Список смертников

ГЛАВА 49 Сан-Диего, Калифорния

Среда наступила быстро, хотя у Риса и было время отдохнуть, собраться с силами и обдумать свой личный джихад. Он не сомневался в правоте своего дела. Его единственной молитвой было успеть дойти до конца списка прежде, чем власти или опухоль лишат его жизни. Расставляй приоритеты и действуй.

Рис надеялся, что выглядит подобающе. Как вообще выглядит аспирант бизнес-школы, взявший факультатив по религии? Рис год провел в Военно-морской школе последипломного образования, изучая оборонный анализ с упором на борьбу с терроризмом и асимметричные войны. Он помнил, что профессора там часто носили твидовые пиджаки, так что прикупил один такой вместе с очками в роговой оправе без диоптрий. Кожаная сумка через плечо завершала образ.

Рис постарался придать лицу максимально безобидное выражение, прежде чем выйти из своего Land Cruiser и направиться к мечети, проходя мимо автомастерской и заброшенного склада. Это был не лучший район города, но и не худший — просто запущенное место, из которого хочется уехать при первой же возможности. Рис чувствовал себя голым, оставив пистолет в машине, но он не знал, обыщут ли его перед встречей с Масудом или придется проходить через металлоискатель. Будь это официальная операция, он бы направил запрос в разведотдел, но в отсутствие привычной поддержки ему приходилось импровизировать самостоятельно.

В сумке лежал инструмент неминуемой смерти Масуда. Рис только надеялся, что сможет оказаться с имамом один на один. В целевом пакете подчеркивалось: чтобы сохранять доверие и прикрытие для своей деятельности, мечеть вела вполне законную благотворительную работу, проводя службы в соответствии с умеренной исламской доктриной: регистрировала браки, консультировала семьи и помогала обездоленным Сан-Диего. То, что умеренная позиция мечети была лишь ширмой для ИГИЛ, удивило бы многих верующих. Рис гадал, что сделали бы мусульмане, добровольно дававшие Масуду деньги в качестве закята — третьего столпа ислама, — если бы узнали, что их пожертвования идут на поддержку радикального военизированного крыла их религии под маской благотворительности.

Приближаясь к мечети по проспекту с изрядным количеством разбитых фонарей, Рис словно шел по другой улице на другой войне: по улицам багдадского квартала Аль-Джихад в районе Аль-Рашид в 2006 году. После взрыва мечети Аль-Аскари в феврале страна погрузилась в анархию. Насилие суннитов против шиитов обострилось до стадии гражданской войны; тела на улицах громоздились тысячами, превращая и без того тяжелую ситуацию в полный хаос.

В разгар того мятежа Риса прикомандировали к программе секретных операций ЦРУ: небольшая группа американских советников руководила элитным иракским спецназом. Несмотря на то что Ирак технически был суверенным государством, а подразделение было иракским и официально к США отношения не имело, им всё равно приходилось запрашивать разрешение как у высшего военного руководства США, так и у чиновников ЦРУ для входа в мечети — из-за политических ограничений, наложенных на присутствие американского персонала в роли «советников».

В эпицентре той бойни группа Риса выследила важную цель в мечети рано утром, зафиксировав ее с помощью агентуры на земле и средств технической разведки в воздухе. Враг постоянно использовал мечети как убежища, где можно было безнаказанно планировать атаки и скрываться. Хотя законы вооруженных конфликтов четко гласили, что религиозный объект теряет свой иммунитет, если используется в военных целях, высшее военное и политическое руководство США так боялось последствий удара по святыне, что фактически позволяло врагу безбоязненно планировать нападения на американские войска прямо из них. Повстанцы знали это и пользовались ситуацией на полную.

Рис использовал «серую зону», в которой действовало его подразделение, чтобы обойти эти формальности, и застал врага врасплох успешной кампанией, нанося удары там, где те чувствовали себя в безопасности. Линия ЦРУ вместе с юристами полностью его поддерживала, но когда высокопоставленный армейский генерал в Ираке узнал о программе, он через начальника штаба устроил Рису разнос. Он потребовал, чтобы Рис звонил ему за разрешением, если понадобится ударить по кому-то в мечети. Именно так Рис со своей группой прождали больше часа, пока генерал решал, давать ли разрешение преимущественно иракскому подразделению войти в полностью иракскую мечеть. Эта задержка дала силам противника в квартале Аль-Джихад достаточно времени, чтобы скрытно окружить небольшой отряд Риса.

К несчастью для врага, Рис заранее незаметно выставил снайперов для прикрытия, вызвал несколько самолетов для патрулирования и группу быстрого реагирования на БМП «Брэдли» в четырех кварталах от места. То, что могло стать хирургически точной операцией по захвату или ликвидации, превратилось в сорокаминутный бой. Чудом отряд Риса вышел из него почти без потерь. Возможно, именно тогда зародилось недоверие Риса к высшему офицерству.

Сегодняшний крестовый поход был личным делом и не имел ничего общего с деликатным отношением к исламу или законам войны. Сегодня всё было иначе. Рис не был связан никакими ограничениями. Его не сдерживали ни правила, ни уставы, ни законы, ни общественные нормы. Он вышел на тропу войны, и его жажда мести была неутолима. Хаммади Измаил Масуд способствовал крупнейшим потерям в истории американских сил специальных операций, и сегодня он за это заплатит.