Практика

Глава 10

Весь следующий день мы провели в деревне. Дори даже выделил нам коняшку с телегой. Мы не стали бросаться на раскопки с наскоку, нет. Вначале изучили общий магический фон — аномально повышенный, записали результаты. Сняли слой земли, толщиной с ладонь, еще раз замерили, еще слой сняли и вновь замеры. В итоге можно было сказать, что три снятия земельного слоя дают плюс пять процентов к показателям магофона. Что немного пугает, в перенасыщенном магией пространстве очень тяжело выжить. Тут я сразу вспомнила дуэль двух Легенд.

К вечеру, когда мы закончили в подвале и поднялись наверх, нас встретила мельничиха. Кланяясь, она попросила забрать землю:

— Рыхлая такая, жирненькая земелька-то. Госпожа ведьма, вам-то она зачем? А я бы огородик свой скромненький удобрила.

— Эта земля и кровь впитала и магию, — нахмурившись, сказал Верен. А Вьюга ему шепнул, что по весне содержимое туалетов так же выносится на поля. Так что ничего страшного.

— Да и ничего, малыш, ничего. Я же яблоньки удобрю, а они, яблоньки-то, очень кровушку уважают. Вот у меня отец-то, наемничал, а потом трактир открыл. Какое у него кладбище было под яблонями, — мельничиха покачала головой, — а какой потом сидр, м-м-м, упиться и не встать!

— Ага, лечь, под теми самыми яблоньками, — передернулась я. — Берите землю, берите. Нам и удобней, будет куда носить.

Мельничиха многословно нас поблагодарила и умчалась, только юбка и мелькнула за домами.

Мы устроились на телеге, Кариса зажгла желтый осветительный шар, а Вьюга подобрал поводья. Смысла загонять коняшу не было — животина нам досталась на редкость ленивая и флегматичная. Прежний хозяин пытался переломить коняшин характер и раскрасил пегую спину длинными шрамами. Правда резвее бегать животинка не стала.

Я успела задремать, проснулась только когда мы подъехали к крепости. Вьюга с Вереном отправились на конюшню, а мы с Карисой и Лием заглянули на кухню за сухпайком и поднялись к себе. Где нас заждался сюрприз.

— Радость велика, — хмыкнула я и поставила на стол поднос.

На моей постели спал Кигнус. Я присела рядом и осторожно потрясла его за плечо. После чего выяснилось, что насильно разбуженный легендарный швыряет проклятья на звук. Благо, что после сам же и снимает, потому что оставаться зелеными и пупырчатыми нам не хотелось.

— А в чем смысл такого проклятья? Если это враги, то им все равно будет, — протянула я.

— А-ах-м-м, — широко зевнул Кигнус, утащил пирожок и жуя ответил, — так это первая стадия. Дальше из организма исчезает вся вода и все, нету больше организма.

— Здорово, — передернулась Кариса.

— А ты к нам каким ветром? — осторожно спросила я, глядя с какой скоростью легендарный поглощает пирожки.

— Думал, над свадебным подарком. И придумал. Кариса пойдет со мной в столицу, за платьем. Я плачу, — потянулся Кигнус, доел пятый пирожок и встал, — давай, ваша знакомая эльфийка уже в нетерпении.

Волчица бросилась на шею Кигнусу и смачно расцеловала в обе щеки.

— Спасибо!

— Да не за что.

В этот раз легендарный не стал подниматься на стену, а исчез прямо из нашей комнаты. Лий сочувственно потрепал меня по волосам:

— Он просто не понял.

— Угу, — буркнула я. — За Рис я рада. Но почему мой же предок не догадался, что и мне, на моей чудо-свадьбе тоже хотелось свадебного, эльфийского платья?

Лий только вздохнул и достал маленькую бутылочку, к которой прилагалась серебряная рюмочка.

— Эльфийский плодовый ликер с мятой, — торжественно произнес он. — Тысяча золотых за бутылку.

— Он мне теперь в горло не полезет, — ошеломленно выдавила я.

Эльф рассмеялся и налил мне тягучей, густой янтарной жидкости. Пригубив, я прикрыла глаза — и правда вкуснотень. Сладость и легкая горечь, капелька кислинки и мятное послевкусие.

— Но все же не понимаю, почему так дорого, — вздохнула я.

— Мы почти не пользуемся деньгами, — пожал плечами Лий. — У нас входу не золото, а магическая энергия заключенная в драгоценные или полудрагоценные камни. Поэтому работать на продажу почти никто не хочет, а спрос большой. Вот и вздернули цену, чтобы лишний раз никто не покупал.

— С каждым днем я узнаю что-то новое, — вздохнула я и облизнулась, — что-то прям удивительное.

Лий пожал плечами и убрал ликер. Через пару минут пришли Вьюга с Вереном и боец сразу озаботился отсутствием невесты. Но услышав про платье просиял и решительно произнес:

— Мировой мужик твой предок, Рысь.

— Тогда план такой, — произнес Лий, — завтра и послезавтра докапываем подвал, после в Шестую. Там за неделю подготовимся к празднику и после я приглашаю вас в Лес. Проведем пару недель у меня в гостях.

— А что мы там будем делать?

— Лежать на песчаном берегу теплого озера, плавать, загорать и ничего не делать, — улыбнулся Лий. — Карисе и Вьюге будут особенно рады. Вас ведь по эльфийскому обычаю помолвили.

— Как-то мне уже не так интересно копаться в подвале, — задумчиво протянула я. — Хочется на песочек. Лий, расскажи подробней!

Остаток вечера мы пытали эльфа, расспрашивая его о Лесе, о нравах и привычках. Но больше всего нам было интересно послушать про красоты эльфовой родины.

— Да вы же сами все увидите, — возмутился под конец охрипший Лий.

— Но своими глазами, — ответила я. — А сейчас мы смотрим твоими.

Больше он не возражал. И вдохновенно описывал перекидные мостики в кронах исполинских деревьев, бесчисленное количество родников, клумбы, на которых круглый год зреет лесная земляника. И ушастую недоросль, которая толчется возле этих клумб так, что порядочному, почти взрослому эльфу никак не угоститься ягодкой. Не забыл рассказать и о песчаных дорожках ведущих к озерам и домам. И об огромной поляне, на которой проходят праздники и трава на которой зачарована.

Задремала я в мечтах о веселом путешествии. И подскочила среди ночи от того, что на меня плюхнулась счастливая волчица и, виляя хвостом, обслюнявила все лицо. После чего заняла большую часть постели и уснула.

За следующий день мы углубили подвал в половину моего роста. Магический фон поднялся на двадцать восемь процентов. Карисе и Лию пришлось вылезти — эльфы и оборотни изначально несут в себе больше магии. И потому им было тяжелее переносить такую маго-насыщенность.

— Снимаем еще один слой, — выдохнул Вьюга, — и ну его к ракшасам. Остается признать, что это...

Вьюгу прервал «звяк!» — лопата лязгнула обо что-то. Это придало не просто второе, а третье и даже четвертое дыхание. Я отбросила лопату и начала разгребать землю руками, не жалея ни кожу, ни ногти.

Итогом наших стараний стали шесть окованных железом сундуков. Вьюга попытался вытащить один из них и даже смог поднять, но далеко его унести не дала толстая цепь.

— Что здесь, мать его, спрятано? — рыкнул боец. — Рысь, заморозь цепь!

Одно хорошо — ненормально высокий магический фон позволяет колдовать почти не напрягаясь. Заморозить цепь так, чтобы она лопнула — на это ушло минут тридцать. Дар вытащил сундук наверх и, спустившись, хмыкнул:

— Рис с Лием умелись в местный трактир.

За два с половиной часа мы выволокли все сундуки и сели на них, отдуваясь и утирая пот. Верен больше трудился на подхвате, поскольку ни морозить, ни таскать не мог. Зато смотался до колодца и принес два ведра воды. Голубоватой и искрящейся.

— Что-то я не хочу это пить, — усмехнулся Вьюга.

— Будем открывать? — спросил алхимик.

— Или сдернем сюда легендарного, для подстраховки? — предложила я.

В итоге, мы постановили приоткрыть и посмотреть. А Верен будет держать заготовку вестника, чтобы если какой катаклизм на свободу вырвется — позвать на помощь Кигнуса.

Вьюга с одного удара сбил с сундука замок, алхимик подал ему грубые перчатки, найденные в доме. Боец взялся за крышку и медленно ее приподнял. Мы с Вереном поднырнули ему под руки и в один голос прочувствованно ругнулись.

Среди белоснежного пуха лежал овальный камень, один в один как в «жизнеописании», как на плитах в крепостях.

— Они потрескались, — хрипло произнес Вьюга.

— Это не камень, — в голос произнесли мы с Вереном, — это чье-то яйцо!

Ласково проведя кончиками пальцев по скорлупе, я всем своим некромантским чутьем поняла — кто бы там ни был, он на грани жизни и смерти.

— Вызывай Кигнуса, — коротко приказала я алхимику.

Мы грамотно составили матерный посыл для легендарного. Так грамотно, что он выскочил из телепорта через пять минут. В расстегнутой рубашке и с пятью царапинами через все лицо.

— Что у вас...— рявкнул было он, увидел яйцо пошатнулся и со стоном схватился за виски.

Кигнус опустился на колени и чуть покачивался из стороны в сторону. Верен шепотом пояснил, что это «всплывает» память. На всплывание ушло минут сорок. За это время Лий успел прислать нам вестника с вопросом, не пора ли заказывать поминальную службу. В ответ я послала завуалированное сообщение: «в подвале мы нашли то, о чем читали в ди-ларонской книге».

— Спорим, через три минуты они будут здесь? — захохотал Вьюга. Захохотал и проиграл, Рис и Лию понадобилось полторы минуты.

Правда, если Кариса бросилась смотреть на камни, то Лий присел рядом с Кигнусом и положил ему на затылок ладони.

— Оно боится Карису, — пораженно прошептала я, держа руку над яйцом.

— И правильно делает, — хрипло произнес Кигнус. — У кого-нибудь есть выпить? И сразу хочу сказать — я был против. Но только я, и потому...

Мы ушли в дом оставив сундуки на улице. Там, порыскав по шкафам нашли красное вино и сухофрукты. Кигнус сел во главе стола, выпил залпом стакан вина и, откашлявшись, начал говорить:

— Я был молод, глуп и горд. Самый молодой маг ставший легендой. Первый некромант, ставший легендой. Было от чего потерять голову. И когда все легендарные маги объединились, чтобы создать крепости я с удовольствием к ним присоединился. И даже не задумался о том, что крепости строятся внутри Империи. Да, в мое время Лес был частью Империи, я жил сразу после единственного короля-мага, ставшего Императором. И пусть уже его сын поговаривал о том, чтобы вернуть Лес, это произошло уже после моей смерти.

Кигнус отпил вино, закинул в рот чернослив и продолжил:

— Таур ди-Ларрон принесла шесть драконьих яиц. Где-то написано, что они упали с неба — брехня. Они были украдены в соседнем мире. Портал в который можно построить в строго определенное время.

— Время, в которое теперь на крепости нападает призрачная нежить? — спросила Кариса.

— Да. Клянусь, я не знаю для чего это было сделано. Устроить набег на мир драконов? Но зачем? Дорого, опасно и не окупится. Месть? Это еще бредовей, чем и как могли насолить драконы Таур ди-Ларрон?

— Почему именно ей? — нахмурилась я.

— Потому что она была бессменным придворным магом и постоянно фавориткой сына короля-мага. И именно по ее чертежам строились крепости.

— Так, хорошо, — я хлопнула ладонью по столу, — вы уложили яйца в жаровни и выкачивали из них силу, создавая защиту, так?

— Так.

— Что теперь? Это какие-то особенные яйца, если драконы так рвутся за ними. Посылают нежить или кто это нападает на крепости. Но и я, и все некроманты из здесь присутствующих ощущают их, яиц, скорую гибель.

— Возникает вопрос, — подхватил Лий, — что с нашим миром сделают драконы?

— От них к нам портал открывается редко, — глухо произнес Кигнус. — Но от нас к ним... Я пойду туда и веру яйца на родину.

— А живым ты вернешься? — напряглась я.

— Может быть. Да кому я нужен-то? Собственная невеста, почти жена пожелала мне сдохнуть и никогда не возвращаться назад.

— У Арды есть характер, — я пожала плечами. — Что ты ей сделал?

— Пригласил на прогулку. И предложил вести себя так, как ей хочется, а не так как велит этикет.

— Зато теперь ты знаешь, что она думает о предстоящей свадьбе. Откажись, — попросила я.

— Я хочу видеть ее своей женой.

— Так включи мозги, — фыркнула Кариса. — У тебя козыри на руках. Дуй в столицу, царапины не своди. Расскажи ей в подробностях о нападении нежити. Хотя она и так должна знать, у нее брат где-то здесь погиб. О том, что ты был против, и тебя убили.

— Убили меня по другой причине, — возразил некромант.

— Ой, какая разница? А ты скажи, что именно из-за этого страшно пытали и в итоге сожгли. И вот теперь, наша команда под твоим руководством нашла эти яйца, и ты уходишь в другой мир их возвращать. Вот только на свадьбе у меня погуляешь и уходишь. Потому что никого в живых не осталось, а кто-то должен ответить перед драконами. И потому ты разрываешь помолвку, чтобы не заставлять ее выдерживать год траура. Чтобы она могла вот прям сразу упасть в объятия придворного красавца.

— Хреновый план, — возмутился Кигнус.

— Отличный план. Вернуться и купить ее обратно тебе никто не помешает. Главное, деньги не забирай. А ее отцу тихонько шепни, чтоб значит придержал ее на пару месяцев. Не торопился с рук сбывать, — поддержала я Карису.

— В твоих словах слышу свои собственные, — вздохнул легендарный, — и мне это не нравится.

Сундуки были занесены в дом, на дом накинута охранная сеть. А нас, вместе с коняшей и телегой, Кигнус перекинул к воротам крепости. После чего дал час на сборы и вернул в Шестую.

— Через пять дней приведу ваших гостей.

— Арду пригласи, — предложила Кариса. — Не как свою невесту, а как нашу хорошую знакомую. Пусть посмотрит как ты уходишь. И яйца перетащи сюда. Уйдешь после полуночи, будет красиво.

— Я там может быть сдохну в муках, а ты про красоту, — возмутился некромант.

— А может быть вернешься и получишь впечатленную Арду. Она же по принцу сохла, хоть и не понятно с чего.

— Они вроде как росли вместе, — припомнила я. — А может и не они.

— А может и не вместе, понятно, — кивнул Кигнус. — Эрик, здравствуй. Вот тебе дети, через пять дней приведу еще гостей.

Комендант Лоссен коротко кивнул и велел нам располагаться где и раньше. А Вьюге подойти для разговора. Я украдкой ему шепнула, что он может рассказать все — почему бы и нет? Кигнус был против, он все исправит. А люди должны знать из-за чего погибали. Пусть не все, но Эрик достоин.

Хотя остается много непонятного. Первым делом нежить нападает на Шестую крепость, но это ладно, она закрывает проход к пятой. Но почему они никогда не пытались обойти крепости и напасть на деревню? И почему не пришли сами драконы? Почему не попытались договориться или объявить войну? Надо составить список вопросов для легендарного. Я уверена, что он вернется и хорошо если один. А вот про ди-Ларронскую деву (хотя почему деву, если она была фавориткой?) разузнаем в графстве. Очень уж любопытно кому она так отомстила, и как ей это удалось.