Скандальное замужество попаданки

Глава 46. Плов

Несколько часов русская эскадра собирала пиратов среди обломков разбитых кораблей, один из фрегатов с чёрным флагом смог сбежать, остальные затонули, точнее, их намеренно потопили, но перед этим проверили, нет ли пленников.

Нет. Это исключительно военный пиратский флот, они не берут пленных, только грабят и убивают.

Некоторых на шлюпке отпустили, не стали забирать, как сказал капитан, слухи о сражении должны доползти до главарей, а эти живучие твари в море как дома.

Я с интересом выслушала краткое содержание «операции», страх отпустил в тот момент, как я ступила на палубу «Александра Невского» и теперь осталось лишь волнение о своей судьбе:

— Признаться, мне до них дела нет. Не страдаю сентиментальным человеколюбием по отношению к душегубам. Свои бы проблемы разрешить.

Мичман, которому поручили устроить меня со всеми удобствами, хмыкнул и кивнул в знак поддержки, он также настроен по отношению к преступникам. И не расположен романтизировать пиратов.

А я наслаждаюсь общением. Как же приятно говорить по-русски. Даже язык ожил.

Наш диалог прервал капитан:

— Приглашаю вас в кают-компанию на ужин, и с нетерпением жду подробный рассказ о себе.

Меня уже устроили в приятной каюте, подозреваю, что её уступил молодой лейтенант Красовский, он несколько раз интересовался, удобно ли мне, и если что-то нужно...

А я десять раз пожалела, что оставила свои вещи в каюте «Марии-Антуанетты». Но отдохнуть успела, так что сейчас расскажу капитану небылицу, только бы он не посчитал меня дурой умалишённой.

Просторная, довольно дорого обставленная кают-компания оживилась, стоило нам войти. Загорелся свет, стюард быстро подал шампанское и закуски, объявил, что горячее подадут чуть позже.

Мы остались одни. Константин Михайлович достал записную книжку и карандаш, раскрыл на чистом листе и сделав глоток, многозначительно посмотрел на меня, готовый к допросу.

Его вид внушает доверие, было ещё желание рассказать только половину правды, про русскую часть, но я вдруг решилась на откровенность.

— Вы верите в магию или необъяснимые явления?

— Так, начало разговора уже интригует, но мне нужны факты, чтобы вам помочь, понимаете ли меня? Вас никто не обвиняет ни в чём, но мне нужно понять, как вам помочь.

В его голосе отеческие, терпеливые нотки. А я вздыхаю, на мгновение закрываю глаза и решаюсь.

— С этими пиратами я встречаюсь уже второй раз.

— Вот как? Они на вас охотятся? — снова его заинтриговали мои слова.

— Я неправильно начала, пока не перебивайте. Сейчас. Почти четыре месяца назад, я очнулась посреди моря, после кораблекрушения. И в памяти чернота, словно мне кто-то стёр вообще всё. Дурацкое платье, которое чуть не потопило меня, кулон с портретом женщины, и письмо, чернила с которого смыла морская вода, но осталась сургучная печать.

— Вот так происшествие, а почему вы уверены, что это дело рук пиратов.

— Один из них, пьяный и раненный тоже очнулся рядом со мной. Нас подобрал «Стремительный» герцога Аргайла, пират сказал, что охотились за кораблём «Луизиана», на котором плыли две девицы, одна пропала, возможно, утонула, я осталась в живых. Герцог решил, что я служанка или гувернантка госпожи, видите, я чуть смуглее, чем англичане.

— Ох уж эти англичане с их расизмом! — капитан сделал несколько пометок, записал названия кораблей и имя герцога.

— Не вините его, Джозеф хороший человек, со мной было всё не так просто. До нападения я зачем-то намазалась каким-то соком, как индианки узоры хной делают, мехенди, знаете. Моя кожа тогда была слишком тёмной, и я действительно мало чем отличалась от креолки. Уже позже эта краска смылась, и я стала обычной смуглянкой, такой же как многие южане. Герцог забрал меня к себе…

— Послушайте, а как так получилось, что вы так чисто говорите по-русски? Простите, перебиваю!

— Да в том-то и дело! Мне все говорят, что я Мариэль Алексис де Ортега, дочь самого Алехандро Винсенто де Ортега, единственная наследница огромного Архипелага. Я вроде как на неё очень похожа, но я совершенно чётко помню своё русское имя Марина Александровна Отрогова. Ни по-испански, ни тем более по-португальски не говорю. Только русский, английский и немного французский. Она была правшой, но я — левша! Эта загадка. Меня похитили у герцога и везли продать коралю Испании, а тот позже захватит Архипелаг Ортега. И только герцог верил мне, что я простая гувернантка, потерявшая память и возможно очень похожа на несчастную Мариэль, он хотел уберечь меня от политических интриг, в которых я лишь пешка. Вот такая история.

— Ух! Ничего себе! Это приключенческий роман! Но, а чего вы сами хотите.

— Если честно, я хочу вернуться к Джозефу, но нам не дадут спокойно жить, королева ополчилась на него, там какие-то свои дела, претензии на почве бриллиантов. А я снова разменная монета. И как мне быть, как его найти, и не возвращаться в Англию, из которой меня выслали как русскую шпионку, я не знаю.

Делаю глоток шампанского, капитан что-то ещё записал, надеюсь, не то, что я сумасшедшая и высадить меня в первом же порту и сдать в психлечебницу.

Нам подали ужин, неожиданно, узбекский плов очень ароматный.

— Обожаю плов! Его едят руками, но я с вашего позволения вилкой, — с таким аппетитом взяла золотистый рис и прикрыла глаза от удовольствия. Сразу вспомнился плов с Арбата, в супермаркете на фуд-корте часто покупала себе и домой на вечер…

Про себя настоящую-то я и не рассказала. Но это уже перебор.

— Я рад, что вам нравится наша кухня. Вы действительно русская, говорите несколько необычно, более правильно произносите слова, но просто строите фразы. Речь, манеры, плов. Всё говорит о том, что вы русская. Но ваша внешность, действительно очень экзотичная, в России таких девушек не встретишь, вы невероятная красавица.

— А вот, у меня в кулоне портрет женщины, она, говорят, персидская знатная дама. Зулейка Саджид, она моя бабушка по матери. Ну я сама не помню, это успели выяснить. Может быть, этим объясняется…

Не успеваю договорить, замечаю, что у капитана потерялся дар речи.

Но он нашёлся, спустя пару глотков шампанского.

— Род аль Саджид, вы не шутите, боже. Марина, Мариэль. Вы хоть представляете, насколько вы знатная особа. Насколько богаты? Даже если вы не Ортега.

— Нет, простите. Я ничего не знаю о себе.

Замираю, кажется, я сейчас узнаю новую порцию о себе? На всякий случай сняла с шеи кулон открыла его и протянула капитану, после того, как он изучил лицо женщины на портрете, я ногтем поддела тонкую створку и теперь сама увидела вторую надпись с именем «бабушки». Генри не врал, называя меня персидской принцессой?