— Ты отдаёшь себе отчёт в том, что делаешь? — строго спросила Анэйт, стоило нам остаться наедине.
— Полностью.
— Что-то я очень сильно в этом сомневаюсь.
Матушка даже не пыталась скрывать своё недовольство, причину которого я понимала довольно смутно.
— Тебя беспокоит то, что Гарэйл — чёрный маг?
— И это в том числе, — кивнула она. — Однако куда сильнее меня волнуют его мотивы.
— Его мотивы? — переспросила я. — О чём ты говоришь?
— Неужели ты не понимаешь? Он хочет жениться на тебя не для того, чтобы помочь нашей семье, а чтобы занять трон.
Я не смогла удержаться от нервного смешка. А потом до меня внезапно дошла подоплёка сказанного.
— Ты знала, — ошеломлённо выдохнула я и неверяще уставилась на мать. — Ты знала о том, что через брак со мной Индар хочет стать королём Конгрио!
— Индар был хорошим мальчиком из приличной семьи, — возразила она. — И прекрасной партией для тебя.
— У них с Гарэйлом один отец, только матери разные, — напомнила я. — А учитывая, что Гарэйл родился в законном браке, а Индар — бастард, это многое говорит о моральном облике их матерей и, как следствие, воспитании, которое им дали в семье.
— Королям не отказывают.
— Сказала женщина, сбежавшая не просто из дома, а из родной страны, лишь бы не выполнять волю своего отца-короля и не выходить замуж за неприятного ей мужчину.
— Определённо, Салватор тебя избаловал, — посетовала Анэйт, укоризненно покачав головой.
— Ты не сильно ему в этом мешала, — с улыбкой заметила я. — И не прикидывайся, что наличие у меня собственного мнения и характера тебя сильно огорчает. В конце концов, я — плод именно твоего воспитания.
Матушка тяжело вздохнула, а потом вдруг улыбнулась.
— Я просто беспокоюсь о тебе, — заявила она с обезоруживающей искренностью. — Я понимаю, что ты хочешь защитить нас с Гарби, однако не стоит класть на алтарь собственное счастье.
— Мам, ну что ты такое говоришь?
Я подошла к ней, взяла её за руки и усадила обратно на пуф, сама же опустилась перед ней на колени, как часто делала в детстве, во время наших совместных вечерних посиделок.
— Я ничем не рискую, — попыталась успокоить я её. — Мы ведь с Гарэйлом для того и пришли к тебе, чтобы подстраховаться.
— Пока я только слышала о том, что вы собрались заключить помолвку, — слегка нахмурив изящные брови, заметила Анейт. — Причём, учитывая твой наряд, к этому наверняка приложила руку Кьяна.
— Не без этого, — не стала отнекиваться я. — Как я понимаю, Её Величество спит и видит, как я стану королевой Конгрио.
— В этом они с Салватором весьма схожи, — с очередным тяжёлым вздохом отметила матушка. — Временами меня это пугает.
— Гарэйл согласился подыграть Кьяне, однако она настаивает на магической помолвке, — проигнорировав замечание об отце, продолжила я. — А Гарэйл нашёл ритуал, который позволит магическую помолвку превратить в светскую. Но для его проведения нам потребуется твоя помощь.
— Разумеется, я помогу, — заверила меня мать. — Однако даже светская помолвка — шаг весьма серьёзный. Ты уверена, что готова к нему?
— Сейчас меня в первую очередь волнует твоя судьба и Гарби, — уклончиво ответила я, не в силах ни прямо лгать в глаза матери, ни уверенно ответить на её вопрос. — Не волнуйся, я в состоянии о себе позаботиться.
— Ты стала совсем взрослой… — а вот теперь в голосе матушки отчётливо звучала грусть, да и взгляд стал совсем печальным. Она высвободила правую руку из моих ладоней и нежно провела кончиками пальцев по моей щеке. — Я бы всё отдала, чтобы тебе не пришлось взваливать на себя эту ношу.
— Ты ни в чём не виновата, — пылко заверила я её. — Да и ничего непоправимого не случилось. Мы обе знали, что рано или поздно я выйду замуж. А Гарэйл — не самая худшая кандидатура. Вот увидишь, стоит тебе немного с ним пообщаться, и ты поймёшь, что он совсем не такой плохой и страшный, как о нём говорят.
— Не поверю, пока сама не увижу, — улыбка Анейт заметно потеплела. — Но, ты права, не стоит судить о человеке лишь по слухам. Поэтому, разумеется, я дам Его Высочеству шанс, раз уж ты просишь. И всё же я рассчитываю на твоё благоразумие и осторожность: не доверяй слепо красивым словам, особенно сказанным мужчиной. Очень часто за расписной ширмой из обещаний они скрывают своё гнилое нутро.