Расщеплённая сталь. Том 1

Глава 12

ГЛАВА 12 — ГЛУПАЯ СМЕРТЬ И КАТОРГА Руны на её теле медленно затухли, и лицо застыло в пугающе спокойном выражении. Словно под конец Лисания всё же определилась. Возможно, ей и правда понравился такой исход. А может, просто убедила себя в этом, чтобы встретить смерть не в страхе, а в покое.

Я наклонился, снял с её тонкой, уже холодной руки кольцо. Потом — пояс. Встал, накинул на её тело одеяло, укрывая её так, будто она всего лишь уснула. Слишком человечно для ведьмы, чей разум пытался вгрызться в мой. Но после всего услышанного… я посчитал это правильны. Теперь она лишь отблеск когда-то сломанной души.

Рядом валялся труп одного из ублюдков АБСХ. Осмотрев его, я понял, что единственное, что стоило взять — это штаны. Видимо, он был из их пробуждённой группы. Стянув их, осмотрел характеристики:

Магические штаны: • +14 к здоровью • +4% ко всем стихийным сопротивлениям

Не то чтобы это было откровением, но лучше, чем мои потрёпанные военные. Я схватил его за шкирку — уже начавшее покрываться трупными пятнами тело воняло гнилью — и выкинул его одним рывком за порог. Пусть ведьма спит в своей избушке одна.

Изба оказалась пугающе пустой. Будто система нарочно создавала такие зоны без лута — ни зелий, ни ингредиентов, ни жутких фолиантов. Ничего, что бы напоминало о сказках, в которых ведьмы варят зелья. Только пыль, дерево, да мрак.

Пришло время взглянуть на её артефакты:

[Кольцо: Поцелуй ведьмы]

• Тип: Уникальный• Слот: Кольцо• +30 к мане• +10% сопротивления стихиям• Регенерация маны: +2.0/сек• Уникальное свойство: сокращает перезарядку проклятий на 30%. Во время действия проклятия на противнике, носитель получает +10% ментального сопротивления.• Состояние: Активно

Я хмыкнул. Вот почему она его оставила. Памятка о ней, но и эффект был мощным. Особенно реген маны. На фоне моего текущего запаса это выглядело как глоток воздуха в разреженном пространстве. Очень "вкусный" артефакт.

[Пояс: Мутное варево]

• Тип: Уникальный• Слот: Пояс• +1 слот флаконов• +25 к здоровью• +8% сопротивления хаосу• +8% сопротивления стихиям• Уникальное свойство: восстанавливает 2 заряда флакона раз в 15 секунд, усиливает эффект и длительность флакона на 25%• Состояние: Активно

На поясе болтался один флакон:

[Флакон: Ртутный флакон]

• Тип: Магический• Заряды: 60/60• Длительность: 22.5 секунд• Слот: Пояс• Эффект: во время действия повышает скорость носителя на 25%• Дополнительные свойства: увеличенная длительность +25%• Востанавливается: автоматически после закрытия портала или при убийстве врагов (зависит от их силы)

Вот это уже было серьёзно. Пояс сам по себе перезаряжал флакон — и мне не нужно было убивать, чтобы восполнить его. Скорость — бешеная. Теперь понятно, как она успела ускользнуть в свою избу. +25% — это уже не шутка, особенно в бою.

Я медленно надел оба предмета, чувствуя, как энергия растекается по телу. Это было правильное решение. Но время поджимало. Портал гоблинов — всё ещё активен. Если хоб, сидящий внутри, вырвется… мои ребята не продержатся и минуты.

Выдыхая, я проверил снаряжение. С проклятьями разберусь позже. Сейчас — только одна цель: выйти отсюда и не дать очередному уроду устроить бойню.

В руке лежал кинжал, тот самый — с кроваво-красным камнем в рукояти, тяжелый, с холодом черной стали. Она отдала его мне добровольно, как будто это был не инструмент казни, а часть чего-то большего. Как будто в этом лезвии она оставила остатки своей души. Я разглядывал его несколько секунд, затем убрал за пояс. Память. Немая, но пронзительная.

Выйдя из избы, я медленно закрыл дверь. Щелчок. Дерево скрипнуло. Ощущения были двоякие. Я пришёл уничтожать врага, вырезать источник заразы, но уходил в тишине, с мыслями, гнездящимися где-то под черепом. Не сожаление — его не было. Не жалость — она мне чужда. Понимание. Если бы я оставил её жить, кто-нибудь из менее удачливых бы гнил в болотной жиже. Её проклятия ломали разум, как ржавая кость, и если бы не мой ментальный барьер, я бы валялся рядом с тем уродом из АБСХ. Потому — не судьба, ведьма Лисания. Уж прости.

Открыв статус я быстро осмотрел изменения:

[СТАТУС: АКТИВЕН][ИМЯ: Грим / Джордж / Носитель №48][КЛАСС: ТЕНЬ]

— ОСНОВНЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ:• ЖИЗНЬ (HP): 424/424• МАНА (MP): 170/170• ЭНЕРГОЩИТ (ES): 0/0

— ЗАЩИТА:• ФИЗИЧЕСКОЕ СОПРОТИВЛЕНИЕ: 42%• МЕНТАЛЬНОЕ СОПРОТИВЛЕНИЕ: 45%• СОПРОТИВЛЕНИЕ СТИХИЯМ: 47%• СОПРОТИВЛЕНИЕ ХАОСУ: 22%

— ВОССТАНОВЛЕНИЕ:• Регенерация HP: 5.0/сек• Регенерация маны: 4.0/сек

— СОСТОЯНИЕ:• +1 слот флаконов• Скорость передвижения: 103%

Портал, оставшийся у избы, ждал у самого порога, будто специально — как застывшее напоминание. Я шагнул внутрь, и в следующую секунду меня выбросило наружу, обратно в реальность, как плевок. Портал за спиной захлопнулся с тягучим, гулким звуком, от которого потянуло холодом — будто закрылся гроб.

Я резко осмотрел периметр. Что-то было не так. Слишком тихо. Слишком пусто. Задержался. Знал же, что нельзя, но увлёкся диалогом с ведьмой. Дьявол.

Тело Макса... Я замер.

Он был прибит к стволу дерева, словно гигантская булавка пронзила его насквозь. Стрела толщиной с предплечье пробила броню, тело, позвоночник и зафиксировала его там, как жука в коллекции. Из рта лилась кровь, глаза остекленели. Без единого звука. Без шансов. Только слипшаяся, свисающая плоть, зажатая древком.

Демиан и Кендрик, забаррикадировавшиеся за деревом, заметив меня, закричали:

— Прячься! Он стреляет! Сука, прямо из портала, даже не выходит! — голос дрожал, но они держались.

Из зияющей чёрной дыры в воздухе — портала гоблинов — полетела вторая стрела. Я не думал. Не планировал. Ускорившись — вперёд. Одновременно сорвав флакон с пояса, отпил на ходу. Время будто сжалось. Мир расползся в полосы. Стрелы свистели, рассекали воздух, но моё тело, ускоренное действием зелья, стало слишком быстрым для прицела чудовища. Оно не успевало навестись. Я скользнул, петляя зигзагами, прорываясь к порталу на пределе.

Добежав, я не сбавил скорость — просто прыгнул. РЫВОК. Сквозь пелену.

Я влетел внутрь портала, как снаряд, и почти одновременно с этим — скомандовал шардам. Все шесть, пульсируя мрачным светом, рванули вперёд.

Он не успел даже повернуться.

Огромная туша хоба — искривлённого, усиленного, с черепом в шлеме из костей — разлетелась на куски. Шарды пробили его как пушечные ядра. Тело разорвало на части, словно изнутри его раздули. Кровь хлестнула во все стороны, куски плоти с грохотом осели на камни, а череп, отсечённый, перекатился в сторону, медленно заваливаясь набок.

Я стоял, тяжело дыша.

— Сука, — выдохнул я сквозь зубы. — Опять. Ещё один. Погиб...

Сердце колотилось, как бешеное. Еще один погиб в первый же день. Но всё случилось, как случилось.

— Да что за хуйня... — сказал я уже тише.

И мрак портала сжал меня обратно в свои холодные объятия.

Быстро осмотрел тело. Колчан и лук были магические — нечто большее, чем просто оружие. Колчан усиливал физический урон на 20%, а лук — на 25%, вдобавок повышая скорость снарядов на 15%. Блядь... Понятно теперь, почему его выстрелы били, как залпы из гаубицы. Эти стрелы сами по себе выглядели устрашающе — толстые, с металлическими наконечниками, почти как копья. А с усилением от этих зачарований они становились настоящими орудиями разрушения.

Но хоб был уже мёртв. Разорванный, растерзанный, беспомощный. Я сдёрнул с его тела закопчённый колчан, сорвал лук и, не теряя времени, вышел из портала. В ту же секунду он с глухим хлопком захлопнулся, оставив после себя только гниющий воздух.

Демиан и Кендрик, услышав глухой раскат портального закрытия, сразу начали продвигаться ко мне. Они действовали чётко, как ветераны: оценивая периметр, держа пальцы на спусковых крючках. Оба выглядели уставшими и тяжёлыми. Груз чужих смертей вжимал плечи в землю.

— Прости, Грим, — сказал Демиан, подходя ко мне. — Не уберегли юнца... Он упёрся, начал про мать рассказывать. Потом — про месть за Лео. И орал, что хочет силу, как у тебя, чтоб защищать других... Ломанулся к порталу. Кричал, чтоб зелёный ублюдок выходил. И... его просто, как пушечным выстрелом, вместе со стрелой — в дерево. Как таракана.

Голос его дрогнул. Кендрик добавил:

— Как ты ушёл, он будто с цепи сорвался. Морок тот... видно, не до конца отпустил. Он на нас кидался, угрожал... Мы его утихомирить пытались, вырубить хотели, но он здоровый, зараза... Не стрелять же в него.

Я смотрел на них. Старые, измученные. Но в их глазах была боль, настоящая, чистая. Макс и Лео были их надеждой, их искуплением, пусть и молчаливым.

— Не грузитесь, — выдавил я. — За их жизни уже отомщено. А то, что Макс устроил — его вина.

— Нет, — тихо покачал головой Демиан. — Нас самих держало. Долго. Голоса, образы... в голове будто кто-то копался. Он просто не выдержал. Психика... сломалась.

Я кивнул. Это был не просто бой. Это была чистка. Душ, разума. Тех, кто слабеет — жрёт. Ведьмин морок.

— Похороним их, — сказал я, — и пойдём. Ночь глубокая, но возвращаться с пустыми руками я не намерен. До каторги — рукой подать.

Мужики кивнули, уже собираясь руками и штыками рыть землю.

— Стойте, — сказал я, активируя шарды. — Быстрее выйдет.

Выставив по три шарда, я вспахал землю на глубину трёх метров. Сразу — два столба земли, как при выбросе мины, поднялись, осыпаясь по краям. Я зашёл с другой стороны, активировал "возврат" — и ямы были готовы. Гладкие, глубокие. Почти как могильные вены земли, открытые, ждущие своих мёртвых.

Макса и Лео мы уложили молча. Без слов, без крестов. Только взгляд. Только тяжёлое, хриплое дыхание — как дань. Потом я снова активировал шарды и закопал их, будто сам земля не хотела принимать таких смертей.

Ветер задул сильнее. И откуда-то сверху послышался гул — будто сама система шептала: "Смотри, кто остался. И кто уйдёт следующим".

Порталы закрыты. Тела ребят закопаны. Нужно было подготовиться. Я осмотрел камень проклятий вытащив из инвентаря [КАМЕНЬ ВЫБОРА УМЕНИЙ ПРОКЛЯТИЙ] и раздавил его, пока мужики готовили на привале. Они молча следили за всем, каждый переваривая события по-своему.

Первым же мне в глаза бросился знакомый навык: метка браконьера. Та самая метка браконьера, которую повесил на меня берсерк, срезала всё сопротивление и сделала мою броню бесполезной.

[УМЕНИЕ: МЕТКА БРАКОНЬЕРА] • Тип: Проклятие• Класс: Поддержка / Ослабление• Уровень: 1• Описание: Помечает цель, снижая её физическое сопротивление.• Эффект: -30% физического сопротивления у цели• Длительность: 30 секунд• Перезарядка: 45 секунд• Максимум активных целей: 1• Привязка: Нет

Затем я осмотрел второе умение, которое показалось мне самым подходящим для моего стиля боя. С моим новым кольцом его перезарядка будет всего 42 секунды, удобно.

[УМЕНИЕ: МЕТКА СНАЙПЕРА] • Тип: Проклятие• Класс: Поддержка / Снаряды• Уровень: 1• Описание: Помечает цель, увеличивая урон от снарядов. При попадании активного снаряда он разделяется, создавая дополнительные снаряды, направленные в других ближайших врагов.• Эффект: +20% к урону снарядами по отмеченной цели• Особенность: При попадании в цель — создаёт до 2 дополнительных снарядов, наносящих 50% от базового урона• Длительность: 30 секунд• Максимум активных целей: 1• Перезарядка: 60 секунд• Требование: Используется только с умениями, имеющими тег [Снаряд]

Проклятья Лисании тоже были в списке. Тот самый голос в голове и гниющий страх, который давил на нас всех, был не иллюзией, а результатом чётких, мощных умений:

[УМЕНИЕ: ПРОКЛЯТИЕ ОТЧАЯНИЯ] • Тип: Проклятие• Класс: Ментальное / Иллюзии• Уровень: 1• Описание: Погружает цель в самый тяжёлый и болезненный момент её прошлого, вызывая потерю ориентации и временный паралич.• Длительность: 60 секунд• Эффект: Если ментальное сопротивление цели ниже 35%, цель полностью подчиняется иллюзии• Максимум активных целей: 2• Перезарядка: 120 секунд

[УМЕНИЕ: ПРОКЛЯТИЕ СЧАСТЬЯ] • Тип: Проклятие• Класс: Ментальное / Иллюзии• Уровень: 1• Описание: Создаёт в сознании цели иллюзию обретения всего желаемого. Идеальная семья, спасение, возвращение к утраченному. Цель теряет волю к бою.• Длительность: 45 секунд• Эффект: Если ментальное сопротивление цели ниже 35%, иллюзия полностью подменяет восприятие реальности• Максимум активных целей: 2• Перезарядка: 120 секунд

Ужасные проклятья, они выжигали разум. Но всё же — они были не моё. Проклятья Лисании были опасны, изнуряющие, разрушающие рассудок, но я не был тем, кто давит страхом и наваждениями. Я — мясник. Я разбираю врагов на части, быстро и без пощады. Но вот метка снайпера... это нечто совсем иное.

Если мои шесть шардов попадут в цель — каждый разделится. Двенадцать осколков разлетятся в толпу. Это не просто усиление — это смерть целой боевой группе за секунду. Настоящая бойня, резня, в которой даже у подготовленных нет шанса.

Мужики, сидевшие у костра, замерли, когда я стиснул зубы от боли — руна метки снайпера выжигалась на моей левой руке. Кожа шипела, воняло палёной плотью, но я даже не застонал. Только стиснул зубы.

— Всё... готово, — выдохнул я, осматривая руку.

Открыл лог способностей. Рывок — уровень три. Теперь пять метров. Клич стойкости — второй уровень. Эффект теперь 4.2 секунды. Немного, но в бою каждая секунда как год жизни.

За убийство ведьмы Лисании и именного хобгоблина я получил 172 опыта. Немало, особенно учитывая, что это были два именных и три десятка склизких. Но если сравнить... Берсерк Балтиггор был в разы опаснее. Даже сейчас, с моими новыми артефактами, рунами и сопротивлением, бой с ним мог бы закончиться смертью.

Я почесал шрам на месте бывшей руки и хмыкнул. Тогда я чудом выжил. Потерял руку, ногу разворотило, истёк кровью, но добил урода. А что было бы теперь если мы бы встретились ?

Перекусив у костра, мы поднялись и направились в сторону каторги ублюдков. Пробирались тихо, не издавая ни звука. Прошли буквально два-три километра, когда вдалеке показались огни. Сторожевая вышка — точнее, её подобие: часть разрушенного здания, на которой кто-то обустроил лежанку. Я сразу её заметил — отблеск прицела в ночи был слишком явным. Он патрулировал периметр.

У них были стены. Пусть и из гнилого чистокола, но это было лучше, чем ничего. Что происходило внутри, пока не было видно. Двое сторожили проход в их подобие крепости. Нужно было быстро разобраться с охраной у входа и снайпером на вышке. Попади он мне в голову — даже я бы не выжил.

Пробравшись на удобную точку для обзора, я оставил стариков временно позади. Наметил три головы. Пока — без метки: если шарды полетят вглубь, могут привлечь внимание. Три шарда. Три головы. Тела тихо осели на землю. Я скомандовал возврат. Всё. Мертвы. Без шума, без крика.

Подозвав быстро дедов, мы взобрались на разрушенную вышку. Перед нами открылась сцена, достойная самого грязного ада. Удобно устроенный лагерь. Пяток бараков, укреплённых изнутри. Тридцать тел, вооружённых до зубов, все в маркировке АБСХ. И гражданские.

Женщины. Мужчины. Будто выдранные из нормального города, их согнали сюда. Мужики таскали ящики, утварь, доски. На них орали, их били. Один из ублюдков кричал, плюясь: — Сраные хайденвальдские уёбки! Думаете, мы забыли?!

Пара девушек готовила у импровизированной кухни. Ещё двоих насиловали прямо за этой же кухней. Остальные мужчины — потухшие, измождённые, с пустыми взглядами. Будто не ели уже несколько дней и видели только этот ад. В углу я заметил яму. Телами, расстрелянными и сгнившими, она была набита почти под край.

Я обернулся к Демиану: — Здесь есть рядом деревни или что-то в этом роде?

Он кивнул: — Километрах в двадцати. Маленькая. Рядом с последней линией железки перед каторгами. Видимо, оттуда и выкрали. Или они сами на защиту пришли. А попали к ним в руки.

Крики продолжались. Мольбы. Стоны. Плач. И снова мольбы. Словно каждое новое слово только глубже вгоняло иглу в мозг. Кендрик скривился: — Вот вам, блядь, десять лет гуманизма. И чистой, блядь, свободы от войны. Как только всё развалилось — вся мразь повылазила.

Я осматривал лагерь, обдумывая, как бы наметить удар, чтобы не перебить мирных вместе с уродами. В этот момент заметил одну девушку. Системный маркер определил её как нейтральную. Серая метка. Значит я могу метить союзников что бы в пылу боя не перебить их. Быстро пометил своих и всех кто был похож на гражданских.

Время вышло. Дальше тянуть нельзя. Я посмотрел на лагерь — на тела, на боль, на бесчеловечную расправу, ставшую их нормой. В голове уже складывалась схема атаки. Ярость не клокотала — она сжалась в точку, как раскалённое лезвие, готовое разрезать это гниющее тело по швам. Каждое движение — выверено. Каждая цель — помечена. Ошибки не будет. Как не будет и пощады.