Скрывая себя

Глава 12

Наступила пятница — день рождения Оксаны.

Я сходила в цветочный магазин за букетом для неё и, выбрав самый красивый, направилась к кассе, но по пути ещё раз осмотрела магазинчик — как, наверное, здорово работать среди такой красоты! Мой взгляд задержался на витрине, где стояли орхидеи в прозрачных горшочках. Я сразу прикинула в голове, что они отлично будут смотреться на пустом окне в зале у Никиты, и купила парочку.

Осторожно донеся приобретения домой, я разоблачилась. Цветы не тяжёлые, но нести их было крайне неудобно, и теперь хотелось расслабиться. Посимпатичнее выставляя цветы на подоконнике, я прокручивала в голове любимые песни и пританцовывала. Очень хотелось напевать знакомые мотивы, но, к сожалению, голос у меня так и не прорезался. Внезапно, прям как в штамповом ужастике, я почувствовала на себе чей-то взгляд.

На меня с улицы смотрел Никита, и, по всей видимости, уже давно, постепенно продвигаясь к подъезду.

Огромный лист лопуха мне на голову, я ведь без парика!

Глаз нервно задёргался: это ж надо так проколоться. Резко задёрнув шторку, тут же привела себя в порядок. Я едва успела напялить парик, застегнуть толстовку и ссутулиться, чтобы не было видно грудь (на перебинтовку времени не хватило, увы), как в квартиру влетел взъерошенный «нежданчик».

— Витюха, а что это за девушку я только что видел? Твоя что-ли?

Поняв, что отнекаться не получится, неуверенно написала: «Просто знакомая».

— Ага, так я тебе и поверил. Куда ты её спрятал? — парень шутливо, как ревнивый муж, заглянул в шкафы и под кровать. Глаза Никиты загорелись азартным огоньком, когда он понял, что блондиночки нигде нет. — Девушка, выходите!

Ищи, ищи.

— Слушай, правда, куда ты её подевал? — парень разочаровано прошёлся глазами по комнате.

Я чиркнула в блокноте, что «она» только что ушла.

— Жаль, наверное, разминулись. А я тут мимо иду и, дай, думаю, в окошки свои посмотрю, а тут краля такая выглядывает, — усмехнулся Никита. — Красивая она у тебя, познакомишь как-нибудь?

«Я же тебе говорю — просто знакомая!»

— Зря ты так, я б с такой закрутил.

Я аж чуть не поперхнулась слюной.

«Она тебе понравилась?»

— Шутишь? Не то слово — она предел мечтаний любого парня. Если б лично познакомился — ни за что не упустил.

Я тут же покрылась густым румянцем: нет, мне и раньше говорили о моей привлекательности, но что бы вот так! Неужели я ему симпатична в моём истинном облике?

Внимательно посмотрела на парня. А ведь ты тоже ничего, красивый даже, по-своему. И почему я раньше на это не обращала внимания в таком ключе?

— Эй, а ты чего так покраснел? Ревнуешь, что ли? — Никита шутливо посмотрел из-под бровей.

Я спешно отвернулась и покачала головой, мол, ничего. Ещё не хватало, чтобы он заподозрил неладное.

— Ладно, не парься. Я на чужое не падок. Кстати, букет-то купил? — наконец спросил Никита о главном.

Я сходила на кухню и показала цветы в трёхлитровой банке (вазу так и не нашла).

— Клёвый. Ладно, я на работу пошёл, покедава.

Никита ушёл, а я всё никак не могла забыть его слова. Если бы могла быть сейчас девушкой, как могли сложиться наши отношения, могли бы мы стать парой? Я посмотрела в зеркало и представила парня рядом с собой, но… Я ведь сама — парень. Что ему скажу: «Привет, Нацу, знаешь, а я девушка. Давай встречаться». Ведь только буквально вчера мы в шутку смеялись на эту тему…

А если взаправду?

Нет, он ни за что не поверит: скорее всего накричит и прогонит.

Что же делать? Как быть? Ай, совсем запуталась! Хочу снова стать девушкой, мне надоела эта маскировка!

Погружённая в свои мысли, слоняясь из угла в угол, я иногда выплёскивала эмоции протиранием, и без того чистых, полок и полов, а так же просмотром новых серий любимого аниме. Я даже не заметила, как вернулся Никита. Мы приоделись и, взяв подарки, пошли поздравлять Оксану.

Я тайком посматривала на парня: симпатичный, мужественный, от него так и веяло силой. Мне так захотелось взять его за руку и прижаться, но нельзя. Так, изредка вздыхая, я и плелась за Никитой, пока мы не дошли до частного сектора. Максим ожидал нас у калитки двухэтажного дома своей девушки. Родители Оксаны ушли к соседям, дабы не мешать молодёжи.

Здесь уже были подруги детства именинницы: Даша, со своим мужем Германом, и две очаровательные сестрички — Лера и Варя. Изначально девушки должны были прийти со своими парнями, но те не смогли из-за внеплановых съёмок. Что удивительно, оказалось Герман — друг детства Никиты, и именно тот, к которому парни недавно ходили. Надо же, как мир тесен.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Праздничный стол был размещён на открытой веранде и ломился от угощений. Оксана ещё тот массовик-затейник, приготовила для всех много различных конкурсов, и я развлекалась, как могла. Мы участвовали в самых разных играх, в том числе и в «Короле»… Правда, правила были немного другими, но не суть. Каждый написал пару пожеланий; мы бросали записки в холщовый мешочек, а «король» доставал для своих «подданных» приказы.

Никите выпала честь одеться девушкой и станцевать на столе.

Вфу-ух, повезло! Не надо было ржать над бедным Витькой — теперь я буду веселиться!

Мы все держались за животы от открывшегося зрелища: парень, одетый в цветастое платье Оксаниной бабушки с бусами и соломенной шляпкой на голове, отплясывал чечётку, подмигивая направо и налево. Даша должна была исполнить стриптиз, но Герман возмутился и взял на себя сей подвиг: эротично, в такт музыке, он снял рубашку, обнажив рельефный торс, но дальше уже жена протестовала. Я изображала животное, которое остальные должны были угадать. Сёстры сочинили сказку. Максим должен был поцеловать Оксану, но, думаю, все догадались, что желание было подстроено; и всё равно было очень мило.

Вторые пожелания были более обыденными. Но вот мне не повезло: нужно было поцеловать сидящих рядом со мной. И если Дашу я без застенчивости чмокнула в щёчку, то на Никиту боялась даже взглянуть. Лера вызвалась заменить меня, но остальные были против — правила есть правила. Ага, только почему-то на супругов Германа и Дарью это правило не распространилось!

Я сидела красная, как рак; присутствующие приняли это за неловкость. Пока я думу думала, Никита сам чмокнул меня и игра продолжилась.

Мало-помалу сгустились сумерки, и участок с верандой осветился многообразной подсветкой. Особенно мне понравились шарообразные фонарики вдоль дорожек, ведущих к альпийской горке. Девочки весело щебетали в стороне, а парни, в том числе и моя персона, развлекались армрестлингом.

Наблюдать за состязаниями мужчин — приятное зрелище, скажу я вам. Мускулистые руки были напряжены: прелесть-то какая! Но когда мне предложили поучаствовать, то благоразумно отказалась. Не прокатило — ребята разрешили мне соревноваться двумя руками. Никита приготовился.

Ну, попытка не пытка — для удобства я даже закатала рукава по локоть. Схватив парня за руку, стала бороться и, о чудо, начала его заваливать! Счастливая, предвкушала скорую победу, но Никита, слегка дёрнув свою руку вниз, пошёл на попятную, и теперь он вёл мои руки.

Э нет, брат, так не пойдёт: плевать на все правила — я навалилась всем корпусом на его руку!

Нет, нет, нет!

Меня всю уложили одной левой, точнее правой. Как же обидно, я так старалась, а Никита ржал, как конь:

— Это тебе не смычок держать. На твой день рождения подарю гантели… детские!

— Точняк, у Витька даже мышцы не напряглись, прям как у девчонки, — внёс свою лепту Герман.

«Зато я вкусно готовлю!» — обиделась я.

Хотя ведь мужчины не со зла смеялись: не всем же быть сильными — они это понимали.

В знак примирения Герман притащил три кружки пива и сок себе. Я отказалась, замахав руками, но Максим напомнил мне про «должок». Что делать, пришлось пить.

Горькое, зараза. Я давно не пила спиртное, да и не любила это дело, и, поэтому, вскоре почувствовала лёгкое опьянение. А потом послышалась нежная музыка и Оксана объявила медленный танец. Все разбились на парочки; Варя пригласила меня. Нет, на сегодня хватит изображать из себя парня — я устала, перебор.

Откланявшись, демонстративно плюхнулась на скамейку у стола, а девушка, надув губы и буркнув, что я «скучный», присоединилась к своей сестре, и теперь они на пару извивались перед Никитой. А ему что, плохо что ли: две девушки чуть ли не в открытую предлагают себя.

Я психанула и налила себе чего-то. Чуть погодя, рядом уселся Герман:

— Эй, Вить, чего сидишь хмурый?

Я, позабыв, что меня не слышат, стала возмущаться наверняка уже заплетающимся языком:

— Ничего я не хмурая. Представляешь, ещё днём говорил, что я ему нравлюсь, а сейчас с другими девками обжимается, кобелина.

— Вить, я не умею читать по губам — напиши лучше.

Куда там «напиши», лучше налью себе и тебе ещё. Я разлила по бокалам остатки из тёмной бутылки.

— Нет, спасибо, парень, мне нельзя — я за рулём.

— Чего это тебе нельзя? Мне, может, тоже нельзя, — я осоловелыми глазами посмотрела на Никиту и мои брови нахмурились. Ладошка одной девушки проскользнула ему под рубашку, другая держала его руку на своём бедре. Я сердито показала на них пальцем. — Вот скажи, куда она полезла? Разве приличные девушки себя так ведут?

Герман посмотрел на танцующих: всё чин чином — ничего особенного. Усмехнувшись, он толкнул меня в плечо.

— Странный ты. Если бы не знал, что ты парень, подумал, что ревнуешь!

— Я ревную? Пх! Как я могу ревновать: ведь я — «грёбаная парень!»

За возмущениями и активными жестикуляциями, не сразу заметила, как к нам подошла Лера, отправив виноградинки из фруктовой вазы в ротик.

— О чём болтаете, мальчики?

— Да так, о своём, о девичьем, — вставая с места, в шутку ответил Герман и направился к жене. Я же со злостью посмотрела на девушку:

— Вот чего ты перед Никитой расстилалась, он тебе нравится?

— А почему нет? Никита очень привлекательный мужчина.

— И что, ты ко всем так пристаёшь? — я неловко дёрнула локтем и опрокинула чей-то стакан. Рукав сразу же намок. — Блин, из-за тебя вся промокла, — пробурчала я, вытираясь бумажными салфетками и попутно промакивая скатерть.

— Вить, ты меня, конечно, извини, но, может, хватит пить — тебе уже достаточно, все глаза уже залил, несёшь всякую бредятину.

— Много ты понимаешь — я ведь немая, блин, немой.

— И что? Я, например, глухая, но отлично читаю по губам. Кто не знает — ни за что не догадается. Кстати, я за тобой давно наблюдаю — ты уже не понимаешь, в каком роде изъясняешься.

— Чё, правда, Никита тебе нравится? Да? Скажи!

— Нравится, но не в том смысле, и вообще, у меня жених есть, если ты помнишь.

— Точно. А как зовут? — сменила я гнев на любопытство.

— Родион. Он меня замуж зовёт, — гордо сказала Лера и обняла себя руками.

— Счастли-ивая, — протянула я, медленно моргая.

— Не то слово. Ладно, нам с сестрой пора, за нами папа приехал. Не скучай, — помахала мне рукой девушка и удалилась.

«Хорошая она, зря я так», — подумала я и совсем улеглась на стол.

Остальные тоже потихонечку стали расходиться, а я наблюдала за передвижениями гостей из-под полуприкрытых век.

— Эй, Витюх, просыпайся, Герман с Дашей обещали нас подбросить, — Никита почём зря теребил меня.

«Не хочу, мне и тут хорошо», — думала я, уже засыпая.

— Да, парень, не умеешь ты пить, — меня подхватили под руки и куда-то потащили. Бесформенным тюфяком я еле передвигала ногами, совершенно потерявшись в пространстве. Ну и комары с ними со всеми. Как же всё кружится…