Список смертников

ГЛАВА 63

Главное управление сил специальных операций ВМС (Дам-Нек)

Вирджиния-Бич, Вирджиния

Главный старшина Фред Стрейн разослал сообщение о сборе на спутниковые пейджеры Iridium бойцов своей штурмовой группы менее часа назад. Оправданий для неявки не существовало, и теперь все восемь членов группы собрались в конференц-зале при расположении эскадрона.

— Ладно, парни, дело просто безумное. — Фред старался меньше материться. Он бросил это вместе с выпивкой после того, как жена поставила ультиматум: либо он завязывает, либо уходит из «Команд». Фред выбрал «Команды».

Он едва сдержался, чтобы не покачать головой, тщательно подбирая следующие слова.

— Мы идем за одним из наших. Вы все в курсе того, что случилось в ВАРКОМЕ? — Бойцы дружно закивали. Пропустить такое было невозможно. СМИ в последнее время обожали SEAL. Еще до того как ликвидация бен Ладена возвела их в статус культовых героев, были фильмы, книги, видеоигры и другие громкие операции, выведшие их на авансцену. — Вы не поверите, но улики указывают на то, что исполнитель — из «котиков».

По рядам бойцов пробежали недоверчивые взгляды. Никто не любил ВАРКОМ (WARCOM), и все испытывали острую неприязнь к нынешнему адмиралу, но взорвать его? Это уже чересчур. В прессе основной версией считалась месть исламских террористов.

— Кто этот парень, старшина? — спросил один из молодых бойцов.

Фред замялся; он почти не мог заставить себя произнести это имя.

— Капитан 3 ранга Джеймс Рис.

— Да не может быть! — выкрикнул молодой «котик», качая головой. — Да ни за что! Он был моим командиром взвода до того, как я попал сюда. Настоящий мужик! Из бывших сержантов. Он знает службу. Быть не может, чтобы он это сделал.

Презрение рядового и сержантского состава SEAL к офицерам было общеизвестным фактом. Но время от времени появлялся тот, кто ломал этот стереотип — лидер, которого уважали за боевое мастерство, агрессивность и характер. Джеймс Рис был именно таким человеком.

— Извини, Смитти. Похоже, это правда.

— Ну, если он это сделал, значит, у него была чертовски веская причина.

— Причина не важна, Смитти. Он это сделал. Точка. Я тоже его знал. Мы были в паре в школе снайперов, работали вместе в старые времена. Надежный как скала. У его семьи долгая история в «Командах».

— Он сбежал из страны, Фред? Поэтому вызвали нас? — спросил другой боец.

— Вот тут всё становится совсем запутанным. Вас всех попросят подписать дополнительные соглашения о неразглашении перед тем, как всё начнется.

— Серьезно? — вклинился Смитти. — Еще соглашения? Хочешь сказать, тех ста, что мы уже подписали, недостаточно? Что за хрень, старшина?

— Просто слушай, Смитти, и дай мне закончить.

— Виноват, старшина.

— Окей, ситуация беспрецедентная. Этот «котик», судя по тому, что он провернул в ВАРКОМЕ, — не обычный офицер, который отбывает два срока во взводе и уходит на штабную должность на следующие пятнадцать-двадцать лет. Этот парень знает, что делает. «Котик» — внутренний террорист. Скоро это попадет в новости. Пока это называют терактом, но скоро всё изменится, и мы должны выйти на него до того, как это случится, чтобы не спугнуть его окончательно. Он всё еще в стране, и министр обороны хочет, чтобы его взяли как можно скорее.

— Фред, я не особо следил за новостями с Западного побережья. Сколько людей погибло в ВАРКОМЕ при взрыве? — спросил один из самых спокойных парней в группе, который вечно выглядел так, будто только что проснулся после пьянки.

— В том-то и дело, что всего двое: адмирал и какой-то финансист из Лос-Анджелеса. Адъютанту адмирала вышибло барабанные перепонки, но больше никто не пострадал. Судя по всему, он обвязал этого финансиста поясом смертника, взял его семью в заложники и заставил взорвать себя в кабинете адмирала.

— Ничего себе! — оживился соня. — Это жестко. Он начинает мне нравиться.

— Заткнись, Пол, — резко оборвал его Фред. — Это серьезное дело. Мы не можем его недооценивать. Это задание — такое же, как любое другое. Выкиньте из головы, что он SEAL, помните об этом только в том смысле, что перед нами грозный противник. Он прошел ту же подготовку, что и мы, и на его счету немало боев. Его терки с адмиралом и этим финансистом нас не касаются. Нас касается планирование операции по ликвидации или захвату этой ВЦ (высокоценной цели).

— Послушай, Фред, ты сказал, что он всё еще в Штатах, — подал голос один из самых вдумчивых бойцов. — Как мы можем идти за ним здесь? Разве Закон Поссе Комитатус отменили?

— Вот тут и вступают в силу соглашения о неразглашении, джентльмены. Министр обороны приостановила действие закона через указ, подписанный президентом. Мы будем работать на американской земле, используя все доступные ресурсы, чтобы уничтожить или захватить цель.

— Что? Она вообще имеет на это право? И почему мы? Почему не HRT? — спросил боец, упоминая элитную группу ФБР по спасению заложников.

— Министр хочет, чтобы именно мы… — Стрейн замялся. — Она хочет нас, потому что, по данным её разведки, следующая цель Риса — президент.

За столом удивленно вскинули брови. Тяжесть и сложность ситуации обрушились на них всей мощью.

Фред выдержал паузу, обводя комнату взглядом.

— Если у кого-то есть проблемы с тем, чтобы идти за этой целью или работать в Штатах, говорите сейчас.

Никто не шелохнулся.

— Окей. Он в хижине в горах Нью-Гэмпшира. Не знаю, откуда у них эти сведения. Данные скудные. Сказано — единственный источник HUMINT (агентурной разведки) без технического подтверждения. Как я и говорил, дело странное. В Ошеане (NAS Oceana) нас ждет «борт». Вылет через час. Детали обсудим, когда сядем в Вермонте. Оттуда двинем в Нью-Гэмпшир. Времени на проверку данных нет. Министр хочет результат еще вчера, и выбор пал на нас. Вопросы?

Фред переводил взгляд с одного оператора на другого. Он пожалел о следующих словах сразу, как только они сорвались с губ:

— Вам не обязательно это должно нравиться. Вы просто должны это сделать. «Ну и ляпнул же», — подумал он.

— Смитти, задержись на пару слов, — сказал Фред, когда команда начала подниматься, чтобы забрать снаряжение и ехать на аэродром.

— Да, старшина? — спросил Смитти, как только дверь закрылась.

— Смитти, ты отличный боец, и я бы в любой момент пошел с тобой в одну дверь.

— Но…?

— Но в этот раз ты с нами не идешь. И, — быстро добавил старшина, прежде чем тот успел возразить, — это не обсуждается. Я отстраняю тебя от операции. Мне не нужны на этом задании люди, которые знают и уважают Риса. Ты меня понимаешь.

Смитти попытался скрыть облегчение. Он еще никогда не чувствовал такого внутреннего раздрая. Он не мог подвести команду, но и не мог охотиться на человека, которого считал лучшим боевым командиром в своей жизни, за которым пошел бы в самое пекло. То, что решение приняли за него, было признаком хорошего лидера.

Смитти просто кивнул, опустил голову и вышел из комнаты, растеряв свою обычную энергию.

Фред выдохнул.

— Сукин ты сын, — прошептал он самому себе. Сделав глубокий вдох, он вышел из зала, чтобы готовить снаряжение.