Священная военная операция: между светом и тьмой

6 июня 2024 «СОЛДАТСКАЯ МИСТИКА»: НЕЛЬЗЯ ПОЛЗТИ БЕЗ ВЕТРА И БРИТЬСЯ

Все традиционные религии не одобряют приметы, считая их разновидностью «бытовой магии», попыткой считать знаки высших сил, не имея на то сакральных полномочий. В быту, в мирной жизни, это действительно может отдавать ересью. Но не на фронте.

Я решил расспросить о приметах тех, кто воюет, с кем меня свели судьба, СВО, репортажи и чье мнение мне важно и дорого.

Для начала связался со своим старым товарищем, снайпером с позывным «Москва». Два года на СВО, в самых горячих ее точках. В конце прошлого года «Москву» ранило кассетами, сейчас он на реабилитации. И снайпер фигурально вылил на меня ушат ледяной воды, отрезвил:

— У меня на войне, Дима, есть вера во Всевышнего.

Я не унимался, помянул летчиков: всем известно, как они ценят приметы. «Москва» рассердился:

— … (нецензурно. — Авт.), сколько я провел, сидя на аэродромах в ожидании, когда эти… суеверные… соизволят взлететь!

А я продолжил исследование. Связался с героем «комсомольских» репортажей с позывным «Харам». Снайпер-разведчик. Специалист по военной медицине: 5 пулевых и 17 осколочных. Во время штурма Авдеевки корректировал наши ФАБы (фугасные авиационные бомбы) с модулем планирования. «Харам» воюет с 2014 года, и что-то мне подсказывало: если бы он обращал внимание на приметы, давно бы закончил для себя боевые действия и с чистой совестью демобилизовался по здоровью. Вопрос мой слегка озадачил «Харама»:

— Не стоит ползти по траве, если нет ветра. Устанешь. Заметят. Нет, не то… Вот! Очень важная, рабочая примета. Если там, куда ты выдвигаешься с группой, стоит полная тишина, значит, вас там ждет противник.

Я крепко-накрепко запомнил сказанное «Харамом»: действительно, очень хорошая и верная примета.

Связался с театральным режиссером Александром Борисовым. После скандала и срыва спектакля по моим рассказам и рассказам Захара Прилепина Саша ушел на фронт. Либеральная театральная тусовочка обвинила режиссера в том, что он «пиарится на СВО». Но Саша показал железный характер и поздней осенью 2023 года оказался добровольцем на передовой Запорожского фронта. Был ранен опять кассетами, этой весной вернулся на фронт. Сутки ждал, когда у Саши появится связь и он расскажет про приметы. В скупых строчках его письма (голосовое сообщение не прошло из-за слабого интернета) увидел, как Саша пожал плечами:

«Не принято прощаться при расставаниях. Ну, «крайний» говорим и «последний» не употребляем. У нас больше нет ничего такого…

Знаю, что у знакомого, в артиллерии служит, не принято бриться. Все с бородами ходят. Ну и обычные приметы: черная кошка через дорогу. Сны… Тут вопрос, примета это или работа твоего мозга, — личное бессознательное».

Авдеевский «Коксохим», котенок готовится стать истребителем окопных мышей

Но чем глубже я погружался в эту тему, тем больше фронтовых примет узнавал. Боец батальона «Восток», сапер с позывным «Буйвол», был, как говорится, в «теме»:

— На боевых (заданиях) ногти нельзя стричь.

Стричься тоже паршивая примета. Бриться тоже нельзя, ты удивишься, но это реальная, рабочая тема.

У меня, когда накрыло, борода вся сгорела, а лицо целое осталось. Еще примета. С мертвого противника можно снять все, что тебе нужно, — броню, шлем, еще какую-то снарягу. Но…

Обувь нельзя!

— Почему?

— Не знаю. Вон, «П.» снял с мертвого вэсэушника берцы и что с ним стало?

Помолчали. «Буйвол» продолжил историю:

— Это под Новоселовкой было летом 2022 года. Там в кучу стащили мертвых вэсэушников, они лежали на жаре, все распухшие. А «П.» все посматривал на берцы у одного… Я говорю: ты серьезно? Он: «Да, ботинки-то хорошие!» Стал снимать берцы, оттуда вся гниль посыпалась, но он парень упорный. Долго их стирал, замачивал, перекисью обрабатывал, говорил, что запах почти ушел. И ходил в них. А потом на мине подорвался и ног лишился. Вот и думай сам: работают такие приметы или нет?

В завершение разговора «Буйвол» вспомнил, что есть приметы не общепринятые, а личные:

— Типа «это моя счастливая футболка, я в ней выжил после двух ранений, и поэтому я всегда на выездах в ней». А у одного парня всегда в нагрудном кармане маленький носочек сына.

Авиаразведчик-штурмовик с позывным «Сокольничий» ответил на мой вопрос о приметах структурированно, как человек с техническим складом ума, ценящий точность. Я своими глазами видел, как «Сокольничий» положил мину в распахнутый люк американской «брэдли», а потом нашел и подорвал вражеский склад боеприпасов там, где его не должно быть в природе. Любопытно, что применение этих примет на практике я наблюдал лично, когда в апреле работал с «Сокольничим» в развалинах Марьинки:

1. Никогда не прощаемся перед уходом на задачу, даже руки не протягиваем, приедем — обнимемся.

2. Перед въездом к ЛВС встали, замерли, послушали небо, если надо — покурили и пошли дальше.

3. Тех, кто прячется от дронов, мины не трогают.

4. Перед взлетом твоего дрона покури, если не куришь — выпей чаю в блиндаже.

5. Перед тем как отправить дрон с боеприпасом к врагу, сначала надо обязательно полетать пустым. Иначе «птичку» перехватит противник и уведет.

По словам «Сокольничего», на СВО все носят с собой талисманы: «Они есть у всех, начиная с крестика и заканчивая обычной ниткой на руке. У одного парня талисман — красные носки, он их купил целую коробку».

Если проанализировать приметы от «Сокольничего», вдуматься в них, быстро поймешь, что это всего лишь свод практических правил, помогающих тебе выжить и выполнить боевую задачу. Только эти правила для лучшей усвояемости — в мистической оболочке, как у пилюль: снаружи контейнер из желатина, а внутри — горькое, но целебное снадобье. Любопытно, что такие же «целебные приметы» мне прислал старый товарищ, гуманитарщик из Ростова Сергей Богатырев. А кто еще, после военных, ближе к линии фронта? С первой приметой я полностью согласен, она работает во всех сферах:

«Если появляется немотивированная тревожность, переноси поездку. Не можешь перенести — меняй маршрут и график». Вторая примета позабавила: «Не бывает короткого пути, по которому ты раньше не ездил. Насторожись». И самое главное, одинаково верное для фронтовиков, военкоров и гуманитарщиков: «Не ищи приключений, делай свою работу максимально скучно. Приключения найдут тебя сами».

Зависть к летчикам у других родов войск была всегда. Тут и другие нормы снабжения, красивая форма, романтический ореол и индивидуальный, яркий героизм. И не нужно копать и шагать по грязи — множество причин для зависти. Плюс неоспоримый мистический статус летчиков. Фактически они ближе всего к Богу, поэтому их мистический взгляд на жизнь командованием не поощряется, но принимается как должное. С Игорем, пилотом поисково-спасательного Ми-8, я летал летом 2022 года на штурмовку позиций ВСУ под Харьковом. И сполна пережил то, что эти люди испытывают по нескольку раз в день. Игорь, и сейчас воюющий на том же направлении, подробно рассказал о приметах, которыми руководствуются летчики. Некоторым верованиям уже под сотню лет.

— У нас полностью отсутствует, игнорируется число 12+1 (число 13 он даже называть не хочет. — Авт.). В эти даты полетов нет, бортов в авиации с таким номером не существует. Нет слова «последний», только «крайний». Даже перед выходом на пенсию у летчика вылет «крайний».

Про запрет на съемку перед полетом я знал и камеру в тот памятный день достал, только когда мы оторвались от земли. С бритьем в авиации дела обстоят так же, как и на земле.

— Перед полетом не бреются. Все бреются с вечера, ну а «ночники» — после выполнения задач, перед отбоем, обычно под утро.

Это старая примета: возможно, не брились перед полетами и Можайский, Нестеров, Сент-Экзюпери. То же самое касается и новой одежды. В новом не летают. Нужду по-маленькому справляют за задней стойкой шасси, не перед бортом. Любопытно, что это очень старый солдатский ритуал — мочиться на свой след, «чтобы не было погони». Погоня, по логике войны, случается тогда, когда враг неизмеримо сильнее. В письменных источниках ритуал появился во времена расцвета ландскнехтов и бесконечных европейских войн. Но, скорее всего, родился он очень давно, во времена дремучие, когда племена охотников и собирателей уже воевали, а писать еще не умели.

Перед вылетом летчики выбрасывают из кабины на землю монетку или оставляют на посту предварительного осмотра вертолета. А в последние годы появилась еще одна примета:

— На вылет не берут ключи от машины. Обычно их отдают диспетчеру, руководителю полетов или тому, кто не участвует в полетах, в крайнем случае оставляют в кабинете.

И я вдруг вспомнил, как перед вылетом с Игорем кто-то из командиров-летчиков настоятельно попросил меня «оставить ключи от машины, на которой ты приехал на аэродром». Я тогда был несколько взволнован перед полетом, расспрашивать не стал, но ключи отдал.

Еще одна примета меня и развеселила, и поразила своей душевностью. Игорь с боевыми товарищами летают очень низко, как красиво выразился мой собеседник: «Возвращаемся с подсолнухами на шасси». Поэтому насекомые в кабине не редкость.

— Запрещено убивать крылатую живность в кабине! Это тоже член экипажа, летит с нами!

Я понял Игоря. В этой примете сокрыта «цеховая солидарность» — взаимное уважение братства крылатых. Пусть даже одни — насекомые, а другие — млекопитающие, прямоходящие и разумные.

Как сказал мне когда-то нобелевский лауреат Жорес Алферов, «процесс познания Вселенной бесконечен». Мы лишь догадываемся, что существует какая-то связь между определенными действиями, ритуалами, предметами и нашим будущим, нашей судьбой. Даже в самые атеистические времена, во время Великой Отечественной, примет было не меньше. Более того, с ними не боролись открыто и, не замечая их, фактически легализовали. Если примета или талисман рождает уверенность в бойце, укрепляет его связь с домом и мотивирует, в ней не может быть ничего плохого. Она не мешает, а помогает достижению главной цели — победы. Разумеется, если вера в приметы не превращается в мракобесие. А такого на линии боевого соприкосновения я никогда не видел, не слышал, не встречал. Фронт для мракобесия — место неподходящее, оно рождается в уюте пыльных квартир и сытой, спокойной жизни. В ином измерении.