Спасите, меня держат в тюряге

30

На следующий день наступило Рождество. Я встретил его в мрачном настроении и с такой низкой самооценкой, что без стремянки не дотянулся бы до собственных шнурков.

И лучше мне не становилось. Рождество в тюрьме всегда хмурый день, и мало того, что мне нечем было заняться, кроме как жалеть себя каждый раз, стоило мне перестать себя ненавидеть, куда бы я ни посмотрел – меня окружали столь же замкнутые и угрюмые лица, что и моё собственное. Просто прекрасно.

Позже днём пришёл Боб Домби с двумя рождественскими подарками для меня. Его жена Элис, любительница чтения, с которой я до сих пор не встречался, устраивала праздничный ужин для ребят, на который я, разумеется, не мог попасть. Поэтому Боб тайком принёс мне кусок фруктового пирога. От этого мне стало и лучше, и в то же время хуже. Боб передал мне ещё один подарок от Элис – книгу Мейлера «Армии ночи».[43] Божечки, да эта женщина и правда знает толк в книгах.

Так что часть дня я провёл, погрузившись в прозу, стиль которой сочетал мучительную витиеватость Генри Джеймса с непосредственностью Рокки Грациано,[44] пока не появился Макс с посланием и подарком от Мариан. Послание гласило, что Мариан будет ждать. Пока я не выйду из тюрьмы – что, на мой взгляд, звучало довольно забавно, учитывая обстоятельства. А подарком оказалась ещё одна книга – «Тюремный дневник» Хо Ши Мина.[45] Очень забавно, учитывая обстоятельства, и читать эту книгу было веселее, чем предыдущую. Жаль, что она быстро подошла к концу.

А самое изумительное было впереди. Когда я пошёл на рождественский ужин в столовую – а я уже съел фруктовый пирог от Элис Домби и потому остро осознавал, чего лишился – ко мне присоединился Фил.

– С тебя не снимут ограничения до пятого января, – сказал он.

– Я знаю.

– Слушай, Гарри, надеюсь ты не против, что мы пойдём без тебя?

Всё, что сейчас занимало мои мысли – обед у Элис Домби.

– Ну конечно, – ответил я.

– Ты всё равно получишь свою долю, – сказал Фил. – Как если бы ты был с нами.

Они что, собираются втайне пронести в тюрьму все блюда?

– Это совсем не обязательно, – сказал я.

– Не отказывайся от хорошей сделки, приятель, – сказал Фил. – Никто не может позволить себе сказать «нет» пятидесяти, а то и шестидесяти штукам.

Пятьдесят, шестьдесят… Ограбление!

– А! – воскликнул я. – Так ты о банке!

– Господи Иисусе, приглуши громкость!

Я завертел головой, оглядывая двор.

– Я думал, ты говоришь об ужине, – сказал я.

– О чём?

– Неважно. Значит, вы собираетесь грабануть банк без меня, да?

– В следующий четверг. Жаль, что ты не сможешь принять участие, но мы не хотим больше откладывать.

– Эх, вот это облом, – сказал я. – Мне бы так хотелось пойти с вами.

– Знаю. Но ты всё равно получишь свою долю, не волнуйся.

– Как это мило со стороны ребят, Фил.

– А, не стоит. Увидимся, Гарри.

Рождественский ужин в тюремной столовой был отвратителен, но я улыбался после каждого глотка.