Скандальное замужество попаданки

Глава 49. Неожиданное признание Генри

— Мне нужны деньги! Понимаю, что с Мариэль нам никогда не встретиться, и лучше мне напоминать о себе, чтобы не навлечь гнев её отца, однако моя личная проблема назревает и нешуточная.

Герцог на несколько секунд погрузился в свои размышления и планы, не сразу понял, о чём говорит Генри. Но последние слова можно и не переспрашивать:

— Виктория?

— Именно! Она беременная от меня. Жестокая женщина. Будет носить ребёнка, пока можно скрывать живот драпировками, а после уедет в удалённый замок…

— Остановитесь, вы же почти ничего не знаете. Скорее всего, её сейчас вынудят отказаться от трона. Элиза отдала много документов, доказывающих, что наша королева несколько лет управляла флотом пиратов. Граф Флетчер передал ей это наследие, и она им воспользовалась сполна.

Генри побледнел, вскочил на ноги и в приступе паники сделал несколько кругов по закрытому дворику, как дикий зверь в клетке. Потом, словно собравшись с силами, заговорил, сначала тихо и стесняясь, но после взмолился:

— Виктория ничего кроме власти не знает, и нет у неё иной цели. Они обе такие, две змеи, Тори и Элиза. Но она носит моего ребёнка, я подлец, но не подонок. Честное слово, я осознал, что должен позаботиться о младенце, она бы всё равно выкинула меня или приказала бы убить. Герцог, как мне быть? Помогите! Напишите Норрингтону, он вас послушает. Если её отстранят от власти, сошлют и не дай бог она откажется от малыша, его же отдадут в невыносимое место, я не могу так, заберу его или её. Найму кормилицу и подниму своего ребёнка. Умоляю ради невинного младенца!

Наступил черёд Джозефу искренне удивиться. Неожиданное благородство у такого повесы? Это или какой-то план, или искреннее желание спасти наследника?

— Вы удивляете меня! Неожиданно! Хорошо, я напишу Норрингтону. И более того, я вам вёз сотню камней, надеясь, что вы будете благоразумным и вернёте мне невесту. Но раз её нет. Ладно, к чему эти нравоучения. Я отдам вам эти средства, напишу письмо премьер-министру, с просьбой позволить вам вернуться в Англию и забрать малыша. Если на это согласится Виктория. Она мать…

Маркиз махнул рукой, хмыкнул. Сколько досады и огорчения в его лице…

— Знаете, сколько раз за неделю она видела своего сына? Один! Я с ним проводил время чаще, чем она. Мы с мальчиком занимались мужскими делами, я учил его стрелять из арбалета, играть в шахматы, делать красивые узлы на галстуке, да мало ли интересных дел может быть у…

— Генри! Этот мальчик, которого считают наследником престола Ваш? — неожиданно вспомнив слова Элизы, сопоставив факты, Джозеф встал от удивления. Очевидный же факт.

— Я не смею никак комментировать эту информацию. Это в интересах вашей же родины должно остаться тайной. Но к чему этот лепет про тайны, вы, должно быть, уже все знаете от этой двуличной Элизы.

— И всё же подробнее, что я могу не знать в этом деле, а о чём догадываться? И стоит ли мне верить вам на слово?

Генри поднял лицо, наверное, хотел заставить мужские слёзы не выдавать его искреннюю боль, но на выдохе, признался, раскрыл тайну. За которую ему могут укоротить тело на голову, стоит только герцогу упомянуть об этом в письме:

— Можете не верить. Но ваш покойный король переболел какой-то срамной инфекцией. Он даже не дотрагивался до Виктории. Они для приличия спали примерно месяц в одной постели, но в одеждах, а потом разошлись по разным спальням. Тори сказала ему, что убьёт, если он только коснётся ее и заразит! Это сделка. Она должна была родить наследника от мужчины, напоминающего внешне короля. Посмотрите на меня, если отращу небольшую бородку и растолстею, мы похожи как братья, но я немного выше, крепче и здоровее Карла III, и да, этот мальчик мой сын. И второй её ребёнок тоже от меня. Я терпел эту женщину и все её выходки из-за сына. С ней невозможно спорить, не убила и то хорошо.

— Маркиз, вы меня поразили, мне эту информацию, нужно как-то впихнуть в сознание и примирить с реальностью. Наша власть обман? Королева преступница, её сын от фаворита, хотя я не удивлён. Но пожалуй, напишу об этом премьер-министру. Печальная новость ожидает нашу страну.

Маркиз не понял, о чём сейчас герцог и в какое русло утекли его мысли:

— Печальная новость?

— Династия прервалась на Карле III, вам лучше сейчас же ехать и с моим докладом и просить премьер-министра отдать вам старшего сына, чтобы мальчику не навредили. Не имею представления, как парламент поступит с Викторией, но скорее всего, за преступную связь с пиратами, и нападение на «Луизиану», да и другие преступления, её не оставят на свободе, лишь бы не казнили. Поспешите, а сейчас мне предоставьте кабинет, бумагу и перо. Напишу Норрингтону, а вы сами отвезите, и лучше по суше.

— Слушаюсь, Ваше Сиятельство. Извините меня за то, что случилось с Мари. Я потерял голову, скорее хотел сбежать от удушающего влияния на меня королевы. Это сложно объяснить. У Виктории есть два верных человека, детектив Шеппард и адмирал Мэтьюз, она делала свои грязные дела через них, упомяните об этом в письме. Потому что если она решится на месть, то через этих двоих!

— Я напишу, но вы понимаете, что если это письмо попадёт не в те руки, то вас убьют, а потом и до меня доберутся?

— А вы, Ваше Сиятельство, постарайтесь так написать, чтобы несведущий человек, ничего не понял. Не хочется пострадать из-за клочка бумаги.

Маркиз жестом указал, куда пройти герцогу, зажёг дополнительные свечи в кабинете и вышел ждать. Через бесконечные полчаса, Джозеф отдал запечатанное письмо к премьер-министру, и небольшой мешочек из чёрного бархата с бриллиантами.

— Генри, надеюсь на ваше благоразумие. Это письмо в корне изменит судьбу Англии и наделит полномочиями парламент. Короля объявят мёртвым, а Викторию преступницей и обманщицей. Ей приговор обязательно вынесут и суровый. От вас зависит, прочтёт ли это письмо Норрингтон, от него зависит, отдаст ли он вам детей. Я поспешу бороться за своё счастье, а вам придётся побороться за своё.

Генри взял письмо и с улыбкой произнёс:

— Не ожидал от вас помощи, документы Мари я сжёг сразу, как приехал в Марсель и убедился, кто она такая. Так что русской шпионки никогда не существовало. Желаю удачи!

— Взаимно! — герцог ещё раз долго посмотрел на маркиза, и появилось ощущение, что тот что-то недоговаривает. Но это пусть останется на его совести, если сглупит, то не получит ничего.

Мужчины очень быстро пожали друг другу руки, и герцог уехал обратно в порт. В конце концов, Генри не мальчик, сам в состоянии решить свои проблемы.

А как убедить Мариэль в своих искренних чувствах — вот это уже совсем другой вопрос.

— Кажется, меня ждут большие испытания, очень большие!