Реаниматолог Рода. Том 2: Протокол «Изнанка»

Глава 9 ПРЕДАТЕЛЬ

Тишина в Башне была обманчивой.

Снаружи выл ветер, несущий пепел сожженной Цитадели. Внутри гудела вентиляция, перегоняя очищенный воздух.

Но я слышал другой звук.

Тихий, ритмичный писк ошибки на терминале безопасности.

Я сидел в кресле Орлова, глядя на стену мониторов. Половина экранов была черной. «Нет сигнала».

— Вольт, — позвал я, не повышая голоса. — Почему у нас слепая зона в секторе генератора?

Хакер, который спал прямо на полу у стойки серверов, дернулся и протер глаза.

— Перегрев, наверное. Или крысы перегрызли кабель. Я проверю.

— Крысы не едят оптоволокно, Вольт. И крыс в Башне нет. Мы их съели еще на прошлой неделе.

Я встал и подошел к карте периметра.

Красная точка мигала в подвале. Там, где стояли основные баки с топливом и резервные генераторы.

Сердце Башни.

Если оно остановится, щиты упадут. И тогда Гниль, которая плещется у наших стен, зайдет в гости без стука.

— Вера, — я активировал интерком. — Бери группу. Проверь минус пятый уровень.

— Принято. Что ищем?

— Диверсантов. Или призраков. Стрелять на поражение.

Я вернулся к столу.

На столе лежал Рубин. Оплавленный, тусклый.

Рядом — планшет Волкова с котировками (которые падали быстрее, чем трупы с крыши).

И пистолет.

В комнате, кроме меня и Вольта, были еще двое.

Волков, который нервно расхаживал у окна, и Алиса.

Куратор сидела в кресле, читая книгу. Она была спокойна. Слишком спокойна.

— Вы нервничаете, Барон, — заметила она, не поднимая глаз.

— Я параноик, Алиса. Это профессиональная деформация. Когда пациент внезапно затихает, это значит, что у него остановилось сердце.

— Башня — не пациент. Это крепость.

— Любая крепость берется изнутри.

В этот момент свет мигнул.

Раз. Два.

И погас.

Включилось аварийное освещение — тусклые красные лампы.

Гул вентиляции стих.

— Твою мать! — Волков замер. — Что происходит?

— Саботаж, — констатировал я, выхватывая пистолет. — Вольт, статус!

Хакер лихорадочно бил по клавишам своего дека (который работал от батареи).

— Система обрушена! Кто-то ввел команду «Аварийное отключение»!

— Откуда⁈

— С терминала… в медотсеке!

Я похолодел.

Медотсек.

Там лежали раненые. Там был запас «Амброзии».

И там был Борис.

Джаггернаут спал после операции по установке кибер-рук. Он был беспомощен.

— Борис! — я рванул к двери. — Алиса, за мной! Волков, баррикадируй дверь!

Мы вылетели в коридор.

Лифты стояли.

Пришлось бежать по лестнице. Десять этажей вниз.

Я перепрыгивал через ступени, игнорируя боль в ногах.

«Кто? Кто мог пройти мимо Легиона? Мимо охраны?»

Ответ был страшным.

Только тот, кого Легион считал «своим».

Мы ворвались в медотсек.

Здесь тоже горел красный свет.

На полу лежали тела охраны. «Куклы».

Они не были убиты выстрелами. У них были перерезаны горла. Чисто, профессионально.

У капсулы регенерации, где лежал Борис, стояла фигура.

В белом халате врача. В маске.

Фигура держала в руках шприц. И заносила его над катетером, ведущим в вену гиганта.

— СТОЯТЬ! — заорал я, наводя пистолет.

Врач обернулся.

Маска скрывала лицо, но глаза…

Глаза были знакомыми.

Это был не чужак.

Это был один из тех врачей, которых прислал Волков. Старший хирург его бригады.

Доктор Кляйн.

— Простите, коллега, — произнес он спокойно. — Но у пациента… осложнения.

Он нажал на поршень.

В трубку капельницы пошла прозрачная жидкость.

Я выстрелил.

Пуля попала ему в плечо. Кляйн пошатнулся, но не упал.

Он сорвал с пояса… гранату?

Нет. Склянку с зеленой светящейся жижей.

Штамм Анны.

— За Императора! — крикнул он и разбил склянку об пол.

Зеленое облако взметнулось вверх.

— НАЗАД! — Алиса толкнула меня за дверь шлюза.

Стекло шлюза выдержало удар спорами.

Мы видели, как Кляйн падает в конвульсиях, покрываясь мхом.

Но мы видели и другое.

Борис.

Жидкость из шприца дошла до его вены.

Гигант в капсуле открыл глаза.

Они были красными.

Он зарычал.

Вода в капсуле закипела.

Стекло треснуло.

— Он отравил его! — прохрипел я, колотя кулаком по бронестеклу. — Он вколол ему… стимулятор ярости? Или яд?

— Хуже, — сказала Алиса, глядя на показания сканера в своих очках. — Он вколол ему коды подчинения. Гильдия купила твоего хирурга, Виктор. И теперь твой Джаггернаут — их оружие.

Капсула разлетелась вдребезги.

Борис встал.

Его новые кибер-руки сжались. Встроенные лезвия выдвинулись с лязгом.

Он посмотрел на нас через стекло шлюза.

В его взгляде не было узнавания.

Была только программа: «УБИТЬ ВСЕХ».

Он шагнул к двери.

И ударил.

Сталь шлюза, рассчитанная на взрыв, прогнулась.

— Бежим! — Алиса потянула меня за рукав. — Мы его не удержим!

— Я не брошу его! Я могу его… перезагрузить!

— Чем⁈ У тебя нет маны! А он — танк! Уходим, Виктор! Или ты умрешь здесь, и город сгорит!

Мы побежали.

За спиной раздавались удары.

БУМ. БУМ. БУМ.

Мой лучший друг ломал дверь, чтобы убить меня.

И я знал, что он её сломает.

Стальная дверь шлюза выгнулась внутрь пузырем, словно была сделана из фольги. Петли завизжали, не выдерживая давления.

БУМ!

Очередной удар. В центре двери появилась трещина. Сквозь нее я увидел красный свет сканера, встроенного в глаз Бориса.

— ЦЕЛЬ ОБНАРУЖЕНА. УНИЧТОЖИТЬ. — Голос моего друга звучал как скрежет жерновов. В нем не было ничего человеческого. Только программа.

— Он прорвется через десять секунд, — Алиса уже вытащила из кобуры на бедре пистолет странной формы. Тонкий, длинный ствол, больше похожий на иглу. — У меня бронебойные с нанитами-деструкторами. Если я попаду ему в глазницу, мозг вытечет через уши.

— Не смей! — я ударил по ее руке, сбивая прицел. — Это мой человек!

— Это машина для убийства, которая вышла из-под контроля! Виктор, включи мозг! Он тебя размажет!

Дверь сорвалась с петель и рухнула в коридор, подняв облако пыли.

В проеме стоял Джаггернаут.

Борис казался еще больше в красном аварийном освещении. Его новые руки-манипуляторы гудели, лезвия, встроенные в предплечья, вибрировали.

Он шагнул вперед. Пол под его ногами треснул.

— БОРИС! — заорал я, пытаясь перекричать гул его сервоприводов. — Очнись, идиот! Это я, Док! Я тебе руки пришил!

Он повернул голову. Сканер сфокусировался на мне.

— ДОКТОР КОРДО. СТАТУС: ВРАГ ИМПЕРИИ. ПРИГОВОР: ЛИКВИДАЦИЯ.

Он поднял правую руку. Из запястья с щелчком выдвинулся ствол встроенного пулемета (Вольт, сукин сын, перестарался с апгрейдом).

— В укрытие!

Я схватил Алису за талию и швырнул ее за угол коридора, падая следом.

ТРА-ТА-ТА-ТА!

Очередь прошла по стене там, где мы только что стояли. Бетонная крошка брызнула в лицо.

— У него тепловизор! — крикнула Алиса, перекатываясь. — Стены не спасут! Нам нужно вниз!

— Лифты стоят!

— В шахту!

Мы рванули к дверям лифта.

Борис шел за нами. Он не бежал. Ему не нужно было бежать. Он знал, что мы в тупике.

Он шел, снося плечами переборки, как терминатор.

Я подбежал к шахте.

Двери были закрыты.

— Мана! — я попытался призвать остатки силы.

5 единиц. Ничтожно мало.

Я ударил кулаком по замку, вливая импульс [Коррозии].

Металл зашипел, покрываясь ржавчиной.

Я пнул створки. Они подались.

Внизу зияла черная пасть шахты. Трос висел в метре от края.

— Прыгай! — я подтолкнул Алису.

Она, не раздумывая, сиганула в пустоту, ухватившись за трос.

Я прыгнул следом.

Мои перчатки скользнули по жирному тросу. Я пролетел пару метров, обдирая ладони, прежде чем смог затормозить.

Сверху, в проеме открытых дверей, показалась голова Бориса.

Он посмотрел вниз.

— ЦЕЛЬ УХОДИТ. КОРРЕКТИРОВКА.

Он не стал стрелять.

Он просто шагнул в шахту.

Без троса.

— Твою мать! — выдохнул я. — Он же разобьется!

Но Борис не собирался падать.

Он раскинул руки в стороны.

Его титановые пальцы врезались в бетонные стены шахты, высекая искры. Он тормозил своим телом, используя руки как тормозные колодки.

Скрежет стоял такой, что закладывало уши.

Он спускался к нам, как паук. Быстро. Неумолимо.

— Вниз! Быстрее! — закричала Алиса.

Мы скользили по тросу, сжигая перчатки.

Минус пятый уровень. Технический этаж.

Двери шахты здесь были открыты (видимо, кто-то пытался выбраться).

Мы вылетели в коридор, полный труб и пара.

Борис приземлился на крышу кабины лифта, застрявшей этажом ниже.

Удар сотряс шахту.

Он подтянулся и вылез на наш уровень.

Его броня дымилась от трения. Один глаз-сканер был разбит (видимо, ударился о стену), но второй горел яростью.

— ОТЦА… НЕТ. ЕСТЬ ТОЛЬКО ПРИКАЗ.

Он перекрыл коридор своей тушей.

За его спиной был тупик. Перед нами — он.

Бежать некуда.

— Виктор, — Алиса подняла свой игольник. — У меня один выстрел. В затылок. Процессор там. Это его убьет, но спасет нас.

— Нет.

Я вышел вперед.

Я смотрел на своего друга. На монстра, которого я создал.

Я видел швы на его плечах. Мои швы.

Я знал его анатомию лучше, чем свою.

— Борис, — сказал я тихо. — Ты слышишь меня? Там, внутри этой программы?

Гигант замер. Его рука-клинок дернулась.

— ПОМЕХИ В СИСТЕМЕ… ГОЛОС… ЗНАКОМЫЙ.

— Это не помехи. Это память. Ты помнишь вкус мяса? Помнишь, как мы жрали крыс в канализации? Помнишь, как ты остановил поезд?

Борис покачнулся.

— ПОЕЗД… БОЛЬНО…

— Тебе не больно. Ты — Джаггернаут. Ты самый сильный ублюдок в этом городе. И ты не подчиняешься никому. Ни мне. Ни Империи. Ни этому гребаному коду в твоей голове!

Я сделал шаг к нему.

— Стой! — крикнула Алиса. — Он тебя разрежет!

Я шел прямо на лезвие.

Борис занес руку. Цепной клинок взвыл.

Он мог разрубить меня пополам одним движением.

Я не останавливался.

Я подошел вплотную. Лезвие жужжало в сантиметре от моего носа.

Я положил руку (свою, живую, с ожогом) на его металлическую грудь. Прямо туда, где под броней билось его сердце.

— Бей, Борис. Если ты раб — бей.

Его глаз-сканер мигал. Красный… желтый… красный.

— ОШИБКА… КОНФЛИКТ ДИРЕКТИВ… ЗАЩИТА… УНИЧТОЖЕНИЕ…

Его трясло.

Программа Кляйна боролась с личностью Бритвы.

И я знал, как помочь личности победить.

Мне нужен был шок. Перезагрузка.

Я вспомнил Вольта. Как он взламывал системы.

Я не хакер. Я врач.

Но я знаю, что такое «нервный срыв».

Я собрал последние капли маны. Все до дна. И добавил к ним энергию своего Ожога.

[Импульс Боли].

Я послал ему не приказ. Я послал ему воспоминание.

О той боли, когда я отрезал ему руки.

О той боли, когда он держал поезд.

О той боли, когда он был в клетке.

Вся его боль, сконцентрированная в одну секунду.

— ВСПОМНИ!!! — заорал я.

Импульс прошел сквозь металл, сквозь чипы, прямо в его нервную систему.

Борис закричал.

Это был крик человека, которого сжигают заживо.

Он упал на колени, обхватив голову руками.

Лезвия втянулись. Пулемет ушел в паз.

— А-А-А!!! ГОЛОВА!!! МОЯ ГОЛОВА!!!

Из его ушей пошел дым. Чип контроля, вживленный Кляйном, не выдержал перегрузки нейросети и сгорел.

Борис ударил кулаком в пол. Бетон разлетелся в крошку.

Потом он затих.

Тяжело дыша, он поднял голову.

Красный свет в глазу погас. Остался обычный, человеческий, налитый кровью глаз.

— Док… — прохрипел он своим голосом. — Какого хрена ты так орешь? У меня похмелье…

Я сполз по стене рядом с ним.

— С возвращением, пьяница.

Алиса опустила пистолет.

Она смотрела на меня с новым выражением. Не страх. Не презрение.

Уважение.

— Вы переписали код… болью? — спросила она.

— Боль — лучший учитель, Алиса. Она всегда говорит правду.

Борис сел, привалившись к трубе.

— Кляйн, — сказал он. — Этот доктор… он вколол мне дрянь. Где он?

— Мертв. Отравился собственным ядом.

— Жаль. Я хотел оторвать ему голову.

— У тебя будет шанс оторвать голову кое-кому другому.

Я встал. Ноги дрожали, но я держался.

— Система безопасности Башни все еще лежит. Кляйн был не один. У него был доступ к серверной.

— Кто дал ему доступ?

— Тот, кто знал коды Орлова.

Я посмотрел на Алису.

— Нам нужно наверх. В пентхаус. Там сейчас решается судьба не только Башни, но и нас всех.

Мы двинулись к лестнице.

Борис, хромая и скрипя приводами, шел замыкающим.

Предатель был устранен. Но Тень, которая его послала, все еще была в здании.

И я догадывался, чья это Тень.

Мы поднялись по лестнице пешком. Сто этажей ада.

Борис, несмотря на свою массу и стальные руки, не запыхался. Его гидравлика тихо жужжала, помогая мышцам. А вот я, с моей нулевой маной и изношенным телом, едва переставлял ноги. Алиса шла легко, словно гравитация на неё не действовала.

Мы вошли в пентхаус.

Волков встретил нас с автоматом в руках. Он забаррикадировал дверь столом.

— Живые? — спросил он, опуская ствол.

— Относительно, — я рухнул в кресло. — Борис снова наш. Кляйн — минус.

— Кляйн… — банкир скривился. — Я платил ему миллион в год. А он продал меня Гильдии. Кому верить, Виктор?

— Никому. Даже себе. Особенно когда твой мозг стоит дороже, чем этот небоскреб.

Я посмотрел на Вольта.

Хакер сидел на полу, окруженный разобранными серверами. Он соединял провода напрямую, в обход сгоревших плат.

— Статус?

— Система… странная, — пробормотал он, не отрываясь от работы. — Я поднял файрвол. Но атака… она не прекратилась. Она просто затихла. Словно хищник, который спрятался в кустах.

— Откуда шел сигнал?

— Из «Облака». С сервера резервного копирования. Того самого, который мы, как думали, отключили.

— Мы отключили физический сервер, — напомнил я. — Но данные могли уйти в сеть.

Вольт поднял на меня глаза.

— Нет, Док. Это не данные. Это личность.

Он развернул монитор ко мне.

На черном фоне экрана пульсировала зеленая синусоида. Голос.

— Анализ паттерна речи. Интонации. Паузы. Это не скрипт. Это живой разум.

Я подошел к экрану.

— Включи звук.

Вольт нажал клавишу.

Из динамиков раздался тихий, спокойный смех.

«Браво, Виктор. Ты справился с моим маленьким тестом. Джаггернаут — хорошая машина, но ты нашел уязвимость. Боль. Как примитивно. И как эффективно.»

Это был голос Орлова.

Не синтезированный. Настоящий. С его легкой картавостью и высокомерием.

— Ты жив? — спросил я в микрофон.

«Я — эхо. Цифровой слепок. Энграмма, сохраненная за секунду до того, как ты превратил мой мозг в кашу. Я живу в сети Башни. Я — этот Дом.»

— И что тебе нужно, Каспер?

«Мне нужно то же, что и тебе. Выживание. Город обречен. Таймер „Икара“ тикает. Если ты не уберешься отсюда, мы оба сгорим. Я — как код, ты — как мясо.»

— Ты пытался убить меня руками Бориса.

«Я пытался проверить твою компетентность. Ты прошел. Теперь мы можем договориться.»

— О чем?

«О транспорте. Ты хочешь уйти в Пустошь. Но ты не знаешь маршрутов. Твои карты устарели на пятьдесят лет. А мои дроны обновляли карту „Серой Зоны“ каждый час. Я знаю, где безопасные коридоры. Я знаю, где гнезда мутантов. Я знаю, как пройти к „Объекту Ноль“, не потеряв половину людей.»

Орлов-Призрак сделал паузу.

«Возьми меня с собой. Скачай меня на тот кристалл, что лежит у тебя в кармане. И я стану твоим навигатором.»

Я посмотрел на Рубин.

Пустой, холодный камень.

— Ты хочешь в Рубин? В имперский артефакт?

«Это единственный носитель, способный вместить мою… сложность. И это единственный способ для меня покинуть Башню до взрыва.»

Я посмотрел на Алису.

Она кивнула. Едва заметно.

— Соглашайся. Нам нужен проводник.

Я вздохнул.

Опять сделка с дьяволом.

— Хорошо, Граф. Залезай в банку. Но если ты попробуешь взломать мне мозг или перехватить управление Легионом… я брошу этот камень в реактор поезда.

«Справедливо. Подключай.»

Я положил Рубин на считыватель.

Вольт запустил передачу данных.

Экран мигнул. Полоса загрузки заполнилась за секунду.

Рубин в моей руке нагрелся.

Внутри него, в глубине красного кристалла, загорелась зеленая искра.

«Я здесь», — голос Орлова теперь звучал у меня в голове. Через ментальную связь камня. «Уютно. Немного тесновато после сервера, но жить можно.»

— Сиди тихо, — я сунул камень в карман.

Я повернулся к команде.

— Мы уходим. Немедленно.

— Поезд готов? — спросил Волков.

— Готов. Грузовики загружены. Армия в анабиозе. Осталось только доехать до Депо.

— Но город… — Вера посмотрела в окно. — Там Гниль. И патрули Гильдии.

— У нас есть навигатор, — я похлопал по карману. — И у нас есть таран.

Я кивнул на Бориса.

— Джаггернаут, твой выход. Ты пойдешь в голове колонны. Сноси все, что движется.

— С радостью, — гигант лязгнул клешнями.

Мы спустились в гараж.

Колонна стояла под парами. «Мамонт», грузовики, БТРы Волкова.

Легион (однорукий, но все еще страшный) стоял у ворот.

— ОТЕЦ. МЫ ГОТОВЫ.

— Открывай ворота, — скомандовал я.

Тяжелые створки поползли вверх.

В гараж ворвался запах гари и гниения.

Мы выехали в ночь.

Город умирал. Небоскребы горели, как свечи. Улицы были забиты брошенными машинами и трупами.

Гниль была везде.

Но мы шли сквозь этот ад, как ледокол сквозь льды.

Впереди нас ждала Пустошь.

И «Объект Ноль».

Врата, которые мы должны закрыть.

Или открыть еще шире.

Понравилось? Подписывайтесь и добавляйте в библиотеку! Это ускоряет выход проды!