Прокурор с Эльтона

Глава 20. Серверная

Наше время

Шарлен Бьянчи

Ей повезло. Повезло так сильно, как Шарлен даже не надеялась. Видимо, все в ожидании ужина занимались своими делами, и в коридорах практически никого не было, а кто был — не обратил на неё внимания. Мощности электрошокера хватило, чтобы замкнуть электронный замок на двери, но при этом плата не завоняла горелым, и не включилась сигнализация. Она посмотрела по сторонам, в который раз убедилась, что камер нет, и шмыгнула внутрь.

Комната оказалась не такой большой, как ожидала Ленни, но и это в целом её скорее порадовало, чем огорчило. Всего одно рабочее место, табурет без спинки и узкий шкаф с пятью полочками с жужжащими накопителями информации и термоизолирующей прозрачной дверцей, не допускающей пыль и влагу до техники. Будь у октопотроидов основным бизнесом действительно консалтинг, это помещение оказалось бы огромным. Однако факты кричали об обратном: агентство «Траск Консалтинг» — всего лишь прикрытие для чего-то более существенного. Даже офис на верхней палубе, в котором работали Ленни и другие программисты, был в разы больше, чем эта комната, отдалённо напоминающая сейф.

На несколько секунд Шарлен посетило желание открыть прозрачную дверцу шкафа-холодильника и последовательно с помощью электрошокера уничтожить все сервера, но она отмела эту идею с глубоким сожалением. Во-первых, где-то в другом месте могут оказаться копии файлов, а во-вторых, если здесь хранится основная версия «Сонаров Росси», это не уничтожит программное обеспечение на кораблях, где оно уже установлено в качестве прошивки бортового компьютера.

Размяв до хруста холодные от волнения пальцы, Шарлен подошла к единственному столу и активировала компьютер. Экран мигнул, предлагая ввести пароль. Ленни за последние годы так часто взламывала многочисленные системы, что хакер внутри неё тут же предвкушающе потёр ладони. Время повернулось вспять или просто замерло. Пальцы скользили по клавиатуре, взламывали неожиданно простенькую защиту — очевидно, октопотроиды считали, что одной двери с кодовым замком более чем достаточно, — заходили в папки, выворачивали и вытряхивали всё до последнего файла.

Здесь было так много всего, что Ленни не понимала, как оно связано друг с другом. Явно компрометирующая информация на известных гуманоидов со всех Миров Федерации, фотографии с известными певицами и актрисами с Эльтона, адреса клиник, выписки о каких-то смертях, карточки сотрудников «Траск Консалтинг», которые называли себя водителями…

Ленни быстро нашла себя и убедилась, что там всего лишь общие данные — возраст, смешение рас с пометкой, что помимо миттарских и эльтонийских генов у неё, возможно, имеются таноржские. Пометка была сделана в электронном блокноте, на что Шарлен фыркнула и принялась просматривать данные дальше. Она смесок, да ещё и с жабрами, так что если в ней заподозрят ещё кровь ларков — какая разница? Несколько переведённых в цифру пластелей из «Ионского экспресса» её удивили, но в целом в папке «Шарлен Бьянчи» не было ничего такого, что её шокировало бы. Всю информацию на неё можно было бы собрать из социальных сетей, вообще не имея никаких хакерских способностей. Всё так или иначе находилось где-то в инфосети.

Перебирая корневой каталог, Шарлен наткнулась на папку Алессы Мариар. Припомнив, что Эрик когда-то просил найти по ней информацию, Ленни бросила взгляд на время на коммуникаторе и всё-таки не удержалась от любопытства и клацнула мышью два раза. Фото прокурора потрясло. На экране отражалась худая, если не сказать тощая полукровка с золотой кожей, аквамариновыми волосами и кисточкой на хвосте. «Миттарские гены проявлены лишь в экстерьере. Не интересна», — значилась короткая запись в блокноте от неизвестного пользователя. Ленни поёжилась, но тут пальцы наконец-то добрались до папки с названием «Сонары». Она щёлкнула и попала в гигантский список.

Тигр, 8834-04-82, обновлено.

Ястреб, 890232-22-21, обновлено.

Воробей-19, 000321-03-11, обновлено…

В первую секунду Шарлен не поняла, что это, и по привычке прокрутила ползунок ниже, чтобы понять объём данных. Липкий холодный пот выступил на висках, когда нумерация строк превысила первую тысячу. Если вначале хакерша ещё сомневалась, то при виде строки «Академия Космического Флота, KС-700, обновлено» все вопросы отпали! Название корабля, идентификатор, статус программного обеспечения «Сонаров Росси». После таноржских истребителей и флагмана Космофлота появились многочисленные названия частных яхт и катеров, спасательных шлюпок и пассажирских лайнеров. Более того, напротив каждой ячейки с кораблём стояла иконка с наушниками и ссылка на файл со стандартным расширением для аудиозаписи… С содроганием Шарлен вспомнила, что ровно такую иконку видела у тех, кого про себя окрестила дятлами.

«Они слушали не музыку! Большинство из них даже не программисты. Они прослушивали корабли и делали пометки с важной информацией… Всё поставлено на поток», — осенило её внезапно, а во рту стало сухо, как на трассе М-14.

Голова резко закружилась, руки задрожали. Одно дело — знать, что в программном обеспечении есть червь, и залатать «чёрный вход», другое дело — своими глазами убедиться, что октопотроиды уже внедрили и прослушивают тысячи кораблей, часть из которых — военные!

— Вселенная! Да это же вот-вот начнут самое настоящее вторжение, — пробормотала потрясённо Шарлен.

— Да зачем оно нужно, если мы и так управляем всей Федерацией?

Холодный, чуть насмешливый голос за спиной заставил желудок сжаться до размера молекулы. Ленни развернулась, вдохнула и медленно выдохнула, осознавая, как же сильно она влипла.

— Здравствуйте, господин Уи-лын-крыз.

На удивление её голос прозвучал твёрдо, хотя внутри всё обмирало от ужаса. Впервые в жизни её застукали за взломом системы. Да ещё и кто?! Владелец чёрного бизнеса… Прямо в серверной, даже отмазки никакой не придумаешь. Что он с ней теперь сделает?

Октопотроид стоял в проходе, сложив на груди объемные щупальца. По выражению лица сложно было понять, о чём он думает: губы поджаты, глаза сужены, голова наклонена вбок так, будто он её внимательно рассматривает. Что тут рассматривать-то? И так всё очевидно. Шарлен судорожно одёрнула пиджак и положила руку в карман, на электрошокер. Первой мыслью было, что если он попытается подойти и сделать ей больно, то она ударит его током. Конечно, это её не спасёт от самосуда октопотроидов на корабле, но хоть как-то отсрочит смерть. Однако мужчина в дверях не двигался, и даже признаков гнева на его лице она не заметила — то ли так хорошо владел мимикой, то ли действительно не испытывал злости.

— Оказывается, Брон был прав. Ты гораздо более скрытная и любопытная, чем кажешься на первый взгляд, — хмыкнул Уи-лын-крыз и всё-таки зашёл в серверную, закрывая за собой дверь.

Шарлен напряглась, готовая в любую секунду достать самодельное средство защиты. Октопотроид широко оскалился, показывая мелкие треугольные зубы.

«Он меня пытается запугать?» — подумала Ленни, машинально отступая от компьютера. В голове зашумело от страха, поэтому первую часть фразы девушка не расслышала.

— …Ты будешь отличной женой моему сыну. Всегда подскажешь, проанализируешь и поможешь. Ничего, что привязка уже с Лилуа-ларом пошла, перевоспитаем тебя для Брона. Тем более ему нужнее. А для Лара я поищу кого-то более спокойного и бесхитростного, кто будет подходить ему лучше.

— Что? — потрясённо переспросила Шарлен, как только поняла, что ей сообщили. Её мозг, привыкший всё анализировать, пропустил мимо оскорбительное «перевоспитаем тебя» и «ему нужнее», сконцентрировавшись на фактах. — Разве Лилуа-лар не ваш единственный сын?

— Кто тебе такую ерунду сказал? — в свою очередь удивился собеседник и гордо продолжил: — Лилуа-лар единственный, кто носит мою фамилию, потому что его мать настояла на официальных документах. Всё-таки некоторые женщины очень сентиментальны в этом плане… Хотят всё по классике: ухаживания, статус нелиты, затем невесты и только потом жены, с обязательной регистрацией документов в общей базе. Но у меня множество сыновей от разных женщин, так что нет. Лар — не единственный.

— Множество?!

Девушка возмущённо тряхнула короткой клубничной шевелюрой, подумав о сотнях октропотроидов на корабле. Они все его сыновья?! Это ж сколько у него любовниц? И где они все? Неужели под замками в рабстве?!

Уи-лын-крыз внезапно запрокинул голову и рассмеялся.

— Нет, разумеется, их не настолько много, как ты подумала. Шарль, у тебя такая выразительная мимика! На корабле в основном мои сородичи, которые на меня работают. У меня всего одиннадцать сыновей, и семь из них помогают с «Траск Консалтинг». Ещё четверо родились недавно и сейчас живут с матерями на Ореон-3. Одна женщина находится на сносях.

«Шварх… Не только влезла в чужую серверную, но ещё и оскорбить успела… Надо срочно всё исправлять и косить под эльтонийку…»

— Простите, — пробормотала Шарлен, чувствуя, как от волнения лицо обдаёт то жаром, то холодом. — Я подумала… ну, просто в наше время редко кто заводит больше троих детей… Одна женщина не смогла бы столько родить… даже две… И я не знала, что у октопотроидов полигамия, как у ларков… этого нигде не пишут.

Настроение Уи-лын-крыза стремительно изменилось, он перестал смеяться.

— Не сравнивай нашу замечательную расу с этими неотёсанными дикарями! — Он поморщился так, будто вступил в дифрен. — У октопотроидов нет беспорядочных половых связей, все живут парами и полноценными ячейками общества! Любая окта прекрасно понимает, насколько важные вещи я делаю для нашего народа, а потому рада подарить мне ребёнка!

Шарлен сглотнула вязкую слюну. Внутри её головы царила настоящая паника, мозг отказывался думать и бояться одновременно. К счастью, Уи-лын-крыз не выглядел рассерженным, а потому девушка рискнула спросить то, ради чего пробралась в серверную.

— Важные вещи — это прослушка кораблей Федерации?

— Что? — На несколько секунд собеседник подвис, а затем вдруг снова расхохотался. — Нет, это всего лишь инструмент. Немаловажный, конечно, но именно способ достижения желаемого, а не цель. К тому же самого червя мои ребята написали лишь недавно. До тех пор мы использовали «Сонары» с другой целью.

— С какой?

Вопрос слетел с губ раньше, чем Шарлен задумалась, кого допрашивает. Но Уи-лын-крыз прицыкнул языком и вновь широко оскалился.

— А тебе палец в рот не клади! Всё выяснить пытаешься.

Он прошёл к шкафу с серверами и принялся последовательно отключать каждый диск, который просматривала девушка до сих пор. Послышались характерные щелчки тумблеров. Ленни судорожно перебирала в голове варианты, что бы такое сказать, чтобы ей поверили. Она нутром чуяла, что информация о прошлом и планах октопотроидов очень ценна и она обязана её выяснить. Мысли закрутились, как шестерёнки в часовом механизме.

— Я, э-м-м-м…. Вы сказали, что я буду помогать Брону. Я хотела бы знать, в чём именно понадобится моя помощь. Это поддерживать и обновлять прошивки радаров, да?

— Придёт время — узнаешь.

Щёлк. Щёлк.

Замирая от собственной наглости, Ленни облизала пересохшие губы и попыталась снова разговорить владельца «Траск Консалтинг»:

— Вы сказали, что и так управляете всей Федерацией… Вы собираете компромат на первых лиц Объединённых Миров? И шантажируете их? Я хакер и очень хорошо умею добывать информацию.

— Ты слишком любопытна.

На этот раз ответ прозвучал с изрядной долей раздражения. Он не собирался отвечать на её вопросы. От волнения Ленни побарабанила пальцами по губам. Это только в дешёвых фильмах бывает, что злодей раскрывает все свои карты перед жертвой.

Щёлк.

Мужчина наклонился, чтобы выключить последний сервер, а Шарлен с неожиданно нахлынувшей сосущей остротой почувствовала, что её время заканчивается. Как только он вернёт технику в прежнее состояние и выпроводит её из серверной, она не узнает ничего! Это если её ещё не посадят под замок и не лишат ноутбука, ведь в таком случае она не сможет связаться с Марком, а если ко всему корабль переместится в пространстве… Надо что-то срочно придумать!

Как назло, именно в этот момент завибрировал её коммуникатор. Ленни машинально ткнула в экран, и впервые в жизни вместо письменного сообщения Лилуа-лар вдруг решил записать аудио.

— Дорогая, я соскучился. Жду уже четверть часа, а тебя всё нет и нет. Если хочешь, я поднимусь за тобой в каюту.

Этого только не хватало! Сейчас, когда Уи-лын-крыз обозначил на неё свои планы, это сообщение должно разозлить его… Шарлен выключила запись и с опаской подняла взгляд на октопотроида. Она ожидала гнева, но вместо этого на лице мужчины отразилась лишь тень печали.

— Бедный Лар, — произнёс он со вздохом. — Придётся искать ему другую жену.

Щёлк.

С последним выключением сервера что-то щёлкнуло и в голове Ленни. «Если он нашёл меня здесь исключительно из-за подозрений Брона, а не из-за того, что октопотроиды вычислили, что мне удалось связаться с Космофлотом, то шанс есть…»

Представив на секунду, что будет, если Марк её не найдёт, Шарлен умудрилась уговорить организм на вполне натуральные слёзы.

— Ой, нет, пожалуйста, не надо! Я так люблю Лилуа-лара! Он потрясающий… такой внимательный и заботливый! А какой чудесный голос… Прошу, не разлучайте нас!

Убедившись, что она не переигрывает, Ленни подумала о том, что корабль октопотроидов может поменять космолокацию, а с момента обнаружения в серверной доступ к электронике ей точно перекроют. Всхлип вырвался из груди сам собой.

— Я очень хочу, чтобы именно Лар стал моим мужем! Он же тоже меня любит… я не хочу, чтобы он страдал. Пожалуйста, расскажите, что я должна сделать? Я всё сделаю! Не сомневайтесь во мне! Дайте шанс!

Видимо, ей удалось сказать что-то такое, что заставило октопотроида покачать головой и передумать. С громким выдохом он произнёс:

— Дело не в том, что я сомневаюсь в тебе, девочка. Просто пойми, так будет лучше…

«Очевидно, про Марка они не знают», — пронеслось в голове.

— Для кого?! Зачем вы нас хотите разлучить? — настаивала Шарлен, осмелев. — Объясните всё толком. Я пойму и приму, если другого выхода действительно нет! Дело в деньгах, да? Я могу написать что-то похожее на «Сонары Росси», и вы хорошо заработаете. Я действительно отличный программист!

Уи-лын-крыз бросил взгляд на её зареванное лицо — она очень надеялась, что глаза достаточно покраснели, а нос распух — и неожиданно подвинул к себе единственный в серверной стул и сел на него.

— Дорогая Шарль, дело совсем не в деньгах. Я уже добрую сотню лет занимаюсь сбытом диатория, у меня всё поставлено на поток. Поверь, стоимость «Сонаров Росси» не составляет и десяти процентов от моего ежегодного оборота. Мои трудолюбивые рыбки старательно развозят диаторий по всем Мирам Федерации, а с тех пор, как я приобрёл код этого юнца, я получаю даже сверхприбыль. Раньше мне приходилось взрывать истребители и всегда держать напичканный взрывчаткой клон флагмана где-то поблизости, чтобы, если информация просочится в Системную Полицию, нас не могли засечь.

На вопросительный взгляд Ленни мужчина добавил:

— Ленивые задницы из Федерации, которых присылают разбираться, обычно делают пометку о космокатастрофе и закрывают дело. Это очень удобно.

Когда речь заходила о технологиях, Шарлен соображала очень быстро.

— «Сонары» — это в первую очередь драйвера для радаров, — произнесла она медленно. — Вы хотели, чтобы ваших истребителей не было видно на звёздных картах Космофлота и Системных Полиций Миров.

— Всё верно. — Уи-лын-крыз кивнул. — На заре своей молодости я занимался организацией гонок на флаерах и букмекерством. Мне казалось, что это прибыльный бизнес. Однако публика имеет хорошее чутьё, а участники заездов, как выяснилось, те ещё жуки, которые могут специально полететь медленнее, если посчитают, что им повезёт.

Шарлен замерла, затаив дыхание. Октопотроид прикрыл веки и запрокинул голову, вспоминая прошлое.

— Однажды ко мне пришёл гонщик из тройки лидеров со словами, что ему не хватает кредитов и якобы я беру слишком высокий процент за услуги и должен ему. Вначале я думал выгнать наглеца взашей, но в этот же день мне позвонили родственники первой жены с другого конца галактики и попросили срочно прислать им диаторий. Ты знаешь, что это такое?

— Наркотик, — пробормотала хакерша. — Он запрещён к распространению на территории Федерации, как сильнейшее психотропное вещество, вызывает быстрое привыкание. Если его употреблять несколько месяцев, то оно влечёт деградацию и смерть головного мозга.

— Это официальная версия двуличных ублюдков, именующих себя светилами медицины! — зло выкрикнул Уи-лын-крыз, резко распахнув глаза и уставившись на Шарлен так, что она вновь от страха почувствовала позвоночником свой желудок. Несколько секунд на бледно-сером лице была написана ярость, и лишь спустя неполную минуту мужчина передёрнул плечами и вновь продолжил:

— В клиниках Федерации при лечении тяжело больных используется болеутоляющее — диатроксин. Моей любимой отрезало щупальце в катастрофе, и срочно требовалось обезболивающее! Геновеффу держали в искусственной коме до того момента, как пилот привёз диаторий — настолько сильные боли она испытывала! Нервная система отказывала…

— Вы хотите сказать, что диатроксин и диаторий — одно и то же?

— А ты быстро соображаешь. — Собеседник удовлетворённо кивнул. — Миттары внаглую монополизировали рынок, задрали ценник до неведомых высот и производят обезболивающее из перетёртых в песок кораллов. На Ореоне тоже растут эти кораллы, но Федерация объявила наш продукт вне закона!

Шарлен потрясённо смотрела на октопотроида. Она не очень-то разбиралась в медицинских препаратах, но благодаря тому, что детство провела на Миттарии, время от времени поверхностно интересовалась этой сферой. Диатроксин и диаторий просто не могли быть одним и тем же веществом! Хотя бы потому, что после употребления диатория гуманоиды умирают, а после диатроксина — встают на ноги и продолжали жить счастливой жизнью. Да если процент смертоносности был бы выше естественного фона, то его бы давно запретили.

— Возможно, кораллы всё-таки разные? — робко возразила она. — Или дело ещё в степени очистки? Ведь не зря эти препараты называются по-разному.

Уи-лын-крыз издал громкий звук, нечто среднее между смешком и прочисткой горла.

— Ты слишком мала и наивна, Шарль, поэтому готова верить обманщикам! Эти алчные и циничные пихряки хотят денег! Вот и всё! Да, после лечения на курсе диатория бывает, что пациент умирает, но белые халаты из Федерации замалчивают статистику о смертях от диатроксина! Мы лучше, чем эти псевдоучёные! Мы никогда не врём!

Октопотроид выпятил грудь и эмоционально ударил себя щупальцем в плечо. Кусочки белёсой слизи разлетелись по серверной, что-то попало на шкаф с серверами и стол, что-то на одежду Шарлен.

— Как бы там ни было, я организовал сеть доставки диатория по всей Федерации и даже цену за него назначил ниже, чем за диатроксин! Я создал честный рынок препарата, и теперь любые гуманоиды, нуждающиеся в болеутоляющем, могут запросто купить его в своей системе! — воодушевлённо вернулся к старой теме октопотроид. — Я положил большую часть жизни на то, чтобы диаторий был доступен каждому! Создал рабочие места для мужчин, которые могут теперь работать пилотами; помогал тем, кто мучился от болей… и что получил в итоге? Чёрную неблагодарность со стороны Федерации! В последние годы эти ублюдки из Полиции и Космофлота сговорились, стали активнее досматривать корабли, перехватывать истребители на выходе из туннелей и рукавов! Мои мальчики, мои золотые трудолюбивые рыбки, стали всё чаще и чаще попадать в их сети! Диаторий отбирали и конфисковывали, потому что он якобы запрещён и опасен. А ведь я знаю, что они просто отбирают наш диаторий, называют диатроксином и поставляют в клиники! Жалкие воры и неудачники! Вот кто вся эта кучка гуманоидов, возомнившая себя богами!

Шарлен молча стояла и смотрела на Уи-лын-крыза, не зная, что ответить. Охота на октопотроидов, чтобы изъять наркотик и перепродать клиникам в качестве лекарства?! Что за ересь?.. Это же какая больная фантазия должна быть, чтобы такое выдумать… Это же как надо верить в то, что все Миры вращаются исключительно вокруг октопотроидов?.. Даже если на какой-то миг допустить, что это действительно одно и то же вещество, любую конфискацию, прежде чем передавать в больницы, нужно проверить до последнего грамма, затем из ниоткуда создать официальные документы, указать планету и фирму-производитель, прикрепить чеки о денежных переводах… И все эти проблемы лягут на плечи клиник, которые решат приобрести обезболивающее. Да проще, дешевле и надёжнее будет обратиться к аппарату Управления Миттарией и честно выкупить партию чистого лекарства!

— Я начал терпеть убытки, — тем временем продолжил собеседник. — В итоге я нашёл как решить и эту проблему, приобретя «Сонары Росси». С их помощью мои корабли стали кораблями-невидимками для всего этого сброда.

Шарлен задумчиво кивнула и, глядя, как оскалился Уи-лын-крыз, спохватилась:

— Логичное и умное решение. Но я не понимаю, зачем мне выходить замуж за Брона, если вы хотите, чтобы я поддерживала прошивку радаров космических кораблей…

Октопотроид посмотрел на неё, как ей показалось, снисходительно.

— Не волнуйся, милая Шарль. Ты выйдешь замуж за Брона и, думаю, сумеешь родить ему двух или трёх сыновей. Твоя жизнь наполнится смыслом. Он у меня, кстати, уже вдовец. Я всё это рассказал тебе, чтобы ты поняла, что кредиты меня не волнуют. Да, у меня был период, когда с ними были проблемы, но он прошёл. Доставка диатория, как и подслушивающий червь в «Сонарах Росси», как я уже говорил, всего лишь инструменты для достижения цели. Моя Миссия состоит в другом.

— В чём же?!

— Улучшить жизнь миллионов гуманоидов, которых Федерация изгоняет со своей территории, считая недостойными. Таких же, как мы. Таких же, как ты. Я нахожу брошенных смесков и даю им смысл жизни. Мужчины, как правило, с рептилоидными корнями, помогают мне в торговле диаторием. А женщины становятся прекрасными жёнами для октопотроидов. Я — мессия, посланный Вселенной для этих обделённых. Более того, недавно я понял, что диаторий может быть не только благом, но и оружием против тех, кто нас угнетает. Мы поставляем диаторий всем Мирам, и он очищает Вселенную от грязных и жадных подонков.

Шарлен сцепила кулаки за спиной, чтобы не сказать, что сейчас готова отдать всё что угодно, лишь бы только оказаться в другой галактике от этого чокнутого фанатика. Да, она была смеской, и к ней на Эльтоне относились не то чтобы хорошо, но уж точно не заставляли силой выходить за кого-то замуж и рожать детей. В устах Уи-лын-крыза всё сказанное звучало настолько дико, что она отчаянно сопротивлялась желанию ущипнуть себя. А вдруг это просто кошмар?

— Я вижу, что ты не веришь, — со вздохом произнёс Уи-лын-крыз, потянулся к коммуникатору и внезапно материализовал целую ленту голограмм в небольшом помещении серверной. — Посмотри, как они счастливы!

Перед глазами пронеслись десятки голограмм женщин с детьми. Совершенно разных, довольных и не очень, уставших и радостных, все с детьми разного возраста… Картинки мелькали перед глазами со стремительной скоростью. Всматриваясь, Шарлен неожиданно почувствовала, что ответ на её многочисленные вопросы находится прямо перед ней. Голубокожая девушка качает люльку, другая, больше похожая на человека, но с жабрами, поёт песни, третья один в один эльтонийка, но с сапфировыми волосами и кисточкой.

«Мы очень любим девушек с жабрами, а уж тем более полумиттарок-полуэльтониек. Я искренне считаю, что это самые невероятные и красивые женщины во всей Вселенной и лучшие жёны…»

«Миттарские гены проявлены лишь в экстерьере. Не интересна».

«Я нахожу брошенных смесков и даю им смысл жизни».

«Ничего, что привязка уже с Лилуа-ларом пошла…»

— Вы похищаете бракованных детей эльтониек с явными признаками миттарских генов, — пробормотала Шарлен, услышав, как бьётся собственное сердце о грудную клетку.

— Не похищаю, а выкупаю. — Уи-лын-крыз торжественно поднял щупальце высоко вверх. — И предлагаю им замечательную жизнь! Причём, заметь, эльтонийки сами продают своих детей на чёрном рынке, а иногда и вовсе выкидывают в шлюпках в открытый космос. Я их спасаю!

— Они не выкидывают их, а отсылают детей отцам! Меня тоже так отсылали отцу на Миттарию, но это была договорённость. Индивидуальные шлюпки и капсулы для новорождённых безопасны.

— Что улетело, то пропало.

— Так вот зачем вам нужен был червь в радарах, — осенило Ленни. — Чтобы ещё и слушать, куда отправляют детей! И подхватывать капсулы с новорожденными!

Уи-лын-крыз пожал плечами, ничуть не отрицая того, что он делает. Он достал из складок одежды продолговатый предмет — мерцающую колбу с жидкостью и чем-то вытянутым внутри — и любовно её погладил.

— Это моя Миссия. Геновеффа бы одобрила. Она мечтала о красивой девочке… Теперь я спасаю смесков. Собственные матери избавляются от этих крошек, а я даю им новую жизнь. Не понимаю, чем ты недовольна.

Шарлен пыталась сформулировать, но впервые в жизни не знала, что сказать и как возразить. Её ужасал размах, с каким октопотроиды воспользовались и паразитировали на проблемах эльтониек. Сердце билось о рёбра с такой силой, что дышать было больно, а лёгкие жгло калёным железом. Да, от неё самой отказались и мать, и отец, и в итоге она жила с Эриком наиболее осознанные годы… но Эрик всегда был к ней добр и никогда бы в жизни не воспользовался её слабостью… Нестабильные туннели! Да если у неё когда-нибудь будет шанс извиниться перед ним, она точно будет вымаливать прощение на коленях. Всё это время он ограждал её от вот таких вот психопатов, делился всем, что имел, доверял, шутил, проводил с ней время… Как же она была неправа, когда закатила ему истерику! Как же она была неправа, когда влезала в его личную жизнь… Как же она была неправа…

— На ваших голограммах почти все с миттарской кровью, — внезапно произнесла Ленни, облизав губы от волнения. — Вы пользуетесь тем, что полумиттарки-полуэльтонийки доверяют тем, кто их учит плавать. Вы целенаправленно подчиняете и привязываете их к своим мужчинам, не давая выбора! Вы ломаете их…

— Я дарю им жизнь, разве это не выбор?! Ты меня разочаровываешь, Шарль! Уж кто-кто, а ты должна была понять…

Уи-лын-крыз повысил голос и явно начинал злиться, но хакерша уже завелась и не могла остановиться. Слишком близко она воспринимала проблемы смесков, ведь она сама была именно такой.

— Если вы считаете, что таким образом оказываете услугу тем, кого забираете к себе, то почему же здесь нет полуэльтониек с признаками крови других рас?!

— Это природа так решила. Сама Вселенная пошла нам навстречу, благословляя! И мы, и миттары — суть полуводные расы. Это перст Судьбы!

— А по-моему, у вас просто не получилось сломать других женщин!

— Что ты хочешь услышать, Шарль?! — наконец взорвался октопотроид. — Эльтонийки сами выбрасывают своих детей как ненужный мусор! Мы же тщательно пересматриваем этот хлам и отбираем лучших из лучших. Не все заслуживают спасения! Полуэльтонийки с человеческими корнями слабы и не могут пережить даже беременность от октопотроидов. С ларкскими корнями — терпеть не могут наш запах, постоянно ноют и требуют к себе королевского отношения. А при родах у них стопроцентная смертность. Они вообще не переносят диаторий. Полуэльтонийки-полупиксиянки с нами несовместимы. У них шесть рук, у нас множество щупалец… Там что-то генетическое.

Шарлен потрясённо слушала речь октопотроида. Вдруг вспомнились вполне гуманоидные руки Лилуа-лара с редуцированными присосками… Захотелось взвыть.

«К сожалению, она умерла при родах…»

«Он у меня, кстати, уже вдовец»

«Она мечтала о красивой девочке…»

Выписки из клиник в одной из папок на сервере предстали совершенно в другом свете.

Коммуникатор Уи-лын-крыза вдруг налился зелёным светом, показывая, что октопотроида кто-то вызывает. Мужчина придержал щупальцем колбу, которую гладил до сих пор, и небрежно провел по экрану, активируя связь. Одновременно другой конечностью он дотронулся до левого уха, куда был имплантирован передатчик.

— Как застрял?! Этого не должно было произойти… дайте ей диаторий! Плевать!

Октопотроид явно разнервничался и поёрзал в кресле, слушая собеседника.

— Ну так дайте вторую инъекцию! Почему я должен учить вас вашей работе?! — вдруг громко зарычал он. — Моя женщина страдает, я не хочу этого слышать! Позаботьтесь о ней и позвоните, когда она родит!

Когда Уи-лын-крыз завершил аудиозвонок, он вновь достал загадочную колбу.

— Да, Геновеффа бы одобрила, — произнёс он, лаская стекло.

В запаянной пробирке плавало длинное тонкое щупальце.