Последний Паладин. Том 15

Глава 7

Лунный свет робко пробивался сквозь приоткрытое окно. Ледяной дождь громко тарабанил по стеклу, а бушующий снаружи холодный ветер колыхал зеленые шторки.

Но девушке с волосами цвета нефрита было совершенно наплевать на непогоду за окном. Одетая лишь в полупрозрачное ночное платье, Виктория Луговская расхаживала босыми ногами по своим покоям и задумчиво хмыкала. Иногда останавливалась, бросала томный взгляд в сторону покрытого каплями воды окна, после чего закусывала губу и продолжала ходить вперед-назад, вперед-назад, вперед-назад…

Со свидания Княгиня Природы вернулась пару часов назад, и с тех пор не могла найти себе места, закрылась в покоях, ни с кем не разговаривала, бродила и размышляла. Виктория Луговская раз за разом прокручивала диалог с Маркусом и думала, как ей поступить.

Ответа ему Виктория так и не дала. И чем больше Княгиня Природы думала о словах Маркуса, тем сложнее становилось решить. С одной стороны Виктория очень хотела согласиться и поехать с Маркусом на восток, но с другой камнем висел груз ответственности Княгини и бесконечный список вытекающих из этого статуса веских «НО».

Виктории даже не требовалось говорить со своими советниками, чтобы их услышать. Все эти «НО» и так звучали в голове Княгини Природы, причем большинство из них строгим голосом отца.

Отчего становилось только тяжелее.

Девушка разрывало от внутренних противоречий, и ведь даже совета ни у кого не попросить!

К кому не обратись, информацию точно получит Хребет и начнет твердить, что это глупо, безрассудно и опасно. Это не вариант, но кого еще спросить?

Леру?

Нет. Тогда ей придется рассказать про тайные тренировки, про истинную причину ее занятости в последнее время и еще много чего, о чем Виктория сейчас была совершенно не готова говорить.

От этой мысли в груди Княгини Природы кольнуло острое чувство одиночества. Давно забытое, неприятное и сковывающее чувство. Мысли о том, что никто не сможет ее понять, захлестнули Викторию Луговскую и вернули ее в бунтарское состояние принцессы. Своенравной девушки, которая справлялась с тяжелыми эмоциями тем, что бороздила красную зону, крошила тварей, тренировалась как проклятая и…

— Была не одна… — прошептала сама себе Виктория, и взяв с тумбы телефон, набрала единственный номер, который знает наизусть.

— Привет, Берти! — как только гудки сменились тяжелым сопением, воскликнула Виктория и привалившись попкой на подоконник, перехватила трубку поудобнее, — не спишь?

— А… эм… уже нет, — слегка заторможенно отозвался Альберт.

— Ой, я тебя разбудила? Прости, — повинилась Виктория.

— Не стоит извиняться, ваше сиятельство. Да и вам же все равно ни капельки не стыдно, — со вздохом произнес Альберт.

— Ну да, твоя правда, — легко согласилась Виктория, после чего сделала паузу и добавила, — и за это тоже прости. Я не сильно отвлекаю?

— Да нет, все нормально. Я на самом деле не спал.

— Эй, я ведь поверила! Так и знала, что Маркус на тебя плохо влияет! — совершенно беззлобно возмутилась Виктория и, впервые за последний час расслабившись, подняла взгляд к потолку и спросила, — как у тебя там дела? Все хорошо?

— Более чем, — отозвался Альберт, — у нас тут весело. Сидим дракону крылья подрезаем.

— Какому дракону? — недоуменно захлопала глазами Виктория.

— Так каменному, — как само собой разумеющееся хмыкнул Берти.

— Звучит весело… — ностальгически протянула девушка.

— Выглядит тоже, — басовито хохотнул здоровяк, — фотку прислать?

— Давай… — машинально ответила Княгиня Природы, а потом вдруг спохватилась и замотала головой, — а нет, знаешь, Берти, не надо… А то еще возьму и сорвусь к вам.

— Не имею ничего против, — спокойно ответил Альберт, — подготовить спальное место в лагере для вашего сиятельства?

— Смешная шутка, — буркнула Виктория, — ты же знаешь, что я никуда не могу уехать.

— Вас приковали цепями? — обеспокоенно выдал Альберт.

— Э-эм, да вроде нет, — глянула себе на босые ножки Княгиня Природы.

— Тогда заперли двери и решетки на окна повесили? — понятливо хмыкнул здоровяк.

— Нет, ничего такого! — всплеснула руками Виктория, — я же Княгиня! Кто меня запрет⁈

— Тогда вы можете уехать в любой момент, — с улыбкой констатировал Альберт, — куда угодно и когда угодно. Вы же Княгиня.

— Ты правда так считаешь? — тише чем обычно спросила Вика.

— Правда, — уверенно хмыкнул бывший телохранитель принцессы Рода Луговских, — это все, чем я могу вам помочь, ваше сиятельство? Или есть что-то еще?

— С чего ты вообще решил, что мне нужна помощь? — насупилась Виктория и ощутила легкое чувство дежавю.

— Догадался. А иначе зачем бы вы мне позвонили?

— Жестоко! Может я звоню потому, что хотела спросить, как дела у моего дорогого бывшего телохранителя!

— Вы никогда не звонили мне просто так, ваше сиятельство, — невозмутимо напомнил Альберт.

— Даже когда ты служил мне? — удивилась Виктория.

— Особенно, когда я служил вам, — усмехнулся Берти.

— Прости…

— Вы за разговор извинились уже три раза, — вдруг напрягся Альберт, — я начинаю переживать.

— Было бы с чего… — начала было машинально парировать Виктория, но вдруг закусила губу и после короткой паузы, произнесла, — прости… то есть ты прав, Берти. Мне нужна помощь. А вернее совет.

— Совет? — удивился Берти.

— Да, дружеский совет, — подтвердила Виктория.

— Дружеский… — машинально повторил посерьезневший Альберт, и кашлянув в кулак, добавил, — конечно, ваше сиятельство, я весь внимание.

— И давай без «сиятельства», Берти, — фыркнула Княгиня Природы, — задолбал уже выкать!

— Но ведь вы Княгиня…

— И как Княгиня я приказываю тебе мне больше не «выкать»! — властным голосом заявила Виктория Луговская.

— Как скажете… кхм… как скажешь… эм… госпожа? — расстерялся Альберт.

— Ой забудь… — закатила глаза и ударила себя по щекам Виктория, и только сейчас поняла, что улыбается, а на душе тепло и безопасно, — мне не хватало наших разговоров, Берти.

— Мне тоже, — признался здоровяк.

— Ха, я думала я тебя только и делала, что задирала, — засмеялась Княгиня Природы.

— Так и было, — легко согласился Альберт, — но это время было одно из самых счастливых в моей жизни.

— Одно из? — зацепилась за слово Виктория.

— Одно из, — невозмутимо подтвердил Альберт.

— Поня-я-ятно все с тобой, — ревниво протянула девушка, — сейчас ты счастливее значит. Так Маркус тебе важнее, чем я?

— Да, — легко подтвердил Альберт, и также легко добавил, — как и вам.

И от этих простых слов девушка покраснела и закашлялась, да так сильно, что помог лишь стакан воды и невероятное усилие воли.

После такого отрицать что-либо было глупо. Да и не хотелось Виктории, если честно, ничего отрицать.

— Так чем могу помочь? — нарушил неловкую паузу Альберт.

— Маркус позвал меня на восток, и я хочу поехать с ним, — взяла и выпалила как есть Виктория Луговская, и сама удивилась как легко ей это сейчас удалось и слова понеслись из ее уст сами собой, — но я чувствую, что это слишком эгоистично. Чувствую, что предам своих людей. Чувствую, что предам статус Княгини. Предам ожидания. Особенно после того, как я пренебрегала ими все эти недели… я хочу… очень хочу поехать… хочу стать сильнее… — прошептала она, проводя пальцем по артефактному браслету-кожуху с пульсирующими частицами Паладина Януса, — но чувствую, что поехать сейчас с Маркусом означает предать всех. Заявить всему миру, что Маркус для меня важнее Клана. В прошлый раз я уезжала тайком… но сейчас все заметят. Нас сегодня видели вместе репортеры и если я уеду во время этой шумухи… как я смогу называться Княгиней Природы⁈ Мои люди никогда этого не простят! — с огромным трудом сдерживая слезы, выпалила Виктория и, закрыв мокрое лицо рукой, замолчала.

— Ты говорила с ними об этом? — также тихо спросил Альберт.

— А? — опешила Виктория и сама не поняла от чего больше, от того, что Берти впервые в жизни назвал ее на «ты», или от его спокойного и ни капли не осуждающего тона.

— Ты говорила со своими людьми об этом? — уточнил уверенный и успокаивающий голос, словно старший брат отчитывал младшую сестру, — С чего ты вообще взяла, что тебя не простят? Вместо того, чтобы додумать все за других и разгонять свои страхи, просто поговори с ними. Искренне и открыто заяви, что хочешь поехать.

— Но ведь отец всегда…

— Покойный Князь всегда ставил своих подданых перед фактом. Он не думал о них. Не думал о их чувствах. Делал, что хотел, прикрываясь благом Клана. Ты не такая. Я это знаю. И твою люди это знают.

— Ты правда думаешь, что они поддержат мой эгоизм? — осторожно спросила Виктория.

— Я бы поддержал, — хмыкнул Альберт, — и уверен, что Хребет с Тохой поступят также. Пусть им твоя идея может не понравится, но, если ты скажешь прямо, они поймут. Поверь.

— Потому что приказ Княгини закон? — усмехнулась она.

— Нет. Они поймут, потому что Клану Природы нужна сильная Княгиня. Не сломленная и сомневающаяся в себе, а уверенная и идущая вперед. И если ради этого ты должна поехать на восток, едь.

— Берти, это точно все еще ты? Говоришь прямо как…

— Маркус? — засмеялся Альберт, — ну да, с кем поведешься, как говорится. Но про неуверенность и нервозность я не шучу. Хочешь не хочешь, а рано или поздно твои люди ее увидят.

— Рано или поздно… — начала было Виктория, а потом вдруг подскочила на месте, — Антон⁈ Неужели он тебе что-то сказал⁈

— Только то, что переживает. Не поверишь, но он тоже просил у меня совета. Искал силы в том числе ради тебя. Чтобы вернуться и привезти как можно больше полезных знаний. Чтобы помочь тебе с твоим бременем, разгрузить хоть немного. Именно поэтому Тоха сейчас терпит ту злобную бабку Марту. А это тяжело, уж поверь. Эта старуха меня чуть не грохнула, когда мы приехали в «Миротворец» в первый раз. Она реально жуткая. Мускулистый демон во плоти. И Антон терпит ее и делает все это ради своей Княгини. Потому что ты его попросила. Потому что не знает, как помочь иначе. Потому что переживает. И он такой в Клане не один. Ты в Клане Природы не одна.

Виктория Луговская слушала эти слова, а по ее щекам вновь текли слезы. Но на этот раз это были приятные слезы. Они словно вымывали из девушки всю неуверенность. Всю слабость. Все сомнения.

— Спасибо, Берти, — справившись с эмоциями, твердо произнесла Виктория, — теперь я точно знаю, как должна поступить.

— Вот и хорошо, — с нескрываемым облегчением в голосе ответил Альберт, — передавай Маркусу привет и присмотри за ним там.

— Обязательно, — улыбнулась успокоившаяся и повеселевшая Княгиня Природы, после чего повесила трубку и пошла собираться.

Положив трубку, цельнометаллический здоровяк зевнул так, что чуть не свернул забрало и покосился на сидящего в углу лагеря у стены светловолосого парня. Он, бледный как покойник, сидел с полуприкрытыми глазами, тяжело дышал, периодически стирая вытекающую из носа кровь белым рукавом, и в целом выглядел так, что вот-вот впадет в кому.

— Ты как? — подошел к парню Альберт.

— Н-нормально, — приоткрыв один глаз, ответил Денис.

— Да не звезди, — протянув ему флягу воды, хмыкнул цельнометаллический здоровяк, — я много за жизнь повидал, но лекаря в таком дерьмовом состоянии вижу впервые. По крайней мере живого.

— Хех, забавно, — болезненно скривился лекарь, — Маркус также говорил.

— О, понял! — спохватился Альберт, — надо ему фотку твою отправить. Сравним мнения.

— Эй-эй-эй! — вдруг нашлись силы распахнуть оба глаза и податься вперед у Дениса, — не надо! Слышишь! Не надо! Какое такое зло я тебе сделал⁈

— Ну не знаю… не принимаешь никакой помощи и собираешься молча сдохнуть? — поднял бровь Альберт, продолжая болтать флягой перед лицом лекаря.

— Понял, больше так не буду… — фыркнул Денис и, постанывая, взял флягу и жадно присосался к воде.

— Вот и славно, хороший мальчик, — похлопал Альберт блондина по голове и полез в сумку за лекарствами.

Разложил порцию для Дениса, после чего закинул сумку на плечо и подошел к сидящей неподалеку короткостриженой девушке, вокруг которой суетилось двое человек. Альберт за годы службы Ратником в опасных местах обычно знал, как оказывать первую помощь. Знал базовые основы целительства и способ применения всех полевых медикаментов Империи.

Даже глядя на одного из лучших лекарей Империи, он видел, чего тому не хватает для улучшения регенерации, но вот смотря на эту девушку с веснушками в виде крошечных камешков, он понятия не имел в каком она состоянии и что ей нужно.

Голодна ли? Обезвожена ли? Нарушен ли энергетический баланс? Работает ли регенерация? Есть ли переломы или скрытые кровотечения?

Вообще ничего. Альберт словно зеленый юнец стоял и хлопал глазами, боясь к девушке даже прикоснуться. Собственно, как и все остальные. Никто кроме Дениса не рисковал трогать Иру, но пока сам лекарь не может встать на ноги, нужно хотя бы осмотреть ее.

И с этой мыслью Альберт подошел ближе, склонился над девушкой и, задумчиво перебирая сумку с лекарствами, и бросая взгляды на пациентку, пытался понять хоть что-то.

— Как она? — раздался вдруг озабоченный тяжелый голос сбоку.

Альберт поднял голову и увидел там Беса. Такого же бледного, как и Денис. И одного взгляда на это хватило, чтобы поставить диагноз и сунуть каменному здоровяку успокоительное из портальных трав. Но вот с Ирой было не так просто…

— Без понятия, — наконец сдался и отстранился Альберт, — спроси у нее сам.

— Я же сказала, я в порядке! — в очередной раз возмутилась звонким голосом девушка.

Покрытая каменными веснушками и паутинками трещин по всему телу, с частично окаменевшими волосами-сталактитами, она выглядела вполне бодрой, живой и здоровой.

— Еще чего! — заглотив отвар с травами залпом, подскочил к попытавшейся встать девушке Бес, — сиди и не двигайся! Пока лекарь тебя не осмотрит! Кто знает, как могло пострадать твое тело! Как мог пострадать твой мозг!

— Да нормально все с моим мозгом! — закатила глаза Ира, в тщетных попытках пытаясь найти взглядом поддержку.

Но никто не стремился ей помочь и отводил взгляд, стоило ей на них посмотреть. Молот попытался минут десять назад, но тут же получил от Беса подзатыльник и такой гневный взгляд, что все попытки самодеятельности напрочь отбило.

Бес словно курица наседка с яйцом, носился с девушкой, не подпуская к Ире никого. Ей, конечно, была приятна забота любимого, но не до такой же степени!

Да, поначалу она грохнулась в обморок. Дважды. Полдня не могла связно говорить, путалась в воспоминаниях и забывала имена всех, кроме своего любимого Жени, но сейчас ей гораздо лучше! Туман из головы ушел, воспоминания более-менее уложились и мыслить удавалось ясно. Только шансов это доказать ей больше не давали без осмотра лекаря, а этот самый лекарь только что влил в себя полную флягу воды и отрубился спать.

— Я в порядке, — заметив это, еще раз сказала девушка уже с нотками нарастающей злости в голосе.

— Все равно надо убедиться, — покачал головой Бес, — мозг мог пострадать. Ты не могла говорить. Ты падала и теряла сознание. Ты слышала голоса в голове!

— Я и сейчас их слышу, — пожала плечами Ира.

— Ну вот, видишь! — убедился еще больше в своей правоте Бес, — что-то не так!

— Не обязательно, — вдруг вмешался Альберт и еще раз склонился перед девушкой, — что говорят эти голоса?

— Они зовут меня, — спокойно ответила девушка.

— Куда зовут? Кто? — настороженно замер Бес.

— Люди.

— Так, — ударил себя по щекам Бес, — все, мы собираемся и едем в лазарет. У меня есть отличный лекарь в столице. Он мне должен и…

— Нет, — вдруг качнула головой Ира.

— Что нет? — недоуменно захлопал глазами Бес, — не переживай, мы Дениса с собой возьмем! Там в лазарете и его поднимем. Двух зайцев… я обеспечу уход… охрану…

— Нет, — упрямо повторила девушка, — в столицу я не поеду. Они ждут меня. Они зовут меня.

— Да кто такие они⁈ — никак не мог успокоиться и сходил с ума от переживаний, Бес.

— А ты еще не понял? — вдруг тепло улыбнулась Ира, и совершенно спокойно поднявшись на ноги, подошла к жениху и положила ему теплые ладони на щеки.

От неожиданности тот обомлел и машинально провел своей рукой по ладоням девушки и аккуратно сжал их. До этого Бес боялся даже коснуться своей невесты, словно она хрупкая как хрусталь.

Но сейчас, ощутив тепло ее тела на своих руках, он слегка успокоился и обнял ее, прижав к себе как самое бесценное сокровище.

Только сейчас, когда паническая тревога и сводящее с ума беспокойство за здоровье невесты слегка утихли, Бес вдруг догадался и, слегка отстранившись от девушки, покосился на Молота и его мини-армию из десяти каменюк, которые сейчас тренировались на окраине лагеря.

— Статуи в Долине… — тихо произнес Бес, — ты слышишь их также как слышал своих треснувших Молот…

— Да, — искренне улыбнулась Ира и ладошками повернула лицо жениха в свою сторону, — мы не можем уехать в столицу. Я им нужна, дорогой. А еще им нужен ты.

— Я? — опешил и захлопал бурыми глазами Бес.

— А Молот тебе разве не говорил? — удивилась миниатюрная девушка с каменными веснушками.

— Не говорил… что? — напрягся каменный здоровяк.

— Треснутые, которых он слышит. Они говорят о тебе.

— Обо мне? Почему обо мне? — напрягся еще больше Бес, — я же их не слышу… я с ними не говорил… я ничего не делал…

— Это не важно, Женя, — не отводя взгляда от жениха, произнесла Ира, — они говорят о тебе, потому что чувствуют. Чувствуют лидера. Молот лишь проводник, через которого они могут идти за тобой.

— Да ну бред какой-то… — начал отпираться мужчина и в этот момент сзади его ткнул в плечо Молот и указал пальцем себе за спину.

Бес поначалу не хотел отводить взгляд от любимой, но убедившись, что крепко держит ее в своих руках, повернулся и увидел десятерых каменных людей, что склонились перед ним на одном колене.

И, улыбнувшись, ровно тоже самое сделал и Молот.

— Л-ладно, допустим, — сглотнул ком в горле Бес и вернул взгляд на Иру, — Молот за несколько недель смог услышать аж десятерых… А скольких ты…

— Всех, — мило улыбнулась девушка с каменными веснушками, — я слышу их всех.

Ночь я провел в стриптиз-баре.

С одной стороны это не совсем по-княжески, а с другой стороны занимался я тут исключительно делами. Что ни говори, удобно иметь собственный стриптиз-бар.

Деловые встречи тут можно устраивать даже ночью, договора подписывают еще охотнее, разговоры более раскованные, да и вид на фоне хорош, чего скрывать. Чисто эстетически приятно наблюдать за работой профессионалов.

Макс знал каких девчонок отбирать.

Интересно, Диана в курсе, что он их лично отбирал? Макс случайно признался мне в этом после одной из ночных встреч. Да, Князь Молнии тоже помогал мне с ночной частью работы, да и место для оперативного штаба выбрал тоже он.

Свалил же Макс только под утро, а я решил остаться здесь. На поспать все равно осталась лишь пара часов, пока не появятся первые итоги наших ночных «дел».

В их ожидании я и уснул в наполовину сидячем положении на мягком диванчике вип-комнаты.

Разбудил меня стук в дверь. Первое, что я увидел, открыв глаза, была полуголая красотка в латексе. Идеальные ножки, в обманчиво невинных голубых глазах сверкают молнии, а располагающая милая улыбка лишь маска опытной убийцы и, по совместительству, местной начальницы охраны по имени Настюша.

— К вам пришли, господин Маркус, — доложила девушка, и, заметив мой сонный вид добавила, — могу задержать гостей на сколько пожелаете.

— Спасибо, не нужно, — сладко потянувшись, глянул я на время, после чего подошел к крану, ополоснуть лицо и, умывшись, добавил, — пусть заходят.

— Хорошо, — дежурно улыбнулась Настюша, и, ловким движением руки, распахнула дверь шире.