Прокурор с Эльтона

Глава 29. Федерация Объединённых Миров против Союза Систем Окта и Ореона

Алесса Мариар

Алесса-Элиза завела сразу несколько будильников и встала затемно, чтобы успеть сделать всё запланированное: несколько важных звонков, полёт в отделение Системной Полиции и, конечно же, финальные штрихи. Перед выходом она посетила салон красоты, в котором не была уже целую вечность. Жёсткая вода на Хёклу заметно повлияла на её волосы.

— Вы уверены? — с сомнением уточнила личный мастер прокурора. — Я, конечно, давала вам капсулы раньше, но они же не навсегда. Тон волос надо поддерживать.

— Уверена. — Алесса кивнула. — Мне нравится пурпурный. И максимально строгую укладку, будьте добры.

Прокурор заранее приехала на общественном транспорте к Ионскому суду, чтобы не искать место для парковки и случайно не привлечь внимание Вейсса, нащупала в кармане визоры, нацепила на нос и спряталась за одной из белоснежных витых колонн древнего здания Ионского суда. На муниципальную территорию внешний блок охраны пропустил её по удостоверению юриста, но вот дальше, чтобы войти в сами двери, нужно было оказаться в особых списках, и Алесса-Элиза прекрасно знала, что её там нет.

Эрик достаточно жёстко ей отказал, когда она попыталась предложить свою помощь. Он сказал, что она была на флагмане около суток, а до этого годами не общалась с октопотроидами, а значит, делать в суде ей нечего. Опять же, к программному обеспечению Алесса тоже не имела никакого отношения, а следовательно, никак не могла выступать свидетелем обвинения по делу. Разве что октопотроиды могли её использовать в качестве свидетеля защиты Уи-лын-крыза, дополнительно подтверждая, что владелец «Траск Консалтинг» — порядочный гражданин, раз десятилетия напролёт вовремя платил ей зарплату и даже помог с обучением. Её присутствие в суде может стать лишь причиной смягчающих обстоятельств, если приговор вообще будет вынесен.

Алесса-Элиза понимала, что Вейсс не обрадуется её появлению. Возможно, даже сочтёт это за предательство… Вот только из просмотренных документов на его столе ей также стало очевидно, что без ключевых доказательств Уи-лын-крыза не посадят в тюрьму. Более того, октопотроиды могут возмутиться действиями Космического Флота против их уважаемого члена общества, а генерал Хестер повесит всех собак на Эрика. О последнем по секрету ей сообщил таноржец.

Последней гирей, окончательно склонившей чашу весов в сторону того, чтобы поступить так, как она задумала, стала оброненная шестируким секретарём фраза: «Шарлен сдал с рук на руки капитану Танеко». То, что несовершеннолетняя полумиттарка не будет давать показаний в суде, ни капельки не удивило Алессу, но вот то, что Эрик ненавязчиво занял Марка накануне итогового суда, могло означать лишь одно: легендарный адвокат совершенно точно уверен, что проиграет дело. Он хочет отослать и выгородить капитана Танеко, взять всю ответственность на себя, а в крайнем случае объявить, что обманом заставил его слушаться, как и пятнадцать «Воронов». Алесса-Элиза хотя и совсем немного времени провела с Эриком на Хёклу, поймала себя на том, что способна предчувствовать и предугадывать шаги Вейсса.

Около ступеней Ионского суда остановилось несколько аэробусов с затемнёнными стёклами, из них один за другим стали выходить статные мужчины в военной форме: пикси, ларки, цварги, таноржцы… Такие непохожие, если смотреть на рост, вес, внешность и расу, и братья-близнецы, если брать во внимание идеальные осанки, поднятые подбородки, стремительные и широкие шаги, одинаковые движения рук, когда они здороваются друг с другом.

«Адмиралы Космического Флота», — подумала про себя Алесса-Элиза, делая вид, что она тут просто дышит свежим воздухом. Это заседание хотя и должно было быть закрытым, но про такие говорят «широкая известность в узких кругах». Офицеры поднялись по лестнице, приложили свои пропуска к турникетам и зашли внутрь здания.

Спустя четверть часа после прилёта представителей Федерации у центрального входа остановились уже другие аэробусы — чёрные и серебристые, с вытянутой хищной мордой и огромными колёсами, которые, судя по всему, при желании могли убираться внутрь и превращать транспортное средство в плавательное. Из них так же торжественно и чуть более лениво стали выходить октопотроиды, тоже чем-то неуловимо похожие друг на друга. Такой же стайкой, о чём-то тихо разговаривая на своём языке, они прошли мимо колонн, преодолели турникеты и исчезли в здании. Среди группы октопотроидов в таких же чёрных с серебром одеждах Алесса-Элиза узнала и Уи-лын-крыза, а потому постаралась спрятаться как можно глубже в нишу, чтобы её не заметили.

— …не волнуйся, тебе пожалована медаль Ад-шана за заслуги перед Октом. За тебя заступятся все наши братья. Что бы там ни предъявила Федерация, мы будем бороться за тебя. Это они как свора вонючих гончих грызутся за кости, а мы гораздо более развитая раса. Они в своём скудоумии просто не понимают и не принимают очевидных вещей…

Что ответил своему собеседнику Уи-лын-крыз, Алесса не расслышала, потому что голоса отдалились. После октопотроидов в Ионский суд зашло ещё несколько гуманоидов, две стенографистки, судебные приставы, генерал Хестер с персональной охраной и верховный судья в белоснежных одеждах, который должен был вести сложное военное дело. Предстоящее заседание галактического масштаба, в котором принимали участие сразу две стороны — Федерация Объединённых Миров и Союз Систем Окта и Ореона, — сложно было назвать судом в классическом смысле. Скорее, здесь в ближайшие часы решалась судьба миллионов граждан — удастся сторонам договориться до мирного решения, или же между Федерацией и Союзом начнётся холодная война.

Алесса-Элиза с тревогой посмотрела на коммуникатор. «12:47». Где же носит Вейсса? Стоило ей так подумать, как роскошный алый гоночный флаер буквально влетел на площадь перед Ионским судом и с оглушительным визгом тормозных турбин продрифтил половину круга, останавливаясь точнёхонько перед ступенями. К флаеру сразу же кинулась толпа охранников с оружием наперевес и криками: «Эй, из оцепления прорвались любопытные гражданские!». Прокурор покачала головой, уже прекрасно представляя, что так эффектно и одновременно пренебрежительно мог себе позволить появиться перед судом лишь один известный адвокат-гонщик. Но зачем же приезжать впритык на столь важное дело?

Раздалась серия высоких коротких свистков, охрана вдруг резко смолкла и выстроилась в живой коридор, и Алесса-Элиза шокированно замерла с открытым ртом, лишь через несколько секунд сообразив, что Эрик может её заметить. Вейсс вышел из кара не один. Он галантно поддерживал под локоть одну из самых красивых чистокровных эльтониек, а по совместительству Первого Канцлера Планеты — Софи Свель. По-видимому, Аппарат Управления Эльтоном настоял на присутствии на заседании своего представителя. Вот почему Эрик чуть не опоздал на заседание.

Алесса вновь спряталась за колонну и уставилась на время.

«13:01».

«14:18».

«15:02».

«16:11».

Когда третий час прошёл, она начала нервничать по-настоящему. Рано утром прокурор позвонила той милой блондинке, с которой обменялась номерами коммуникаторов в туалете суда, и попросила её задержать мужа, объяснив, что это жизненно важно. Алесса хотела попасть на заседание уже в тот момент, когда оно было в самом разгаре, чтобы Вейсс не смог добиться её удаления из зала. Но насколько Анестэша Радосская решила задержать супруга? Ведь она могла не поверить в добрые намерения Мариар и вовсе отговорить мужа приходить в суд…

Вновь раздался рёв мотора, и на этот раз прямо с неба на площадь опустился «Тигр» военного образца. Высокий темноволосый цварг, печатая широкий шаг, практически бежал в сторону ступеней. Алесса выдохнула, поправила пиджак, проверила документы и шагнула из-за колонны к турникетам, делая вид, что тоже опоздала. Как она и ожидала, её пропуск не сработал ни в первый раз, ни во второй, ни в пятый. К ней подошёл пристав:

— Госпожа, назовите вашу фамилию, пожалуйста. Возможно, в базу турникетов кого-то не внесли, я сверюсь со списком.

— Алесса Мариар, — спокойно ответила девушка, спиной чувствуя, как к ней приближается Киар Леру.

— Простите… не вижу вашего имени и фамилии…

— Я государственный прокурор. Мне надо в здание.

— Госпожа, прошу меня простить, но на сегодня заседания в Ионском суде были отменены, и проход разрешён лишь тем, кто есть в списках…

— Что здесь происходит?

Позади раздался мужской голос. Сильный, глубокий, немного резкий. Ещё бы! Анестэйша задержала мужа почти на три часа, и он был раздражён собственным опозданием… Но это её единственный шанс попасть внутрь здания. Когда Алесса планировала всё это, она долго выбирала между братьями Леру. Оба офицеры высшего ранга, оба близки Вейссу и оба цварги… Вот только Юлиан, по сложившемуся впечатлению у эльтонийки после суда над Эриком, был более строгим и правильным. Склонить его к нарушению закона было бы сложно. А Киар… судя по его выходке и подколке Вилла Кравица, мог ей помочь. Алесса-Элиза стремительно развернулась, в мгновение стянула визоры и уставилась в глаза цварга, заставляя смотреть на себя.

— Адмирал Леру, вы можете воспользоваться соседним турникетом, — тут же послышался голос охранника.

Прокурор продолжала неотрывно смотреть в глаза Киара, не давая прерваться зрительному контакту и мысленно вспоминая дни на Хёклу с Эриком. Говорят, чем старше цварг, тем легче он ловит эманации. Киар не выглядел старым, но Алесса была уверена, что он почует её состояние.

— Я не спрашивал, как мне пройти. Я спросил, что здесь происходит, — отозвался адмирал, не сдвинувшись с места.

— Ах, это… госпожа прокурор, видимо, что-то забыла в здании и просит попасть в него, а я объясняю, что ей надо приехать за документами завтра. Сегодня никак нельзя…

Голос пристава раздавался где-то позади. Между Алессой и Киаром натянулась тугая струна. Девушка была готова поклясться, что ощущает её всеми фибрами души. Чем больше она думала о единственном эльтонийце на свете, тем туже становилась эта связь. Очень странное ощущение, когда чистокровный цварг полностью концентрирует на тебе внимание и, кажется, включает свои рога на полную катушку. Говорят, цварги по-разному умеют считывать колебания, и если им что-то не нравится, они с лёгкостью могут превратить собеседника в роняющий слюни овощ…

Алесса-Элиза облизала внезапно пересохшие губы и решилась.

— Я люблю Эрика и могу ему помочь. Я знаю, что у него не хватает… — Чего не хватает? Фактов? Данных? Улик? Всё не то… — аргументов.

Мужчина перед ней молчал. Прокурор почувствовала, что вдаётся в панику, а потому ещё усерднее представила, но уже не Хёклу — М-14. Как Эрик пришёл к ней после победы в заезде и закружил в воздухе, а она сделала для него мясной пирог. Как им было хорошо вместе много-много лет назад.

— Я… — Она сглотнула слюну, чувствуя, что идёт по тонкому люду. Цварги легко распознают ложь. — …Его жена. Я хочу, чтобы у него всё получилось, но без моей информации у него ничего не выйдет.

Внезапно Киар усмехнулся половиной рта и иронично выгнул тёмную бровь.

— Определённо, мне стоило сегодня так грандиозно опоздать, чтобы услышать из уст хорошенькой девушки, что у Эрика Вейсса не хватает… аргументов.

Лицо Алессы запылало. Шварх, фраза получилась действительно ну очень двусмысленной. Она открыла рот, чтобы как-то исправиться, но в этот момент адмирал перевёл взгляд за её спину и бросил:

— Пропустить.

— Но…

— Я. Приказываю. Пропустить. Что не ясно?!

Эрик Вейсс

— Уи-лын-крыз обманом заставил Шарлен Бьянчи покинуть Ион. Он фактически её похитил и принудил…

— Простите, принудил к чему? К работе? О, какой кошмар! — Ксиухкоатл картинно-патетично всплеснул щупальцами. — У нас есть трудовой договор с госпожой Бьянчи. Насколько мне известно, абсолютно во всех Мирах Федерации в восемнадцать лет разрешено работать. У нас также имеется история запросов в инфосети, что девушка сама искала работодателя. Обратите внимание, что уважаемый Уи-лын-крыз даже зарплату назначил выше рыночной. Вы, — он неожиданно грубо развернулся и ткнул одной из многочисленных конечностей в Софи Свель, — вообще-то радоваться должны, что вашим гражданкам, которых вы открыто презираете, называете «бракованными» и вытираете о них ноги, октопотроиды предоставляют рабочие места! Вы должны целова…

— Хватит! — осадил зарвавшегося мужчину. — Подумайте дважды, что собираетесь сказать и не будет ли это оскорблением Первого Канцлера Эльтона!

Ксиухкоатл перевёл на меня взгляд и пренебрежительно фыркнул.

— Какие оскорбления? Я говорю лишь факты. На Эльтоне для смесков нет работы, а мы её даём. Мы поддерживаем экономику Федерации!

Я чувствовал, что, несмотря ни на что, сдаю позиции. На любой мой аргумент у октопотроидов был контраргумент. Любая моя фраза как морская волна с пеной и шипением разбивалась о твёрдокаменную логику моллюсков. Это заседание не было похоже на стандартный суд — скорее, попытку двух многочисленных сторон договориться, не привлекая военные силы. Пока ещё не поздно. Концепция суда подразумевает наличие третьего независимого участника, способного всё адекватно взвесить и рассудить согласно перечню правил, но в ситуации с октопотроидами у нас не было такого участника, да и законы Федерации и Союза существенно отличались, что лишь усугубляло положение.

Услышав колкость в адрес Эльтона, Первый Канцлер нахмурилась, поджала красивые пухлые губы и… — слава Вселенной! — промолчала, как я и просил накануне. Если бы не звонок Президента Эльтона, которая в ультимативной форме потребовала, чтобы я взял на заседание любого члена Аппарата Управления Планетой, то у меня бы было на полчаса больше, чтобы подготовиться. Но я не мог отказать самой госпоже Президенту. Из всех озвученных ею лиц Софи Свель мне показалась самой адекватной, хотя сейчас от неё шарашило настолько густо перчёным негодованием, что это чувствовалось в воздухе.

Генерал Хестер и совет адмиралов передали мне право представлять интересы Космического Флота, который, в свою очередь, считался военными силами всех Объединённых Миров, а вот представители Союза Систем Окта и Ореона голосили наперебой так, что у стенографисток дымились клавиатуры. В какой-то момент мне даже показалось, что они специально решили не выделять одно лицо для переговоров, так как в случае, если я ошибусь с именами октопотроидов, это можно будет засчитать как неуважение к их расе и дополнительный пункт, почему Федерация должна уступить Союзу. И самое гнилое было то, что я всей своей адвокатской сущностью остро чувствовал, что мне лгут. Нагло, беспринципно, нахраписто.

Я скрипнул зубами от досады. По поводу Ленни октопотроиды подстраховались. К сожалению, за месяц работы я так и не смог найти пункта, по которому можно было бы придраться. Марк Танеко удалил всю их переписку с серверов Межгалактического Банка… Но даже если бы она и всплыла, то в первую очередь досталось бы Танеко за незаконную деятельность и хакерство, а сами октопотроиды могли бы свалить написанное на буйную фантазию Шарлен. Ведь, во-первых, она несовершеннолетняя, а «как известно, дети любят придумывать», а во-вторых, весомых доказательств всё равно не имелось.

— Мне кажется, — вдруг вставил Тлалок, обращаясь к залу, — что господин Вейсс пытается отыграться на уважаемом члене нашего общества. Я слышал, что не так давно адвокат вышел из тюрьмы на астероиде, куда был сослан за растление…

— Это не слушание о личной неприязни! — внезапно прогромыхал кто-то со стороны Космофлота. Я обернулся и с удивлением обнаружил поднявшегося с места Юлиана. — Мы обсуждаем многочисленные нарушения граждан Окта и Ореона на территории Федерации Объединённых Миров! Скажите спасибо, что мы не вынесли приговор Уи-лын-крызу на основании имеющихся у нас данных.

На миг в зале наступила звенящая тишина, а затем октопотороиды взбесились.

— Да как вы смеете!

— Это вообще-то мы пошли вам навстречу! Мы прилетели на этот дурацкий мелкий спутник с сухим воздухом и терпим ваше неуважение к нашим гражданам!

— Одно то, что вы выдвинули в качестве представителя этого извращенца, — уже колоссальное проявление неуважения к нам! О какой личной неприязни идёт речь?!

Не знаю, чем бы всё закончилось, если бы я не набрал в лёгкие воздуха и физически голосом не перекрыл весь этот бедлам.

— Все мелкие корабли космобраконьеров, пойманные на Рифе-тон-Ферр, сотрудничали с Уи-лын-крызом! Кораллы, собираемые октопотроидами, планировались к переработке и созданию диатория, который через тайные сети и связи вашего уважаемого члена общества распространялся по Мирам Федераций. Уи-лын-крыз под прикрытием организации гонок находил наиболее одарённых пилотов космотранспорта и использовал их в качестве наркокурьеров!

Мгновенно все затихли.

— Откуда у вас такая информация? — деловито уточнил Ксиухкоатл и прищурился. — И у Союза, и у Федерации действует принцип презумпции невиновности. Кто-то из пилотов дал официальные показания? Есть видеозаписи? Может быть, хотя бы аудио?

Оратор перечислял с видимым наслаждением, буквально смакуя каждый вопрос. Он совершенно точно знал, что никто из пойманных не выступил свидетелем даже тогда, когда им пообещали уменьшить срок. Я бы восхитился фанатичной преданностью октопотроидов, если бы от исхода дела не зависело так многое. В том числе моя будущая жизнь и карьера, жизни миллионов граждан Федерации и, если вдуматься, граждан соседних рас, ведь Союз Окта и Ореона в случае войны может запросто втянуть наших общих соседей, предоставив сегодняшние стенограммы.

— Снятые показания с навигаторов арестованных кораблей показывают, что они накануне были пришвартованы к флагману, — ответил я, ощущая досаду и предательское чувство беспомощности, которое не посещало меня даже в тюрьме на астероиде, когда парочка отморозков-убийц планировала мне отомстить.

Все всё понимали. С меня даже доказательств маршрутов кораблей не просили, потому что и так знали, что всё было именно так. Другое дело, что ни одного по-настоящему весомого аргумента засадить Уи-лын-крыза у меня не было.

— Позвольте мне усомниться в ваших умственных способностях, — с издёвкой протянул Ксиухкоатл, — показания формируются на основании данных радаров. Насколько мне известно, все радары на кораблях наших граждан были прошиты «Сонарами Росси», которые, как буквально неделю назад заявил Космофлот на всю Федерацию, неисправны настолько, что их следует срочно откатить до другой версии. Кажется, вы обязали это сделать даже всех гражданских, или я что-то путаю? То есть вы основываете своё заявление на данных позиционирования заведомо неисправного программного обеспечения? Или это политика двойных стандартов? Для октопотроидов радары работают, а для Федерации — нет?

Я скрипнул зубами, осознавая, что попал в словесную ловушку. Плевать на то, что радары всегда нормально передавали локацию в космосе. Генерал Хестер действительно договорился с Аппаратами Управления Миров на внеплановое техническое обслуживание всего космотранспорта именно с такой формулировкой.

— Итак, — пока я не успел ничего сказать, вдруг заговорил ещё один октопотроид. Мекал-лын-тхан был существенно старше своих сородичей даже на первый взгляд и сидел рядом с виновником всего собрания. — На текущий момент мы не получили ни единого хоть сколько-то внятного объяснения от Космического Флота, почему наш гражданин вот уже месяц как находится под стражей. Мы требуем его немедленной экстрадиции на родину!

— К сожалению, нарушения законов Федерации были существенными, — мгновенно среагировал, пока октопотроиды не стали выдвигать ещё больше чудовищных требований. Я прекрасно осознавал, что экстрадиция это будет весьма условная, на деле Уи-лын-крызу сородичи уже пожаловали медаль. Никакого судебного разбирательства ни на Окте, ни на Ореоне не будет. — Управление вооружённым кораблём категории «массивных» без соответствующих лицензий — уже является основанием привлечь владельца к ответственности.

— Лазерные установки были поставлены на флагман совсем недавно, — не моргнув и глазом, соврал Уи-лын-крыз. — Я понятия не имел, что это запрещено на территории Федерации. На пространстве Союза у меня есть соответствующая лицензия.

— А смягчающими обстоятельствами, — добавил всё тот же пронырливый Ксиухкоатл, — является то, что женщина Уи-лын-крыза недавно родила. Он поставил лазеры, чтобы добраться до дома как можно быстрее, даже сквозь астероидные облака. И заметьте, у вас нет оснований говорить, что он применил оружие против кого-то из граждан Федерации.

И, чуть помедлив, насмешливо добавил:

— В ваших законах это, кажется, называется «крайняя необходимость». Мне странно, что такой опытный и успешный адвокат не знает основ юриспруденции. Давайте закругляться.

Злость как горячее моторное масло текла по венам. Руки чесались набить морду этим склизким, скользким и насквозь гнилым октопотроидам. Отвратительная внешность не шла ни в какое сравнение с их тошнотворными и лживыми речами. Они везде находили лазейки и со смаком эксплуатировали их. Если разбираться предметно, то нет здесь никакой крайней необходимости, и Ксиухкоатл прекрасно это понимает, как и то, что у меня нет информации о роженице, её состоянии, записей разговоров и прочих фактов… Концентрировать внимание участников заседания на такой ерунде будет просто смешно.

Я перевёл тяжёлый взгляд на Уи-лын-краза. Мерзкий октопотроид, из-за которого я потерял Лиз на девяносто лет. Он взорвал свой корабль-близнец, чуть не отправив меня на тот свет. Он торговал наркотиками по всей Федерации и сколотил такое состояние, что сейчас вольготно чувствовал себя даже на Ионе. Он украл у меня Шарлен и засадил меня за решётку просто потому, что я мешал его планам. Не сомневаюсь, что ни один из его приспешников не сдал его потому, что он каждому пообещал золотые горы. Уверен, что, благодаря прослушивающему червю, он знает так много грязных секретиков высокопоставленных лиц Миров, что только Первый Канцлер Эльтона решилась прилететь на слушание. Здесь нет никого из Аппаратов Управления ни с Пикса, ни с Цварга, ни с Захрана, ни с Танорга… Все предпочли трусливо поджать хвосты и сделать вид, будто это дело их не касается. Будто это проблема лишь Космического Флота, а у них есть дела поважнее. Подумаешь, преступный синдикат на всю Федерацию. Подумаешь, занимались прослушкой на космических кораблях.

Пожалуй, впервые в жизни у эльтониек оказались яйца покрепче, чем у всех остальных представителей Миров. За те часы, что длилась встреча, я неоднократно ловил ухмылки, которые октопотроиды бросали на Софи Свель. Даже на неё они нарыли какие-то грязные секретики. В сложившейся ситуации радовало только одно — если бы октопотроиды выяснили что-то действительно важное при прослушке главной станции Космофлота, то они бы сразу начали с шантажа, а так всё же пытались договориться.

Уи-лын-крыз вальяжно растянулся в кресле. Сукин сын смотрел на меня с вызовом. Мол, ну давай, выскажи ещё пару глупых обвинений. У меня на всё будет ответ. Напряжение в зале сгустилось. Пауза затягивалась. «Давайте закругляться» эхом раздавалось у меня в голове. Ксиухкоатл хотел, чтобы я признал поражение прилюдно. Чтобы один урод не только остался безнаказанным, но и дальше мог творить свои грязные дела.

В этот момент где-то позади послышались шепотки, шуршание ткани и шаги. Звук тяжёлых мужских ботинок терялся на фоне рассыпчатой звонкой дроби тонких женских шпилек. Резкое, почти агрессивное стаккато по гладкой мраморной плитке Ионского суда. Я ещё не обернулся, ещё не вдохнул глубоко воздух, но уже точно знал, кто это.

Алесса Мариар

— Приветствую собравшихся, прошу прощения за опоздание, — начала она тараторить, чувствуя, что у неё есть лишь секунды, чтобы перехватить внимание.

Уи-лын-крыз расплылся в улыбке. Он, очевидно, ещё не осознал, что она намеренно его обманула со смертью Вейсса. Захват флагмана произошёл внезапно, а удивление Шарлен выглядело настолько искренним, что он наверняка по-прежнему считал, что «домашняя рыбка» на его стороне. Опять же, пока он сидел в изоляторе, вряд ли ему кто-то сообщил, что брак с Джавиером недействителен. Лёгкими полукивками с Алессой-Элизой поздоровались и остальные октопотроиды. Сработала исконно патриархальная привычка не считать женщин опасными. Офицеры Космофлота с любопытством посмотрели на эльтонийку. Кто-то заметил позади адмирала Леру и сразу расслабился. Но вот Вейсс… почти что всё испортил.

— Посторонний в зале. Требую увести госпожу Мариар, — дежурно бросил он ближайшим приставам, а в фиалковых глазах промелькнула вспышка ярости.

Разумеется, он был резко против того, чтобы она здесь появлялась.

«Ну нет, мой дорогой, я помогу тебе, хочешь ты того или нет», — мысленно возразила прокурор.

— В смысле «посторонняя»? — Она деланно удивилась и махнула рукой бодро шагнувшим к ней стражниками. — Я выполняла поручение госпожи Первого Канцлера, потому и опоздала на заседание.

Она готова была поклясться, что сзади раздался еле слышимый смешок Киара Леру. Уж он-то точно знал, что она врёт, но явно заинтересовался намечающимся представлением.

Все присутствующие почти синхронно оглянулись на Софи Свель. Первый Канцлер же неотрывно смотрела на соотечественницу, ни единым мускулом лица не выдавая своего удивления. Эльтонийка поймёт эльтонийку всегда. Алесса демонстративно показала папку, приподняла брови и уверенно произнесла:

— Здесь документы, которые вы заказывали к этому делу. К сожалению, я их получала слишком долго, но они здесь. Могу ли я огласить?

Надо отдать должное Софи. Она громко вздохнула — так, будто уже устала дожидаться помощницу, — и разрешающе махнула кистью.

— Ну разумеется, Мариар! Давайте, озвучивайте. — А на вопросительные взгляды октопотроидов с истинно эльтонийской стервозностью добавила: — господин Вейсс представляет интересы Космического Флота. Неужели я не могла нанять юриста, чтобы она представляла интересы Аппарата Управления моей планеты? По-моему, всё логично. Не забывайте, что вообще-то вы все сейчас находитесь на территории, подвластной Эльтону, и собрались здесь только с нашего разрешения.

Ого! Алесса мысленно присвистнула. Похоже, Свель конкретно достали за эти три часа… В целом, разозлить чистокровных эльтониек несложно, стоит выказать лишь недостаточное уважение.

Пока приставы замерли, озадаченно переглядываясь из-за противоречивых приказов, она скользнула к самой большой стене, где висел проектор, вынула из папки планшет и за секунды соединила его с экраном. Все заинтересованно уставились на возникшие на стене длинные числа.

«Помирать — так с музыкой!»

— Уважаемые дамы и господа, согласно отчётам родильных домов, за последний год на Эльтоне появилось порядка миллиона четырёхсот тысяч детей. Но центральной базой данных Аппарата Управления Планетой были зарегистрированы и получили официальные документы лишь миллион сто. Судьба трёхсот тысяч девочек… — Алесса сделала паузу, набрала побольше воздуха и, мысленно попрощавшись с карьерой, продолжила: — …и мальчиков осталась неизвестной.

— Госпожа Мариар, какие мальчики?! — первой отреагировала Софи Свель, вскочив со своего места. — Вы что-то перепутали! Уберите это всё немедленно! Какое отношение это имеет к текущему делу?!

— Прямое, — парировала уже-бывшая-прокурор и взглядом попросила нахмурившегося Вейсса дать ей возможность договорить. Эрик что-то шепнул Софи на ухо, и та замолчала, сцепив ладони. Знаменитый адвокат бросил предостерегающий взгляд на жену.

Собирая материалы для этого собрания, Алесса осознавала, что потеряет как минимум работу и уважение на Эльтоне. Как максимум — ссылка до конца жизни на астероид. Злоупотребление полномочиями. Превышение кредита доверия… Таких заявлений Аппарат Управления Планетой ей не простит. Она понимала, что после заседания придётся как можно скорее собраться и улететь из родной системы, благо вещи она уже собрала и арендовала космический шаттл.

Несмотря ни на что, юрист решила вскрыть нарыв общества, потому что без оглашения проблемы невозможно будет засадить Уи-лын-крыза за решётку. Смески всегда были неуверенными в себе. Показать, что в тебе что-то неидеально, на Эльтоне было равносильно признанию, что ты гуманоид «второго сорта». Прокурор успела пожить и под именем полумиттарки Элизы Киано, и чистокровной эльтонийки Алессы Мариар. Она прекрасно понимала разницу между этими личностями. На Элизу всем было плевать. Она переехала уборщицей на М-14, а затем и вовсе исчезла, и никто её даже не хватился. К ней в лучшем случае относились как к грязи под ногами, и ей не светил даже колледж на Эльтоне, будь у неё деньги. А вот госпоже Мариар сразу были открыты все двери.

Уи-лын-крыз всё ещё с лёгким удивлением, но без опасений смотрел на экран. Он благодушно улыбался и был абсолютно уверен, что Алесса сейчас начнёт ему петь хвалебные оды. В рядах офицеров Космофлота пошли шепотки.

— Дайте ей договорить, — сказал кто-то.

Девушка благодарно кивнула и продолжила:

— Практически пятая часть детей, которые рождаются на Эльтоне, на самом деле содержит те или иные мутации. Гены эльтониек далеко не настолько доминантные, как это принято считать. Так как многие женщины боятся осуждения, они сдают своих детей в детские дома или отсылают с капсулами отцам.

— Ерунда какая-то, — нервно перебила Свель, глядя, как стенографистки старательно запечатывают каждое произнесённое Алессой слово. — Госпожа Мариар, вы явно какие-то не те документы принесли. Я разочарована, сядьте, пожалуйста.

Но выпущенный газ невозможно загнать в бутылку. Сейчас уже все в зале с большим интересом смотрели на электронный проектор.

— Нет, здесь нет ошибок, — ровным тоном ответила юрист и смахнула с планшета на экран документ за документом. — Здесь отчёты родильных домов, смены врачей, даже закупки смесей и подгузников. Я получила эти данные на неделе и несколько раз их суммировала и перепроверяла, всё сходится. Можете быть уверены. Подключитесь к сети Ионского суда, я только что выложила все документы на сервер. Я также приложила список отказов в лицензиях на открытие бизнеса или покупку собственного жилья на Эльтоне, а также отказы гражданкам в рабочих местах на фирмах и высшем образовании и пометки из центральной базы АУЭ о том, что все эти гуманоиды имеют во внешности заметные черты других рас.

Первый Канцлер зашипела сквозь плотно сжатые зубы. Она-то наивно полагала, что прокурор будет защищать эльтониек и что-то расскажет про Уи-лын-крыза.

— Это всё очень грустно, но я не понимаю, какое отношение оно имеет к текущему делу. — Неожиданно кто-то из офицеров Космофлота поднялся со своего места. — Госпожа Мариар, у нас действительно заканчивается время.

Алесса кивнула.

— Да, разумеется. Будучи юристом с Нуара-343, третьей планеты системы Ореон, я также сделала запрос в канцелярию при правительстве системы о том, как много смесков появилось в системе. Оказывается, в год там появляется более шестидесяти тысяч девочек со смешанной эльтонийской и миттарской кровью.

— И что с того?! — Мекал-лын-тхан неожиданно поднял щупальце высоко вверх. — Мы даём пристанище и новый дом тем, кого один из уважаемых Миров Федерации выкидывает на улицу словно отбросы.

Алесса-Элиза не стала поворачивать голову в сторону последнего оратора. Она почему-то посмотрела на Эрика Вейсса и со светлой грустью подумала о том, что хорошо, что он подписал документы на развод. Шарлен так и не набралась храбрости рассказать Эрику всё до конца. Более того, когда Алесса её упрашивала это сделать, девочка лишь грустно покачала головой: «Я смесок. Мои проблемы никогда никого не интересовали… а тут ещё и мне нет двадцати одного. Я просто буду центром позора, вот и всё».

Эрик Вейсс

Я почувствовал неладное ещё тогда, когда услышал цокот женских каблуков. Эта невыносимая заноза каким-то образом узнала, когда и где будет собрание, проникла и притащила какие-то документы… а затем вдруг начала закапывать саму себя. Вселенная! Мне хотелось рвать на себе волосы…

«Судьба трёхсот тысяч девочек и мальчиков осталась неизвестной…»

Стенографистки печатали со скоростью света, лица офицеров Космофлота вытягивалась по мере того, как говорила эта безумная. Зачем она вообще подняла эту тему?! Первый Канцлер ёрзала в кресле, делая вид, что вообще не имеет отношения к озвученному. В тот момент, когда самый крупный октопотроид вдруг занервничал, я мысленно осёкся и посмотрел на Алессу… Меня как молнией поразило. Она что-то знала, чего не знали все остальные в этом помещении! То, ради чего она подняла самую неудобную тему нашей расы. Негласное табу…

— Я заявляю, что Уи-лын-крыз уже много лет выборочно похищает эльтониек и принуждает к бракам и последующему соитию с октопотроидами. Наличие миттарской крови обязательно, так как оно практически гарантирует потомство, ну а если женщина не может разродиться, её накачивают диаторием!

Зал буквально взорвался.

— Что за бред?!

— Где доказательства?

— Вы поверите этой не-пойми-кому? Уведите её кто-нибудь от проектора!

Октопотроиды хором заголосили. Как-то слишком рьяно…

— Доказательством моих слов является то, что я и есть наполовину эльтонийка, наполовину миттарка!

Перекрикивая общий гомон, Алесса-Элиза сдёрнула с переносицы визоры-хамелеоны и показала свои настоящие, бирюзовые, как тёплый морской океан, глаза. Следующим движением она вынула шпильку, и на её плечи упала тяжёлая волна пурпурных волос, среди которых нет-нет, но и пробивались светло-голубые пряди. Я с утонувшим в общей какофонии звуков стоном осознал, что жёсткая вода и яркое солнце на Хёклу местами вытравили краску. На планете кристаллов мы выживали, и мне не было дела до того, как выглядит моя любимая женщина… Главное, что она сыта и не мёрзнет по ночам. А по прибытии на Ион Лиз, оказывается, целый месяц успешно маскировала кровь по отцу, стягивая волосы в тугие пучки, вместо того чтобы просто покраситься в салоне! Целый месяц, пока я занимался космобраконьерами и мелкими подопечными Уи-лын-крыза, она планировала эту глобальную диверсию!

Стенографистки старательно записывали всё происходящее в зале. Софи прикрыла рукой глаза, больше не смотря на Алессу. Её щёки пылали алым румянцем, и она уже многократно пожалела, что подыграла соотечественнице. Да, она, как и все собравшиеся, хотела засадить Уи-лын-крыза за решётку, но, опять же, как и все собравшиеся, не хотела делать это за счёт репутации свой расы. Настоящий праздник лицемерия, чтоб его! Все всё понимают, но никто ничего не хочет делать, ожидая, что самую грязную работу за него сделает кто-то другой. Офицеры Космофлота напряглись, впрочем, как и октопотроиды, и охрана.

— Меня также попытались выдать замуж на корабле Уи-лын-крыза! — На экране появилось то самое, уже опротестованное и недействительное свидетельство о браке с Джавиером. — Я также воспользовалась своим удостоверением юриста, так как получала образование на Нуар-343 в системе Ореон, и узнала, что, оказывается, за последние годы была колоссальная смертность женщин во время родов. В качестве обезболивающего их всех накачивали диаторием. На сервере также лежит файл с именами.

В помещении тут же раздалось шуршание. Почти все потянулись к своим коммуникаторам.

— Это нарушение конфиденциальности персональных данных! — тут же заорал кто-то из октопотроидов, явно паникуя. Выступления Алессы-Элизы они не предусмотрели.

— В нашей юрисдикции диаторий разрешён! — подхватил другой. — Эти женщины даже не являются гражданками Федерации! Вы сами подтвердили, что они не зарегистрированы Аппаратом Управления Эльтона!

— Они — возможно, да, но я — нет. Меня удерживали силой.

На экран вышло заключение межрасовой медицинской лаборатории. Анализы были сделаны на следующий день после вызволения Алессы-Элизы с флагмана октопотроидов. Первой же строкой в документе шло зашкаливающее количество наркотика в крови. Осознание того, что Лиз всё спланировала заранее, ещё грёбанный месяц назад, навалилось на меня тяжеленной гравиплатформой.

Мысли в голове закрутились как в лихорадке. У меня и Марка не было шансов успеть проверить корабль. Мы его арестовали, но октопотроиды прибыли раньше, чем мы физически могли прочесать такую махину. Всё-таки кто-то из «Траск Консалтинг» успел подать сигнал бедствия своим… Алесса всё просчитала! Все мелочи! Все детали! Она понимала лучше кого бы то ни было размеры корыта Уи-лын-крыза и то, что его тут же потребуют выдать представители Союза вместе с зашифрованными серверами… Добраться до программного обеспечения у них с Шарлен не было возможности… и что же она решила? Рискнуть вынести образец диатория… в собственной крови! Вот же дурная!!!

Судя по тому, как вытянулась мерзкая морда самого Уи-лын-крыза, — никто её не накачивал наркотой, она сама на это пошла. Но по неписаным правилам этого абсурдного праздника лицемерия важны были лишь факты. А факты были налицо.

Лиз рискнула своим здоровьем… своей жизнью… ради чего?! А если бы она не смогла перебороть потом наркотики и подсела? А если бы мы не прилетели вовремя? А если бы была передозировка и она умерла? Меня оглушило. В груди разворачивалась сосущая чёрная дыра. Я видел, как дорогая мне женщина открывает и закрывает рот, что-то говорит… Вокруг изумлённо галдят все участники собрания. Вскочил с кресла побледневший Уи-лын-крыз, потому что охрана подошла к нему с наручниками. Поднялись со своих мест и офицеры Космофлота… Кто-то хлопнул меня по плечу и сказал: «Молодец, лейтенант Вейсс, теперь можно конфисковать и корабль, и сервера на нём». «Вейсс, вы же уладите это недоразумение со смесками? Вы же сможете это вырезать из протоколов?» — заистерила Софи где-то слева.

Всё это время я смотрел на тонкую фигурку Лиз и не мог понять, почему она так поступила. Фактически разрушила свою жизнь… На Эльтоне она теперь точно станет изгоем. Чья-то массивная фигура в синей форме загородила вид на любимую женщину.

— Поздравляю, Вейсс! Вы блестяще справились со своей задачей. Признаться, я не ожидал, что у нас будут теперь все основания разрулить ситуацию без применения силы и не испортить репутацию. Думаю повысить вас до капитана. Что скажете, Вейсс?

Добродушный генерал — это уже нонсенс. Я потрясённо тряхнул головой.

— Прошу прощения, сэр. Мне это не требуется. Повысьте лучше Марка Танеко, он это давно заслуживает, а меня прошу извинить.

И я, расталкивая гуманоидов и злющих, как горилломы, октопотороидов, на всей скорости рванул туда, где недавно стояла моя любимая. Вот только, добравшись до проектора, оглянулся и понял, что она уже покинула зал. Бросился в коридор — нет её. Наружу — увидел, как девушка садится в подогнанный флаер-такси. Секунда — и её ножка в туфле-лодочке на высоченной шпильке скрылась за дверцей кара.