Разлучница для генерала дракона (СИ)

Глава 58

— Так ведь у меня ранение! — голос лейтенанта дрожал, выдавая внутреннее напряжение. — Я и так еле хожу! Каждый шаг дается мне с трудом!

Леандр встал. Сейчас он стоял в центре комнаты, его суровый профиль вырисовывался на фоне тусклого света. Его глаза, обычно холодные и непроницаемые, сейчас были полны усталости, но в них также горела решимость.

— Мисс Грейс! — его голос прозвучал громче, чем обычно, но без жесткости, скорее с ноткой настойчивости. — Раз уж вы здесь, то не могли бы сделать маленькое одолжение? Обратитесь в гарнизон и узнайте, под чьим командованием служил лейтенант Джеймс Марон Талбот.

Дверь тихонько скрипнула, и на пороге появилась экономка. Не успела она что-то сказать, как я опустила глаза на письмо.

— Погодите. Я знаю. Под командованием полковника Рандольфа, — сглотнула я, протягивая генералу письмо. — Полковник знал его лично!

Леандр быстро пробежал глазами по письму, его лицо оставалось непроницаемым, но в глубине души он, вероятно, испытывал удовлетворение от полученной информации. "Пусть полковник прибудет сюда," — приказал он, его голос звучал твердо, но без излишней агрессии. "Думаю, что сейчас состоится встреча старых друзей."

В этот момент произошло то, чего я не ожидала.

Чудо исцеления!

Лейтенант, который до этого доказывал, что не может стоять, и которому каждый шаг давался с трудом, вдруг резко вскочил с места.

Его движения были быстрыми и уверенными, как у человека, который всю жизнь занимался спортом.

Не успела я что-то сказать или даже подумать, как он исчез в сиянии магии, оставив после себя лишь легкую тень и тишину, которая вдруг наполнила кабинет.

Ого. Ничего себе!

Я сидела в шоке. Я не могла поверить своим глазам. В голове царил хаос. В ушах звенело, а перед глазами все плыло, словно я смотрела сквозь туман.

— Ты как? — послышался голос генерала. Он звучал спокойно, но в нем чувствовалась сталь. Его присутствие придавало уверенности, хотя я и понимала, что происходящее выходит за рамки моего понимания. — Одну минуту. Все хорошо… Воды! Принесите воды!

Я попыталась ответить, но слова застряли в горле. Я тяжело дышала, словно после долгого бега, и прикоснулась губами к стакану воды. Вода была ледяной, и я почувствовала, как мои зубы стучат о край стакана. Но это было лучше, чем ничего.

— Догадываюсь, чьих рук это дело, — произнес генерал, нахмурив брови. Его лицо было серьезным, но в глазах мелькнула тень раздражения. — Приказ. Поднять всех и разыскать нашего «лейтенанта».

Я сжимала в руках портрет погибшего мужа. Рука моя дрожала, и я изо всех сил пыталась унять эту дрожь, но она не поддавалась.

Генерал, стоявший напротив меня, выглядел невозмутимым. Его уверенность в себе была настолько сильна, что казалось, ничто не могло поколебать его.

— Не переживай, — произнес он спокойно. — Я сразу понял, что что-то не так. У меня железная дисциплина. И если бы это был лейтенант, то он бы стоял весь разговор.

Его слова звучали как утешение, но в глубине души я знала, что за этим скрывается нечто большее. Я понимала, что это была месть герцогини. Месть за то, что я вскрыла ее обман, за то, что представляла ее ребенка… И за что-то еще, о чем я не знала, но могла догадываться.

Дверь открылась, а в кабинет вошел и отдал честь знакомый полковник.

— Вольно, — произнес генерал. — Ты представляешь, у нас лейтенант Талбот воскрес.

Полковник Рандольф хрипло выдохнул, его голос дрожал.

— Быть такого не может! — воскликнул он. — Он умер на моих глазах. Простите, мадам, я не могу всего рассказывать. Это очень тяжело будет вам слышать. Но поверьте мне на слово. После такого не выживают. Я лично закрыл ему глаза. Это было в битве при Фроствейле. Так что, мадам, простите… Не уберег! Я потом сам писал вам письмо. Помню, что два дня закончить его не мог. А уже надо отправлять. А я всё никак…

Его слова, которые должны были обрушиться, как тяжелый удар, вдруг придали душе легкость. Я почувствовала, как слезы подступают к глазам, но усилием воли сдержала их. Я знала, что должна быть сильной, что должна выслушать все до конца.

— Спасибо, — прошептала я. — Спасибо вам…

— Да за что? — горько усмехнулся полковник. — Не за что меня благодарить. Настоящий офицер был. Таких еще поискать надо.

Голос его оборвался, а я видела, как он снова и снова проживает этот день.

— Простите, что так вышло, — опустил голову полковник. — Виноват. Я могу идти, господин генерал?

— Приказ. Разыскать и притащить сюда! Портрет сейчас составлю. Мисс Грейс его дополнит, — кивнул генерал, пока я грела в руках стакан с холодной водой и смотрела на портрет, лежащий на стуле. Вид у меня был нервный и несчастный. Руки тряслись после пережитого.

— Одну минутку, — заметила мисс Грейс, беря со стола у генерала лист и перо. Она что-то рисовала, а я даже отвлеклась на четкие и уверенные движения ее руки. — Вот, возьмите…

— Вы очень красиво рисуете, — удивился полковник.

— Ах, пустяки, — смутилась мисс Грейс. Я встала и посмотрела на портрет. Это действительно был быстрый, но четкий портрет того, кто только сидел в этом кресле. Я посмотрела на экономку с невероятным уважением.

Мисс Грейс смутилась, будто бы ее застали за чем-то недозволенным.

— Уведи ее, пожалуйста, — попросил Леандр мисс Грейс, кивнув на меня. — Пусть она отдохнет.

Я вышла в коридор, чувствуя его приятную прохладу. Мисс Грейс вела меня под руку, словно боясь, что я упаду. "А что если он сказал правду? — стучало в моей голове, словно набатный колокол. — Что если ребенок действительно от виконта?"

Мы остановились у двери, ведущей в небольшую, но уютную комнату. Мисс Грейс открыла ее, и я вошла внутрь. Комната была залита мягким светом, исходящим от большого окна, за которым виднелся сад, утопающий в зелени. На стенах висели картины, написанные в теплых, приглушенных тонах, создающих атмосферу уюта и спокойствия.

— Сюда, дорогая, — произнесла мисс Грейс, ее голос звучал мягко, но с легкой ноткой грусти.

Я села на кровать, покрытую мягким покрывалом, и посмотрела на нее.

— Вы действительно чудесно рисуете, — сказала я, пытаясь отвлечься от тревожных мыслей и сосредоточиться на чем-то приятном. — Я никогда не видела ничего подобного. Где вы научились так рисовать?

Мисс Грейс улыбнулась, но в ее улыбке сквозила печаль. Она поправила выбившуюся из прически прядь волос, и я заметила, как ее руки слегка дрожат.

— Ах, нет! Так, сама! — ответила она, стараясь скрыть свои эмоции. — В детстве я мечтала стать художницей. Но, увы. Не сложилось. Моя матушка служила экономкой, а мой отец был дворецким. И я пошла по их стопам. Вот.

— Тогда почему бы вам не рисовать сейчас? — спросила я, чувствуя, как мое любопытство растет. — Разве не сейчас самое время воплотить свою мечту?

Мисс Грейс нервно улыбнулась и отвела взгляд.

— Ах, уже поздно. Да и куда мне, — произнесла она, стараясь не смотреть мне в глаза.

— А я думаю, что не поздно, — сказала я, стараясь придать своему голосу уверенность. — Поздно — это когда родственники над вами плачут, а на груди у вас лежат цветы. Вот тогда поздно. А пока не поздно...

Я встала и направилась в комнату к моим малышкам. В кресле сидела крупная женщина средних лет.

— Спасибо вам, — прошептала я, взяв ее за руку и пожимая ее. — Спасибо за то, что помогли…

Я прошептала слова благодарности, нежно сжимая её руку в своей. Кормилица, удивленная моей искренностью, посмотрела на меня с недоумением, а затем перевела взгляд на мое платье. Вероятно, она приняла меня за хозяйку дома.

— Ой, госпожа, — произнесла она, — да бросьте вы… Ну что уж там, покормить…

Я улыбнулась, чувствуя тепло в сердце.

— Все хорошо, — ответила я. — Я их возьму, если вы не против. Теперь моя очередь…

Экономка, гордо входя в комнату, заметила наш разговор.

— О, идите сюда! — воскликнула она. — Я заплачу вам! Не переживайте, награда более чем щедрая. Госпожа сама изволила кормить детей. Как видите.

Я сидела в уютном кресле, наблюдая за тем, как экономка дает расчет кормилице. Генерал не поскупился, и в глазах женщины, прижимающей к груди деньги, сияла благодарность.

Я бережно кормила Мелиссу, чувствуя, как ее маленькое тельце успокаивается в моих руках. Затем взяла Каролину, которая, казалось, понимала, что теперь моя очередь заботиться о ней.

— В следующий раз первой возьму тебя, — улыбнулась я, целуя ее в детский лобик. — Не надо плакать, а то вон какая ревнивая…

Кормить пока было непросто, но я справлялась. Уют комнаты и тепло двух маленьких тел согревали мое сердце. Я уложила их спать и задремала в кресле, погруженная в свои мысли.

Внезапно раздался стук в дверь, и я вздрогнула, просыпаясь. Ого, как же я проспала! Уже три часа! Я быстро посмотрела на детей, которых пора было кормить снова.

— Войдите! — опомнилась я, выходя из своего оцепенения.

В комнату вошла мисс Грейс, экономка генерала.

— Ну все, расчет дала, с делами управилась, — сказала она, присаживаясь в кресло рядом со мной.

— Не надо было называть меня госпожой, — улыбнулась я, чувствуя легкое раздражение.

— Это еще почему? — спросила мисс Грейс, приподняв бровь. — Так приказал господин генерал. И я соблюдаю правила дома. Но, конечно, не всегда.

Она посмотрела на малышей, ее взгляд смягчился.

— Я сразу поняла, что с вашим «мужем» в кавычках что-то не так, — заметила она с гордостью. — Не будет офицер сидеть в присутствии генерала! А я уж офицеров повидала на своем веку! Они постоянно бывают здесь, когда господин генерал дома. Я тут кое-что услышала. Этого негодяя поймали! Нашли. Господин генерал ему чуть голову не оторвал. Этот мерзавец признался, что ему заплатили и сказали, что нужно сказать генералу! Но это еще не все! Ему раздобыли старый мундир, чтобы он выглядел как военный. Он должен был вывезти вас и ребенка якобы к родственникам, а на самом деле — убить!

Я замерла, чувствуя, как холод пробежал по спине. Ужас охватил меня, и я прижала Каролину к себе, словно пытаясь защитить ее от всех бед.

— Ужас, — прошептала я, не в силах поверить в услышанное.

— Я тоже так подумала, — тихо ответила мисс Грейс, ее лицо стало серьезным.

— И где он сейчас? — спросила я, чувствуя тревогу, которая нарастала внутри меня.

— Он там, где ему положено быть! На том свете, — сглотнула Грейс, ее голос дрогнул. — Господин генерал такого не прощает. Сейчас господин генерал направился к своей бывшей супруге в поместье виконта Авенсли.

Я вздрогнула, услышав это имя. Неприятное чувство разлилось по телу, как холодный туман. Что, если то, что сказал «лжемуж», правда? Что, если это так и есть? Что подумает Леандр, когда узнает, что ребенок не от него? Или виконт сможет доказать, что это его ребенок? Что обе девочки от него?

Время шло, и ужасы, которые крутились в моей голове, становились все более реальными. Я нервно ждала, чувствуя, как тревога нарастает внутри меня.

Внезапно я услышала шаги по коридору. Мое тревожное ожидание закончилось. В комнату вошел генерал Леандр.