В одной моя дочь, Нерея.

Кахир взглядом нашел жениха. Еще одна загадка. Как у лучшего из королей Анриса Готвира мог вырасти такой никчемный сын? Наследный принц Шарль выглядит потерянным. Тогда, в Каменном мешке принца взяли в заложники. И наместник Гор обменял его высочество на свою свободу, доставив потом северянам немало хлопот.

Вот как началось все для Шарля через задницу, так и вырулило: в полное дерьмо.

— Три гондолы, — криво усмехнулся король. — Узнаю Рафа. Скряга.

— Зато денег — тьма! — воодушевленно сказал Кахир. — Лей, ты что застыл?! Разгружаться надо, пока остальные не прилетели! Покажи сирам сундуки с золотом! Нет, я лучше сам, — и дядя ринулся на стартовую площадку, к племяннику. Подхватил один из сундуков и поставил на каменную плиту, у верхней ступеньки.

А Лейтон не двигался с места. Потому что грат было три. Чистокровных, с глазами-провалами, где на дне загадочно мерцал огненный зрачок. Одна молодая и красивая, явно принцесса Кэтрин. Другая обнимала дядю.

А третья словно окаменела. За нее сказал стоящий рядом пожилой сьор:

— Раф? Нет, не он. Хотя похож. Неужто это…

— Наследный принц Тадрартов, сьор Лейтон, — как можно небрежнее представил Кахир племянника.

— Но как?!

Все сьоры Фригамы были потрясены. А Калафия стояла, так и не трогаясь с места. Не верила своим глазам, хотя сердце бешено стучало.

Сын! Единственный! Других детей, от мужа, грата так и не родила. Хотя разум к ней вернулся. И память. А вместе с ней и боль. Долгие годы Калафия понятия не имела, что с Лейтоном, жив ли еще он?

И вот сын стоит перед ней. Точь-в-точь ее возлюбленный Рафаэл Тадрарт. Которого муж граты Калафии называет ублюдком и предателем.

Но Раф не предал, нет. Потому что Лейтон наследный принц Императорского Дома. Ее сын не бастард. Отец его признал! Лейтон принц!

— Мама… — сказал, было, он, но сьор Кахир, внезапно оказавшийся рядом, стиснул руку племянника, так что Лейтон чуть не заорал от боли со словами:

— Молчи. Не усложняй. Пока…

— Мы рады вам, принц Лейтон, — сказала за всех Готвиров королева Виктория.

Хотя по лицам сьоров было видно, что ее радости никто не разделяет. Родившись вне брака, с зелеными глазами безродных Бауэров, Лейтон навеки опозорил Великий Дом северных. Где на троне до сих пор сидел чистокровный. А их уже так мало осталось.

Последний оплот старых традиций. Великой империи. И он последним согласился принять в семью полукровку, этот Дом Готвиров. Какую-то Нерею, дочь простолюдинки!

Но Фригама гибла. На нее неслась орда. И если Кахир спасет столицу и династию, он получит все, что только захочет.

— Я полагаю, что нас так рано не ждали, и ужин еще не готов, — сказал Кахир. — Предлагаю мужчинам срочно устроить военный совет. Я хочу знать все. Про орду, про Ханов-главарей. За ужином мы присоединимся к королеве и принцессам. Ну и моя дочка прибудет. Как, жених? Волнуешься? — подмигнул он Шарлю.

— Я готов полюбить вашу дочь лишь за то, что вы наш друг и поспешили на помощь, как только узнали о нашей беде, — с достоинством ответил сьор Шарль.

«А он не так уж и плох, — подумал Кахир. — Обидно, что размазня. А Ренис-то как постарел!»

Младший принц Дома выглядел глубоким стариком. И рядом с ним — прекрасная Калафия. Которую время пощадило, надолго сделав ребенком. И словно заморозило на какое-то время. Они и раньше-то выглядели как отец с дочерью, а теперь, пожалуй, грату и во внучки Ренису можно записать!

Не удивительно, что Фия, как по-домашнему звали грату Калафию, влюбилась в красавчика Рафаэла Тадрарта. И изменила с ним мужу.

— Идемте, сьоры, — позвал Кахир. — Время поговорить.

Военный совет провели в рабочем кабинете короля, сам Анрис полулежал в кровати, которая давно уже здесь обосновалась. Младший принц Дома, Ренис уселся в кресло, которое натужно заскрипело под тяжестью тела. Ренис, постарев, сделался грузным.

Наследник Дома сел за стол, на угол, между отцом и дядей. Шарль все время умудрялся оказаться в неподходящем месте.

Сьор Кахир расположился во главе этого стола, на котором разложили карту. Лейтон стоял рядом. Он все еще волновался. Здесь его мать! А ему не разрешают ее обнять! Он машинально прошелся взад-вперед по кабинету.

— Что ты маячишь, Лей? — не выдержал сьор Кахир. — Сядь! А ты, Анрис, рассказывай. Кто у них главарь?

— Хан Берк. Их двое, они братья. Берк и ад-Дир. Но верховный хан у них старший, по праву первородства. Он первым появился на свет, а вот ад-Дир почти на луну задержался в материнском чреве. Но братья ладят меж собой, никакой грызни за власть. Дисциплина, как в моем войске, когда я был еще в силе. Говорят, у них один отец, у Берка и ад-Дира. Кто он, неизвестно. Тайна какая-то. Есть еще единокровная сестра. Ая. Та-которая-видит-будущее. Неизвестно, кого боятся больше, братьев или ее.

— Зато они совсем не боятся нас, как я заметил, эти дикари, — поморщился Кахир.

— Не боятся, — слабым голосом подтвердил Анрис. — Их знамя это трезубец над гривами жеребцов трех мастей: вороной, белой и каурой. Что символизирует триумвират. Но главный у них Берк. Самый свирепый и беспощадный. И что мы будем делать? Наемникам, допустим, заплатим. А дальше? Нас мало, а их много, этих степняков. Ты же видел, когда пролетал над стойбищем.

— Да. Видел, — коротко сказал Кахир. — Выход один — купить князей огня и их головорезов. Каждый стоит десятка степняков.

— Мудрое решение, — оживился Анрис.

Ренис кивнул: одобряю. Принц Шарль промолчал.

— Но кто к ним поедет, на переговоры? — спросил его отец. Который хоть и умирал, но все еще был здесь королем. В отличие от вполне здорового Шарля, напуганного перспективой принять на свои плечи бремя верховной власти. — Ты, Кахир?

— Боюсь, что мне надо срочно заняться обороной Фригамы. Обойти ее стены, по кругу. Проверить наемников на боеготовность. Я теперь вроде как главнокомандующий здесь.

— Не вроде, а главнокомандующий, — подтвердил король Фригамы. — Сегодня же издам указ. А как насчет юноши? — он враждебно посмотрел на скромно молчащего Лейтона. Мол, не ждали тебя здесь. — Сможет он провести переговоры?

— Я? Переговоры? — Лей смутился. — Я, честно говоря, не представляю, как это делается. К тому же хотел осмотреть арсенал Фригамы и ее главный Храм. Есть у вас щиты? А боевые торпеды? Хотя я против их применения.

— Боюсь, что там все давно проржавело, — тяжело вздохнул король северян. — У нас большие перепады температуры, дневной и ночной. Причем, круглый год, вне зависимости от того, зима на дворе, или лето. И если ты сможешь наладить хотя бы щиты… Хотя, какой от них толк? Стрелы ловить, пущенные этими варварами? Но все равно попробуй.

— Тогда я поеду, — заикнулся, было, принц Шарль.

— Сиди, помолчи, — бросил ему отец. — Однажды ты уже стал заложником, и нам это стоило Игниса. Твои способности я знаю.

— Выходит, ехать мне? — тяжело заскрипело кресло.

— Да уж, переговорщик из тебя… — покачал головой Кахир. — Развалишься по дороге, Ренис. Тут нужен ловкий малый, интриган, хитрец, но дальновидный…

— Лэрд Рэйли Кенси! — доложил смотритель королевских покоев.

Кахир и Лейтон переглянулись. А вот и ответ!

— Ваши величества… Принцы… — Рэй непринужденно поклонился. — Докладываю: леди Нерея здесь, с ней все в порядке. Переодевается к ужину. Багаж, который был при леди, перенесли в ее покои, почти весь.

— Кенси… Кенси… — наморщил лоб Анрис. — Постой… А не внучок ли ты той суки… — он запнулся.

— Точно так, ваше величество! Внучок! — ничуть не смутившись, ответил Рэй. — Знаю, что за бабушкой много грехов. Она оставила в наследство нам, Кенси, превосходную коллекцию ядов.

— И с собой прихватил? — с опаской спросил принц Ренис. Который прекрасно помнил любовницу предыдущего императора.

— Нет, я предпочитаю холодное оружие. Острое и быстрое.

— Меч? — усмехнулся король Фригамы. — На вид ты хороший мечник.

— Язык. Прежде чем обнажать клинки надо провести переговоры.

— Он и поедет, — кивнул Кахир.

— Куда? — спросил советник наследного принца Игниса.

— К менге. Проведешь переговоры со старейшинами, раз уж ты это дело так любишь. Надо купить их воинов. Много. Желательно всех.

— Деньги?

— Много. Два, нет три сундука с золотом.

— Переводчик? Я не знаю язык менге.

— Дам, — коротко сказал король Анрис.

— А сколько ты хочешь людей? — спросил сьор Кахир. — Наемников, сиров? Для охраны тебя и золота?

— Сколько людей в племени менге? А в двух племенах? В трех? И все они вооружены. Поэтому неважно, сколько наемников будет со мной. В стычке нас все равно перебьют. Значит, нужно действовать уговорами. Хитростью.

— Ты хоть понимаешь, насколько это опасно? — не выдержал Лейтон.

— Если Фригама не получит подкрепления извне, то город падет, — невозмутимо сказал лэрд Кенси. — Я лечу. Мне нужны только пилот и переводчик.

Принц Шарль коротко вздохнул. Он собирался предложить себя хотя бы в провожатые. Заодно поучиться: как это, вести переговоры? Но понял, что отец не позволит. Из-за матери, которая хочет сохранить хотя бы сына, раз теряет мужа. Болезнь короля Анриса смертельная.

— Я дам свою военную гондолу, она более маневренная и быстрая, чем торговые судна Рафа, — северный король посмотрел на Рэя благосклонно. И в самом деле ловкий малый, и неглуп.

— Значит, решили, — Кахир поднялся. — Я организую оборону Фригамы, Шарль мне помогает и учится управлять своей страной, Лей активирует щиты и артефакты, которые помогут хотя бы напугать степняков, а лэрд Кенси летит вербовать менге. Можно идти ужинать. Дамы нас заждались. Тебе Шарль, пора с невестой познакомиться.

Наследный принц смутился. Он был уже не молод, но все еще не женат. Робок не только в принятии важных решений, но и с женщинами. Пока ему не предложили невесту взамен принцессы Айлы, которая Дом Готвиров отвергла, Шарль и не пытался сам кого-нибудь найти.

Какая она, Нерея Вест? Понравится ли он ей? Но раз леди согласилась приехать во Фригаму, значит, дала тем самым и согласие на брак. Принц Шарль был готов к алтарю хоть сегодня!

Но судьба распорядилась иначе.