Рыжее чудо забытого принца

Я не верю в ее вину

Пригласив меня на вечерний чай в свои покои, Дамалия увела сына «подыскивать подходящее место для нового питомца». Гарэйл же, отдав приказ слугам доставить наши вещи в покои, подхватил меня под руку и предложил устроить небольшую экскурсию по замку.

— Чтобы ты не заблудилась вечером, когда пойдёшь «на чай», — пояснил он и многозначительно шевельнул бровями, вызвав у меня короткий смешок.

Замок был воистину огромен и богато обставлен. Повсюду сверкал хрусталь, стояла мебель, обитая бархатом, и висели картины и зеркала в позолоченной оправе, а дубовый паркет застилали мягкие ковры.

Слуги, попадавшиеся нам на пути, низко склоняли голову перед принцем, а Гарэйл лишь снисходительно кивал на их приветствие, полностью сосредоточившись на объяснении мне месторасположения тех или иных комнат.

— Первый этаж тебе без надобности, здесь располагается приёмная, зал ожидания, кухня, кладовые и комнаты прислуги, — объяснял он. — Большую часть второго этажа занимает бальный зал, также там находится парадная столовая и тронный зал, в котором Его Величество собирает Королевский совет.

— Получается, жилые комнаты начинаются с третьего этажа?

— Именно так. Западное крыло отведено для королевской семьи, там находится и спальня отца, и его рабочий кабинет, и апартаменты Дамалии с Майем. Мы тоже будем жить там.

— К слову о Майроне. Меня, признаться, несколько удивило, как тепло вы друг к другу относитесь. Ты ведь, кажется, уже безвылазно сидел в Мэнолете, когда он родился?

— Да, это так, — подтвердил Гарэйл. — Однако Дамалия часто навещала меня и во время беременности, и уже после рождения Майя. Так что её стараниями я имел возможность познакомиться и сблизиться с самым младшим из своих братьев.

Гарэйл провёл меня по длинному коридору на третьем этаже и открыл одну из дверей.

— А вот и наша комната, — объявил он, пропуская меня вперёд.

Переступив порог, я оказалась в уютной гостиной, оформленной в коричневых тонах, с бежевой обивкой диванов и письменным столом из светлого дерева, ютившимся в углу возле окна, задрапированного тяжёлыми бордовыми шторами.

— Спальня у нас общая, — предупредил Гарэйл, взмахнув рукой в сторону двери возле книжного шкафа.

В другой ситуации меня бы крайне взволновала эта новость, но сейчас мой разум был захвачен совершенно иными мыслями, поэтому я пропустила замечание супруга мимо ушей, вместо этого спросив:

— Ты хорошо знаешь Дамалию?

— Достаточно, чтобы считать подозрения Индара на её счёт смехотворными и беспочвенными.

Я нахмурилась и прямо посмотрела на принца.

— Почему тогда ты не возразил Индару, когда он обвинял её в избавлении от соперниц?

— Потому что с Индаром проще согласиться, чем переспорить.

— И тебя не беспокоит, что он в своём заблуждении может ей навредить? — возмутилась я.

— Индар, при всех своих недостатках, не склонен к мелочности и мстительности и точно не станет отыгрываться на ни в чём неповинной женщине, — уверенно заявил Гарэйл. — Однако его слова о проклятье и том, что кто-то осознанно устраняет всех женщин, побывавших в постели нашего отца, навело меня на одну мысль.

— Какую?

— Дамалия может быть следующей в этом списке.

И вот тут всё встало на свои места.

— Ты привёл меня в замок не в качестве шпиона, да?

— Да. Скорее мне бы хотелось, чтобы ты присмотрела за Её Величеством и успела позвать на помощь, если случится беда.

— Она настолько тебе дорога?

Губы Гарэйла искривились в печальной гримасе.

— Она поддержала меня после смерти матери, — тихо проговорил он. — Если бы ни Дамалия, не уверен, что смог бы справиться с болью утраты и разъедающим чувством вины.

Я тяжело вздохнула, подошла к нему и мягко обняла за талию, прижавшись щекой к груди.

— Я сделаю всё, что в моих силах, — пообещала я ему. — Если Индар ошибается и Её Величество ни в чём не виновата, я помогу это доказать.