Приручить коллектора

ГЛАВА 9.

ГЛАВА 9. Давыдов Борис

ГЛАВА 9. Давыдов Борис

— Борис Ратмирович, на связи ваш отец, — включается громкая связь селектора. Я поднимаю трубку.

— Соединяй.

— Когда приедешь? Костик о тебе спрашивал.

— Планировал сегодня рвануть, но тут наметился приём. Давно хотел выкупить акции банка "Сибирь", а там как раз должен быть его директор.

— Всё куда-то рвёшься. Слышал, ты отказал Олегу в повышении процента.

— И откуда ты всё знаешь? Если у меня есть крыса — скажи, кто.

— Да какая крыса. Он уже везде трубит, что ты неблагодарный щенок. После того как его выставили из столицы, он совсем потерял связь с реальностью. Как ты вообще его в дело взял?

— Это было давно. Ещё до той истории в столице. Там он вроде как похитил любовницу одного авторитета, которая потом стала его женой — вот и огрёб.

— Я к тому, что когда человек сходит с ума — он теряет берега. Будь с ним осторожен. Я всё ещё надеюсь понянчить внуков.

— Сам же когда-то учил: женщина — одноразовый способ расслабиться.

— Ошибался, сам знаешь.

Ошибался. Сильно. До сих пор помню, как он подложил мою девушку под своего партнёра, предложив ей хорошую сумму. Именно тогда я и понял: они все одинаковые, эти бабы. Меркантильные твари.

Наверное, эта нищенка и правда пытается сделать что-то хорошее. Но мотивы здесь не важны. Важны поступки. А поступки таковы: студентка-бухгалтер готова ради денег на всё. И тот факт, что пока она ведёт в игре, не отменяет другой истины — рано или поздно она будет сосать. Может, не мне. Может, кому-нибудь другому. Лишь бы её семья осталась жить в квартире умершей бабушки, а блядоватая сестра — в шёлковых подушках, вместо шелушащихся обоев.

— Сын, ты меня слышишь?

— Да, пап. Ты говорил, что решил отдать Костю в бокс, а Алиса против?

— Ага. Говорит, бокс — для тупых.

— В этом есть логика. Все боксёры, кого я знаю, — только и могут, что драться.

— Ну ты же сам занимался боксом.

— Пару занятий. Потом понял, что лучше буду тягать железо и бегать. Меньше ударов по голове — больше пользы для мозга.

— Ну ладно, ладно… Говоришь, как Алиса.

У отца молодая жена. Даже слишком, на мой вкус. Когда десять лет назад они поженились, он вообще была школьницей. Но он счастлив. А в мои дела больше не лезет. Что ж, на большее я и не рассчитывал.

— Как Цезарь, — усмехаюсь. — Никого ещё не сожрал?

Я вспоминаю, как он рычал на Найдёнову, а та даже не шелохнулась. Стояла, будто замерла, будто хотела раствориться. И всё равно — смелая. Не закричала.

— Пытался недавно. Но я спас бедную девушку, — говорю сухо.

У отца молодая жена. Даже слишком, на мой вкус. Когда десять лет назад они поженились, он вообще была вчерашней школьницей. Но он счастлив. А в мои дела больше не лезет. У них уже трое детей и с самым старшим Костиком, мы нашли общий язык.

— Отец, у меня тут работа. Алисе привет, — заканчиваю разговор и переключаюсь на Павла — друга по армии, которого я вытащил и выучил за счет своего отца. Теперь он мне должен. Мне очень нравится собирать вокруг себя обязанных не людей.

— Паш, надо девочку одну трахнуть.

Он поднимает глаза, спокойно, без удивления:

— Не помню, чтобы это входило в мои служебные обязанности.

— Может, она ещё откажется, — говорю, и сам понимаю: надеюсь именно на это.

— Заинтриговал. Когда?

— Я скажу, когда и куда подъехать. Её сестра мне должна денег. Интересно, на что она готова ради оплаты части долга.

— Тут, скорее, вопрос не в том, на что она готова. Это ясно. На всё, разумеется. Вопрос в другом — почему тебя так волнует её решение?

— Закройся, — отрезаю и поворачиваюсь к окну, отвернув кресло. Бесит, что вообще о ней думаю. Её вчерашняя выходка до сих пор звенит в голове. Почему, чёрт побери, рядом с ней я перестаю чётко формулировать свои планы?

«Разденься прямо сейчас». Надо же было сморозить такую глупость.

И ведь молчит. Даже на сообщение не ответила. В сети её не было уже несколько часов. Чем она занята в пятницу вечером? Точно не на свидании.

— Борис Ратмирович, машина подана. Миланика Андреевна уже внутри, — сообщает помощница в наушник. Отлично, после приема нужно встряхнуться и перестать думать про то, как Найденова трогала подаренное белье, как мерила его и крутилась перед зеркалом. И думала обо мне. Миланика отлично умеет расслаблять.

— Понял, — бросаю и, натягивая пиджак, выхожу из кабинета. Иду покорять очередную вершину.