Прокурор с Эльтона

Глава 28. Бывшие супруги

Тур-Рин. Элотара Плаза. Месяц спустя

Эрик Вейсс

— Жена? Жена?!!

Всякий раз, когда я слышал это слово, ярость в крови клокотала.

— Вселенная, Эрик! Мы это уже обсудили больше десятка раз! Я же всё объяснила! Это была просто уловка. Способ отвлечения внимания октопотроидов! Всё!

Алесса-Элиза всплеснула руками так, будто извинялась за пролитый кофе.

— Что бы ты делала, интересно, если бы я не пришёл вовремя? — угрожающе вкрадчиво спросил.

От гнева горло сводило спазмом, и собственный голос был больше похож на рёв раненого гориллома. Всю свою жизнь я гордился тем, что работал с самыми сложными клиентами и при этом оставался предельно собранным и интеллигентным. Адвокаты всегда должны думать холодной головой. Однако последний месяц меня не узнавали даже собственные подчинённые в «Вейсс Юро-Щит».

— Супружеские обязанности тоже бы исполняла как следует?! — зарокотал на государственного прокурора в своём офисе. — А если бы мы опоздали? Я бы стал свидетелем твоей первой брачной ночи?!

— У Шарлен не получилось отключить червя. Я просто не хотела, чтобы ты или Марк пострадали… — попыталась перебить Лиз, и я заорал во всю мощь лёгких:

— Да когда я вошёл в аквамодуль, ты уже практически лобызалась с этим… этим… Джавиером!

— Эрик, ты всё утрируешь, перестань! Там всего-то поцеловать надо было для стандартного обряда. Документы на брак я вообще подписала ещё утром того дня!

Лучше бы она этого не говорила. Мой правый глаз дёрнулся от нервного тика.

— Ты всё-таки хотела выйти за него замуж?!

Мысль, что этот губастый брюнетистый тип небезразличен Алессе, вызывала внутри что-то густое, мрачное и пугающе жуткое. Одна Вселенная знает, чего мне стоило в тот день ровным голосом объявить, что корабль арестован, и не сломать конечность отвратительному смеску, который посмел лапать мою женщину. Прошёл грёбанный месяц с тех событий, а меня всё равно начинало лихорадить мелкой дрожью, как только я слышал слово «жена».

Прокурор повторно всплеснула руками.

— Эрик, о чём ты? Что за глупости ты несёшь? Ты же адвокат, в конце концов, или кто? На территории Федерации Объединённых Миров не признаются двойные браки! Даже у ларков с их дурацкой хайдой официально может быть лишь одна жена и один муж. Брак с Джавиером заведомо недействителен, так как на момент его заключения я уже была замужем за тобой. Я сыграла на том, что октопотроиды, всецело доверяя прослушке, были уверены, что ты мёртв. Расторжение отношений с Джавиером — простая формальность, и, в общем-то, уже решённая…

— А может, расторжение брака со мной — это тоже всего лишь формальность?!

Я прищурил глаза, рассматривая точёную фигурку прокурора. Гладкое лаконичное платье чуть ниже колен со строгим воротничком-стоечкой туго обтягивало потрясающие изгибы тела. Белоснежный приталенный пиджак заканчивался, идеально прикрывая ягодицы, так что образ был и соблазнительным, и деловым одновременно. Туфли-лодочки на высоченных тонких шпильках, но с закрытым носом; строгая причёска волосок к волоску… Складывалось ощущение, что это кто-то другой провёл целую неделю на необитаемой планете, питаясь жареными ящерицами, добывая питьевую воду из кристаллов и засыпая на полу покорёженного «Тигра».

— Эрик, я не пониманию. Что не так? — Алесса-Элиза понизила голос и сделала небольшой шаг в мою сторону. — Я не хочу с тобой ссориться.

Я стоял у окна и делал вид, что рассматриваю струи фонтана, но когда Алесса приблизилась, не удержался и развернулся всем корпусом, чтобы увидеть её глаза. К сожалению, они тоже вернули фиалковый цвет, и лишь тонкий бирюзовый ободок напоминал, какого на самом деле оттенка глаза у этой женщины. Лиз вновь носила цветные линзы, мимикрируя под чистокровную эльтонийку.

— Мы с самого начала договаривались, что наш с тобой брак будет фиктивным. — Она протянула планшет и замерла, но так как я его не взял, тихонько вздохнула и положила гаджет на мой стол. — Шарлен нашлась. Хотя она ужасно испугалась, но цела и невредима. Марк практически уговорил Ленни на поступление в Академию Космофлота. После всего случившегося она ему доверяет не меньше, чем тебе. Твои активы и банковские счета разморожены, бизнес вновь набирает обороты. За неоценимую помощь Космофлоту генерал вернул тебе звание лейтенанта. Всё закончилось. Прошу, дай мне развод.

— Так ты его любишь?

Юрист вскинула на меня изумлённый взгляд.

— Кого?

— Джавиера, — произнёс, сложив руки на груди. Ответ в принципе и так уже был понятен, но я хотел услышать его из уст этой первоклассной лгуньи. Всё-таки Марк был прав… у этой женщины просто феноменальная способность врать в лицо.

— Нет, — упало короткое в тишине моего офиса.

Я немного расслабил плечи.

— Тогда почему ты хочешь развод?

Алесса-Элиза вновь посмотрела удивлённо.

— А почему бы нет? Тебя я тоже не люблю.

Вот же зараза!

Эта фраза подействовала как удар хлыста. Неожиданно для самого себя я схватил девушку за запястья, толкнул к рабочему столу, заставляя сесть на него, и жёстко вклинился между изящных ножек, задрав платье.

— Эрик, что ты…

Я поставил руки по обе стороны от её бёдер, практически навалился и провёл носом вдоль шеи, от тонкой косточки ключицы до мочки покрасневшего ушка. Не удержался и лизнул кожу Лиз в том местечке, где она особенно одурительно пахла спелой ежевикой. Ответом мне стали прикрытые веки и горячее рваное дыхание.

— Врёшь, дорогая.

Я напрягся, ожидая, что Алесса-Элиза как всегда резко оттолкнёт меня и начнет говорить, что это ничего не значит, но она молчала, приоткрыв губы и тяжело дыша. Это придало мне сил.

— Нам было потрясающе хорошо вместе на Хёклу, Лиз. У нас был крышесносный секс, не смей отрицать этого, — зашептал, с нажимом проводя пальцами вдоль позвоночника от затылка, где тонкие шпильки держали пучок из густых волос, через крестец и до основания хвоста. — Нестабильные туннели! Я хочу тебя так, что у меня сводит яйца, а мозги превращаются в кашу! У тебя никого нет, и я считаю, что ты меня всё-таки любишь. Прекрати уже требовать от меня развода!

Внезапно тёплые женские пальчики погладили мою щетину. Алесса-Элиза чуть отклонилась, всё так же сидя на столе, и заглянула в глаза.

— Хорошо, Эрик, — сказала она неожиданно покладисто. — Я люблю тебя. Ты замечательный, самый невероятный мужчина на свете! Остроумный, весёлый, сильный, честный и щедрый. Любящий адреналин и риск, но при этом тщательно взвешивающий свои решения. Эпатажный, но прекрасно чувствующий границы допустимого. Блестящий адвокат, верный друг и тонкий психолог. Я не уверена, что на свете существует хотя бы ещё один мужчина, обладающий десятой долей твоих качеств… И я верю, что если ты вдруг действительно захочешь остепениться, то сделаешь свою настоящую супругу самой счастливой во всех Мирах. Пожалуйста, подпиши документ о разводе. Ты же понимаешь, что если не приложишь отпечаток ладони, то это ничего, в сущности, не изменит, кроме того, что придаст делу огласку, ведь я уже подтвердила заявку от своего имени.

Я глухо застонал. Что за невозможная женщина?! Дайте мне к ней инструкцию!

— Лиз, но зачем?!

— Потому что ты меня не любишь.

Замечательный вывод! Откуда?!

— Может, ты не будешь решать за меня?!

Алесса-Элиза громко вздохнула, зашуршала тканью и выбралась из капкана моих объятий. Ловко спрыгнула на пол, поправила на себе одежду и лишь после этого заговорила.

— Эрик, нет больше той Элизы, которую ты знал. Нет той беззащитной, искренней и наивной девочки, которая верила, что можно счастливо жить и в крохотном вагончике в пустыне на М-14. Есть теперь только Алесса, которая пóтом и кровью выбивала себе место под солнцем, зарплату, образование. Злая, сломленная, преданная тем, кого считала чуть ли не родным отцом. Научившаяся врать и никому не верить. Прежде всего ценящая деньги.

Попытался возразить, но девушка решительно подняла ладонь, показывая, чтобы я дал ей окончить.

— Я не прошу твоей жалости или снисхождения. Чтобы что-то построить, надо что-то сломать. Нельзя строить из ничего. Даже когда кажется, что ты ничего не ломаешь, всё равно это не так. Строишь здание в городе — ломаешь старое, берёшься за работу в лесу — вырубаешь деревья, которые росли там годами, а возводишь на поляне — вновь ломаешь, но уже экосистему животных, которые пользовались этой поляной, жили на ней, приходили к озеру на водопой или рыли норы. Но «ломать» — ни в коем случае не синоним слова «плохо». Когда-то давно умерла Элиза Киано. Я её сломала. А её место заняла Алесса Мариар. Сильная, уверенная в себе, целеустремленная. Менее наивная, более жёсткая. Вот и всё. Ты знаешь и любишь Элизу, но никак не Алессу…

— Лиз, это не так… — Я вновь открыл рот, чтобы поспорить, но меня ловко заткнули.

— Эрик, услышь себя! Ты даже называешь меня «Лиз», хотя я столько раз говорила, что я уже давно Алесса! Ты любишь не меня, а мой образ из прошлого! Сколько лет прошло с нашей дружбы на М-14? Сколько лет ты носил фотографию полумиттарки в растянутых штанах механика на своём коммуникаторе?

Что? Оторопело уставился на девушку, но она лишь хмыкнула в ответ.

— Я всё знаю. Шарлен рассказала. Да и она сама — живое доказательство того, что у тебя гипертрофировано чувство ответственности. Ты хочешь позаботиться обо всех и сразу. О смесках, что работают на «Вейсс Юро-Щит», о девочке, которая в двенадцать лет сбежала от родителей и попросила ей помочь, о бывшей уборщице-неудачнице… — Она закусила губу и отвернулась. — В том нет ничего плохого, но это не любовь. Это синдром защитника, вот и всё. Вселенная, да ты даже профессию выбрал такую, чтобы защищать невиновных… Подпиши развод.

Последнее слово, прозвучавшее в абсолютной тишине, меня добило.

— Пожалуйста.

Я сглотнул сухим горлом, чувствуя себя оглушённым. Моя ежевичная полуэльтонийка-полумиттарка действительно хотела развода. Это не было тем случаем, когда женщина говорит «нет», имея в виду «да».

— Ты хочешь, чтобы я дал добровольное согласие? — произнёс севшим голосом.

— Да, ты же знаешь процедуру. Если ты подтвердишь заявку своим отпечатком ладони, то она автоматически переместится в другую очередь. Разводы по обоюдному согласию рассматриваются в кратчайшие сроки — две недели — и мы оба свободны.

Я заторможенно кивнул. Пальцы словно одеревенели. Будто кто-то другой поселился в мой мозг и отдавал приказы телу. Нагнись. Активируй устройство. Приложи ладонь. Верни планшет. Я механически повторил то, что от меня требовалось. Посторонний голос внутри меня не преминул ехидно заметить, что точно так же несколько месяцев назад я подписывал брачный договор с этой женщиной — не читая и не глядя.

— Две недели — и мы оба свободны, — эхом пробормотал я.

Или не я, а всё тот же загадочный голос?

Экран гаджета мигнул зелёным светом. Горизонтальные складки на лбу моей гостьи разгладились, она светло улыбнулась:

— Спасибо, Эрик. Я знала, что ты поймёшь.

— Не стоит благодарности.

Внутри всё пульсировало, скручивалось тугим жгутом и болело, но внешне впервые за долгое время я выглядел как глыба льда. На самом деле заявление Лиз так ошарашило, что я просто с трудом заставлял тело и мысли шевелиться.

— И насчет секса… если тебе захочется…

— …то здесь рядом «Золотой век». Могу выбрать любую, — ответил жёстче, чем планировал. Просто по-ребячески вдруг захотелось огрызнуться. Но будущая бывшая жена неожиданно кивнула.

— Да, конечно. Я глупость сморозила.

Я упал в рабочее кресло и вновь повернулся к окну с фонтаном, ожидая, что Алесса-Элиза, получив то, что ей было нужно, уйдёт. Мощные цветные струи воды, вопреки законам гравитации, бесшумно добивали до восемьдесят второго этажа и распадались в воздухе на завораживающие бурлящие потоки. Смешанная с магнисом[1] вода образовывала неповторимые узоры, гипнотически сменяющиеся один за другим. На «Чудо Тур-Рина», так обозвали мой фонтан местные, можно было смотреть бесконечно.

В какой-то момент я поймал себя на том, что продолжаю смотреть в окно, ожидая, что Алесса наконец уйдёт, но позади до сих пор не раздалось ни шороха ткани, ни цокота туфель, ни хлопка отъезжающей вбок двери. Лиз почему-то осталась. Неужели испытывает угрызения совести? Ну-ну. Резко крутанулся и обнаружил, что девушка подошла к моему столу и без зазрения совести листает документы из верхней папки с текущим делом. Какого шварха?!

— Адвокатская тайна! — прорычал, стремительно забирая документы из её рук.

— Знаю, — как ни в чём не бывало отозвалась эта хитрая заноза. — Но об имени доверителя мне и так известно, а то, что здесь написано… Я же свидетельница, так что знаю даже больше, чем у тебя тут собрано информации.

Она вновь нагло протянула руку, намекая, чтобы я вернул ей папку.

— Ну ты дерзкая! — не то восхитился, не то разозлился и сунул документы в верхний ящик стола. — А ещё прокурор! А как же клятва соблюдения надзора за точным исполнением законов?!

Алесса-Элиза неожиданно громко фыркнула.

— На себя посмотри, тоже мне адвокат! Да ты тут не столько оправдываешь генерала Хестера, сколько пытаешься засадить в тюрьму разом всех октопотроидов. Да у тебя на втором листке даже речь с обвинений начинается. Это стандартное вступление прокурора, а не защитника!

— Ли-и-из… — протянул и тут же поморщился, став серьёзным. — Прости, Лесс. Это закрытое военное дело, и тебя не должно интересовать, как идут мои дела. Что ты тут ещё делаешь?

Девушка картинно выгнула бровь. Несколько секунд мы оба молчали. Наконец она набрала в лёгкие воздух, явно чтобы что-то ответить, но в этот момент её прервал громкий сигнал от автотрекера. Бен отъезжал и не знал, что у меня в офисе Алесса, ну а я не планировал сегодня приёма клиентов и просто забыл переставить устройство в беззвучный режим. Аудиозвук пошёл сразу после короткого писка:

— Фух, Эр, я только вернулся! Ну и пробки в космопорту Тур-Рина, ты бы знал! — затараторил мой секретарь без остановки. — Шарлен сдал с рук на руки капитану Танеко, а затем заехал в отделение Межгалактического Банка и перевёл по твоей доверенности все временно заимствованные деньги на счёт Алессы Мариар. Сверху добавил тысячу кредитов, как ты и распорядился, тут тоже всё чисто. Попросил сотрудника банка не уведомлять об этом госпожу Мариар. Со своей стороны хочу сказать, что рынок акций себя превосходно ведёт, я отдам всё с ближайшей зарплаты. Если я тебе нужен, то я уже на месте.

Очередной короткий писк обозначил, что аудио закончилось.

— А ещё ты очень заботливый, — упало в резко наступившей тишине.

Я посмотрел на Алессу, которая чему-то улыбалась. Шварх, наверное, тому, что её дурацкая версия о том, что мне просто нравится о ком-то заботиться и защищать, нашла ещё одно подтверждение. Это внезапно разозлило. Я сжал ладонь в кулак и опустил на столешницу.

— Ты не ответила. Почему ты ещё здесь?!

Красивая улыбка мгновенно исчезла. Алесса-Элиза подняла обе ладони вверх.

— Ладно-ладно, я поняла. Уже ухожу.

Она поднялась с кресла посетителя, взяла крошечную сумочку, планшет и направилась к двери. Уже на самом пороге прокурор замерла и, не оборачиваясь, тихо сказала:

— Я всегда верила в то, что адвокаты с острым умом гораздо опаснее, чем сотня преступников с бластерами в масках. У тебя потрясающее чутьё. Удачи тебе завтра на заседании, Эрик.

Когда дверь за женой закрылась, остро захотелось выть, рвать и метать. Говорят, с женщиной как с прокурором: всё сказанное рано или поздно может быть использовано против тебя. Те, кто так говорит — неопытные юнцы, которые никогда не имели отношений с женщиной-прокурором. С такой все сказанное ранее совершенно точно будет использовано против тебя.

Невыносимая эльтонийка действовала на меня как яд. Сладкий, но смертельный. Да от пристрастия к самому тяжёлому наркотику вылечиться легче, чем перестать думать о ней! Какой же больной на голову идиоткой надо было быть, чтобы выйти замуж за какого-то говнюка?! И оправдание! Чтобы отвлечь внимание! Злость вновь заклокотала в крови, желчью подбираясь к горлу.

«Зато она развелась и с ним, и с тобой», — саркастически заметил внутренний голос.

Вновь раздался писк автотрекера.

— Ох, Эр… прости… я не знал. Ты же не предупредил…

Очевидно, Алесса только что прошла мимо моего секретаря. Я хмыкнул:

— Ничего страшного. Твоей вины в этом нет, но впредь, пожалуйста, переспрашивай, один ли я в офисе, прежде чем отчитываться по делам.

— Есть, мой лейтенант! — звучно отозвался Бен, а я ответ лишь вспылил.

— Слушай, прекрати уже меня так называть! И какого шварха в моём офисе нет боксёрского снаряда?! Иди закажи со срочной доставкой и займись работой. У тебя на электронной почте её невпроворот.

— Есть, мой… — полупикси-полуцварг запнулся и добавил: — шеф.

Я с раздражением ткнул в кнопку сброса автотрекера и невидящим взглядом уставился на столешницу. Мало того, что Алесса-Элиза заставила меня подписать заявление на развод, так ещё и в документах покопалась. Кстати, о документах…

Я со вздохом открыл ящик и достал папку. Дело действительно было военным. Генерал Хестер потребовал его защитить и полностью оправдать действия Космофлота перед правительством октопотроидов, чтобы не вспыхнула война с дружественным Миром… Космобраконьеров удалось отловить в огромном количестве, и у всех них в грузовых отсеках оказались или редкие кораллы, или запрещённые к провозу по территории Федерации вещи и предметы, или вовсе диаторий… На тех, у кого на борту ничего не было обнаружено, я также помог составить иски от лица Космического Флота, указав на незаконное вооружение малых кораблей, сознательное уклонение от радаров офицеров охраны и намерения расхищения фауны на Рифе-тон-Ферр, подкреплённое видеоматериалами. Тот факт, что полипы — это животные, а не растения, кстати, увеличивал срок тюремного заключения на три года. «Вейсс Юро-Щит» подготовил полный пакет документов, чтобы заставить пойманных наркокурьеров отвечать по всей строгости законов Федерации. Более того, большинство пойманных браконьеров ничуть не отрицали того, что собирались продать найденные кораллы для создания диатория. С их точки зрения, они создавали сильнейшее обезболивающее средство, вот только на территории Объединённых Миров оно было строжайше запрещено как наркотик со смертельными последствиями. Правительству систем Окта и Ореона пришлось принять позицию Космофлота.

Но во всей этой истории было одно существенное «но». В течение целого месяца абсолютно каждую встречу в тюремном изоляторе, каждое заседание, когда я допрашивал пойманных курьеров, они яростно отрицали, что на Рифе-тон-Ферр их направил Уи-лын-крыз. Они даже отрицали то, что работали на него до этого момента. Пожимали плечами, отшучивались, говорили, что корабли собрали сами, арендовали на Окте или прочую ерунду. Я видел неприкрытое обожание и почитание Уи-лын-крыза в их глазах, но по факту у меня на руках не имелось никаких доказательств. Самое мерзкое во всей этой ситуации было то, что правительство октопотроидов, словно в насмешку, также напрочь отказалось предоставлять хоть какую-либо информацию о своих гражданах. Более того, представители Окта появились неожиданно быстро в том секторе, где мы арестовали «Траск Консалтинг», и потребовали флагман себе.

Каждую нашу встречу Уи-лын-крыз растягивал бледные губы в бесстыжей улыбке, показывал свои клыки и спокойно повторял одно и то же:

— Понятия не имею, в чём вы меня обвиняете. Да, «Сонары Росси» я приобрёл, и это моё программное обеспечение, вот документы, подписанные разработчиком лично. Сделка законна. То, что этот код случайно оказался на всех кораблях Космофлота, — это не наша беда. Это в первую очередь недосмотр ваших военных.

Я попал в проклятый замкнутый круг. Чтобы доказать прослушку, требовалось расшифровать серверы, на которых хранились «Сонары Росси» и база данных «Траск Консалтинг», так удачно запароленные накануне нашей операции. Шарлен мастерски залатала чёрный вход в программное обеспечение, и единственное юридическое доказательство того, что червь имел место быть, было теперь у самих октопотроидов. На изъятие серверов не было оснований, и Уи-лын-крыз это прекрасно понимал. У меня не получилось вменить этому моллюску даже сознательное уклонение от радаров, так как тут уже правительство Окта и Ореона встало на дыбы.

«Мы с пониманием относимся к обвинениям, выдвинутым в адрес водителей мелких транспортных космических средств, — заявил адвокат, присланный октопотроидами, — но это просто смешно, что вы пытаетесь навесить это на уважаемого Уи-лын-крыза. Посмотрите на размер корабля! Очевидно, что такую махину глупо прятать, ведь её можно увидеть издалека через иллюминаторы обычными средствами. Космофлот элементарно экономит на техническом обслуживании своих кораблей и использовал устаревшее программное обеспечение, вот и всё».

И разумеется, чтобы доказать обратное, мне требовалась экспертиза программного кода, а её не было. И создатель программы — Камиль Росси — считался пропавшим без вести идеально через неделю после похищения Шарлен. Что до самой Ленни… её показания не значили ровным счётом ничего, так как по законам Федерации она была несовершеннолетней. С юридической точки зрения, она сама подписала трудовой договор с «Траск Консалтинг», и даже похищением это назвать было нельзя.

Конечно, во всей этой эпопее была и хорошая сторона. Когда Уи-лын-крыз обнародовал документ передачи «Сонаров», Космический Флот централизованно и буквально за трое суток откатил все обновления на звездолетах. Эти семьдесят с небольшим часов на территории Федерации Объединённых Миров творился полный хаос. Патрульные корабли были вынуждены покинуть свои посты и вернуться на КС-700 для срочного обновления прошивки бортовых компьютеров. На главной станции произошёл сбой электроэнергии из-за возросшей нагрузки на центральный ядерный реактор, а вследствие этого в Академии пришлось объявить внеплановый выходной. На основной стыковочный узел стояла многокилометровая очередь из сотен истребителей, яхт, катеров, шлюпок, шаттлов и военных транспортников. Всем было приказано отключить радары и вообще не полагаться на их данные, и из-за этого во избежание столкновений пилоты не подлетали друг к другу ближе чем на два километра. Очередь на КС-700 перекрыла одну из центральных космотрасс, и генерал Хестер от лица Космического Флота попросил перенести все рейсовые поездки крупных лайнеров транспортных компаний на три дня.

С дежурной охраной стабильных кротовых нор получилось всё ещё сложнее. К ним выслали сразу по десятку ремонтных ботов, которые заполонили пространство вокруг входов в туннели. Все проходы пришлось временно отменить, пока программное обеспечение на дежурных звездолётах не будет заменено более старой, но надежной версией.

Гражданскими кораблями Федерации Объединённых Миров решено было заниматься в последнюю очередь. Генерал Хестер назначил личные встречи с Аппаратами Управления Планет и договорился об указах о внеплановом техническом осмотре космических средств передвижения на Танорге и его спутниках в кратчайшие сроки. Разумеется, причина указов осталась засекреченной на уровне правительств. Чехарда, конечно, началась знатная, граждане Федерации недовольно погудели, так как не поняли, из-за чего такой переполох, но подчинились.

Я вновь пробежался взглядом по документам и покачал головой. Нестабильная сингулярность! Проклятые квазары! Что же делать с Уи-лын-крызом? Его оберегают и ему поклоняются словно Крёстному Отцу в мафии. Как его вывести на чистую воду? Завтра итоговое заседание, на котором должно всё решиться. Генерал предупредил, что удерживать представителя другой системы более чем месяц мы не можем. Октопотроиды уже начали возмущаться и намекать, что либо мы выдвигаем обвинения, либо отпускаем их «уважаемого гражданина», либо Окт и Ореон будут объединяться и просить военной помощи у рептилоидов.

Алесса Мариар

Прокурор вышла из кабинета Эрика, думая о том, что, возможно, они виделись в последний раз. Хорошо, что он подписал заявление на развод, так меньше потом будет пересудов. Если уж он не понял того, что она вышла замуж за Джавиера, чтобы потянуть время и отвлечь октопотроидов свадебным ритуалом, то того, что она собирается сделать, он не поймёт и вовсе, а ей, очевидно, уже не будет места ни в государственной прокуратуре, ни в целом в системе Эльтона. Здесь не любят полукровок, а обманщиц, которые годами водили за нос общество, — ещё больше. Репутация Эрика не должна пострадать от её поступка.

Она не заметила, как пробежалась по коридору, и вынырнула из своих мыслей лишь тогда, когда услышала грохот откуда-то справа.

— Го… госпожа Мариар?! — Секретарь Вейсса от неожиданности споткнулся и чуть не упал, завидев её, но успел опереться одной из рук на спинку высокого кресла. — Кофе? Чай?

— Ах, Бен, это вы? — Алесса покачала головой и улыбнулась, вспомнив сообщение на автотрекере. — Спасибо, ничего не надо, я уже ухожу.

— Уходите?

Полуцварг-полупикси явно разволновался, осознав свою недавнюю оплошность.

— Да, ухожу, — терпеливо повторила Алесса и внезапно спросила: — У Эрика завтра заседание, не подскажете, в каком зале?

Вопрос был уловкой, так как на деле она даже не была уверена, что мероприятие пройдёт на спутнике. Она планировала выведать эту информацию у Марка, но раз уж Бен так кстати подвернулся — почему бы и не воспользоваться случаем? Васко попался на удочку, даже не поняв этого:

— Так… весь Ионский суд ради этого дела будет изолирован от прессы, практикующих студентов и просто любопытствующих. — Бен неожиданно перешёл на шёпот и округлил глаза. — Дело-то военное, то есть повышенной секретности и э-э-э-э… ну, как бы межрасовое… в смысле, галактического масштаба. В самом большом зале всё и будет происходить.

Прокурор серьёзно кивнула.

— А во сколько?

Бен явно заподозрил неладное.

— А вам зачем?

— Как зачем? — Теперь уже Алесса деланно округлила глаза. — Я хочу пожелать Эрику удачи. Он же мой муж.

Полупикси-полуцварг заколебался, остро пожалев, что вообще раскрыл информацию о шефе. Шварх, не надо было этого делать… Отвернулся, соображая, что бы такого ответить, и закопошился в бумажных пакетах с едой. Памятуя о том, какой напряжённый график у Вейсса, после космопорта он заехал за обедом в один из элитных ресторанов Тур-Рина. Бутерброды и перекусы на общей кухне — это, конечно, хорошо, но надо бы и нормальную пищу тоже есть. На рабочем столе появились многочисленные пластиковые коробочки с блюдами.

— Не надо ни ящериц, ни змей, ни миттарских устриц. — Алесса неожиданно покачала головой и отложила три упаковки с самыми дорогими блюдами в сторону. — Эрик всю неделю говорил о том, что мечтает о самом простом стейке из телятины с картошкой. Вот это отнеси ему.

Бен поднял удивлённый взгляд на гостью.

— Обычно раз в месяц он ест что-то из этого, там редкий набор витаминов и минералов… — с неудовольствием проговорил, но всё же достал откуда-то поднос и положил туда стейк тоже. — А стейк я вообще-то для себя брал.

— Вот увидишь, — эльтонийка улыбнулась, — если ты предоставишь ему выбор, то он отдаст тебе все мидии и ящериц, а сам возьмёт телятину. Я прожила с ним на Хёклу почти восемь дней. Он сыт по горло экзотикой.

— М-м-м-м… Да? — с сомнением произнёс секретарь. — А из напитков тогда что сделать? Воду? Кофе? Шейтарри?

— Сок. Просто сок. Если есть ежевичный, то ему понравится.

— Понял. — Васко кивнул и потянулся к браслету, чтобы оформить заказ. Ежевичного нектара у них никогда не было в офисе, только стандартный вишнёвый. Но если шефу нравится, то надо достать.

— Бен?

— Что? — Полупикси уже оформлял заказ.

— Время, — коротко напомнила о более раннем вопросе прокурор.

— Он меня уволит… — Полупикси-полуцварг посмотрел на Алессу почти жалобным взглядом. Ему уже стало очевидно, что ни о каких «пожеланиях успеха» там речи быть не может, но и сама эльтонийка явно не хотела ничего плохого для босса. Он подумал ещё немного, вздохнул и тихо сказал: — В час дня. Но улицы от космопорта перекроют раньше, чтобы все октопотроиды и военные могли спокойно приземлиться. Вам там лучше быть как минимум в полдень.

[1] Редкое вещество, импортированное с Юнисии. О свойствах магниса подробнее в книгах «Академия Космического Флота: Пограничный филиал» и «Академия Космического Флота: Хранители Федерации».