Прокурор с Эльтона

Бонус. Год спустя

Эрик Вейсс

За какой-то год мне удалось поменять основу законодательной базы Эльтона и заложить фундамент для того, чтобы на планете начались изменения общего мышления в лучшую сторону. Чтобы мужчины перестали бояться посещать планету, чтобы женщинам, родившим девочек-смесков, не отказывали в работе и лицензиях, не ущемляли права. С приютами для мальчиков, имеющих эльтонийские корни, пока что было значительно сложнее — всё-таки сложно за такой короткий период искоренить столетиями сложившиеся устои и менталитет. Но и здесь наметились небольшие подвижки. Благодаря новым законам о налоговых каникулах для молодых матерей, удлинённом декретном отпуске за счёт Аппарата Управления и дополнительных вычетах на обучение мальчиков, приток детей в приюты уменьшился, и даже наметилась хорошая тенденция к усыновлениям.

Добившись того, о чём мечтал всё детство, я выдохнул и сосредоточился на нормировании графика. Работа съедала колоссальное количество времени, и ещё львиная доля уходила на то, чтобы мотаться на Тур-Рин и обратно. Лиз оказалась таким же шварховым трудоголиком, как и я, не желая вылезать из «Элотары Плаза» и набирая всё больше и больше интересных и нестандартных дел для «Вейсс Юро-Щит». Только если я за много лет успел как насладиться, так и пресытиться руководством компании, жена явно была на стадии получения наркотического восторга от того, что делала, и оторвать её от работы можно было лишь настойчивыми поцелуями и ласками. Хотя порой не действовала даже самая тяжёлая артиллерия… Это одновременно и злило, и радовало.

Когда в её хорошенькую головку приходили очередные сумасшедшие идеи, глаза цвета тропического океана омывали безграничным теплом, а в искреннюю улыбку хотелось завернуться как в шерстяной шарф. Смех Лиз, той самой скромницы Лиз, которую я знал ещё на М-14, звонкими перламутровыми жемчужинками рассыпался по помещению и заряжал энергией. Когда же Элиза ругалась и отстаивала свою точку зрения, она превращалась в бесстрашную и немного жёсткую бестию Алессу, которая нравилась мне ничуть не меньше, а уж в плане физиологии всегда действовала как концентрированный афродизиак. Затащить её в постель в таком состоянии становилось для меня внезапно сверхнавязчивой идеей фикс, глубинным инстинктом хищника — во-первых, потому что невозможно было равнодушно смотреть на то, как краснеют её щеки, как лихорадочно блестят темнеющие глаза, как трепещут ноздри, и не слышать аромата спелой ежевики. Во-вторых, потому что наутро после бессонной ночи с ней легче всего было договориться.

Последний раз мы с ней повздорили из-за того, что я случайно нашёл у неё средства предохранения. Не знаю почему, но это меня взбесило, и повёл я себя не очень адекватно. Почему-то вдруг подумалось, что она не хочет детей именно от меня. Не то чтобы мы обсуждали этот вопрос, но в тот вечер мы знатно поругались… потом, конечно же, помирились, и я добился, чтобы она выкинула упаковку с контрацептивами. В итоге Алесса-Элиза согласилась, что сто семь лет — зрелый возраст для создания семьи, вот только специально «работать» над ней она не собиралась, ибо у неё были распланированы ещё несколько крупных судебных процессов на год вперёд. И, разумеется, моим коварным планом стал поиск возможности провести с супругой как можно больше времени только вдвоём. Пазл сложился в общую картинку в ту секунду, когда мне на коммуникатор пришёл вызов от Межгалактического Банка. Менеджер вежливо поздоровался со мной как с ВИП-клиентом и сообщил то, ради чего звонил:

— Уважаемый Эрик Вейсс, мы провели анализ по вашим счетам и обнаружили, что вы давно не пользовались счётом под названием «На мечту». Он был опустошён пятнадцать месяцев назад вашей первой женой… — Раздался звук клацающей клавиатуры, сотрудник банка кашлянул и растерянно протянул: — Прошу прощения, у меня в системе, видимо, какой-то сбой… Почему-то здесь указано, что ваша вторая жена — та же персона…

— Всё верно, это не сбой. Так зачем вы звоните? Простите, но я очень занят. — Я раздражённо потянулся к кнопке выключения звонка, ожидая, что меня сейчас начнут спамить нелепыми предложениями, но менеджер удивил:

— Я хочу сказать, что счёт абсолютно пустой, на нём нет кредитов, но при этом с вас списывается оплата его обслуживание. Не хотите его закрыть, чтобы не тратить деньги впустую?

Я настолько удивился нетривиальному предложению со стороны Межгалактического Банка, что чуть было не согласился, как вдруг вспомнил, что до всей этой эпопеи хотел купить собственную планету… Мысли в голове вспыхивали друг за дружкой с той же скоростью, с которой трещит двигатель корабля при форсированном выходе с орбиты.

— Нет, счет закрывать не надо. Сейчас переведу на него онлайн деньги с другого… спасибо, что напомнили. На днях к счёту будет обращение от моего риелтора для покупки планеты. Прошу одобрить сделку без проволочек.

— Планеты? — голос на том конце связи сразу стал профессионально-заинтересованным. — Позвольте проинформировать, у нас есть выгодные кредитные предложения… Мы даже можем оказать услуги по поиску и подбору желаемого небесного тела по заранее выбранным параметрам.

Я не удержался от улыбки. Вот теперь узнаю Межгалактический Банк. Своей выгоды не упустят.

— Спасибо, ничего не надо. Я уже определился и с планетой, и с риелтором.

С нетерпением завершил разговор и дал по старой памяти соответствующие указания Бену. До сих пор мысль о приобретении Хёклу не приходила мне даже в голову, но звонок из банка стал тем самым триггером, который заставил задуматься: «А почему бы и нет?». Хёклу близко расположена от основных космических трасс, на неё удобно добираться с Танорга, Тур-Рина, Эльтона и Иона, у планеты идеальная гравитация и состав атмосферы, есть питьевая вода, и нет хищников — желточницы не в счёт. Чем больше я думал о Хёклу, тем сильнее понимал, что это именно то, что мне надо. Отсутствие собственных материалов — таких, как деревья или камни, — тоже не проблема с учётом того, что территорию не придётся зачищать от флоры или фауны. Привезу на транспортниках за пару раз. Выберу место у реки, где кристаллы наименее крупные, и сровняю местность бульдозерами. На финансовые траты на купол ради удержания кислорода я и так рассчитывал, а тут даже проще получится — нужны лишь затемняющие панели… Да и если на планете уже растут кустарники, мох и небольшие деревца, надо просто расчистить место для них от кристаллов, и можно будет сделать что-то вроде парка. А где есть растительность, там приживутся и мелкие животные вроде сусликов, надо будет проконсультироваться с зоологами. Наверняка можно будет подобрать сорт рыбы, которая приживётся в местных минерализованных реках. А если даже и нет — не беда. Выстрою спецплощадку в паре километров от земли с пневмолифтом, чтобы туда могли садиться курьеры-беспилотники. Танорг рядом, а значит, любую вещь можно будет заказать и получить в короткие сроки. Конечно, всё требует существенных вложений, но в итоге должно окупиться за счёт дешевизны самой Хёклу и её поистине удобной космолокации. Кому нужна планета, куда не добивает ни одна инфосеть? Пожалуй, только таким параноикам, как я и Алесса-Элиза, которые хотят иметь возможность уединяться и иметь свой надёжный в плане информационных утечек дом. Никакой случайной прессы, а все попытки даже самых въедливых журналистов заранее обречены на провал. Это будет исключительно наше с ней место. Уютное гнездо, в котором всегда можно будет провести время только вдвоём.

Оформить Хёклу в личную собственность обошлось мне в копейки. В тот же день я нанял бригаду географов, которые должны были облететь всю планету по низким орбитам и заснять местность, чтобы сделать удобную виртуальную 3D-карту моей покупки. Я мысленно посмеивался, думая о том, как изумлённо вытянется лицо Лиз, когда я ей расскажу, что приобрёл Хёклу. В конце концов, именно благодаря дням, проведённым на планете кристаллов, мы сблизились. Было в этом что-то романтическое. Да и при всём желании нас никто не сможет отвлечь от процесса создания семьи, даже если очень захочет… не будет внезапных клиентов, срочных дел, вопросов, коллег, подчинённых, студентов из Академии… По крайней мере, выходные станут по-настоящему только нашими.

Пока я занимался поиском необходимых специалистов, одновременно совмещая сюрприз для жены с обязанностями государственного обвинителя, со мной внезапно связалась нанятая бригада географов. Они прислали многочисленные цифровые 2D и 3D снимки ландшафта, приложили файлы с особенностями планеты и внезапно сообщили, что нашли аборигена, который, судя по всему, уже давно обжил один из участков суши. Согласно записям, он профессионально спрятался, построил жильё из гигантского кристалла, слив воду и вырезав в нём подобие двери. А из соседнего массивного мёртвого кристалла он явно сделал гараж для крупного транспорта. А ещё от его жилья расходятся вытоптанные и присыпанные песком «дорожки», которые хорошо видны с высоты птичьего полёта, и чёткая схема трубопровода. Благодаря специальной исследовательской технике и многократному оптическому приближению, нанятые географы сообщили, что гуманоид явно из разумных, но живёт на Хёклу уже давно. Бригада уточнила, что делать с незваным гостем: звать ли им силы Системной Полиции, под юрисдикцию которой теперь попадала моя планета, или же я разберусь сам. Разумеется, я выбрал второе. В один миг собрался, сел в новенький истребитель и рванул по тем координатам, которые мне скинула рабочая группа.

Пока летел, меня мучило нескончаемое любопытство. Кто же такой хитрый или глупый решил обосноваться на Хёклу? Да ещё и живёт дикарём, как мы с Алессой-Элизой? Может, гуманоид на самом деле потерпел крушение и теперь не может выбраться из природной ловушки, искажающей все сигналы? Или же это браконьер?..

Все вопросы отпали сами собой, когда я постучался в рукотворную дверь гигантского кристалла, а её отворил заросший, сильно исхудавший и испуганный бывший клиент — Камиль Росси.

— Вы здесь?! Всё кончено? — только и вымолвил потрясённый таноржец, а затем разревелся как ребёнок, оплакивая горючими слезами то, что подписал «Сонары» на продажу.

Оказывается, Камиль всё понял чуть раньше, чем Уи-лын-крыз захватил Шарлен. Он заметил, что в его код добавили червя, состыковал в своём мозгу всю картину, то, сколько военных и гражданских кораблей уже оснащено его программным обеспечением, и пришёл в тихий ужас от содеянного. Таноржец долго думал, что делать, но так и не смог придумать ничего лучше, чем сымитировать собственную смерть на Хёклу, ведь если нет разработчика, то, возможно, и саму программу будет некому обслуживать. Конечно, он не учёл того, что «Траск консалтинг» может найти другого гения, как и не воспринял всерьёз то, что кто-то действительно сможет засадить Уи-лын-крыза в тюрьму. Все эти месяцы Камиль жил на планете кристаллов, мучаясь угрызениями совести и не зная, что никакого вторжения октопотроидов, да и просто войны между Космофлотом и Союзом так и не началось. Всё удалось закончить мирным путём.

Камиль разревелся, как юная барышня, и перепачкал мне соплями половину салона, пока мы летели на Танорг. Несколько часов он клятвенно уверял, что больше никогда и ни за что не возьмётся работать на кого-то вне родной планеты… но стоило мне предложить ему место архитектора баз данных в «Вейсс Юро-Щит» — таноржец согласился, не раздумывая.