Расщеплённая сталь. Том 1

Глава 3

ГЛАВА 3 — СМРАДНОЕ БОЛОТО

Седой наровился пойти со мной. Мы с ним — последние, кто остался жив из первой партии каторжан. С первых дней, когда нас сгрузили в лагерь, мы держались рядом. Не из дружбы — из молчаливого расчёта. Он знал, когда молчать. Я знал, когда прикрыть. За годы мы выработали между собой язык — короткий, сухой, жестовый. Без фраз, только факты.

Подойдя к порталу, я задержался. Он стоял глухо, без пульсации, но чувствовался... живым. Чёрная гладь тянулась вверх почти в три метра. Поверхность — как зеркальный пепел, в ней отражался дым лагеря, искажённый, будто выжженный. Глубже не было видно ничего. Только вязкая темнота. Глухая, как шахта. Молчаливая, как могила.

Седой выдохнул рядом.

— Грим, ты же знаешь меня. Мы с тобой с первого дня тут. Так ты ещё и свояк из столичных... Если уж идти — то в составе. Проще будет.

Он не дал мне ответить. Просто шагнул вперёд и врезался лицом в портал. Сухой глухой удар, будто череп встретил резину. Отлетел назад, схватился за лоб, провёл рукой по поверхности.

— Не пускает, — хрипло выдохнул он.

Я кивнул.

— Видимо, не выйдет пойти со мной.

Он всмотрелся в меня, как-то особенно.

— А с чего ты решил, что тебя пустит?

Но я уже знал. Чувствовал, как внутри что-то тянется вперёд. Не разум. Не воля. Что-то глубже. Сама Система. Или то, что за ней стоит. Меня уже затягивало, медленно, но неумолимо. Гладь портала будто открывалась подо мной.

— Не знаю. Я просто... уверен.

И не дожидаясь его реакции, шагнул вперёд.

Тьма приняла меня, как давно потерянного сына. Она не ударила. Не обожгла. Она обволокла. И утащила. Как грязь под водой. Как ночь в раскрошенном городе. Последнее, что я слышал — дыхание. Не своё. Чужое. Где-то внутри.

А потом — всё исчезло.

Я вышел на другой стороне. Меня не выбросило — меня выплюнуло, как испорченный кусок металла. Я упал на твёрдую, склизкую почву. Влажную, пружинящую, как гниющая ткань.

Первое, что ударило в лицо — смрад. Не просто тухлое дыхание земли. А запах разложения. Старый, вязкий, пропитавший воздух. Такой, как в блиндажах первых лет войны, где тела неделями не хоронили. Здесь не было ветра. Только тишина и гниль. И багровая влага на поверхности грязи.

Я поднялся. Провёл быстрый осмотр. Небо — свинцово-закрытое, багровое, без солнца. Деревья — искривлённые, с изломанными ветвями, покрытые чем-то вроде плесени. В воздухе плавала тяжёлая влага, липкая, как масляная гарь. Ни одного звука. Ни зверя. Ни насекомого.

И тут перед глазами вспыхнул интерфейс:

[ПОРТАЛ: ТИР-1 / АКТИВАЦИЯ ПОДТВЕРЖДЕНА][ЗАДАЧА: ОБНАРУЖИТЬ И ЛИКВИДИРОВАТЬ ИМЕННОГО ЦЕЛЕВОГО ВРАГА][ОПРЕДЕЛЕНИЕ ЛОКАЦИИ: СМРАДНОЕ БОЛОТО][СТАТУС: СКАНИРОВАНИЕ ОКРУЖЕНИЯ...]

Осмотрев сообщение, я понял: здесь что-то ждёт. Конкретное. Обозначенное системой как цель. Что-то, что я должен уничтожить, если хочу двигаться дальше. Если хочу продолжать тянуть на себе память. Не как груз, а как знамя.

Я двинулся вглубь. Каждый шаг — с осторожностью. Почва склизкая, вязкая, дышащая под ногами. Вода не стояла — она блуждала в трясине. Болото было живым, но не шумным. Не журчащим. Оно было — молчащим. Давящее безмолвие, как в больших братских могилах. Только вместо мертвецов — сама гниль, затянувшая землю.

Я шёл низко, проверяя под ногами плотность. Вдруг срыв, вдруг вязь. Вокруг — стволы деревьев, изогнутые, как позвоночники стариков. Плесень на коре пульсировала, как будто дышала сама по себе. Небо — без облаков, но всё равно серое, и будто близкое. Словно вся эта зона — это не поверхность, а тюремная камера.

Первыми я заметил их. Вдалеке. Пятеро.

На первый взгляд — люди. Высохшие, сгнившие. Мясо на них свисало лоскутами, как мокрые бинты. Кожа трескалась, отваливалась с плеч и бёдер. Их тела были искривлены, а движения — еле заметны. Они стояли, будто забытые фигуры у гнилого креста. Без движения. Молчаливо.

Но я чувствовал: они живы. Или... не мертвы.

Я замер. Осмотрелся. Засада — хлипкая, но годилась. Я укрылся под корнем перевёрнутого дерева и выбрал цель. Всех пятерых — по очереди.

Первый — в позвоночник. Металл пробил между лопаток, и тело упало вперёд, как мешок с гнилым зерном.

Второй — в позвоночник. Между рёбер, точно в изгиб. Он согнулся и повалился, выгнув спину в обратную сторону.

Третий — также в позвоночник. Я целился чуть ниже — в крестец. Падение было резким, ноги подломились сразу.

Четвёртый — точно в центр. Сквозь остатки мяса и костей. Он рухнул, будто отрубили контроль.

Пятый — в основание позвоночника, где сходятся все нервы. Последний фрагмент вошёл с глухим звуком.

Пять фрагментов. Пять тел. Без резких движений. Без звука. Я не знал, сработало ли. Потому что в следующий миг — они зашевелились.

Когда я вышел — их лица... ожили. Нет. Не мимикой. Глазами. В глазах зажглось что-то. Не осознание. А намерение. Они начали ползти. Рваными руками, через вонючую воду, через гниль. Тела уже не держали их. Но они шли.

Один хрипнул. Звук был, как затхлый выдох из дырявой плоти. Ни слов. Только направление. Они шли за мной.

Я встретил их впритык. Без спешки. Они ползли, цепляясь пальцами за мох, за трясины, за корни. Кто-то тащил за собой полусгнившие ноги, кто-то — ползал на животе, оставляя за собой дорожку гнили.

Я поднимал ботинок — и давил. Не щадя. Не раздумывая. С весом, с точностью. Один. Второй. Третий. Каждый череп — под каблуком. Сухой хруст, как старые кости. Размазывал их лица в грязь, пока от голов не оставались серо-красные пятна.

Только когда мозг превращался в месиво, они переставали ползти. Только тогда — навсегда.

Мана — медленно, но верно — начала восстанавливаться. Пять активаций. Пять выстрелов. Суммарно — минус шестьдесят пять единиц. Учитывая, что у меня всего сто сорок — это почти половина резерва. Я посмотрел на интерфейс: 140 ещё не было. Но будет. И скоро.

Я вытер лезвие о поросль, что росла рядом. Оно скользнуло по ней, как по коже. Здесь нельзя было расслабляться. Ни на миг. Болото не терпело паузы. Оно ждало следующего шага.

Скомандовав «возврат», я ощутил, как фрагменты металла с хрустом вырываются из гниющих тел. Мясо рвалось неохотно, словно само болото держало их. С шлепком и вязким звуком шарды вернулись и вновь повисли за моей спиной, колеблясь, как хищные насекомые, ожидающие команды.

Я осмотрел павших. Ничего. Только мясо. Раздутые ткани, рваная кожа, гной. Ни артефактов, ни остатков разума. Я скинул остатки мозгов с подошв, провёл ботинком по влажному камню, оставив на нём полосы грязно-красной слизи, и осторожно двинулся дальше.

Спустя сотню шагов, болото вновь проявило свою враждебность. Впереди — новая группа. Шестеро. Такие же гнилые, но в движении. Эти не стояли — ползали. Резко, рывками. Я сразу понял: они чувствуют, но не видят. Их поведение походило на охоту — инстинктивную, неумолимую.

Я лег в вязь, медленно ползя, стараясь не сдвинуть и лишней ветки, не хрустнуть ни мхом, ни костью. Слева сгнивший пень, справа — корни. Я прятался в их тени.

Они были как и прежние — тела в разной степени разложения, торчащие суставы, вывернутые шеи. Но одно сразу бросалось в глаза: у двоих из них вокруг рук клубилась дымка. Бледная, почти незаметная, но излучающая холод. Я чувствовал его на расстоянии. Словно мороз затаился в их гнили.

Усиленные, — мелькнуло в голове. Видимо, это их следующая стадия.

План был тем же. Но болото не любит повторений.

Я нацелился. Первый выстрел. Второй. Третий. Четвёртый. Пятый. Шестой. По одному — в каждый позвоночник. Точные удары.

Но не все нашли цель. Два фрагмента ушли в землю. Скользнули. Ошибка. Или реакция противника. Четверо осели, как куклы, обрезанные по нитям. А двое других — взвыли. Не звуком. Движением.

Один бросился вперёд, перевернув тело своего мертвеца, как отбрасывают мебель. Другой — ползком, но быстрее, чем должен был мочь. С хрустом.

Я выдернул нож. Клинок звякнул в руке. Первый удар — в шею. Меткий. Плоть рассеклась. Шея повисла, как верёвка. Но тело не падало. Оно всё ещё тянулось ко мне. Без опоры, с надорванной мускулатурой.

Второй уже был на мне. Он вцепился в руку, и в тот момент, как его пальцы сомкнулись — я замер. Мороз. Настоящий. Как будто в вену вонзили кусок льда. В глазах вспыхнул инстинкт — не боль, а угроза. Прямая. Холод не телесный — что-то иное.

Я скомандовал «возврат».

Шесть фрагментов сорвались с воздуха. Разбив гнилую плоть, они вошли в тела, как гвозди в доски. Один прошёл сквозь голову, разорвав челюсть. Другой — в спину, вырвав позвоночный столб наружу. Третий — пробил грудную клетку, высыпав из неё что-то похожее на лёгкое, но уже разложенное. Один из тел — окончательно рухнул, башка отлетела в сторону, оставив за собой тянущийся хвост из жил.

Во втором — было пять отверстий. Две в черепе. Остальные — прошли сквозь спину. Но даже после этого тело ещё ползло. Только после десятой секунды оно замерло. Тишина вернулась. Но уже не как прежде.

Размозжив недобиткам головы, я задержался. Осмотрел тела. У одного, того, что вцепился в мою руку, был предмет. Пояс. Он выделялся на фоне тряпья, что свисало с остальных. Стянутый, будто нарочно, поверх гнилой плоти. Я потянул за него, и с хлюпающим звуком снял его с останков. Он источал затхлый запах, как прокисший жир и болото в одном флаконе. Но внешний вид обманывал.

[ПРЕДМЕТ: Пояс Гнильплоти]• Тип: Магический• Слот: Пояс• Эффекты:— +4% к сопротивлению стихиям— +14 к максимальному запасу здоровья• Состояние: активировано

Интересно. Первый настоящий предмет. Я не задумывался долго. Не стал нюхать, не стал счищать. Просто отряхнул, насколько позволяла мерзость — и надел.

Я открыл статус:

[ОБНОВЛЕНИЕ ПОКАЗАТЕЛЕЙ]— Здоровье (HP): 320 → 334— Сопротивление стихиям: 0% → 4%— Мана (MP): 121/140

Я взглянул на руку, к которой он вцеплялся. Место ожога от холода больше не горело. Напротив — кожа натянулась, затянулась, бледная, но целая. Как будто что-то внутри меня активировало ускоренное восстановление.

Не время раздумывать. Задача была одна — вычистить это место. Источить гниль. А уже потом разбираться, почему всё это вообще работает.

Я пошёл дальше. Болото отзывалось не звуком — тяжестью. Каждый шаг — в вязь. Каждое движение — через сопротивление. Прошёл метров сто, когда упёрся в пустоту. Резкий отпор. Стена. Я вытянул руку вперёд — ладонь наткнулась на невидимую преграду. Воздух был плотным, будто я упёрся в мокрое стекло. Пройти нельзя.

Я обогнул. Перемещался вдоль неё, как в клетке. Она шла по дуге. И только на противоположной стороне я заметил строение. Изба. Старая, покосившаяся, с полусгнившей крышей. Дверь приоткрыта. Изнутри тянуло не ветром — сознанием.

И тогда он вышел.

[ИМЕННОЕ СУЩЕСТВО ОБНАРУЖЕНО][ЦЕЛЬ: ИЗУВЕР][СТАТУС: УНИЧТОЖИТЬ]

Он не просто вышел — он вылез. Словно протиснулся сквозь стены. Два с половиной метра. Тело — не тело. Мясной каркас. Куски плоти были наложены слоями, как варёные ткани, напяленные поверх чего-то другого. Лицо — не имело черт. Только разорванный хрящ, провал вместо глаз и щель, где могла быть пасть.

Руки... Руки были огромны. Не как у человека. Как у чудовища, собранного из обрезков. Пальцы — сросшиеся, как лезвия. Кожа — чёрная, как закопчённый жир, местами проросла грибами. Он дышал. Не лёгкими — телом. Всё существо издавало звук — не рёв, а тяжёлое, удушающее дыхание.

Он остановился, уставился в пустоту. А потом — шагнул. На звук. На тепло. На меня.

Его рот раскрылся, как зияющая дыра. Без зубов. Без языка. Только чернота, дрожащая на грани безумия. Из этой пасти вырвался не звук — вакуум. Воздух словно затянуло внутрь. А затем он бросился вперёд. Не побежал — понёсся, разрывая землю под ногами, опрокидывая пни, ломая корни. Живой таран, собранный из обрубков плоти.

Я дал команду. Все шесть шардов — вперёд. В лицо. Точнее — туда, где когда-то были глаза. Металл вонзился в костную маску, пробивая гнилую плоть, уходя в череп. Он заревел. Глубоким, надтреснутым рёвом, в котором не было голоса — только внутреннее давление. Не осел. Не замер. Ускорился.

Он начал махать культями, будто желая не ударить, а снести сам воздух. Один из размашистых замахов прошёл по дуге. Я попытался отойти — поздно. Удар прошёл по плечу. Тело вздрогнуло. Я услышал хруст. Глубокий, как ломающееся дерево.

Боль пришла не сразу. Сначала — глухой удар. Затем — обрыв. Рука обвисла. Кость треснула, возможно, порвалась связка. Кровь потекла из-под тряпья, горячая, густая. Она быстро смешалась с грязью.

HP: −100 Текущий уровень: 234/334

Я ушёл вниз. Под него. Под обрубки. Перекат. Штык в руке — в область ноги. Если это вообще можно было назвать ногой. Я провёл по ней, вглубь, вдоль. Если есть сухожилия — они больше не работают. Тварь завалилась на колено, но не упала.

Я скомандовал возврат. Фрагменты вырвались из задней части его головы. Всплеск гноя. Рваная мякоть. Но он не осел. Даже не пошатнулся. Только закричал — теперь уже с болью. Махая культями, он снова рванулся вперёд. Но теперь — уже медленнее. Пластика была сломана.

Я выжидал. Каждый шаг — в сторону. Плавно. Не допуская ошибки. Как на тренировках в старом блоке. Только теперь — на болоте, среди гнили. Я ушёл за спину. Цель — позвоночник.

Фрагменты — снова в полёт. Все шесть. В основание шеи. Туда, где сходятся нервы, где всё держится на одном узле. Металл вошёл в плоть, как в мёрзлую землю.

Я выждал. Десять секунд. Болото дышало. Он ещё стоял. Потом — команда.

Возврат.

Позвонок — вылетел наружу с мясом. Фрагменты сорвали его, вытащили, как зуб. Резкий рывок. Тело содрогнулось. Ноги разъехались. Он осел. Рухнул на бок. Не мёртвый — но сломанный. Лежал, хрипя. Один из обрубков ещё дёргался. Слабая культя, скребущая по земле, как у выброшенного кукольника.

Я стоял рядом. Дыхание ровное. Кровь всё ещё текла. Но бой был закончен.

Он не встал.

Маны было мало. Рука — пульсирующая, налитая жгучей болью. Каждое движение отдавалось огнём по сухожилиям. Я взглянул на останки Изувера. Его тело ещё дёргалось в последних конвульсиях, но это уже была только рефлексия. Труп. Наконец-то.

Под слоями плоти, почти скрытым, я заметил кольцо. Плотный сегмент, сидящий на обрубке чего-то, что напоминало палец. Я протянул руку. Кольцо было холодным, как сталь из-под снега, и отдавало лёгким свечением. Поверхность — серебро, запятнанное в трещинах. В центре — рубин, тёмный, будто впитавший всё, что когда-либо в нём отражалось.

[ПРЕДМЕТ: Кольцо Изувера]• Тип: Редкое• Слот: Кольцо• Эффекты:— +15 к максимальному запасу здоровья— +5% к сопротивлению всем стихиям— +4% к сопротивлению хаосу— +0.4 маны/сек (регенерация)• Состояние: активировано

Все эффекты — нужные. В этом месте — жизненно нужные. Я надел его на палец. Кольцо село плотно. И я вызвал обновлённый статус.

[ИЗМЕНЕНИЕ ПОКАЗАТЕЛЕЙ]— Здоровье (HP): 334 → 349— Сопротивление стихиям: 4% → 9%— Сопротивление хаосу: 0% → 4%— Регенерация маны: 0.6/сек → 1.0/сек

Передо мной открылся портал. Он не звучал. Не мигал. Просто был. Как дыра в пространстве. Без звука. Без пульса. Я осмотрел хижину. Остатки жилища. Если это вообще можно было назвать домом. Полки из гнили. Мясо, развешенное на стенах, как трофеи. Клочья тел. Оторванные конечности. Челюсти. Никого живого. Только старое, застывшее безумие.

Я выдохнул. Медленно. Позволяя воздуху пройти через всё тело.

Кость в плече начала срастаться. Я выставил её на фиксацию, как учили. Чувствовал, как волокна тянутся. Как организм, усиленный, перегруженный, всё ещё работает. Жив. Значит, может идти дальше.

Я шагнул в портал.

С другой стороны меня уже ждали. Пыль. Дым. Седой стоял первым. Вокруг — остальные. Те, кто всё ещё держался. В руках — арматура. Лопаты. Обломки. Всё, что могло стать оружием. Глаза — в ожидании. Кто-то сжимал зубы. Кто-то готовился к бою. Все ждали, кто выйдет.

Портал выдохнул меня с треском. А затем — схлопнулся. Без света. Без рёва. Как будто вырвали кусок воздуха.

Я стоял. Вся моя форма — в грязи, в слизи, в крови, и не только своей. Спина — натянута, как канат.

— Всё? — спросил Седой. Тихо. Без надрыва.

Я кивнул.

— Там было хуже, чем я думали.

И пошёл в сторону бараков. Рука всё еще болела. Но тень от портала стоявшая за мной исчезла.