Священная военная операция: между светом и тьмой

20 сентября 2024 СОЛДАТИКИ НА ДЫРЯВЫХ УАЗАХ, СЧАСТЬЕ ОТ НАСТУПЛЕНИЯ И ФРОНТОВАЯ КИСА

Любимую вражескую заправку британской «Шелл» на Таганрогском шоссе наконец переименовали по-человечески. Все последние 10 лет я любил на нее заезжать за хот-догами и бензином. Любопытно, что дальше по трассе на Крым все заправки «Шелл» разбиты еще с наступления 2022 года. Некими добрыми людьми, верно.

Впрочем, смена бренда не повлияла на качество бензина — все те же 700 километров на одном баке, как показывал мне прибор-экономайзер. В Донецке бензин дороже и жиже, не такой нажористый. Возможно, выдыхается по дороге…

Мне излаживали хот-дог «со всеми соусами по чуть-чуть», и в этот момент на заправку зарулили запыленные воины на трех драных УАЗах. В дырках от осколков, с РЭБами на крышах и скатками маскировочных сеток. Тут же начались хаос и неразбериха, что составляет армейский порядок и нашу главную военную тайну. Чувствовалось, что люди в шоке от мирной жизни, особенно после солнечного Работина. И эта суточная командировка в Ростов для них большая радость и развлечение. У одного УАЗа потек бензобак, и его замазывали туалетным мылом, которое принесла уборщица. В туалетах, разумеется, мыло только жидкое, в дозаторах, — бензобак заткнуть нечем! Потом подъехал какой-то добрый человек на жирной «инфинити» и заявил, что он прямо сейчас «заправляет все эти УАЗы»! Прозвучало как «всем шампанского!».

Тепло стало, хотя ветер с Азова потягивал прохладный. Конечно же, один из УАЗов не завелся. Водителю, лежащему под машиной, принесли стаканчик с кофе, и он пил его лежа, не отвлекаясь от ремонта. До сих пор не знаю, как у него это получалось. Солдатская смекалка против физики. Я докусал хот-дог и тронулся в путь.

Я поспешал, потому что в 23:00 начинался комендантский час, а его в ДНР традиционно соблюдают. На границе махнул паспортом из окошка машины, пожелал здравия пограничникам и через час въехал в город-мученик Донецк.

По асфальту текла вода — значит, водопровод работает! Рано я радовался, это была последняя вода на ближайшие трое суток. На фильтровальной станции наконец-то меняют оборудование. Теперь пятилитровки с «унитазной водой» перестанут взрываться на жаре с таким лютым сероводородным запахом. И в Донецке наконец-то смогут «махнуть водички из крана, как в детстве». Впрочем, я опытный дон-чанин, и у меня дома все было запасено с лихвой — и питьевая вода, и техническая.

Пока в дороге не слушал новеллы Голсуорси, много думал. Думал, что у меня два дома, как две жены, извините. Не могу выбрать любимую, да это и не нужно… Сейчас приеду, а в доме все разложено по полочкам — комплекты масксетей на зиму и лето. Теплые сапоги ПВХ «Нордик», четыре разные аптечки. Паек-рацион — вдруг оголодаю? Консервы и дошираки. Тапки мои стоят в коридоре. Есть теплый спальник и запас энергетиков. Сигары и трубочный табак, надувной коврик и кое-какие книжки. Достану из коробки самый дешевый плоский телик, купленный в донецком клоне «Эльдорадо», — лишь бы фильмы с флешки показывал. Распакую и включу холодильник. По-хозяйски пододвину ногой коробку от сухпаев, чтобы штукатурка во время дождя туда падала четко.

В доме чисто, убирался и мыл месяц назад, перед отъездом. Киса встретит? Киса не встретит. Кисы очень практичные существа, если троекратное питание прекратилось в связи с отъездом лысого, значит, нужно искать другую кормовую базу.

Домик мой частично сложен из шпал, настоялся на жаре, питерским метро попахивает. Поэтому снился мне третий сон Анны Карениной. Неважно, что у Толстого никаких снов Анны Карениной не было, сны были у Веры Павловны. Все равно снилась Каренина. Проснулся от одиночных выстрелов из автомата, потом даже тройками отсекали. Дрон, наверное, летал над городом.

Водитель самого опасного горловского маршрута — «двойки»

Все наперебой говорят, что меньше стали обстреливать Донецк. Друзья рассказали, что наша авиация стала работать от окраин города, разворачиваться там. А раньше это делали с другой, «тыловой», стороны Донецка. Значит, линия фронта очень серьезно сдвинулась, укропы уползли и утащили вместе с собой свои РЭБы и ПВО. Наши двигаются, и я буду про это с удовольствием вам писать. Поэтому и приехал. Двигаются каждый день, командиры от этого в счастливом оживлении. Нашелся мой товарищ Стас Смагин, ушедший из политруков в штурмовики. Просто три недели не было связи. А я уже ему за упокой свечку поставил в одном из древних монастырей средней полосы. Значит, теперь будет жить сто лет.

Наконец-то я приспособил к своему бронику трофейный противоосколочный воротник, найденный на позициях ВСУ под Северодонецком в марте 23-го года. Помню, долго из него песок выстирывал. Воротник во вражеском камуфляже, поэтому протер его щедро уайт-спиритом, положил слой оливкового грунта и еще пару раз прокрасил в два неярких защитных цвета.

Киса пришла рано утром. Раньше она мне выговаривала, как бы пытаясь спросить: «Где ты был?» Потом поняла цикличность моих отъездов и возвращений и ругаться перестала. Сразу же кинулась на кровать, в ноги, на колючее трофейное одеяло из Мариуполя. И смотрит так:

— Ну, давно не виделись. Вот, это я, твоя киса. Что ты будешь теперь делать?

Ну что тут поделать? Сливки и сосиски. Корм сегодня куплю. Все стабильно, только обстрелов стало меньше на порядок, все Горловке достается. Озверевшие укропы на дронах, не находя военных целей, врезаются в маршрутки, трамваи и в обычные гражданские фуры. Больше всего меня потряс рассказ товарища из Горловки, как укропский дрон гнал по улице Горловки белый дамский, корейский автомобильчик. Наконец из него выскочили две женщины в белых платьях и бросились бежать. Все равно догнал и убил… Зачем? Я сам себе ответил: чтобы мы знали и понимали, с кем воюем, а то, бывает, и забываем.

В Донецке по-прежнему под обстрелами Петровка, немного Киевский район. Сейчас бандеровцы сосредоточились на Куйбышевском районе, дотягиваются пока артиллерией. Товарищ дом покупал в этом районе. Продавали дешево. Можно сказать, подозрительно дешево. Он все искал подвох в этом доме. Сам строитель, все облазил-изучил, фундамент там, перекрытия… Искал трещины в стенах, замазанные штукатуркой. Не находил. «В чем же подвох?» — спрашивал он себя, пока этот «подвох» натовским калибром 155 мм не прилетел в соседний огород. Дом он, конечно, купил. Потому что сам из Донецка и верит в нашу Победу.