Скрывая себя

Глава 4

Мерный звук стучащих колёс медленно возвращал меня в реальность из глубокого сна. И холод. Такой ровный, но который уже успел проникнуть во всё моё тело, вызывая желание поскорее укутаться в тёплом одеяле (а ещё лучше в двух), но которого, увы, у меня не было, а так хотелось согреться. От твёрдой поверхности полки тело затекло, и я немного потянулась, чтобы хоть как-то размять мышцы. Однако… Боль прокралась незаметно, но ударила сильно, будто вонзённый кинжал. Это ноющее чувство сохранялось долго, и лишь через тонкую нить боли я слышала незнакомые голоса.

Меня нашли? Всё же нашли?

Я замерла, пытаясь прислушаться и разглядывая только лишь глазами то небольшое пространство, что давал обзор, но речь людей сливалась со стуком колёс и свистом воздуха в открытом окне. Так вот почему так холодно! Потихонечку попыталась перевернуться, но застыла от резкого чувства циркулирующей по всему телу крови и осознания того, что слышу происходящее.

— Извращенцы! — кричит женский голос, а я сразу вспомнила «его» и вжалась в стену, подозревая «его» людей.

— Такой хороший дэвушка обыдели… — произнес голос, принадлежащий мужчине.

Слишком яркий кавказский акцент. Второй голос практически не отличался от первого и говорил так, что, если бы не моя паршивая ситуация, мне бы не хватило сил не засмеяться, потому, что невольно вспомнились знаменитые цитаты из фильма «Джентельмены удачи». Некоторое время люди молчали, что заставило насторожиться. И не зря.

Собака, присутствие которой раньше не заметила, громко зарычала. И рык её, казалось, был так близок, что я невольно, по присущему любой женщине любопытству, повернула голову вправо и замерла…

Суровое лицо незнакомого мужчины заглянуло в нишу, которая служила мне кроватью. Темноволосый, но не кавказец — это очевидно, хотя я его плохо разглядела, так как тень падала на меня. И крупный — вон размах плечей какой! Я ещё больше замёрзла, но на этот раз уже от вновь обретённого страха, потому как ко всему прочему на меня был наставлен пистолет. Мужчина некоторое время рассматривал меня, а затем убрал оружие и поманил пальцем к себе, призывая подчиниться и спуститься вниз.

Только не это! Сердце бешено забилось, а кислород перестал поступать в лёгкие. Это конец?..

Я отрицательно помотала головой и двинулась от него дальше, вжимаясь в стенку и стараясь не смотреть в глаза, будто от его взгляда могу превратиться в камень. Мужчина цыкнул и, явно рассердившись, потребовал, чтобы вылезла, а после моего долгого молчания просто вытащил сам и неаккуратно поставил на пол, отчего немного затёкшие ноги подкосились, и я упала.

Мимолетно поправив парик, опасливо попятилась назад. Но заметив попытку продвижения к двери, брюнет больно схватил меня за плечо, как раз там, где был приличный синяк.

— Ты кто такой, а? Откуда взялся? — спросил у меня второй молодой человек с немного лохматой русой шевелюрой. В отличие от высокого первого — этот среднего роста, но что толку? Оба внушали неподдельный страх.

Но почему спрашивают? Не узнали?..

— Отвечай, живо! — скомандовал первый, а при нормальном свете он оказался моложе.

Обоим примерно лет двадцать пять — тридцать, хотя я могу ошибаться. Я было стала судорожно подбирать наилучшие ответы. Что сказать, что же?!

«Я случайно», — начала я, но поняла, что всё ещё не могу говорить, даже хрипло. Вообще никак. М-да, не весело. Интересно, когда голос вернётся? Ладно, может в данный момент это даже лучше, потому что свой голос я не могла бы подделать под мужской.

— Чего молчишь, воды в рот набрал? Или из тебя ответы выбивать надо? — грозно спросил первый парень, в то время как второй надвигался на меня, но…

Но произошло то, чего вообще не ожидала: немецкая овчарка сделала шаг в мою сторону и лизнула ладошку. Удивленно посмотрела в глаза кобеля и заметила его невероятную схожесть с тем псом, с помощью которого совершила побег и провела тревожную ночь в лесу.

— Так вы знакомы? — удивился русый. Я положительно кивнула и погладила пса за ухом. Это точно он!

— А чего это ты молчишь постоянно? Немой что ли? — уже более спокойно протянул брюнет, и снова кивнула — скрывать всё равно нечего. На данный момент это действительно так.

Сев на кровать, парень начал рыться в своей сумке. Я поначалу испугалась, представляя всевозможные пистолеты и аппараты для пыток, которые он вытащит, но, когда увидела блокнот с ручкой, облегчённо вздохнула и подсела к столу поближе. Молодой человек протянул мне канцелярские принадлежности.

— Пиши.

Кивнув, я щёлкнула ручкой и начала писать, на ходу пытаясь придумать более-менее правдоподобную историю. Нужно оставаться инкогнито, значит, надо придумать себе имя…

— Меня зовут Виктор, — начал зачитывать вслух русый. — И говорить, как вы уже заметили, не могу, но всё слышу. Я путешествую автостопом, а с вашей собакой сегодня ночевал в лесу.

— Не густо, — хмыкнул брюнет. — А почему ты путешествуешь один? Родные не против?

Записав необходимое, не разглашая подробностей и полной правды, отдала листок парню.

— Я сирота. Меня воспитывал отец, а теперь его нет. Чтобы отвлечься от грустных мыслей, решил уехать, — снова зачитали мою кривду, разбавленную правдой. Кажется, поверили.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— А на жизнь чем зарабатываешь?

Приняв из его рук блокнот, снова начала писать. Как только поставила точку, мне почему-то померещились улыбка лучшей подруги Марины она всегда меня поддерживала. От этих добрых воспоминаний так сильно хотелось плакать, но я держалась.

— Значит, скрипач, да? — вновь кивнула. — А на гитаре играть умеешь?

Жестами показала, что немного умею.

— Ну, давай, сбацай нам что-нибудь, — брюнет открыл тёмный чехол и достал классическую гитару с парой наклеек на гладком корпусе.

Осторожно взяла инструмент в руки, вдохнув едва ощутимый аромат дерева с примесью лака, и мягко провела пальчиками по струнам. Я наклонилась ниже и сильнее сконцентрировалась, чтобы не дать воспоминаниям овладеть, ведь на гитаре меня научил играть лучший друг, с которым теперь, возможно, никогда не увижусь.

Приняв правильное положение тела, начала игру. Легко, будто ветер в чистом поле, раздавался испанский мотив — несложный, но красивый. Такая свобода чувствуется в музыке, такая непринужденность и отрешённость. Играя, всегда забывала о проблемах. Я — это я. Последний аккорд, последние три ноты — и мелодия закончилась, оставляя свои отголоски в ушах.

— Классно играешь, Витёк, — зачарованно выдохнул русый. — А, кстати, мы ведь не представились. Я — Никита, — он протянул мне руку.

— Максим, — так же поприветствовал меня брюнет. Пожав обоим парням руки, улыбнулась и вопросительно кивнула на собаку. — А это Райт.

Повторяя одними губами последнее слово Максима, наклонилась и обняла овчарку. Кажется, эти парни не плохие, раз Райт такой хороший. К несчастью, я была жутко голодна. От этого сильно болела голова, а живот предательски урчал, завывая протяжную мелодию не хуже гитары.

— Ты есть хочешь? — скорее утвердительно кивнул Никита.

Он залез в пакет с едой и достал парочку жареных пирожков и что-то ещё, а я, вытерев ладони влажными салфетками, присела за стол. Чтобы показать себя с хорошей стороны, старалась есть медленнее, но голод брал своё, и получалось не очень эстетично. Плевать, как выгляжу со стороны, мне хочется есть!

— Куда сейчас едешь? — спросил Максим, когда я перекусила. Почесав голову одним пальцем, пожала плечами и повернуьлась сторону окна, чтобы полюбоваться переменчиво мелькающим пейзажем. — Если надоело мотаться, останавливайся у нас — город не столичных размеров, но работу найти можно. Ну как?

Посмотрев на брюнета, давшего мне такой дельный совет, я призадумалась. Расстояние между нашими городами приличное, да и в образе мальчика меня вряд ли будут искать, поэтому положительно кивнула и, краем глаза заметив пистолет, показала на него пальцем.

— А? Это зажигалка, — Максим вытащил «оружие» и пару раз нажал на курок, вызывая реакцию, вследствие которой из дула появился синий огонь.

Я, будто завороженная, наблюдала за пламенем, совсем не заметив того факта, что кивнула на какой-то вопрос Никиты. Довольно хмыкнув, тот повернул меня лицом к столу и достал колоду карт.

— В подкидного или переводного? Может, в «Очко» поиграем?

— Да ну, надоело, — возмущённо цыкнул Максим. — В дурака давай. Переводного.

Довольно лыбясь, Никита начал тасовать колоду, после чего, подражая фокуснику, раскидал каждому по шесть карт.

— Ну-с, приступим?

Играла я, не буду скромничать, неплохо. Иногда даже первой выходила из игры, но вскоре усталость стала брать верх, всё-таки три-четыре часа сна в неудобных местах никак не поспособствовали нормальному отдыху мозга.

— Бито! — уже без первоначального энтузиазма, но с таким же азартом ухмылялся Никита. — Король пик, бьёшь, Вить?

Кивнув, я достала одну карту и кинула её на стол.

— Эй! Это же десятка! Да ещё и треф! — возмутился он.

— Так же нельзя! Тем более, козырь у нас красный, — подтвердил Максим, а я, пожав плеччами и широко зевая в ладошку, забрала короля Никиты, побив свою же десятку козырным тузом.

— О, да ты спишь, чувак, — присвистнул Никита и поднялся с места. — Я за дополнительным бельём, — сказал он и вышел из купе.

Максим тоже поднялся и, переложив гитару наверх, освободил место сонному Виктору, то есть мне. Я тут же воспользовалась освободившимся ложем и тихо засопела. Сквозь полудрёму, услышала, как вскоре в купе зашёл Никита, который выпросил-таки дополнительное новое бельё для меня, как полагаю. На вопросительно изогнутую бровь друга, он пожал плечами:

— Сказал, что на одно мы пролили воду.