Дни в море показались нестерпимо долгими и однообразными. Удел пассажира — скучать.
Раньше должность капитана занимала заботами, время летело как пуля. Вроде только что берег Северной Африки скрылся вдали, а вот уже и Англия или Франция.
Но теперь всё иначе. Неспокойно на сердце. Никаких известий, кто, что, зачем напал на пиратов?
Всех ли потопили?
И где Мариэль?
Этот вопрос заставляет сглатывать ком, каждый раз стоит вспомнить её улыбку, голос, то, как она по вечерам музицировала. В тот короткий период счастья, пока она оставалась рядом, он привык к её обществу, если не говорить о чувствах, которые переполняют.
— Зачем я вообще позволил Фионе её забрать. Чёрт побери! — забылся и выругался на мостике.
— Что вы сказали? — капитан работал с картой и не расслышал ворчание своего патрона.
— Неважно, скоро этот порт, куда вы хотели зайти?
— Послушайте, у меня есть одна мысль, что, если нам сразу в Марсель. Вы сказали, что француз назначил встречу там? И ждёт выкуп. Если они живы, то мы успеем за сутки, а если зайдём в порт, то в Марселе окажемся дня через три. Только документы и таможню пройти, плюс досмотр. Это Франция, они всегда все делают нудно.
— А если маркиза на месте нет, то вернёмся, или даже я могу нанять экипаж и за день доехать, или отправим моего секретаря. Это отличная идея, вы молодец. Так и сделаем.
— Слушаюсь! — Робертсон быстро завершил работу с бумагами и отдал приказы по новому курсу.
К вечеру «Стремительный» встал на рейде, решили не входить в порт, чтобы в случае чего, иметь возможность быстро отплыть дальше.
Пока таможня и служба досмотра проверяет корабль, Его Сиятельству позволили сойти на берег, любезно предоставив дежурный бот с двадцатью матросами на вёслах.
Всего каких-то пару часов и вот он, тот самый дом, указанный в коротком письме маркиза.
— Ваше Сиятельство, а вдруг это засада?
— Ну, в таком случае стреляй на поражение, русский револьвер держи наготове.
— Слушаюсь! — Дженкинс несколько раз довольно громко постучал в запертые двери.
Недолгое ожидание, шаги и скрип засова.
— Маркиз де Круа нас ожидает! — на хорошем французском произнёс секретарь и герцог, не дожидаясь, соблюдения всех тонкостей протокола гостеприимства. Решительно вошёл, в небольшой закрытый двор, и вот он!
Маркиз де Круа собственной персоной.
Мрачный, с запахом вина, и, кажется, даже постаревший. Воздух Англии ему явно был полезнее.
— Где она? — прорычал Джозеф, еле сдерживая ярость.
— Сбежала! — слишком спокойно ответил Генри и сел на небольшую лавочку у двери. Чтобы нагляднее показать, что произошло, изобразил пантомиму «летящие крылья бабочки».
— Здесь? В Марселе? Вы ее обидели? Я придушу вас!
— Представьте себе, нет! Она умудрилась пересесть на один из военных кораблей русской эскадры. Они, кстати, разгромили огромный флот пиратов, не думаю, что весь, но урон колоссальный.
— Подождите, де Круа! По порядку, что значит, пересела?
— Так, крикнула им какое-то магическое заклинание и песню, какую только русские понимают, и они наставили на мой парусник все свои пушки, пришлось её отпустить. Куда она направляется я не знаю. Удивительная женщина. Кажется, что судьба сама подставляет ей ступени, а она по ним прыгает, ни платья не взяла, ни золото, как была, так и сбежала.
— Она удивительная, это правда. Но что с ней теперь? Вы могли бы поступить как мужчина и позаботиться о Мариэль.
— Ой, вот не надо! Ваше Сиятельство. Она и от вас сбежала, и от меня. Это её нормальное состояние. Подозреваю, что и от отца она тоже сбежала, потому и попала в переделку в море. Или где вы ее нашли.
На маркиза неприятно смотреть, действительно подавленный и опустошённый, хотел было пожаловаться на жизнь, но герцог его опередил.
— Маркиз! Я хочу забрать у вас бумаги, те брачные свидетельства и всё, что забыла у вас моя невеста. Завтра утром подпишите бумаги на развод. И тогда получите свои бриллианты. Но не пятьсот, а всего десять, вы не справились, не смоги позаботится о ней.
— Но, мне кажется, я догадываюсь, куда они её отвезут.
— И куда?
— Еще пятнадцать камней и я назову место.
— У вас точные данные? Проверенные, если это только догадка, то не более пяти, и вы уже упали в моих глазах, ниже некуда.
— Плевать, я ей не нужен, королева беременная от меня и тоже отказалась, не очень мне везёт последнее время!
— Избавьте меня от нытья! Маркиз! Какой порт?
— Санта Альбертина. Она не уверена, что русская, хоть и говорит отлично, эта загадка с «Луизианой» и её прошлым не даёт Мари покоя. Ведь «Луизиана» вышла именно из этого порта, и есть данные, что там промышляют пираты. Если русские объявили охоту на грабителей, то им по пути. Мы расстались примерно дней пять назад, вы догоните и найдёте её.
— Я и сам собирался в этот порт, но если она пожалуется на ваше грубое обращение…
— Передайте ей, что я влюбился, и она навсегда останется в моём сердце. Но то, как я с ней себя вёл, лишь защита от ненужных чувств. Поверьте, я знаю женщин, она удивительная, но не моя. И пусть лучше вспоминает обо мне с раздражением, чем с нежностью. О себе я того же сказать не могу. И ещё одна информация, совершенно бесплатно.
— Говори!
— За последние пять дней, я навёл справки, ведь девушку искали и очень долго, её портретное описание расклеили на всех столбах во всех портах. И вот одно из них.
Маркиз достал желтоватый лист бумаги из кармана домашнего халата и протянул герцогу.
Тот довольно быстро прочитал, но не сразу понял, что именно хотел уточнить Генри. В целом портрет совпадает. И подтвердить или опровергнуть тот факт, что Мари и Мариэль это одна женщина, может только сам Винсенто де Ортега. Только хотел сказать, что тут ничего нового, как Генри улыбнулся и настойчиво заставил вчитаться в текст:
— Прочитайте, Мариэль одинаково владеет и правой, и левой рукой, у неё приятный низкий голос, и на правом локте приметный шрам в форме полумесяца от ожога, вы его помните. Вот тут, — маркиз показал место, какое Джозеф и сам знает и помнит этот маленький шрам, такие иногда остаются у непоседливых детей, от упавшей во время занятий свечи.
— И?
— А значит, я женился на незнакомке. На фантоме. Моей русской жены не существует. А та женщина, какую ищете вы — будущая королева Архипелага Ортега, хозяйка островного государства, и по случайному совпадению ещё и принадлежит к знатнейшему персидскому роду со стороны матери. Она бриллиант, самая знатная женщина из всех ныне живущих. Ну, может, не всех, но многих! Она нам с вами не по зубам, друг мой! Для неё найдут короля, принца, царевича! Мы можем лишь наняться к ней на службу и тайно поглядывать в её сторону, пока никто не видит…
Герцог сел рядом с маркизом, с этой точки зрения он на ситуацию ещё не успел посмотреть.