Прокурор с Эльтона

Глава 23. Бывший

Алесса Мариар

Губы жгло от спонтанного поцелуя. Она самой себе не могла объяснить, почему это сделала. Вышла из «Орла», почти спустилась за металлическую гравиплатформу, а затем Эрик её окрикнул… Она смотрела на его рельефную, нетипичную для сидячей профессии фигуру в проёме дверного шлюза, на высокие скулы, прямой нос, отросшую колючую щетину и чётко очерченные губы. Всё случилось само собой. Как под гипнозом. Внутренний голос прошептал, что это может быть их последний поцелуй. Она поднялась на цыпочки и вложила в прикосновение всю свою любовь к этому мужчине. Всё обожание, страсть и отчаянное желание быть рядом. Иррациональную обиду на то, что он меняет женщин как расходный материал. Неверие, что даже если их брак станет настоящим, она ему не наскучит за неделю или две. И снова безграничную любовь… Она сама испугалась того, что почувствовала, резко отстранилась и заглянула в изумлённые фиалковые глаза невозможного адвоката.

— Хорошего вам путешествия, офицер, — поспешно пробормотала и тут же бросилась вниз по трапу, мысленно себя костеря на все лады.

Дура, какая же она дура! Вначале сказала, что у неё есть кто-то другой, теперь позволила себе такую слабость… наверное, Эрик думает о ней как о последней эльтонийке. Щёки горели от стыда, а в голове, как назло, вспыхнул вопрос, на который она так и не дала ответа.

«А почему ты решила податься в юриспруденцию? У тебя получались чертовски вкусные торты и супы… Тогда почему ты стала прокурором?»

Она так и не ответила Эрику тогда, на Хёклу, отмолчавшись. Но правда лежала на поверхности: как бы она ни пыталась отстраниться от него все годы, проведённые у октопотроидов, полумиттарка-полуэльтонийка подсознательно постоянно возвращалась к одному хвостатому красавчику. Если быть честной с самой собой, то Алесса-Элиза приняла решение учиться на юриста, чтобы быть хоть на атом ближе к мужчине, которого так и не смогла вычеркнуть из своего сердца.

На крошечном планетоиде НРК-1764 прокурор Мариар первым делом направилась в магазинчик при заправочной станции. У неё при себе имелась сумочка, а следовательно, и чип-карты с кредитами. Она, прищурившись, оглядела себя в зеркальном отражении на входе и решила, что ей нужна новая обувь, женская одежда и сиреневые линзы. Набрав нужные вещи, Алесса уточнила на кассе, возможно ли принять экспресс-душ без полноценной оплаты комнаты. Всё-таки после внесения залога за мужа собственных денег у неё оставалось не так много, и тратить их свыше необходимого она не хотела.

Кассир выразительно сморщил нос, окинув девушку презрительным взглядом, но покупки пробил и даже ответил на вопросы. Правда, не без ехидства добавил, что услуги по выведению вшей станция не предлагает, за этим надо обращаться туда, где берут животных на передержку. Алесса лишь фыркнула в ответ, поймав себя на том, что ещё каких-то пятьдесят лет назад она безумно нервничала и расстраивалась, когда с ней обращались как с поломойкой-неудачницей. Такие комментарии могли испортить ей настроение на целую неделю, а сейчас… нет, они просто вызывают веселье. Она неплохой прокурор, пускай и с проблемами в данный период жизни, но она точно знает, что выкарабкается, приведёт себя в порядок, найдёт работу и вновь будет хорошо зарабатывать. То, как она выглядит сейчас — недоразумение, а вот реакция на её внешний вид кассира лишь свидетельствует о том, что этот гуманоид сам по себе апатичная и ленивая личность, ведущая бесцельный образ жизни, не строящая планов и ничего не желающая.

На её удачу, прямо в соседнем зале располагались одноразовые кабины со встроенным тропическим и ионным душем, влажной сауной и даже солярием. Станция действительно оказалась весьма оснащённой и предлагала спектр услуг для водителей дальнобойных звездолётов на разный банковский счёт.

Алесса оплатила жетон на один приём душа и с наслаждением впервые за долгое время ополоснулась в нормальной воде без многочисленных примесей солей и минералов. Она рассудила, что должна выглядеть перед Уи-лын-крызом в меру приглядно. В те времена, когда она работала на октопотроида, он всегда говорил, что женщины должны выглядеть опрятно. «Они созданы, чтобы нести во Вселенную красоту и жизнь» — была его коронная фраза.

Лиз тщательно промыла волосы и на всякий случай дважды прошлась жёсткой губкой по телу — кто знает, не учует ли на ней кто-то из команды октопотроида запах Вейсса? На корабле вполне могут оказаться смески с ларкской кровью. А вот укладывать волосы или краситься она не стала — согласно легенде, да и, в общем-то, фактам, целую неделю она провела на необитаемой планете. Зачем вызывать лишние подозрения у октопотроидов?

К выбору одежды Лиз тоже подошла весьма вдумчиво. Те безразмерные штаны и куртка, которые на ней были, а также собственноручно сделанные Эриком из её туфель балетки, мозолили взгляд. Вид отломанных грубой силой каблуков вообще мог натолкнуть на мысль, что Вейсс проявил о ней заботу после приземления на Хёклу. Этого никак нельзя было допустить. Во-первых, Алесса не хотела показывать, что между ней и Эриком есть чувства. Во-вторых, это пойдёт вразрез с версией, по которой он умер ещё в истребителе.

Алесса надела строгую юбку-карандаш и блузу классического кроя, немного старомодного, зато она открывала шею. Перебирая в памяти детали, она вспомнила, что Уи-лын-крыз часто останавливал свой взгляд именно на её шее и горестно вздыхал, что у неё нет жабр. Конечно, жабры она не отрастила — с ними рождаются, — но демонстрация голой шеи у всех рас и народов — это что-то вроде выражения слабости и уязвимости. Именно такой Алесса хотела выглядеть для октопотроида. Слабой беззащитной женщиной.

Покупать косметику и приводить причёску в идеальный порядок прокурор тоже не стала — жалко было и времени, и денег. Совесть мучила и требовала поговорить с Уи-лын-крызом лично и как можно быстрее. Алесса-Элиза верила и Марку, и Эрику, но какая-то маленькая частичка подсознания шептала, что нельзя так жёстко обманывать того, кто взял её под крыло и фактически заменил отца. Девушка бросила взгляд на разряженный коммуникатор, вздохнула и попросила сделать звонок со станции. Единственный номер, который она помнила наизусть, принадлежал её бывшему — Джавиеру. Мужчина прилетел на планетоид НРК-1764 через час после звонка.

— Привет, — произнесла Алесса, садясь в гоночный катер А-класса. — Не ожидала, что ты прилетишь так быстро.

— Я же гонщик, детка. — Брюнет подмигнул и тут же сосредоточился на управлении, чтобы поднять звездолёт с парковочной платформы.

«Или всё-таки корабль Марка прослушивался, и ты знал, где я высадилась… Надеюсь, Эрик ничего не скажет во время полёта, иначе моя попытка связаться с Шарлен заранее обречена на провал».

Эльтонийка внимательно разглядывала своего водителя. Мужчина с тёмно-каштановыми волосами определённо был симпатичным, если не сказать смазливым, а вот по лицу можно было с уверенностью сказать, что он вобрал черты сразу нескольких рас. Крепкий широкий подбородок и шея, как у большинства ларков; чуть зауженные и опущенные уголки глаз — таноржские корни; узкий лоб, большой рост, общее строение мышц и тела — ближе к рептилоидному… и соблазнительно пухлые губы, какие встречаются лишь у захухрей.

Джавиер повернул голову, чтобы переключить тумблер подачи топлива, и в жёлтом свете кабины Алесса увидела тонкий шрам вдоль каёмки ушной раковины. Сколько ни силилась девушка вспомнить, какой формы были уши у Джавиера, когда они ещё встречались, она так и не смогла. Но, очевидно, он сделал операцию и отрезал всё, что могло выдать в нём ещё и гены расы пикси.

— Ты что меня так внимательно рассматриваешь? Соскучилась?

Мужчина выразительно поиграл бровями, но в его исполнении выглядело не столько привлекательно, сколько по-детски глупо. Не дожидаясь ответа, Джавиер выкрутил штурвал и, явно красуясь, резко переключил двигатель на максимальную скорость. Алессу неприятно вдавило в спинку сиденья, а её затылок ударился о жёсткий кожзаменитель подголовника. Она с лёгким раздражением подумала, что Эрик ведь тоже гонщик, но его полёты всегда отличались плавностью и комфортом для пассажиров, если, конечно, речь не шла об астероидах на пути и экстренной ситуации. Он никогда не пытался произвести на неё впечатление такими дешёвыми фокусами.

— Нет. — Она вздохнула, отворачиваясь от водителя. — Просто нужна была помощь. Попала в космокатастрофу недалеко от Танорга, чудом выжила. Доставишь меня к Уи-лын-крызу?

— Да, конечно, детка. Организую с ветерком. Я туда, в общем-то, и направлялся, когда получил твой входящий.

Алесса-Элиза внутренне поморщилась.

— Пожалуйста, не называй меня так.

— А как тогда называть? — искренне удивился Джавиер и даже на миг оторвался от управления истребителем.

— У меня есть имя. Алесса. Можно просто Лесс.

— Фи, как скучно, — бросил брюнет в ответ, скривившись.

Некоторое время они летели в полной тишине. Надрывно выли двигатели пересобранного катера, гудела вентиляция. В салоне пахло синтетическим освежителем воздуха с ароматом хвои. Прокурор потянулась к универсальному проводку зарядки в торпеде и подсоединила его к коммуникатору. Наручный браслет был настолько разряженным, что не зажегся даже дисплей, но диод сбоку мигнул зелёным. Алесса полностью расслабилась, прикрыла веки и мысленно выстраивала диалог с Уи-лын-крызом в тот момент, когда бывший вновь к ней обратился:

— Он тебя заставил, да?

Девушка распахнула глаза и изумлённо уставилась на водителя:

— Кто? Что заставил?

Водитель недовольно поджал губы и бросил на неё косой цепкий взгляд.

— Ты хочешь, чтобы я это проговорил вслух? Изволь. Я знаю, что Эрик Вейсс обманом и шантажом заставил тебя подписать документы о браке. Я недавно смотрел реестр Эльтона и был крайне удивлён, обнаружив, что ты замужем. Этот мужчина мне не понравился ещё в тот момент, когда ты пыталась привлечь его внимание в «Золотом веке» на Тур-Рине, потому что Уи-лын-крыз что-то там приказал тебе…

«Насколько, оказывается, Джавиер осведомлён о моей личной жизни…», — подумала девушка и ответила максимально аккуратно, обходя тему брака с эльтонийцем:

— Уи-лын-крыз меня действительно тогда попросил об услуге, и ты знаешь, что я не могла ему отказать. Я была обязана ему многим…

— Ага, а на вопрос, почему он вдруг обратился к тебе, как ты там ответила? «Он адвокат, ты — прокурор, вы одного поля ягоды»?! Почему ты не сказала мне, что вы знакомы? Почему Уи-лын-крыз считает, что этот Вейсс твой бывший? С какого шварха, Лесс?! Я знаю, что был у тебя первым! Я! А не какой-то там мутант с розовой кисточкой, которого в природе не должно существовать! — вдруг взорвался Джавиер.

Алесса-Элиза потрясённо молчала. Смесок начал работать на октопотроидов существенно позднее после той истории с М-14 и судом над Эриком Вейссом. Она никогда не делилась с ним своим прошлым, это было слишком личное, да и сам Джавиер, как ей тогда казалось, был обычным водителем…

— Или тебя стоит называть Элизой?! — тем временем продолжал распаляться гонщик. — Я всё знаю, что ты на самом деле не чистокровная эльтонийка… Ты мне врала!!!

Последнее слово, словно триггер, заставило девушку сбросить оцепенение. Она отрицательно покачала головой.

— Нет, не врала. На момент нашего знакомства я выглядела уже так, как выгляжу сейчас…

— Ты не сказала, что полукровка! Я думал, что ты чистокровная эльтонийка!

— А надо было?! — изумлённо переспросила Алесса.

— Конечно! Я считал, что ты бросила меня, потому что я для тебя слишком грязный, — рыкнул Джавиер, кинул разъярённый взгляд на пассажирку, после чего скорректировал маршрут в навигаторе.

— Нет, мы расстались, потому что я так решила. Это вообще не имеет отношения к тому, какая у меня или тебя кровь. К тому же не понимаю, почему ты поднял эту тему спустя столько лет… Не всё ли равно?

— Нет, не всё равно! Уи-лын-крыз всё это время тебя оберегал, твердил, как заведённый, что ты особенная… Он запретил мне к тебе приближаться, после того как ты меня отвергла! Сказал, что ты сама должна будешь выбрать, как придёт время…

Девушка слушала, затаив дыхание. Эта информация была для неё нова. Конечно, отношения между ней и октопотроидом всегда были хорошими, он щедро оплачивал её работу и дал рекомендацию на учёбу… но чтобы «особенная»?! Что за ерунда…

— Я лишь недавно узнал, что у тебя, оказывается, есть миттарские гены. — В её размышления вклинился озлобленный голос Джавиера. — Но ничего! Теперь, когда ты вдова этого прохвоста, я уверен, что Уи-лын-крыз отдаст тебя мне! Он уже обронил, что страшно разочарован твоим поступком…

Алесса-Элиза совершенно точно поинтересовалась бы своей судьбой, если бы по нервам не хлестнуло жёсткое и бескомпромиссное «ты вдова». На миг она даже подумала, что за то короткое время, пока она была на планетоиде, Эрика схватили и убили. Но почти сразу же себя одёрнула. «Нет, этого не может быть».

— Откуда ты знаешь, что я вдова? — перебила она рассуждения бывшего.

— Как откуда? — Мужчина осёкся, а в его взгляде вспыхнула досада. — Ты сказала, что попала в космокатастрофу. Так как ты вышла замуж недавно, очевидно, что ты летела в свадебное путешествие вместе с этим мутантом…

— Он не мутант, — не выдержала девушка.

— А кто же он тогда? — со смешком, перешедшим в присвист, спросил водитель. — Чистокровный эльтониец! У него мутация на уровне яиц, а все вокруг поклоняются этому розовохвостому, словно он божество какое-то! Тьфу, смотреть тошно. Думаешь, он добился чего-то в своей жизни самостоятельно? Уверен, шпёхает время от времени наиболее влиятельных эльтониек и ест с тарелок с алмазной пылью. Да кто он без своей прекрасной внешности? Никто! Работает треплом! Разве это мужская профессия?! Вот я гоняю на катере А-класса…

Джавиер говорил что-то ещё, а Алесса-Элиза с ужасом смотрела на мужчину из своего прошлого и задавалась вопросом: неужели ей когда-то мог понравиться вот этот жалкий гуманоид? Как она была настолько слепа, что не замечала его мелкой, гнилой и завистливой сущности? Когда она стала видеть в людях то, чего не видела раньше? Или на фоне Эрика все остальные кажутся недостойными? Да нет, Марк Танеко выглядел очень интеллигентным и воспитанным молодым человеком, хотя и не в её вкусе. Тут явно проблема не в её восприятии мужчин, а конкретно в данном индивиде.

— …но я понимаю, что ты всего лишь жертва, и прощаю тебя, — закончил с лёгким оттенком патетики свою речь гонщик. — Уверен, что после твоего брака с этим ничтожеством Уи-лын-крыз уже изменил мнение и с лёгкостью даст мне благословение.

— Но зачем?! — ошеломлённо спросила Алесса, выныривая из раздумий.

Слова про «даст благословение» она даже не восприняла всерьёз. Она давным-давно совершеннолетняя, и ей не требуется ничьё одобрение, чтобы выйти открыть бизнес, купить жилплощадь или выйти замуж. Даже по новым документам ей шестьдесят с лишним лет, а уж на самом деле давно за сотню. Да и октопотроид, конечно, во многом помогал, но официально никем ей не является, кроме как бывшим работодателем. Разговор казался ей абсурдом, но она предприняла попытку понять логику Джавиера.

— Как зачем? — Смесок раздражённо повёл плечом. — Я лучший гонщик! У меня должно быть всё самое лучшее! Для общества ты чистокровная, а ещё и уважаемый прокурор. Опять же, вдова этого Вейсса. Я навёл справки, оказывается, это достаточно значимо на Эльтоне… Тебе вроде как его компания полагается, то есть ты богата.

— У нас был брачный контракт, у меня нет его денег.

— Неважно. — Собеседник мотнул головой. — Это приятный пункт, но не обязательный. К счастью, денег у меня полно. Уи-лын-крыз хорошо платил за работу все эти годы. Я решил, что мне пора остепениться, а для этого нужна статусная жена. Ты идеальна! Пускай все те, кто называл меня «грязным уродом», подавятся, увидев тебя в качестве моей супруги!

С этими словами он дёрнул штурвал, закладывая вираж. Алесса-Элиза не обратила бы внимания на очередную перегрузку, если бы не мигающее окно бортового навигатора, чётко показывающего, что они сошли со стандартной космотрассы и приближаются ко входу в туннель. Меньше чем через минуту вдали показалась огромная, переливающаяся как жидкое серебряное зеркало сфера. По размерам она уступала планетоиду, но определённо была крупнее, чем спутник.

Все немногочисленные входы в стабильные кротовые норы на территории Федерации строго контролировались Космическим Флотом. Ими могли пользоваться только военные корабли и частники, предоставляющие на себя, экипаж и груз полный комплект документов заранее. В отдельных экстренных случаях гражданские иногда договаривались с дежурным прямо на входе, но это — крайне редкие случаи. Туннели, соединяющие далёкие точки Федерации, а иногда ведущие и вовсе за её пределы, всегда были под особым надзором Космофлота.

— Ты будешь пользоваться туннелем? — не веря своим глазам, уточнила Алесса и невольно вцепилась в подлокотники кресла.

— Ага…

— Но как же… у тебя даже переговорное устройство выключено! Смотри, с той стороны хвост патрулирующего корабля Космофлота. — Девушка всё-таки пересилила себя и дотянулась рукой до лобового иллюминатора, показывая на синее крыло стандартного шаттла военного образца. — У тебя нет права на использование туннеля… За нами погонятся!..

— Не заметят, я буду шустрым, как метеор…

— Нас поймают и задержат минимум на несколько суток! Это нарушение использования космического пространства, статья ГН-87 Кодекса Федерации Объединённых Миров…

— Не ссы, всё будет зашибись! Я лучший из лучших!

Джавиер щёлкнул ещё каким-то тумблером, в салоне завоняло так, что даже искусственный синтезатор запаха хвои не справлялся с отчётливыми нотками гари. Катер А-класса ускорился ещё сильнее, хотя, казалось, уже некуда. Стрелка модуля мгновенной скорости на панели давно упёрлась в «потолок». Ремень безопасности до рези впился в тело девушки, а затылок в очередной раз ударился, и перед глазами всё поплыло. Среди панически мечущихся в голове мыслей само собой всплыло некогда оброненное Эриком слово «тромобриат». Иллюминаторы на корабле патрульного корабля вот-вот должны были появиться из-за зеркальной сферы, но, как и сказал лихой гонщик, они оказались быстрее.

Алессе-Элизе никогда раньше не доводилось летать сквозь кротовые норы. Было похоже на то, что корабль стремительно засасывает внутрь сверхмассивной сферы. Зеркало в какой-то момент выгнулось, поглощая звездолёт, а уже через несколько мгновений они были совершенно в другой точке космоса. Не больно, но противно, в какую-то секунду даже дышать стало почти невозможно, будто лёгкие кто-то старательно набил стекловатой, но это ощущение не продлилось долго.

Джавиер откинул чёлку со лба и демонстративно выпятил грудь. Его глаза лихорадочно блестели, на щеках выступил румянец.

— Ну вот! Кто красавчик? Как насчёт поцелуя для жениха?

Алесса медленно выдохнула, унимая бешеное сердцебиение и пытаясь сморгнуть пляшущие цветные пятна перед глазами. Страшно тошнило. Лишь только придя в себя, она повернулась к водителю и, старательно сдерживаясь, ответила:

— Во-первых, ты меня напугал. Во-вторых, пользоваться туннелем без предупреждения дежурных опасно. Джавиер, чем ты вообще думал? А вдруг кто-то пользовался им же, но в другую сторону? Мы могли бы разбиться из-за твоей глупости! И в-третьих, — добавила она от нарастающей злости, хотя ответ уже знала заранее, — с чего ты так уверен, что нас не засекли бы их радары?!

— Детка, ты совсем не изменилась. Вела себя раньше как снулая рыба, так и сейчас такая же. Я просто вожу звездолёты настолько шикарно, что меня не замечают радары. — Гонщик ослепительно улыбнулся.

«Сколько же вранья… Вся твоя заслуга в тромобриате и Сонарах Росси», — с отвращением подумала Алесса-Элиза и отвернулась.