Практика

Глава 3

Свидание началось ужасно. Мое синее платье тон в тон совпадало с обивкой стульев. Рой ничего не заметил, а вот окружающие явно подхихикивали. Впрочем, когда я пальцами зажгла свечи и дополнительно подвесила над столом магический огонек градус веселья понизился.

— Я долго думал, чем тебя удивить и порадовать, — улыбнулся Рой, — и кажется нашел.

На стол лег сверток, размером с небольшую книгу.

— Что там?

— Жизнеописание Легендарной Этвиты ди-Ларронской, той от кого пошел мой род.

Я постаралась придать лицу заинтересованный вид. Хотя я терпеть не могу читать жизнеописания всяких аристократических семей. Либо лживо-скучно, либо правдиво-грязно.

— У тебя так забавно мнение на лице отражается, — рассмеялся Роуэн.

— Прости, — вздохнула я.

— Не прощу, если не прочитаешь шестую главу.

— Ро-ой, — протянула я, — скажи по-человечески, что там.

— Я же оборотень, как я могу? — веселился этот негодяй.

— Тресну, — я грозно взмахнула меню.

— Ну, если я не ошибаюсь, то шестая глава называется «о первом камне, что защиту от тварей неизведанных дал нам и семьям нашим». Язык весьма архаичный... Вот теперь вижу истинный интерес. Рысь, нет. Сейчас ты ее читать не будешь. Делай заказ.

— Ты здесь чаще бываешь, закажи за двоих. Я одним глазком гляну и все... Эй!

— После свидания отдам, — тепло улыбнулся Рой и убрал сверток, — я знал, что ты не удержишься. Потому и не хотел говорить.

Рой заказал печеночные рулеты со сметанным соусом, два овощных салата с ореховым соусом и творожное печенье.

— Что будете пить? — осведомился официант, принимавший заказ.

— Черешневое вино, — мечтательно протянула я.

— У нас нет, но если вы подождете, то мы доставим его.

— Тогда пока две чашки кофе с корицей и сладким сиропом, — улыбнулся Рой.

— Кофе сейчас или вместе с основным заказом?

— Сейчас.

Мальчишка исчез и минут через пятнадцать принес два крошечные чашечки.

— Что тебе сказал Кигнус? — спросила я.

— А он не сознался? — сощурился Рой и, пожав плечами, добавил, — отчитал как мальчишку. По делу конечно, но я не знал, что слухи вышли за пределы Академии.

— И что ты решил?

— Оповестил новый состав некромантов о том, что они допущены на практические занятия второго курса в качестве наблюдателей. Там посмотрю кого и чем припугнуть.

— Весело у вас.

— Весело, — согласился Рой. — Особенно меня «радует» дева рода фон Гверт. Из семьи потомственных священнослужителей.

— На факультете судебной некромантии?

— Именно. Как метко выразился студент фон Тарн, «религиоз головного мозга». Прежде чем открыть учебник она читает молитву. Если верить ее соседке, умывается освященной водой, чтобы скверна не пристала.

— Мне вот интересно, — протянула я, — она же волю папеньки исполняет, замуж за графа хочет. А как и в какое место она будет святую воду заливать после исполнения супружеского долга? Если все выйдет, и ты вдруг влюбишься и женишься?

Мой возлюбленный захохотал как молодой конь. После чего доверительно сообщил, что у нас с Кигнусом мысли сходятся. Ну а чему удивляться, мы как-никак родственники.

Свидание мне понравилось. Рой рассказал, по большому секрету, как он со старшей сестрой и младшими близнецами отправились в большой поход за медом. И как мама-оборотень и папа огненный маг подняли по тревоге весь гарнизон — ведь записку великие экспедиторы оставить не догадались.

— Тайланну ремнем выдрали, меня тоже, а мелким уши накрутили и в по разные комнаты заперли.

— А мы с подружкой как-то стекла побили, — мечтательно произнесла я. — Любовное зелье варили, в классе химии.

— Но ведь ты, — Рой не стал заканчивать фразу, только выразительно промолчал.

— Пф, а что, для любовного зелья нужна магия? Воображения хватит, — отмахнулась я, — мы взяли все реактивы, химические, имеющие хоть какой-то оттенок красного и розового и смешали, насыпали порошки и поставили нагреваться.

— Взорвалось?

— Нет, что ты. Кто же в школе опасные, неразбавленные химикалии оставит? Задымило и завоняло так, что мы с перепугу окна разбили — чтобы дым в коридор не пошел. Почему-то казалось, что если весь дым выйдет через окно, то никто ничего не заметит.

Рой рассмеялся и подлил мне вина. Это был замечательный вечер. После третьего десерта, когда я не могла уже ни есть, ни смеяться он проводил меня до дома. И долго-долго целовал на крыльце.

— Я вырвусь из Академии как только смогу, — шепнул он.

— Или я к тебе. Воспользуюсь слухами, совру, что иду ловить тебя на горячем, — рассмеялась я и открыла дверь. — До самой скорой встречи.

— Рысь! Книга, — любимый протянул мне сверток и, подмигнув, добавил, — я рад, что со мной ты забыла свою извечную жажду знаний.

— Как непедагогично, — чопорно ответила я. — Все, уходи, а то не распрощаемся.

Кариса уже спала или притворялась. Проверять я не стала, тихо разделась и забралась в постель. Все остальное — завтра.

Утро началось днем. Завтрак я успешно проспала, встала только к обеду. И то, меня разбудила госпожа Лоссен. Пожилая женщина сидела в единственном кресле в нашей с Карисой спальне. И едва слышно постукивала спицами — вязала свитер для сына. Собственно, непривычный звук меня и разбудил.

— Милая, — кротко произнесла матушка Марика, — ты вступила во взрослую жизнь и свобода могла вскружить тебе голову. Но не спеши отдавать самое ценное, вдруг зря?

— Самое ценное я отдала первому мужу, — хрипло проворчала я.

— Я не девство имела в виду, — рассмеялась Марика. — Свобода, Рысь, вот первейшая ценность.

— Мы помолвлены, — улыбнулась я, — он хороший человек. Не первый встречный.

— Ну и хорошо тогда. Вставай, а то твои друзья места себе не находят.

— Да, сейчас встану.

Хорошее мы вчера вино пили. Голова не болит, да и вообще признаков похмелья не имеется. С другой стороны, что такое три бокала вина? Достаточно для хорошего настроения, но для похмельного синдрома явно маловато.

Когда я спустилась вниз, Лий встретил меня глубоким поклоном и елейно пропел:

— А вот и свет наш ясный, Рысенька, глазоньки открыла, личико умыла.

— Ты чего?

— Ничего, кроме того, что ты утром проклятьями на звук бросалась, — фыркнула Кариса. — Ни в кого не попала, но обидно.

— Я и не хотела попасть, — смутилась я. — Что-нибудь узнали?

— Только подтвердили слова Солеса и Дарго. Выписали имена магов опубликовавших свои исследования. И нашли ссылку на некую ди-Ларронскую деву. Она то ли легендарной была, то ли спала с легендарным, — Кариса вздохнула и подытожила, — в общем как-то поучаствовала.

— Что ж, я тоже не зря сходила, — широко улыбнулась я.

— Конечно не зря, на крыльце лизались у всех на глазах, фу, — проворчал Верен.

Я показала ему язык и деланно обиженно произнесла:

— Ну если никто не хочет почитать жизнеописание Этвиты ди-Ларронской, то я приберегу это чтиво для себя.

Ребята тут же наперебой начали утверждать, что в наших с Роем поцелуях кроется сакральная истина и вообще, они готовы наблюдать эту инсталляцию каждый вечер. Конечно, все это было не совсем в таких выражениях, но близко.

— Предлагаю читать вслух, — задумчиво произнес Лий.

— Там много, но с другой стороны, нам нужна шестая глава.

Увы, шестая глава подсказала нам, что в воскресенье мы вновь пойдем в библиотеку — мы не понимали половину слов.

— Ты же старый, ты должен прочесть, — возмутился Вьюга глядя на Лия.

— Старый-то старый, но мхом не порос, — огрызнулся эльф. — Даже я могу что-то не знать. Давайте бегом, а то мало ли у них сегодня неполный день!

— В воскресенье библиотека не работает, — меланхолично протянул Верен. — Так что давайте для начала выпишем все повторяющиеся слова. Так будет проще.

Мы кропотливо работали до самого ужина и после. Составляли таблицы, оставляя пустые места для перевода. А я понимала — даже ради интереса я не буду пытаться читать этот «роман» целиком.

Вот только неугомонный эльф решил иначе: я и заметить не успела как оказалась втянута в спор. Итогом которого стало мое запальчивое обещание прочесть жизнеописание от корки до корки. И счастливый смех длинноухого поганца.

На работе мастер Ларс, «душка Ларс», нас обрадовал. Вместо уже привычного, веселого и ненапряжного маршрута с бойцами Дарго мы отправляемся в дом исцеления.

— Документы у секретаря, — шумно отдуваясь выдохнул начальник и махнул рукой, — идите.

Выйдя, я посмотрела на Карису:

— Он не пахнет болезнью?

— Похмелье, — равнодушно бросила волчица.

По пути до дома исцеления мы успели трижды поссориться — сначала Лий начал читать и рассыпал листы, потом я повторила его подвиг. А после Кариса, но ей не повезло больше всего — один из листов упал в лужу. Но одно мы поняли точно, в доме исцеления будет весело это раз, и два мы идем именно в тот дом, где работает Лигур. То есть в государственную, не частную клинику.

Поэтому поводу я заскочила в лавку, прикупила печенья и кулек заварки. Сколько бы раз мы не заглядывали к нему в гости — всегда подъедали все предложенное.

Лигур нам обрадовался, как родным. Напустил на лицо выражение вселенской скорби и подтолкнул к своему кабинету. А когда Кариса чуть затормозила, то он мягко подтолкнул ее вперед. Закрыв дверь и бросив простенький щит, он обошел свой стол и рухнул в кресло. Сочное и емкое слово, которым он охарактеризовал все происходящее, мне повторять запретили. Но я его запомнила.

— Это не дом исцеления, это гнездо тупых и бешеных ракшасов. Хорошо, что вас прислали.

— Да, мы только еще прочитать не успели, — вздохнула я, — что от нас требуется.

— Душка Ларс был свиреп и не горел желанием вести долгие беседы, — добавил Лий.

— Еще бы, вчера весь наш квартал слышал, как ему весело, — захохотал Лигур и пояснил, — у нас дома по соседству.

В тишине и спокойствии уютного и светлого кабинета Лигура мы наконец рассмотрели, что за документы нам дали. Разрешение на сбор информации и четыре бланка. Один из которых побывал в луже. Ну ладно.

Я не успела даже открыть рот, чтобы отказаться, как листы и волшебное перо перекочевали ко мне.

— Тебе нужно тренироваться, — с доброй улыбкой пояснила Кариса, Вьюга кивнул, а Лий подмигнул:

— Мы тебе добра желаем. Итак, что у вас произошло?

— Позавчера ночью, в момент пересменки, сработали сигнальные чары на приемном покое. Я спустился. На полу лежали три звериные туши, — Лигур потер плечо и продолжил, — при ближайшем рассмотрении это оказались живые, обездвиженные и на лысо обритые волки. Хотя слово «обритые» неправильное. Кто-то использовал магию, чтобы выдернуть все волоски.

— Ужасно.

— По строению челюсти старший целитель Робертс предположил, что это могут быть оборотни. Звери были перемещены в палаты. Когда они очнулись, сразу попытались сбежать, действуя при этом как разумные существа.

— Что требуется от нас? — деловито спросила Кариса.

— Собрать информацию, — это проворчал Лий. — Не позорилась бы.

— Пф, перед кем? Я-то уж вашу компанию как только ни повидал. А вообще, — Лигур потер подбородок, — подозрительно это. С чего вдруг им сбегать от нас? Без целительской помощи новая шерсть не отрастет — все волосяные луковки-то вырваны. Сукровица ажно сочилась. А они в бега.

Я наскоро и дословно записывала все, что говорил Лигур. Затем он перечитал и размашисто написал «с моих слов записано верно». Для солидности еще и именную, целительскую печать сверху поставили.

— Если они захотят, я смогу с ними поговорить, — задумчиво произнесла Кариса.

— Тогда вперед. Рыська, завари свежий чай и догоняй, — распорядился Лигур.

Я с нежностью посмотрела на обретшего уверенность друга. Сколько библиотечных листов я скопировала и переслала для него, сколько разнообразных вопросов передала Рою — не счесть. Ведь когда я назвала его своим личным целителем, его ученичество закончилось. И он не мог безболезненно вернуться под крыло наставника. Сейчас Лигур семейный целитель сразу шести семей, среди которых и Роуэн Данкварт со своей гадкой сестричкой. За последнее я простила ей все пакости, сделанные лично мне.

Ребят я нагнала уже у палаты. Кариса не стала проходить внутрь, она стояла у широко прозрачного окна и безуспешно пыталась поймать взгляд лежащего на койке волка. Но зверь прятал морду, отворачивался и зарывался глубже в одеяла.

— Мы поддерживаем там приемлемую температуру, — обронил Лигур. — Иначе пришлось бы их одевать.

Я смотрела на оборотней и пыталась им посочувствовать — лысые, уродливые, покрытые корочкой подсохшей сукровицы — они были отвратительны. Вот только есть лишь два варианта либо это месть, либо действия маньяка. Но не косяками же они по Империи ходят? Маньяки, я имею ввиду. Значит месть, а месть, да еще и такую, еще заслужить надо.

— Я тоже так думаю, — шепнул эльф.

— Как? — поразилась я.

— Ты подышала на стекло и пальцем написала «месть», — хмыкнул эльф. — Глубоко задумалась?

— Не особо. Как думаешь, если спросить Душечку почему именно нам досталась эта лысая радость, он ответит?

— Наорет, потом подумает, наорет еще раз, добавит пару перченых ругательств и выставит вон из кабинета, — фыркнул Лий. — У него на все один ответ. Душевнейший человек.

Мы негромко рассмеялись, и я, переведя взгляд за стекло столкнулась со злым, отчаянным взглядом волка. Стало неловко, он-то подумал, что мы над ним смеемся.

— Давай отойдем от животины, а то он нервничает, — я потянула Лия подальше от палаты.

Кариса пыталась пообщаться с каждым из трех волков, и ни один на контакт не пошел.

— Попробуйте позвать кого-нибудь еще, — вздохнула волчица. — Может, они не хотят говорить с женщиной.

— Это да, оборотни известные капризули, — кивнул Лигур. — Клянусь, хуже пациента оборотня, пациент родственник или возлюбленный оборотня. Агрессивные зануды.

Лий ехидно улыбнулся и послал Карисе воздушный поцелуй. Та сразу повернулась к Лигуру и спросила, что целители думают об эльфах.

— Ничего, — рассмеялся целитель, — они гордо умирают, но человеческим лекарям сдаваться не идут.

— Агрессивная зануда, — пропел ушастик и поскакал к кабинету Лигура.

— Теперь, когда поручение выполнено, может расскажешь, как дела?

Могучий целитель пожал плечами:

— Бухтят и ноют, как же так, вчерашний стажер стал полноценным целителем. Но мне-то что? Я наберу опыт и рвану в крепость. У меня старший брат там, им не хватает толковых лекарей. Таких, чтоб могли и в бою сподмогнуть.

— Мы в ближайшем отпуске по крепостям рейд устроим.

— Соблазнились на императорские дары? — удивился Лигур.

— Не, — я даже засмеялась, — мы о них и не знали.

Я рассказала, как мы разозлили Роуэна и как он нас притащил в крепость. Как мы там жили, работали и все прочие, малоприятные подробности.

— Мы хотим сделать хоть что-то. Просто это невозможно, спокойно жить, зная, что и как там происходит.

— Это вы правильно решили, — кивнул Лигур и, пропустив меня вперед, закрыл дверь.

Мы попили чай, похихикали над проделками младших целителей и стрескали все съестное. Даже было немного стыдно, но я решила потом отдарится корзинкой с провиантом. Да и Лигур все подбадривал, ешьте-ешьте, ну мы и поели. Лий потом вздохнул и сказал, что мы похожи на стаю молодых ракшасов. Ничего съестного после себя не оставляем.

— Нам сюда мотаться предстоит часто, следить не решатся ли оборотни перекинуться, — проворчала Кариса, — так что успеем закормить целителя.

— А если решат?

— А если решат, то уйдут, и мы никогда не узнаем подробностей, — вздохнул Вьюга.

Ну да, без обращения в Департамент никто ничего расследовать не будет. А если им и правда кто-то отомстил, то они будут молчать в тряпочку. Вдруг их проступок куда хуже?

Уже поздно ночью, пытаясь уснуть, я подумала о бродяжках и медикаментах. Хватило ли им? Выжил раненый или нет? И с маршрута нас как назло сняли — теперь неизвестно скоро ли в тех краях окажемся.

— Чего сопишь? — проворчала Кариса.

— Да я из-за детей. Мы же не на маршруте.

— Встань пораньше и отнеси, будешь не каждый день таскать, а раз в неделю. Да и на самом деле, не помрут они без тебя Рысь. Поверь, уж кто-кто, а эти выживать умеют.

— Только они не должны выживать, — вздохнула я.

Я пробовала потрясти Кигнуса на тему беспризорников. Он даже обещал подумать, только к каким он в итоге выводам придет? Сама-то я вряд ли что-то смогу сделать. Кроме как «покупать» свою совесть продовольственными подачками. В глобальном смысле это ведь ничего не меняет.