Скандальное замужество попаданки

Глава 39. Мария-Антуанетта

Мы плывём в кромешной тьме, единственный указатель — три больших фонаря впереди. Корабль «Мария-Антуанетта» — когда Генри назвал это имя, неприятным холодком пробежала дрожь по телу, захотелось прошептать: «Чур меня, т-т-т!». Сырость от поднимающегося над водой тумана, холодный ветерок заставили дрожать моё тело. Усилием воли удерживаю себя от паники.

А пока сижу, закутанная в плед, начинаю ощущать, что эта паника не моя, я лично просто боюсь кораблей и моря, но тело Мариэль пережило ужасное нападение пиратов. И эта фантомная память сейчас вскипает, пеной бешенства поднимается в сознании.

Хочется визжать, и кричать так, чтобы мы сейчас же повернули к берегу.

Но держусь.

Последнее время, меня лучше всего успокаивает пение. Начинаю петь на русском языке самую бунтарскую песню, какую знаю, да и по сюжету лучше не придумать.

«Кукушка» Виктора Цоя.

На выселки…

В душе такая тоска, мне кажется, что я не пою, а вою. Громче и громче. Голос у Мариэль примерно такой же, как у Гагариной, кажется, у матросов и мужа сейчас случился катарсис.

А я не пою, я прощаюсь с моим Солнцем. И с каждым взмахом весла, я всё дальше и дальше от него, от Джо…

«Солнце моё, взгляни на меня!..»

Что ж так больно-то. Представляю, что сейчас с ним происходит.

Мою русскую песню услышат. Точно услышат, и он сможет как-то узнать, наймёт детективов…

— Тебе лучше молчать! — вдруг прикрикнул Генри.

— Я не могу, очень страшно. Боюсь моря и всего, что с ним связано.

— Мы могли бы проехать по суше, но это дольше. И кареты настолько утомляют, потерпи. Скоро нам предстоит другое путешествие к тебе на родину!

— В Россию? Мамонтов смотреть? — прикидываюсь дурочкой и улыбаюсь, в полумраке он всё равно не видит ничего.

— Нет. Я про настоящую родину Архипелаг Ортега.

— Ты обещал сказать, кто изображён на кулоне. Я ничего не знаю и не помню, но интересно.

— Мариэль, прекрати притворяться. При мне эти игры уже лишние, — вот точно так со мной разговаривал иногда Гриша. Типа устал, а тут я с домашними заботами, потому что тоже устала…

А с Генри ещё и познакомиться не успели, а уже наезды на пустом месте. Что-то очередной муж меня вдруг не на шутку взбесил, и я перешла на французский язык, пусть и моряки слушают.

— Во-первых я не она! Но если тебе так хочется, отвези меня на родину Мариэль. Возможно, если она погибла, то убитый горем отец меня примет, и даже поможет, но первое, что я ему скажу, будет то, как ты и твоя королева со мной поступили. Думаю, из тебя получится отличное суши для акул. Не беси меня! Тем более, что я богатая наследница, а ты мой фиктивный муж.

— Суши? — кажется, его только это слово смутило. Он конкретно меня начинает раздражать.

— Да, еда такая Японская.

Мы неожиданно стукнулись бортом о корабль, за разговорами и не поняла, что приплыли. У меня сейчас активировались все физиологические потребности разом. В туалет, есть, а потом спать. Потому что сил не осталось совсем, хотели мне предложить подняться на «качели», но я даже держаться не могу.

Пришлось на специальной лебёдке поднимать лодку, как когда-то нас спасал герцог и его команда.

— Мадам, позвольте вашу руку, — типичный французский баритон из темноты попытался помочь мне вылезти. Но куда там в такой-то юбке.

— Если вас не затруднит, отнесите меня на руках в каюту, пожалуйста. Я от усталости, даже пошевелиться не могу.

— О! Мадам, почту за честь, я всего лишь старший помощник капитана Арман Шеро, к вашим услугам.

Мужчина, привыкший к тяжёлой работе, похоже, даже не заметил моего веса, как пушинку выдернул из лодки и понёс, позволяя мужу нести за нами небольшой багаж.

— Мариэль, я хотел бы ночевать с тобой в одной каюте, но тут слишком узкие кровати, поэтому…

— Это первая отличная новость! Господин Арман, покажите мне тут всё и принесите, пожалуйста, еду, что угодно, я очень голодна.

Через несколько минут мне показали довольно эстетичный «гальюн» для знатных особ, позже мою каюту, милая, обычная комнатушка. Всё что надо есть в наличии.

Умылась и мне тут же принесли ужин: паста с пармезаном и кружку тёплого эля, слабоалкогольный напиток. Спать буду как убитая.

— Ваш муж сейчас говорит с капитаном, кажется, нам пора выходить в море, оставлю вас, мадам. Если что-то нужно, звоните в колокольчик или крикните меня на палубе.

— Благодарю, месье Шеро, хорошего вечера и попутного нам ветра!

— Да, мадам! — он улыбнулся, как обычный мужлан, но вполне добрый, это со мной. А на палубе началась шумная работа, под крики Армана, ух и голосище у него. К счастью, взошла луна, я её свет увидела в иллюминатор. Значит, команде немного проще работать.

Только успела освободиться из неудобного платья, радуясь, что у этой модели нет ужасной шнуровки сзади, только пуговицы и крючки. Довольно быстро переоделась, и в постель, вытянула ноги, как же всё ноет. Меня словно избили…

— Мариэль! Позволь? Мы уже подняли паруса, нам сама природа благоволит, луна и ветер попутный…

— Полагаю, что это хорошо! Но остался вопрос, на который ты так и не дал ответ, кто эта женщина с картинки?

— Ты оказалась сокровищницей с секретом. Этот кулон можно вскрыть и под картиной на второй золотой створке имя Зулейка. Я не успел собрать все данные, во Франции это сделать проще. Но твой отец взял в жёны девушку из очень знатного персидского рода Саджидов, богатейшее семейство Персии. Она твоя бабушка по материнской линии. Уже умерла. Но говорят, что вы с ней похожи. Поверить не могу, что судьба мне подарила такой подарок.

— А уж как я-то не могу во всё это поверить… Это бред Шахерезады, честное слово. Кого ещё вы приплетёте? Китайского императора?

— Ну, если поискать полное твоё генеалогическое древо, — задумчиво прошептал Генри, как заворожённый, глядя на меня.

— Генри, иди к себе, честное слово, я очень устала, и если я такая, вся из себя крутая, то мне пора подумать, как поставить на место эту выскочку Викторию! Королева, называется! Могла бы и прилично принять у себя и по-человечески познакомиться!

— Она тебя ненавидит и завидует. Они не такие знатные, обе не стоят и мизинца на твоей ручке, моя принцесса! Поэтому да, начинай продумывать план мести, она заслужила! — прошептал и вышел, якобы случайно хлопнув дверью.

Надо же, она его бесит? Это потому, что он её всё ещё любит? Или между ними есть тайны?